Пустошь

      Леви приказал разведчикам искать бензин и раздал всем по списку того, что ещё нужно найти. Аккерман присел на кресло, зайдя в один из бутиков, кажется, здесь продавалась когда-то косметика. Мужчина до сих пор не мог поверить, что станет отцом. Руки тряслись, мысли путались, он не мог сосредоточиться на миссии. Возможно, впервые в жизни Леви был таким растерянным и несобранным. Он считал, что у ребёнка должны быть оба родителя, но не знал, как воспитывать детей. У него не было примера в жизни, он вырос без родителей, не зная, что значит отцовская забота. Леви не представлял, как относится к ребёнку, с ним же нельзя разговаривать грубо, он маленький, впечатлительный, чувствительный, ну а как тогда его приучать к порядку? Убирать игрушки, мыть за собой посуду. Стоп! Леви понял, что запрыгнул в слишком далёкое будущее. Сейчас главнее заботиться о Микасе, которая носит под сердцем малыша: маленькую частичку себя и Леви. Их общего ребёнка, который унаследует их гены, черты лица, манеры, привычки...       — Капитан! Мы нашли много чего. — Марко и Жан катили перед собой две тележки, полные каких-то коробок. — Капитан Леви!       — Да, да, — Аккерман кивнул головой, мельком глянув на коробки. Какого им от меня всем нужно? — думал Леви, потом поднялся с места и пошёл по торговому центру, погружаясь в свои мысли.       Аккерман остановился. Боковым зрением он увидел, что следующий бутик – детский. Он осторожно зашёл внутрь. Под его ногами хрустели осколки битых стекол, к сапогам прилипала грязь, но это сейчас не волновало мужчину. Он уверенно начал идти в глубь бутика, где были тусклые, пыльные, местами рваные детские кроватки. Розовые, голубые, чисто белые балдахины были серыми, рваными и воняли пылью. Сами кроватки были красивыми, несмотря на свой убитый вид. Леви задумался, что ребёнку нужна будет кроватка, коляска, одежда, разные бутылочки, соски. Аккерман остановился возле колясок, дотронувшись до одной из них. Ручка у коляски была мягкая, резиновая, на ощупь. По цвету коляска была чёрная, с салатовыми вставками по бокам. Леви понравилась эта коляска, да и колёса у неё были мощными. Он накрыл её плёнкой, чтобы потом вернуться за ней.       «О чём я только думаю?» — Леви опустил голову. Его жизнь вдруг перевернулась с ног на голову. Непонятные, двоякие ощущения охватывали мужчину, заставляя думать о будущем. Он решил снять квартиру, где Микасе и ребёнку было бы удобно. Нужно, чтобы возле дома был парк, район чтобы был тихим, но не сильно далеко от центра. Квартира должна быть чистой, просторной и уютной, а соседи спокойными, желательно с детьми, чтобы Микасе было с кем общаться. Только вот... Что на это скажет Микаса? Всё равно! Она должна думать не только о себе и своих страхах. Леви вышел из бутика, не смотря по сторонам. Он понимал, что нужно думать о вылазке, хотя... Раз Майк попёрся с ним, то пусть он этим занимается. Нечего просто так ошиваться по торговому центру. Нахрен он вообще поехал с ними, когда последнее время занимается исключительно бумажной работой?       — Капитан! Мы нашли тушенку, горошек и оливки. Их здесь та-ак много! — Саша весело хохотала, размахивая руками. Конни поправлял слегка перехилившуюся коробку, стоящую поверх других коробок в тележке.       — Капитан, а мы нашли постельное в упаковках, — Жан и Марко уже прикатили ещё по тележке.       — Капитан!       — Капитан Леви!       — Капитан Аккерман!       — Капитан!       — Куда вы столько набрали? Мы физически не увезём всё это. — Леви смотрел на семь тележек, которые были набиты коробками с консервами, постельными комплектами, техникой, складными стульчиками. Здесь нужно было ехать на камазе и увозить всё это добро.       — Значит, найдём камаз или фургон и увезем, — Венера нашла себе тени и запечатанные туши. Тени красили, а вот туши красноволосая ещё не тестировала. Она ещё нашла краску для волос, но взяла всего две упаковки, боясь, что краска будет испорчена, но корни волос отросли сантиметров на пять, делая голову неопрятной и неухоженной.       — Найдите Майка, пусть он поищет машину, а я пойду отдохну пару часов, — Леви махнул рукой, развернулся и пошёл прочь из торгового центра, скрипя осколками стёкл под ногами.       Джина и Майк стояли возле засохшего, сломанного фонтана, изображённого в виде русалки с кувшином. На дне фонтана виднелись ржавые монетки, которые "вросли" в фонтан от дождей и времени. Люди когда-то кидали сюда монетки, загадывали желания, смотрели на фонтан, держа друг друга за руку.       