Чьё-то несчастье 2-3: Your?

Разве можно просто взять и снова начать встречаться, словно не причинили друг другу столько боли? — нужно в магаз скататься, — кто бы сомневался, что ты именно в тот момент, когда я загоняться про наши отношения начну, решишь меня отвлечь. — поедешь со мной? — я так долго сидела дома, что, кажется, сейчас со всех ног должна рваться на улицу. Почему тогда я молчу, словно не хочу? — Давай прогуляемся, поехали. — сам за меня кивает, предлагая идти одеваться, ведь он уже готов выходить. Собралась я быстро, потому как не хотела вынуждать его долго ждать, да и желания особо наряжаться, краситься и творить что-либо со своим внешним видом у меня в принципе не было. Так и парня потерять недолго… хотя есть ли он у меня? Да, Глеб сейчас рядом топчется, проверяя кошелек, телефон, ключи от машины, за мной поглядывает внимательно, потом дверь открывает, едва заметно касаясь, когда мимо прохожу, сам к лифту разворачивает, явно доказывая, что не может не касаться при любом удобном случае… Но, кто мы сейчас друг другу, неясно никому. Он уже пытался обусловить наши отношения, когда предлагал начать с начала, все вернуть, но я тогда чуть ли не отказом ответила, а потому эту тему он больше не поднимал, хотя вполне возможно, что хотел. — пойдем. — доехали мы быстро, вот только я думала про продуктовый магазин, а здесь их как-то не видно. Но я слушаюсь и следую за парнем, ожидающим меня и вновь придерживающим за плечи. Боится, что убегу что ли? — Здравствуйте, я на сайте выбирал модели, должны были отложить. — магазин с электроникой, Глеб сразу к консультанту подходит, какой-то номер показывая. — вот, пожалуйста. — парень слегка улыбается, когда выставляет найденный товар на стойку, хотя я даже не смотрела на него, рассматривая все вокруг и людей в том числе. Ужасно отвыкла от общества, что сейчас даже в этом магазине находиться было не очень комфортно, когда тут всего два человека помимо нас с Глебом ну и консультант. — ага, спасибо. — к Глебу, вроде бы, уже привыкла, потому как его голос так близко над ухом уже и не пугает и не напрягает. — Выбирай. — рано радовалась, видимо. Теперь он, заметив, как я взглядом все помещение измеряю, сказал это почти шепотом мне на ушко, заставив вздрогнуть. И что, простите, он сказал? Взгляд на его довольное лицо перевожу, затем замечаю на стойке несколько гаджетов, а потому задаюсь вопросом, что тут творится вообще? — тебе нужен телефон, я вот выбрал по качеству, выбирай по внешке. Даже так, значит… — Глеб, я не могу… — да, телефона у меня давно нет, да, это очень даже нужная вещь, но боже мой я и так неудобно себя перед ним чувствую, а тут он еще телефон собрался мне покупать? Потому и головой в стороны мотаю. — тшш, — а как же, заткни меня, давай, а то ведь я решу пояснить, почему не готова к таким подаркам. В сторону глянув, торомозит руками мою голову, приподнимая ее к себе и смотря четко в глаза. — я помню, что ты у меня независимая, самостоятельная, но мне нужно, чтобы ты была на связи. И не только со мной, но и с родителями, подругами. Потому давай без этого, хорошо? — он улыбается почти даже не наигранно, сам кивает, а я только задумалась, насколько он все-таки прав, а потому и глаза опускаю, затыкаясь. — а что по цене? — я даже не кивала ему в ответ, он сам с собой согласился, а потом поцеловал меня в лоб, отпуская из рук мое лицо. Я задалась следующим вопросом, когда он стал отходить от меня в сторону другой витрины, но меня почти проигнорили. — я же сказал, выбирай по внешке, по удобству. — да уж. Выбирай, блин… Позже оказалось, что симку мою Глеб уже восстановил, а потому номер мой сохранился, и сейчас телефон был почти полностью восстановлен. Оставалось только приложения все, какими пользовалась, скачать. И можно считать, что все вернулось. Защитное стелко, чехол, наушники, все якобы шло в комплекте с новым гаджетом, а потому Глеб маялся и с аккуратным наклеиванием стекла. Предлагал еще чехлов заказать, чтобы не все было так однообразно, но я не любительница всяких ярких украшений для телефона, потому вечером мы просто смотрели мультик вместо фильма. Цену телефона он так и не согласился мне сказать…

