Чьё-то несчастье 2-3: Your?

— он видеть меня не хочет, Слав. — почему от осознания этого так больно? Знала ведь, что все будет именно так. Сама виновата. Сама сделала выбор. Сама совершила ошибку. И сама же сейчас плачешь. — все будет хорошо, слышишь? — она с силой жмурит глаза, мотая головой в стороны, а парень не на шутку пугается, что нервы ее окончательно сдали. Контролировать себя с каждым днем ей становится все сложней. И ни к чему хорошему это не ведет. — Послушай меня. — надеясь вернуть ее в чувства, Слава двумя руками обхватывает лицо девушки, поднимая ее голову к себе. У нее дрожь. — ничего уже не будет… — других мыслей даже не появляется, когда он видит как ее все сильней потряхивает. Как-то на автомате действуя, парень за плечи хватает, потряхивая девушку чуть сильней несколько секунд, тем самым возврашая в реальность. — никогда… — она плохо соображает, что с ней только что творили, но зато теперь открывает глаза. — тихоо, малышка, послушай. — прямо в глаза. Уверенным тоном. Удерживая лицо в своих ладошках. — Я тебе обещаю. У вас все будет хорошо. — он разделяет все слова, внушая ей, чтобы даже не задавала вопросов. — Дай ему время. Совсем немного. Ладно? Я тебе обещаю. Все будет хорошо. Она просто сдается, тяжело выдыхая, закрывая глаза, из-за чего по щекам катятся новые слезы. Она просто поджимает губы, чуть кивая, якобы соглашается и верит. Будь все иначе, сейчас бы точно последовал поцелуй… Неизвестно, чья это была мысль, но она пролетела незаметно и растворилась в тишине комнаты и объятиях этих двоих.

***

— алло, — Тема показательно медленно принимает вызов, натянуто отвечает, слегка даже ухмыляясь в трубку. Сложно сказать, чего он ждет, но почему-то такой расклад событий радует. Все сдвинулось с мертвой точки. — мне нужен Игорь. — голос на том конце строгий, громкий и его обладатель сейчас явно куда-то очень быстрым шагом направляется. Торопится будто. — вау, какой тон уверенный. В чем…? — шатен прекрасно знает, в чем дело, но для чего-то специально играется, чуть усмехаясь злости и серьезности собеседника. И как давно никто не видел этих всплесков? — где он?! Ты знаешь? — Голубин перебивает, не желая объясняться, а желая узнать нужный адрес, чтобы сразу же туда наведаться с приветом. — да не ори ты. — но и его вопрос игнорируют. Они словно специально издеваются друг над другом. Это у них взаимно. И это раздражает. — блять, Шатохин. Бегом! — командовать любит. Всегда любил, всегда хотелось, чтобы слушались, чтобы выполняли, когда просишь, и отвечали, когда спрашиваешь. А сейчас к простой любви добавляется ненависть на того, кто оставил следы на ее нежной коже. — ага, разбежался. Ко мне езжай. — сбавляя тон наигранности и отвечая уже с холодом, Тема хочет уже и вызов сбросить, чтобы ничего другого другу не оставалось, кроме как выполнить предложенное, но у того реакция, кажется, восстановилась, потому как отвечает, даже не дослушивая до конца. — ты можешь просто сказать, где его найти? — он даже актерские навыки в себе оживляет, сдерживая крики и спрашивая почти спокойно. Всего лишь с рыком. А о том, как белеют костяшки от сжатия гаджета в руках, думаю можно умолчать. — приедешь, скажу. Жду. — теперь трубка и правда отключена. Вызов сброшен, слышны лишь гудки, а телефон об асфальт разломать хочется. Но он еще явно пригодится, а потому отлетает лишь на соседнее пассажирское сидение, когда блондин с силой дверью хлопает, заводя мотор и все-таки выезжая к другу.