У Майка зачирикала рация. Звонила Венера. Услышав голос подруги, Джина слегка скривилась.       — Что случилось? — спросил Майк, сжимая в руках рацию.       — Майор, капитан отдал приказ найти большую машину, чтобы увезти вещи одним махом. Мы нашли столько много годных вещей, — говорила Венера.       — Я понял. Как найду, свяжусь с тобой. Отбой. — Захариус выключил рацию и посмотрел ещё раз на фонтан. — Ладно, пошли найдём машину, которая может ездить.       — Пошли, найдём. — Джина пожала плечами, а настроение заметно испортилось. Венера, разговаривающая с Майком, бесила. Хотелось придушить эту суку. Джина почувствовала ревность и решила, что она совсем сошла с ума, ревновать мужчину, с которым переспала всего лишь раз и то, под воздействием алкоголя. Дура! Глупая, наивная дура!       — Смотри, стоянка! — Майк увидел стоянку, где стояло пару газелей и куча легковых машин.       — Ага, круто, — без интереса ответила Купер, топая вслед за мужчиной. Вдруг она споткнулась и полетела вниз.       — Аккуратнее, — разведчик подхватил девушку, но она успела подвернуть ногу.       — Ой, я такая дура, блядь! — Купер скривилась, наступая на подвёрнутую ногу.       — Подожди-ка, — Майк донёс девушку до лавочки и осмотрел ногу, которая хрустнула пару раз и сразу стало легче. — Ну как? Не болит?       — Че? — Джина, наблюдавшая за манипуляциями разведчика, не услышала его вопроса. От этого она почувствовала себя ещё большей дурой.       — Я спросил: как нога? Не болит? Перелома, вроде, нет. — Майк посмотрел на девушку суровым взглядом. Даже Леви не мог сравниться с этим тяжёлым взглядом, смотрящим, как будто сквозь тебя.       — А! Нога?       — Джина, что с тобой? Почему ты переспрашиваешь всё по десять раз?       Повисло незримое напряжение. Джина, смотрела на свою ногу, пытаясь собрать свои мысли в одну кучу.       — Эй! Я же вопрос задал. Джина! — Майк затряс девушку за плечи.       — Да, я... Идти... Там... — Купер посмотрела на парковку и была не в состоянии вымолвить и слова.       — Ты идти можешь?       — Не думаю. Нет, наверное, — покачала головой девушка, желая, чтобы её понесли на руках.       — Хорошо. Я отнесу тебя в дом. — Майк хотел поднять девушку на руки, но она замахала руками в знак протеста. — Слушай, я терпеть не могу эти непонятные жесты, отрицания. Говори прямо, что задумала.       — Отнеси меня к парковке на спине, — выдала Купер, покраснев. Ей хотелось покатушек. Иногда она запрыгивала на Хименеса сзади, и они так бегали по парку. Она скучала по тем временам. Очень.       — Если тебе плохо, то давай я лучше отнесу тебя в дом. Полежишь...       — Я хочу покататься на тебе! — выпалила Джина, краснея от стыда. Какая же она глупая! Как маленькая девочка: наивная, мало, что понимающая в этой жизни. — У меня не болит нога. Я просто люблю... На спине кататься, чтобы... Ну меня придерживали за коленки, а я... Ну за шею держалась и шептала что-нибудь на ушко... Ну это... Там...       — Я понял, но у нас нет времени на игры. — Майк отошёл от девушки, сунув руки в карманы.       — Да, да... Да, прости. Просто я бываю иногда инфантильной, — девушка встала с лавочки и обошла её зачем-то вокруг. — Прости. Это глупо... Не знаю, что на меня нашло. Наверное, это вино... Ну, в голову слегка ударило. — Джина опустила голову, а её волосы упали на лицо. Она и резинку где-то потеряла, точнее она не помнила, брала ли она её или нет.       — Ладно, запрыгивай. — Майк присел возле девушки на корточки. Она растерялась, не зная, что делать. Опять она придумывала себе сложности и проблемы, которых и в помине не было. — Я долго ждать буду?       — А! Нет! Нет! — Купер неуверенно обняла мужчину сзади за шею. Он подхватил её под колени, и они пошли к парковке.       Джина прикрыла глаза. Слабый ветерок трепал её волосы, она кожей ощущала этот город – замечательный и необычный. Что-то непонятное проникало в каждую клеточку её тела, нежно окутывая. Хотелось вернуться в прошлое, лет на десять назад, чтобы жизнь сложилась по-другому. Чтобы она не выходила замуж за Стивена и после школы уехала в другой город, как мечтала.       Родной Север до сих пор звал девушку в свои жестокие объятия: ей снились сны, её дом, школа, друзья. Почти все мертвы. Джина приоткрыла глаза и спрыгнула с Майка, который остановился, дойдя до парковки. Купер молча начала проверять газели. Они обе были на ходу, но бенз был почти на нуле. Вопрос – где взять бензин? – встал ребром. Действительно, где? Разведчики не видели в городе ни одной заправки. Теперь нужно было раздобыть бензина и проверить тормоза у газелек.