***

Режим дня и отдыха был неплохо так сбит, да и дел особых не было и я постоянно бездельничала. Страдала какой-то ерундой, порой делала домашку и в самом деле не отражала, что дни проходят мимо меня… А потому даже и предположить не могу через какие сутки к нам вновь пришли гости. Верней снова тот же самый гость. В квартире я была одна, потому открывать сразу не стала и заглянула в глазок, за секунду узнав в пришедшем шатена, которому тут же открыла дверь. — я вовремя? Голубин отсутствует? Хахаха — я отвечаю тоже улыбкой, кивая и пропуская друга в квартиру. — он бы мог меня не пустить после прошлого раза. — да это я тогда виновата была… Тема даже ни при чем, просто переживал за меня, а ему влетело… неудобненько вышло. Но тогда я не готова была защищать других. Я с собой совладать не могла. — он за продуктами пошел. — вновь киваю, в подтверждение всех фраз Артема, улыбаться тоже продолжаю, потому как рада его снова видеть, и жду, когда обувь снимет, и мы вместе на кухню пройдем. — отлично. Как у вас дела? — я понимала, что он станет такие вопросы задавать, но совершенно не представляла, что мне ему отвечать. Я взяла паузу, спросив, что он будет, парень не стал сразу переспрашивать, а потому мы перекинулись парой лишних фраз, и только после того, как я вновь впихнула ему кружку, стал прожигать вопросительным взглядом, намекая на ожидание ответа. — я не знаю, Тем. — глаза вновь уходят в кружку, которую в руках держу, что я задаюсь еще и вопросом: зачем наливаю себе чай, когда сама его не пью? — прости, что лезу, конечно, — да мы сами вдвоем виноваты, что в нашу жизнь лезут «посторонние» — но ему тебя не хватает. Антистресс от всего мира. Помнишь? — а в голове словно щелкает, что я чуть удивленно уставляюсь в глаза шатена. И он продолжает. — Ты успокаивала, восстанавливала, отвлекала от всей херни. — боже мой, да он же слово в слово повторяет. — Потому ходит за тобой как привязанный, не зная, что сделать, чтобы скорее тебя вернуть. Ему нужна близость. Твоя. — и вот снова тот же вопрос: это заученная фраза или столь хорошая память у парня?! — Я понимаю, вы всегда рядом, но он переживает, что к себе не подпускаешь. Что-то не так? Что-то не так… а что не так? А я из-за Артема еще и слова Вики вспомнила, которые она мне после знакомства с Глебом сказала. «Ему просто нужна ты. Чтобы рядом была. Никогда не поздно расстаться, если он сделает что-то не то, а пока он делает все только для тебя, и он тебе нужен. Потому держись за него.» Держись за него. Эта фраза приследует меня? И что это за чувство внутри? Привязанность? Влюбленность? Л-любовь? Я даже в голове это с запинкой произнесла… — Насть? — Артем. Ты же все еще здесь, точно. А я вот решила поразмышлять. А у вас как дела? — Откроешь? — что откроешь? Куда откроешь? Чай же пьем… ты чего? — в дверь звонят. — аа, ой, ё-мое, как можно звонок не услышать? На всю квартиру горланит. Совсем я что-то… — ты что так долго? — на пороге, конечно, Глеб, проходит с большими пакетами, улыбается, а я ответить ему ничего не смогла, зато забрать хоть один пакет пытаюсь, чтобы попроще ему было, но тот даже увернуться умудряется, не разрешая, — тяжелый, не бери. — тут Артем зашел. — решаю заранее предупредить, с чего-то и правда переживая, внимательно за его лицом наблюдая и пальцы свои перебирая. Реагирует. Но взгляд быстро переходит за мою спину. — просто повидаться заглянул. — а шатен даже руки поднимает, усмехаясь чуть хмурящемуся блондину. — Хотел предложить, может соберемся компанией? А то вы безвылазно сидите тут вдвоем, так же и свихнуться можно. — это точно. Я вот уже давно того. — А так встретимся толпой, посидим, пообщаемся. Можно настолок купить, например. Что думаете? — я не против. — я в самом деле воодушевилась даже его предложением, потому как и по компании этой соскучилась и картинку перед глазами сменить хочется, и к прошлой жизни вернуться хочется. Однако, сложно это будет. Но пока не задумываюсь, а даже слегка улыбаюсь, а ведь решение окончательное не за мной, а за тем, кто что-то режет у плиты, спиной к нам стоя и, кажется, совсем без настроения. — Глеб? — как скажешь. — я взгляд на него заранее перевела, с чего-то решив, что он тоже согласен на встречу будет. Однако, кажется, прогадала, потому как ответил он с самой пофигистичной интонацией, словно даже и не слушал нас, а просто вкинул то, что в голову пришло. Потому я решила замолчать и не влиять на разговор. Без него я точно пока никуда не поеду, а с таким настроением с ним ехать опасно. — мало в тебе энтузиазма как-то. — Тема встревает, замечая, как сменилось мое поведение и эмоции, на друга поглядывает, который понял, что явно не такого ответа от него ждали. — конечно, если хочешь, то я совсем не против. — Глеб переключает настрой, подходя ко мне, за плечи приобнимая и целуя в макушку. — Поедем хоть куда. — даже не знаю, что испытываю сейчас, когда понимаю, что не сам он решение принимает, а под меня подстраивается, еще и эмоции наигрывая. Артем выдерживает паузу небольшую, пока Глеб не усядется, оставив одну руку на моем плече, и не кивнет ему вопросительно. — на завтра нет планов? — в принципе планов у меня нет… никаких, ни на что… — Тогда договорились? Я всех позову, с вас хорошее настроение.