***

И времени проходит совсем мало, как в дверь уже начинают названивать, не забывая еще и стучать при этом. Видимо, чтобы уж точно услышали и открыли. Артем даже на часы поглядывает, соображая, что и десяти минут не прошло, как телефонный разговор был закончен. Удивительно. Он вообще светофоры видел? Ну хоть один? На пару секунд без движения во всем этом шуме терпения хватает, но после парень громко выдыхает, покачивая головой, заранее представляя, кто сейчас завалится громить его квартиру, и топает открывать дверь, долбить которую со стороны подъезда никто не перестал. Тема только щеколду повернуть успевает, как ручку тутже поворачивают, а после его сразу сносят с ног, хватая за грудки и впечатывая в стену. Совсем недавно они были на других местах в такой ситуации… Дверь хлопает сама собой. И это, наверное, хорошо, что он додумался ее закрыть, а не орать сейчас на весь подъезд. Однако в обуви прошелся куда дальше ковра, прибираться теперь придется… — ты знал? — что еще удивляет, он не начинает орать, да, он удерживает его за одежду, чуть приподнимая и вжимая в стену, да, он злится, но старается держать себя в руках, лишь сверля взглядом и сжимая кулаки. — нет, конечно, я же слепой. — но Артему не страшно, он просто показывает, насколько глупым был вопрос. — И забрал ее просто так. — ну правда странно спрашивать, видел ли он, что произошло с девушкой, если у нее все «на лице написано»… да и Глеба можно понять. Эмоции все-таки. Соображать сложно. — Какого хуя ты ничего мне не сказал?! — блондин повторно от стены отрывает, чтобы вновь в нее впечатать и якобы встряхнуть. Чтобы не дерзил, чтобы понял, что такой расклад событий со всеми этими скрываниями всей правды пришелся не по душе. Бить Тему может и есть за что, но сейчас кажется не совсем оправданным. — что бы ты бухой сделал? — щурясь от того, что затылком не хило ударился все-таки, продолжает поддерживать диалог, намереваясь включить помимо ненависти на всех вокруг еще что-нибудь в голове парня. Нужно же обдуманные решения принимать, а не идти мутузить всех подряд. И Глеб достаточно хорошо соображает, слегка сбавляя напор. — Вот видишь. — где он? — да, теперь он даже не рычит, голос хоть и грубый, но уже не громкий, а просто строгий и требовательный. И такие перепады не перестают удивлять. Надо же как все просто выходит. Даже в ответку в нос давать не пришлось, чтобы сообразил. — в полиции. — оба слегка расслабляются, продолжая в глаза смотреть, стоя на расстоянии рук блондина, который чуть хмурится. — С ним некогда было самому разбираться, увез ее домой, к ним вызвал наряд. Ничего пока не ясно, но покалечить его тебе не дадут в ближайшее время точно. — эта сука позволила себе поднять на нее руку! Я не хочу его колечить, я хочу его убить. — да по глазам видно, что была бы твоя воля, никто из них не выжил бы. Пугающе конечно, но на Артема не действует даже то, что Глеб снова кулаки возле его шеи сжимает. — прекрасно тебя понимаю, но может отпустишь уже. — делает вид, что слегка напрягся от грубости, поднимает руки в примирительном жесте, а после тычет на кисти Голубина, предлагая наконец перестать мять его домашнюю футболку. — почему ты сразу мне не сказал? — Глеб слушается, отпуская друга и отходя в сторону. — У нее синяки по всему телу! У нее, блять, губы разбиты, царапины на лице! Какого хрена ничего еще не ясно?! — но вот теперь он снова возмущается, кричит и размахивает теми самыми руками. Даже неясно, что лучше. Пока он ничего не разбил и это радует. Но все еще впереди и это пугает. — их только за наркоту сгребли. О ней не знают, тащить ее на всякие экспертизы я не стал. Боюсь, с психикой у нее сейчас не гладко. — блондин тормозит, чтобы шум не создавать, и внимательно слушает, оставаясь стоять боком к другу. Такие новость не очень как-то радуют. — Тебе бы пар спустить. Давай в зал скатаемся? — а у Артема созравает план, как свести весь негатив на нет, не разломав его квартиру. — я хочу забрать её. — ни к чему выдает блондин, продолжая сверлить взглядом то ли стенку, то ли он смог розыскать окно в другой комнате. Он будто не слышал весь разговор и это предложение. — Она поедет? — ему показалось? Да ну, ему точно показалось, что у него голос дрогнул. Глеб все равно взгляд на друга переводит, но врать тот не привык. — не знаю. Я понятия не имею, что она чувствует и о чем думает. — да, хотелось бы просто успокоить, хотелось бы сказать, что конечно все будет идеально. Но сейчас домыслы неуместны. — Поехали в зал. — Тема ближе подходит, кладя руку на плечо и чуть сжимая. — Давай, ты выпустишь пар, а завтра все решим. Поехали. — чуть похлопывает, а после удаляется одеваться, потому как не в домашнем же ехать.

