Чьё-то несчастье 2-3: Your?

Игорь встретил Руслана громкими криками, они оба что-то кричали, хлопали, смеялись. Со стороны смотрелось странно, но зато было ясно, что они друзья и давно не виделись. Затем они направились в мою сторону, судя по всему, чтобы выбрать алкоголь на вечер. Встречи не избежать, да и Игорь, наверняка, заставил бы меня поздороваться. — ооо какие люди, — он играет, или Игорь на самом деле не предупреждал, что я здесь? Надо было видеть лицо Руслана, чтобы понять, как он приятно шокирован. — надо же! И как этот вообще тебя сюда затащил, красотка? — парень, кидая восторженные взгляды на самоуверенного Игоря, направлялся ко мне с широко расставленными для объятий руками. — привет. — привет. — я отвечаю, улыбаюсь и даже обнимаю в ответ. Одноклассники все-таки, не виделись с самого выпускного. Хотя не скажу, что сильно скучала… но тем не менее. — сама пришла. — нуну. Ври больше. Я бросаю недовольный взгляд в сторону парня, достающего что-то из холодильника, а после отлепляю и Руслана, а то он слишком присасался. — как ты? Как жизнь, как учеба? Выглядишь прекрасно. — да что вы все так нагло врете мне в глаза? Отвечаю, что все неплохо, спрашиваю, как у него. Банальный разговор бывших одноклассников. После парни стали вдвоем что-то рассказывать, потому как общаться они явно не перестали после школы. С ними за компанию пришлось еще немного выпить. Руслана больше не интересовало, каким образом я появилась здесь, зато Игоря распирало от удовольствия, что тот не переставал рассматривать меня с головы до ног. Через время они отправились наверх, потому что Игорь обещался что-то передать. Я осталась за барной стойкой, ту гадость, что он мне налил, вылила в раковину, понимая, что настолько крепкое пить не смогу ни при каких обстоятельствах. Они за эти несколько минут рядом со мной влили в себя почти по полной бутылке, а у меня голова уже от пары глотков закружилась. Неприятно как-то становится. Противно от всего вокруг. И предчувствие какое-то внутри недоброе.

***

Время по-тихоньку дотянулось до полуночи, меня уже конкретно тошнило от всего вокруг. От людей, от музыки, от мыслей, запахов, шума. Всего. Сил на то, чтобы даже сидеть тут, уже не хватало. Я собиралась уйти, хоть место своего нахождения сменить, но заметила Игоря, вновь топающего в мою сторону с непонятной улыбкой и сверкающими глазами. Он пьян. Очень сильно пьян. Он кое-как ноги волочет, хватаясь за все вокруг. Уже заранее напрягаюсь, понимая, что ничего хорошего дальше ждать уже не стоит. — что за кислая мина? — он бурчит на меня, пихая плечом обратно к стулу, а после вновь достает пустой стакан и выбирает бутылку из холодильника. — Ты должна радоваться. — чему? — злить его не хочется, но и желания стилиться под него тоже нет. — тому, что у нас гости. Я пригласил их, чтобы тебе не было скучно, так что будь добра скорчи что-нибудь довольное, как ты всегда это делаешь. — парень вновь подходит вплотную, зажимая меня между собой и столом позади, показывает на мое лицо, открыто еще раз намекая, что мое отвращение ему не по душе. Мы впервые так близко. И от этого ужасно неприятно. От него еще и несет алкоголем и кажется сигаретами. Не люблю этот запах. Противно. Но я поддаюсь, наигранно улыбаясь, показывая всем видом свое состояние. Лишь бы он не стал психовать… — вот и умничка, — но он усмехается, давая секунду на расслабление, а после хватает меня за скулы, сжимая до боли лицо и впиваясь в мои губы. Я была не готова. Я не ожидала, я испугалась, я не знала, что делать. Поцелуй длился несколько секунд, я стала отпихивать его от себя, а он отпустил, будто сам так решил. — держи, отдыхай. — впихивая в мою руку стакан с чем-то новым алкогольным, он подмигивает, чокается со мной, выпивает свое и, развернувшись, уходит обратно в зал, где я замечаю Руслана, наблюдавшего всю эту картину. Я не могу объяснить, что происходит внутри меня. Мне противно уже не от них, не от Игоря и его поступков. Мне противно и тошно от себя. Я полоскаю рот чем-то из стакана, потому что послевкусие на губах ужасное, а после залпом выпиваю то, что первым под руку попалось. Я не хочу это помнить. Я не хочу это чувствовать. А дальше только спиртное, только постоянное жжение во рту, слезы в глазах, и царапины на ладонях от того, насколько