***

Артем не стал долго нас мучить распросами, не стал Глеба допрошивать о том, что у него по работе, просто посидел еще пару минут, предлагая, чем заняться можно будет, и вскоре решил, что по делам ему пора. В разговор я и правда не лезла, я задумалась вновь о его словах про Глеба, близость, наши… чувства. Он ведь мне дорог. Ужасно дорог. Я не хочу его отпускать, я очень хочу быть рядом, хочу быть близкой ему, хочу иметь возможность прикасаться к нему, хочу… Любимый поток мыслей из ничего. В этом направлении я очень давно не размышляла, но и сейчас я как на автомате, закрыв дверь за Артемом, топала в кухню. К нему… все мысли прервались как по щелчку после того, как я прижалась к его спине, обхватив обеими руками за торс. Казалось, что время остановилось, потому что вокруг воцарилась тишина, в голове пустота и все, что я слышала, это стук наших сердец. Нереально громко. Просто нереально. Глеб совершенно не ожидал, что на меня вдруг нахлынет такое сильное желание прижаться к нему, а потому он даже нож выронил, которым продолжал что-то резать. А еще я слышала, как его сердце дало сбой, потому что сначала дыхание он задержал, а потом седрце забилось куда быстрей. — прости. — я отлипаю, решив, что помешала ему, нож поднимаю, возвращая, а он заранее в стороны головой мотает, намереваясь доказать, что не мешала. «Все нормально.» Он в глаза мне смотрит, как будто даже слегка напуганно, нож быстро забирает, в сторону его убирая подальше. Долго. А у меня уже коленки подрагивают, но взгляд я не отвожу. Он касается руки, вынуждая вздрогнуть и глянуть на его пальцы, которые аккуратно обхватывают мою кисть. Он наступает, предлагая сделать малюсенький шаг назад, встретившись со столешницей поясницей, а после даже слегка склоняется, не прерывая зрительный контакт. И тянется поцеловать. Но здесь я сдаюсь. И проигрываю. Я не могу. Мне стыдно. Я чувствую себя полной тварью. Мне кажется, я не могу позволить себе касаться его губ. Как бы странно это не звучало. Он расстроен. Разочарован. Я вновь делаю ему больно. — прости. — опускает голову, отворачивается, сжимая губы и напрягая скулы, он даже порывался уйти, но я ухватилась за его руку. — нет, Глеб, просто… разве тебе не противно? — он решает выслушать меня потому разрешает удержать рядом и сейчас, после моего вопроса, вновь с непониманием в глаза смотрит, еще и одну бровь приподнимая. — Я целовалась с другим… — чтобы понять его мысли и эмоции, смотрю в глаза, которые наливаются недовольством, брови хмурятся сразу, но он хочет это спрятать. — Ужасно, я просто ужасная. — ну нет, ну только не слезы, я уже не могу плакать! Сама убираю от него руки, утыкаясь лицом в ладошки, глаза правда на мокром месте, но даже убежать от его общества не решаюсь, ведь стоит очень близко и, по сути, преграждает мне путь. Такие мысли от меня тоже не приходятся по душе парню, потому как он очень громко и тяжело вздыхает. А я чувствую, что он становится еще ближе, хотя казалось, что ближе уже некуда. — ты не ужасная. — я чувствую его дыхание, я слышу биение его сердца. — Ты самая лучшая. — я чувствую жар его тела. А еще касание в области шеи, когда он хочет поднять мое лицо, убрав от него руки. — И только моя, слышишь? Ты всегда была только моей. — уверенно смотрит в глаза, доказывая, что сам верит в эти слова, а после целует коротко в лоб, после прижимая к груди мою голову и крепко обнимая двумя руками. Не сразу, но я обнимаю его в ответ, как можно сильней притягивая ближе, словно хочу погрузиться в него, и очень крепко сжимаю, сминая в руках его футболку на спине…