***

Оделся и собрался Артем за пару минут, размер у обоих в принципе совпадал, потому и шорты Голубину захватил. Ехали они молча, Шатохин вынудил ехать на одной машине. На его. А потому занять руки Глебу было нечем. Окно было открыто, а парень за время поездки скурил несколько сигарет подряд. Упрек друга о том, что в зале задохнется быстро, был проигнорирован, а из движений был брошен лишь недовольный взгляд. Особо уговаривать к спорту не пришлось, Голубин первый скинул все вещи и натянул первые попавшиеся шорты, отправившись к груше. Первые удары без перчаток отдавались покалыванием в костяшках, а после появившийся рядом Тема бросил в блондина необходимый арсенал, намекая не разукрашивать кровью все вокруг. Где-то на фоне играла грубоватая музыка, но сейчас даже в бит попадать не хотелось. Голубин ничего и никого не слушал, продолжая без остановки долбить ни в чем не виноватую грушу. Однако и сам заметил, что сил стало заметно меньше. — раньше дольше мог. — как факт вбросил друг со спины, как бы упрекая, что и про сигареты говорил, да и пить три недели идея была не очень. Он и сам знает. А потому сейчас себе в доказательство после пары глотков воды взялся выбивать остатки сил. Надолго не хватило. — думаю, сейчас самое время сказать еще кое-что. — Тема, убедившись, что сейчас у друга не будет настроя врезать ему, да и сил уже, наверное, на убийство не хватит, решил сообщить оставшиеся известные факты. — я все-таки спросил у нее, почему она ушла, и причина у нее так себе. — говори уже, — Голубин, изрядно запыхавшись, вливает в себя воду, успевая между делом наехать на парня за медлительность и растягивание не самых приятных разговоров. — у Егора есть доки на твою связь с наркотой. — бутылка отходит на второй план, а в воздухе все-таки появляется некоторое напряжение. Из-за повторного молчания Глебу приходится вновь недовольно глянуть на друга, заставляя продолжить объяснение, а не выжидать непойми чего. — Дал ей выбор: либо сливает в сеть, либо она тебя бросает. Я так понимаю, для инета ты чист, потому она решила не ломать репутацию. — сука. — на удивление обоих, в нем, оказывается, еще остались силы, потому как груша вновь стала отлетать в стороны от не очень то мягких ударов. В этот момент Артем готов был благодарить судьбу, что стоял в другой стороне и бить по нему было просто не с руки. — И про это, хочешь сказать, она не говорила? Даже не уточняла?! — как он вообще успевал выплевывать эти слова между ударами тоже остается некоторой загадкой. — про наркоту? — вопрос задается аккуратно, немного тихо, потому как блондин берет новую передышку и тормозит с избиением. — Ни разу не заикалась. Сами уж разберетесь, как она к этому относится. — он внимательно наблюдает за тем, как ритмично двигается грудь Голубина, уткувшегося лбом в то место, по которому только что дубасил, что есть силы. — Есть еще новость… — теперь решает не дожидаться взгляда, убеждающего, что тот готов слушать. - Он подсадил ее на что-то. Не слишком сильное, конечно, но ломка порой накрывает, ее потряхивает ненормально. С питанием проблемы… Да, желание убить парочку личностей у Глеба не ушло, однако убивать их было не выгодно с точки зрения закона, а выпустить пар уже просто не хватало сил. Мысль, что надо бы вернуть форму осталась на подкорке сознания, а в голове остались лишь воспоминания. О том, как ей что-то подсыпали, и ее не отпускало очень долго, о том, как ей было тяжело в тот вечер, о том, кого он винил тогда. А сейчас ситуация стала только хуже, а виновника опять-таки видит одного. Только злиться сейчас некогда, потому как есть заботы поважней. — она сидела на таблетках. — память никуда, слава богу, не делась, а потому он задается вопросом, почему раньше никому из парней об этом не сказал. — Она в феврале была при смерти практически и ее откачивали в больнице две недели. Она должна была таблетки пить, не переставая, и регулярно проверяться. — уставляется на шатена, который слегка глаза выпучивает и хмурится в то же время, соображая, что на самом деле значила ее фраза о том, что от таблеток устала. — я не знал. — других слов не подбирает. Ждет, что будет дальше, да и долго молчать не приходится. — я в курсе. Заедем в аптеку. — блондин кивает, впихивая в руки друга боксерские перчатки и направляясь в душ и раздевалку. Шатохин спешит за ним.