сильно я сжимала кулаки… Сколько я выпила? Я не знаю. Что я пила, я в принципе тоже не представляю, но после пары стаканов оно уже не казалось таким противным. Чтобы не сидеть у всех на виду, я пошла в толпу, уселась все на тот же диван, ко мне подсели парочка парней, один стал рассказывать, кто он такой, кем работает и как зарабатывает, второй угостил меня каким-то коктелем. Просто сок с алкоголем смешал… бармен, блин. Атмосфера ни чем не лучше, чем в обычном грязном клубе, где была то я пару раз. Или один? Совсем ничего не помню. Да что со мной такое? Нужно отвлечься. Хотя от чего? Да не важно. Просто мне компания этих двоих надоела. Я прошлась до ванной, смыла послевкусие того, что влила в себя последним, поняла, что на самом деле умудрилась поцарапать ладони и теперь руки больно даже мочить. В зеркало посмотрела, в очередной раз разочаровавшись в себе. Я выгляжу ужасно. Как они вообще все на меня смотрят? У них нет глаз? Алкоголь отбил зрение? В чем дело? Лучше перестать подходить к отражающим предметам. Ни к чему хорошему это не приводит. Как смыть с губ ощущение его поцелуя? Как? Я не могу. Я все еще вижу эти глаза полные самолюбия. Вижу глаза Руслана, просто подтверждающие, что этот урод добился того, чего давно хотел. Как стереть себе память? Я хочу забыть об этом. Пожалуйста. Прошу, боже, пожалуйста. Я не хочу помнить… Помощь свыше не приходит, а потому я вновь в толпе бухих извращенцев, потому я вновь пью что-то слишком крепкое для меня, уже даже не пытаясь наливать это в стакан. Из горла удобней. Надо же было докатиться до такого… лишь бы все забыть. Лишь бы забыться. Пьяный мозг через часок вспоминает о том, что вечерами тоже нужно пить таблетки, а я забыла, потому что и ужина то у меня толком не было. Нужно выпить. Глеб же хотел, чтобы я пила таблетки, чтобы я лечилась. Он хотел, он следил. Нужно выпить. Встать с дивана оказалось проблемно, неужели я настолько пьяная? Идти было еще трудней, боже мой, серьезно? Почему ноги почти не двигаются? Приходится держаться за все вокруг, чтобы не свалиться, порой я даже придерживала кого-то за плечи, пытаясь их обойти. Вот надо же было унести таблетки на второй этаж! Нет, чтобы сразу отдать их мне. Тупой придурок. Ненавижу. Почему я должна мучиться? Конечно, я могла бы сейчас потребовать у Игоря принести таблетки самому, но говорить с ним совершенно не хотелось. Да и искать его в этой толпе было бы проблемно. Поэтому я топала наверх в гордом одиночетве, кое-как поднимая ноги на ступеньки. Я ведь даже не знаю, куда он их убрал. Придется еще и в вещах его рыться, чтобы найти упаковку. Идиот. На втором этаже было темно, удивительно, что тут совершенно никого не было. На тусах с Глебом, Артемом всегда спальни были заняты… странные мысли. Я пыталась найти, где вкючается свет, не вышло. Я просто ударилась ногой обо что-то, прошипела, чуть не упала, но на ощупь нашла дверь в его спальню. Ура. Часть дела сделана. Осталось только найти таблетки. Это было проще, чем я думала. Они просто стояли на тумбочке. По крайней мере мне казалось, что это они, он показывал мне эту баночку. Я высыпаю в ладонь слишком много, пытаясь сообразить, сколько раз в день нужно было пить таблетки, по сколько за один раз, когда я последний раз принимала и нужно ли принимать больше, если разок пропустил? Решила, что рисковать не стоит, а потому выпила одну. Странный привкус, может из-за алкоголя у меня уже все рецепторы атрофировались? — оой, солнце, привет, — пока я запивала белую таблетку, сзади кто-то появился и даже успел достаточно близко подойти, так как положил руки на талию. Черт. Как я его не услышала? — а я как раз тебя и искал. Думал, куда пропала, а ты здесь… — это был Руслан. И когда я наконец все проглотила, то он уже крепко прижался ко мне со спины, вжав меня полностью и уткнувшись носом мне в шею через волосы. — ты так вкусно пахнешь. — Руслан… — чувствую, как от него пахнет алкоголем, да просто несет, что даже через опьянение неприятно чувствовать. Сколько он выпил? Пытаюсь убрать его руки с талии да и вообще отодвинуться, ведь такая поза неприемлема. Он слишком близко. Однако парень лишь сильней сжимает меня в своих руках. — да, малышка… — боже, нет, уберите его. — не вредничай, я просто хочу сделать тебе приятно. — чего? Нееет. Меня от одной