***

Они впервые после столь долгого расставания лежали вдвоем в одной кровати. Парень обнимал девушку со спины за плечи, потому она лежала на его руке, ее же слегка поглаживала, рассматривая выпирающие вены и костяшки. Он прижимал ее как можно ближе, стараясь согреть, потому как замечал мурашки на коже, которые скорее всего были вовсе не от холода. Он вдыхал запах ее волос, от которых веяло мятой, ведь ее шампунь так некстати закончился и душ она принимала с мужским. С его шампунем. Она пахла им. Они молчали, размышляя каждый о чем-то своем, но главное — оба безумно наслаждались этой тишиной, этим спокойствием и этой желанной близостью. Девушке ужасно хотелось показать, насколько сильные чувства внутри сейчас разрывают грудную клетку, но слова не подбирались, да и чувство стыда до сих пор не покидало. Она нежно гладила его кисть, расположенную сейчас очень близко к лицу, после они переплели пальцы, что вызвало ее легкую улыбку. Все такие же маленькие ручки у нее. И все такие же мужественные у него. Аккуратно касаясь и прикрывая глаза, она прижалась губами к тыльной стороне его ладони, замерев на несколько секунд. Она оставила пару поцелуев на его кисти, а после прижалась к ней щекой, наконец долго выдыхая. Он внимательно наблюдал за всеми ее движениями, а после ответно поцеловал в плечо. Вскоре она уснет в его руках, но прикрыть свои глаза парень так и не сможет.

***

Голубин лежал совсем рядом уже, казалось, десятый час подряд. Но это занятие ни чуть не напрягало, как было раньше. Сейчас девушка лежала к нему лицом, мирно спала, обнимая подушку, а он просто смотрел на нее, не желая отводить глаз. Столько времени ушло. Столько моментов они потеряли. Было до жути больно и гадко, что все сложилось именно так. Но в то же время осознание, что она снова здесь, рядом, что она снова сопит в его кровати, что не отталкивает, не уходит, а просто наслаждается им и его касаниями, разрешая быть как можно ближе, поглощало всю злость и ненависть. Хотелось оправдать все ее доверие. Хотелось доказать, что здесь, рядом с ним она может быть полностью спокойна. Он больше не допустит таких ошибок. Он больше не позволит никому к ней прикасаться. А сам уже не может удержаться. Он не касался ее несколько часов до своего пробуждения и парочку часов после. Так уж вышло, что во сне она вывернулась, покинув его объятия. Руки чесались, желая обнять и раскованно прижать к себе, но рассудок не позволял. А потому парень лишь неуверенно, медленно касался сначала ее плеча, отчего девушка чуть дернулась, прикрывшись одеялом как от холода, а затем лица. Шаловливые пальцы тряслись, когда его кисть висела в воздухе рядом со спящей малышкой. Выбор пал на аккуратные бровки, которые от прикосновений она чуть нахмурила, следом парень коснулся ушка, потому как решил заправить выбившуюся короткую прядь, чтобы та не щикотала, затем большой палец сам собой как-то повел по нижней губке. Либо ему казалось, либо она стала чуть больше. Возможно сказались вечные закусывания, а может и то, что не так давно она была разбита. Царапина прошла, но воспоминания остались. Не самые приятные. От щекотки девушка защевелилась, провела по губам, надеясь убрать то, что доставляло эти ощущения, но сон уже ушел, а глаза сами собой приоткрылись. Он улыбался. Руку свою чуть отодвинул, разглядывал ее, находясь в нескольких сантиметрах. Она засмущалась, опустив взгляд куда-то вниз, чем вызвала искреннюю радость и заставила растянуть улыбку до ушей. — смотришь, как я сплю? — удивительно, что она первой подала голос, ведь он был уверен, что сегодня все может вернуться на свои места. Когда она не разрешает касаться, когда прячет глаза и бежит от всего. Но она спросила, прикусив губу и вновь прикрыв глаза. Еще сонная. Еще не готова. — не кусай, — вновь протянув к ней руку, Голубин вынудил перестать доставлять неудобства пухлым губам, до сих пор побаливающим от самовнушения. — я ужасно соскучился по этому виду. Ты безумно красивая. — это он сказал уже прямо в глаза, которые та нерешительно на него подняла, кисть осталась на ее щеке, большой палец продолжал поглаживать скулу, которая теперь была более заметна. — я красивая? — а вот девушка напрягла тем, что переспросила. Что значит ее вопрос? Парень даже хмурится слегка, но отвечает достаточно быстро, стараясь удержать на лице только хорошие эмоции, от которых она будет спокойней. — конечно. — даже спрашивать, почему она интересуется, он не стал. Только неуверенно прилег чуть ближе, опасаясь, что она вновь отстранится. Он коснулся своим носом кончика ее аккуратного и миниатюрного. Чуть потерся, вызвав наконец ее улыбку. Видеть иные эмоции казалось невыносимым. — я хочу наслаждаться тобой. Постоянно.