***

— Морт пишет, что у нее после твоего прихода истерика была. — на обратном пути за руль Голубин напросился сам, что Теме ничего не оставалось, кроме как отдать ему ключи и усестся на пассажирское. — сегодня пусть все пьет. Только скажи, чтобы после еды. — паркуясь у самого подъезда Славы, Глеб достает с заднего сидения пакет с лекарствами, названия которых, на удивление, отлично помнит. Глаза даже не поднимает, сообщая другу план действий и уставляясь вперед. — не зайдешь? — шатен чуть не уверен в правильности поступка, ведь думал, что блондин сам отправится на встречу с покупками. — чтобы ей еще хуже стало? — но одного взгляда вновь хватает, чтобы убедить. Он и сам не готов ко второй встрече. И полностью прав, что ее доводить вновь не нужно. Шатохин один отправляется наверх, давая и Голубину пару минут на перерыв и мысли, что делать дальше. Ему придется делать первые шаги. Начинать чуть ли не с ноля. Главное — взять себя в руки. Но на ум как на зло ничего не приходит. Под каким предлогом к ней идти? Как объясняться? Что говорить? Как себя вести? Как забрать к себе? Как вернуть все без особых потерь? Как не сделать еще больней? Как помочь? Сотни вопросов, ответы сразу не приходят, рука тянется к пачке сигарет, но рассудок напоминает, что силы свои уже потерял. Надо бросать. Снова. Все заново. Но это все завтра. Сегодня в планах только вернуть Артема домой, забрать машину и направиться отсыпаться, потому что все тело ломит и энергия уже на ноле. Все завтра. Все будет завтра. — завтра свободен? — пока на очередном светофоре стояли, которых сейчас на пути казалось раз в сто больше чем обычно, шатен подал голос, забавно попав в крутящиеся клубком мысли. — Помощь твоя нужна будет. Помощь? Неожиданно. А главно и отказаться сложно и согласиться не уверен, что нужно. У него в планах решать дела с личной жизнью и жизнью той, которой сейчас очень плохо по его вине, как ему кажется. Но ведь это друг? А она — девушка. Даже если и сказала, что расстаться нужно, он же не соглашался. Значит никто ни с кем не расстался. Еще ей бы это все объяснить не помешало, кстати. На вопрос Артема Глеб так и не ответит, к слову. Он довезет его до дома, руку пожмет, попрощается и отправится к себе, сразу завалившись в спальню и отключившись в первые секунды.

***

В это утро Слава постоянно скакал по квартире, что-то собирал, что-то куда-то складывал, но я совершенно не понимала, что происходит и куда он намеревается уйти, но и допрашивать его как-то не хотелось. Он улыбался, музыку включил, когда я уже проснулась, вынуждал меня ответно улыбаться, наблюдая за ним. Позже он скрылся в ванной, а я зависла в гостинной. Последние дни я тоже стала в музыке часто коротать время. В ней было проще ни о чем не думать, проще отвлекаться от давящей атмосферы внутри и снаружи. Но даже через музыку сейчас я услашала звонок в дверь. Совсем уйти от реальности все-таки не получается. — Слав? — хозяин квартиры не отзывался и не торопился открывать дверь, потому я направилась на его поиски. Опасаюсь я как-то сама двери открывать… — открой, это Артем пришел. — видимо, парень был еще не готов выходить, а может быть и специально меня отправил, но Теме открывать не страшно, потому я спокойно повернула щеколду и приоткрыла входную дверь. — привет, малышка. — парень сам открыл ее нараспашку, свободно заходя в квартиру, я же только отступила в сторону, чтобы ему не мешать. Тоже поздоровалась, широко улыбаясь. — Где этот белобрысый? — шатен стал квартиру оглядывать, а я заметила, что дверь он за собой не закрыл. — не знаю, занят чем-то. — только плечами пожимаю, предполагая, что они, кажется, сейчас сразу вдвоем и уедут куда-то… — нам сейчас нужно будет отъехать — ну вот. Кто бы сомневался. А ведь я так давно не оставалась в одиночестве… почему-то даже страшно слегка стало. — потому обещай, что ничего не случится. — обещаю. — обычно эта фраза слегка пугает и напрягает. После таких обещаний всегда все идет не так, как надо. Еще напрягает то, что Артем встал прямо напротив меня, положил руки на плечи и прямо в глаза заглянул. Но, как видите, я лишь усмехнулась, дав ему обещание. — вот и хорошо. — он доволен, он кивнул. — и, пожалуйста, не пугай его сильно, ладно? — стоп что? Кого не пугать? Что значит не пугать? И уже как по традиции, спросить я ничего не успеваю. Только бровки чуть хмурю, замечая, что в квартиру заходит кто-то еще. Взгляд на него перевожу, цепенея от шока и неожиданности. Он не может тут быть. Его не должно тут быть. Они же не оставят нас вдвоем? — привет. — Артем давно меня отпустил, я всем корпусом повернулась ко входу, а блондин напротив еще и кивает в знак приветствия, похрустывая пальцами в карманах. — я готов. — Слава появляется совсем рядом, отвлекая на себя все внимание. — Поехали. — он быстро кроссовки накидывает, меня за плечо берет, в глаза заглядывает, чуть улыбаясь и кивая, как бы прощаясь, а после эти двое удаляются, закрывая за собой дверь и оставляя нас двоих в одиночестве.