фразы и его тона словно отрезвляет, и я сильней отпихиваю чужие руки от своего тела. — прекрати. — из-за долгого молчания кричать не получается, хотя в секунду меня вновь пугают напором, когда парень успевает ухватить и удержать рядом с собой уже лицом к лицу. — перестань, слышишь? — слабость в руках не проходит, но я пытаюсь, что есть силы упереться в его грудь, чтобы не дать приблизиться. Хотя уже поздно… Его губы на моей шее, он мокро целует каждый миллиметр, в то время как я отворачиваю лицо подальше. Парень наступает, вынуждая делать маленькие шаги назад, и вскоре мы упираемся в кровать. Ту самую с синими подушками и покрывалом. Меня на нее пихают, временно выключая из мира, ведь голова начинает нереально кружиться от резкой смены положения. Перед глазами все плывет, и в темноте я вижу только очертания парня, стягивающего с себя футболку. Нет. Нет. Нет. Нет. Ни в коем случае, пожалуйста. Я не хочу. — Руслан, стой, погоди, не трогай меня! — не знаю точно, что из последних мыслей было сказано вслух, что просто пролетело в подсознании, но знаю точно, что я уже отползаю в глубь кровати, лишь бы выбить между нами побольше места. Держать дистанцию. — ну чего ты боишься? Я не обижу. — наверное, если бы не полная темнота, затуманенный разум и слезы, которые уже скапливаются на слизистой, я бы увидела его наглую и довольную улыбку, потому как бежать я не могла, и он это понял. А он уже расстегивал ремень и ширинку. — уйди, прошу тебя, уйди… — силы на исходе, страх накрывает с головой, ведь парень нависает сверху, подминая под себя и вновь принимаясь целовать шею, спускаясь на ключицы и сдвигая топ. — перестань, ну сколько можно бегать? Давай уберем это. — порываясь снять с меня футболку, чуть отстраняется. Встречаясь с сопротивлением, с которым в легкую справляется. Я не знаю, что со мной, но словно по щелчку меня накрыло расслабленностью. Я не могла поднять руки, не могла ему противостоять. Я не знаю, что это было. Мои кисти болтались в его руках, пока парень поднимал их вверх, наговаривая что-то о том, что так бы сразу, я хотела сопротивляться, но тело больше не слушалось. С меня сняли верх, оставив только в бюстгалтере, его руки перешли на брюки, а я лишь сильней стала плакать, ведь совершенно не понимала, что происходит. Он целовал мои плечи, ключицы, спускался к груди, уже стягивая брюки. Пошло касался бедер, поглаживая и сжимая. Я слышала, как он чуть ли не чавкал, всасывая мою кожу на животе, а после отпуская. Мои брюки слетели на пол, а он поднялся, чтобы осмотреть со стороны мое тело. Я думала мне уже не будет хуже. Думала, что дальше уже некуда. Это ведь знакомые люди. Одноклассники. Я не могла поверить, что все может зайти так далеко. Я почувствовала себя шлюхой. Проституткой, которую любой может вот так взять, и я даже не смогу сопротивляться. Мне было больно. Морально, физически. Просто больно. Все внутри словно разрывалось на тысячи кусочков, а все, что я могла сделать это плакать. И я плакала. А он смотрел и любовался. — ну что ты, солнышко, не плачь. Все будет хорошо… — видимо, вдоволь насладившись видом, Руслан решил продолжить, вновь нависнув надо мной. Он слизал с щеки соленые капли, показательно облизнув губы, а после продолжил оставлять засосы на шее, сжимая мою ногу одной рукой. Еще немного… еще пара мгновений и завтра я не захочу видеть этот мир. Хотя я и сейчас не хочу… он оканчательно спускает штаны, но тормозит после одной фразы. — руки от нее убери. — боже, серьезно? Я даже не надеялась на тебя. — ой да ладно тебе, Хром, у тебя не убудет. — Игорь стоял в дверях, недовольно и требовательно смотря в нашу сторону. Я только голову в сторону отвернула, чтобы не видеть этих двоих. Как же стыдно, как же противно. — я сказал, руки от нее убери. Что неясно? — голос уже громче, даже сквозь рыдания я слышала шаги, оповещающие о том, что он подошел ближе, чем заставил и Руслана слегка изменить положение, чтобы в глаза посмотреть. — присоединиться хочешь? — смешок, блеск в глазах, а мне временно даже страшно становится, что Игорь может согласиться. Теперь я, похоже, могу представить все, что угодно. Однако ответа не следует, и в комнате раздается странный звук, напоминающий мне моменты из фильмов. Как перед выстрелом. Внутри окончательно все сжимается, а голова сама собой поворачивается к подошедшему парню. Я не ошиблась. В его руках был пистолет, уже направленный на парня, все еще державшего меня в руках под собой. Курок уже взведен. А в глазах Игоря только злость. — у тебя десять секунд, чтобы исчезнуть отсюда. — меня начинает трясти, потому как понимаю, что они оба пьяны и за поступки свои сейчас не отвечают. Игорь зол и, наверное, вполне может выстрелить. Он может убить человека. Того, кто находится рядом со мной в одной кровати, вернее даже сказать надо мной. — ты серьезно? — Руслан явно напрягся, выпрямился, наконец избавив меня от своих прикосновений. — пять секунд. — командный тон, парень разминает шею, а тот, что только что стягивал штаны, натягивает их обратно, бурча «да пожалуйста, хоть подавись», затем поднимая с пола свою футболку и направляясь к выходу. Как только он слез с кровати, я свернулась калачиком, поджав к себе ноги и пустив еще больший поток слез. Меня чуть не изнасиловал бывший одноклассник в чужом доме, а второй чуть не убил его за это. Класс. Вот это история. На меня падает свободный край одеяла, а после Игорь уходит за другом, закрывая за собой дверь на ключ. Видимо, чтобы больше никто не зашел. Не смотря на то, что внизу громко орала музыка, я, кажется, не слышала ничего, кроме своих всхлипов. Голова кружилась, что уже переходило в мое привычное состояние, тело подрагивало, как при приступе, дыхание сбилось, что я порой не могла вдохнуть воздух и чувствовала, что просто задыхаюсь. А потом выстрел. Не знаю, куда, в кого, но теперь было уже все равно. Мне было полностью плевать. И на звуки внизу, когда музыка, вроде бы, все-таки стихла, и на крики, на звуки машин, которые должны были увезти эту толпу из этого дома. И даже на то, что я вновь через полуприкрытые глаза видела, как дверь в комнату открылась и на пороге появился Игорь. Было плевать, что будет дальше, что он может сделать. Полностью плевать. И сейчас, когда он смотрел на меня из прохода, чего-то ожидая, как по щелчку пальцев мое сознание отключилось. А дальше только пустота.

***

Могу предположить, что после всего произошедшего Игорь мирно выпроводил всех из дома. А выстрел? Зачем он был, я не знаю, может просто для убедительности, что настоящий или что он и вправду готов был выстрелить. Я не знаю. Я знаю лишь то, что живу в квартире с человеком, который связан с наркотиками и имеет при себе пистолет. И этого хватает, чтобы чувствовать себя лишней. Проснулась я также странно, как и заснула. Словно по щелчку. Все тело ломило, голова раскалывалась, глаза болели, словно я вовсе не спала. Да и как только я их открыла, уставившись в стену, тутже вспомнила все. Почему? Почему люди после тусовок ничего не помнят, а я вижу все перед глазами, словно это было секунду назад? Почему?! За что? На глазах вновь наворачиваются слезы от осознания моей беспомощности и беззащитности. Что было со мной? Почему я не могла даже оттолкнуть его? Почему? Он ведь практически начал… я бы… я бы не выдержала, я бы не смогла сегодня даже глаза открыть… он… — как ты? — тихо и аккуратно приоткрыв дверь, в проходе появляется Игорь, осматривающий мое положение. Я все еще лежу комочком, как кот. — я принес таблетку от головы, да и позавтракать бы не помешало, а то ты загнешься от алкоголя. — подав мне лекарство и стакан, он остался стоять рядом и смотреть, как я приму. Пришлось пить. — спасибо… — голос хрипит, видимо, я его вчера потеряла. Ужасное состояние. — свои таблетки не забудь. Полегчать должно. И спускайся, пока не остыло. — дверь за собой прикрывает, а я замечаю теперь и новый комплект одежды, лежащий рядом со мной. Вот это забота, конечно. Таблетки, завтрак, одежда, одеялом даже укрыл вчера и защитил? По сути он спас меня вчера… Но теплых чувств к нему не появляется. Он виноват во всем, что произошло. Он притащил меня сюда. Он устроил тусу. Он позвал этих гостей. Он позвал его и специально показал меня. Он виноват! Он! Ненавижу! Видеть не хочу! Никого! Хочу побыть одна! Совершенно одна! Внутри гадко, тошно, но я поднимаю себя с кровати, просто чтобы одеться и уйти из его спальни. Интересно, где спал он? Я понятия не имею, была ли одна или же он остался здесь. Прошу, умоляю, скажите, что он меня не трогал. Я не хочу знать ничего. Я хочу в душ. Хочу смыть с себя эту ночь.