***

      Почти месяц разведка провела в городе. Бензин они нашли. Теперь им нужно было расчистить газелям путь от брошенных машин и деревьев или найти объезд. Джина и Саша целыми днями готовили еду на природе. Леви следил, чтобы девушки тушили костёр и не пересаливали еду. Варили в основном рис, фасоль, суп. Пару раз жарили суфле на открытом огне. Жан нашёл гитару и брынчал на ней, создавая атмосферу похода на природу. Разведчики хорошо обжились в доме, отдраив весь второй этаж, перемерив одежду и украшения. У людей в этом городе было не больше двадцати минут на сборы, чтобы покинуть город. Паспортов и документов разведчики не нашли, только газеты и журналы. Было пару брошенных военных машин, которые были испорчены. А за городом лежал вертолёт БИАВ, очевидно, сбитый кем-то. В и вокруг вертолёта лежали кости, скорее всего принадлежащие учёным и военным. Жан нашёл пулемёт среди обломков и останков, но он был весь погнут и, кажется, покусан. Леви целыми днями думал о Микасе и ребёнке. Ужасно хотелось навестить её и увидеть. Джина же думала о том, о сём, старалась избегать Майка, но делать это не наглядно – просто лишний раз не встречаться с ним. А самому Майку было не до развлечений. Он целыми днями копался в газелях, менял в них какие-то проводочки, заводил, немного проезжался по городу. Джина была удивлена, что бывший адвокат разбирается в машинах, но не стала спрашивать разведчика о его познаниях и откуда они у него.       — Так, завтра уезжаем, если у Майка всё готово, — с недоверием посмотрел на майора Леви.       — Думаю, что всё готово. Обе газели я слегка подремонтировал. До Пустоши дотянуть должны. — Майк посмотрел на газели. У одной он даже заменил колесо. Марко и Жан нашли ему домкрат и инструменты, иногда спрашивая у майора, чем ему помочь.       — Значит, грузимся и завтра в десять начнём путь домой. — Аккерман куда-то ушёл. Остальные сидели на улице на складных стульчиках и ели рис. Саша сегодня его переварила, но ничего. Он всё равно был съедобен. Особенно с приправами, которые Конни нашёл в магазине.       Саша и Венера, как две девушки, должны были вести газели. Разведчики погрузили мотоциклы подруг в газели, чтобы не возвращаться за ними и начали загружать коробки. Несколько коробок не влезло, поэтому они были поставлены рядом с водительским сидением. Всё было готово к возвращению. Осталось только выспаться перед трудной дорогой, ведь расчищать дорогу для газелей так себе занятие.       Джина накупалась и открыла окно. Ночь была звёздная, девушка пристально наблюдала за яркими ночными звездами, думая, а что такое вообще звезды? Для чего они нужны? Только для освещения тёмной ночи? Кто придумал давать звёздам имена?       — Почему не спишь? — Майк подкрался к девушке незаметно и бесшумно.       — Эй! Не подкрадывайся так! — Джина вздрогнула от внезапности.       — Уже десятый час. Ты должна быть в постели, завтра трудный день. — Разведчик приобнял девушку за талию с силой прижимая к себе настойчиво и уверенно.       — А что будет, когда мы вернёмся домой? — Купер смутилась. Ей как-то не нравились вот такие внезапные подкрадывания Майка. Сегодня он обниматься пришёл, а завтра ещё убьёт её. Мало ли. От бесшумной внезапности, чего угодно можно ожидать. Да и все эти резко вспыхнувшие чувства тоже пугали. Это было очень странно и непонятно. Джина боялась, что "любовь" закончится так же быстро, как и начилась и девушка останется одна.       — Вернёмся домой, — ответил Майк. Он прекрасно понимал о чём именно спрашивает Джина, но ожидал, пока она спросит напрямую, а не намёками.       — Это-то понятно. Я о другом... Что мы… то есть с... — Купер покраснела. Её бросило в жар, а прохладный воздух не спасал. — Ну... Мы... Ой, всё. Иди отсюда, я буду спать! — она оттолкнула мужчину от себя и спешно залезла в кровать. Что это такое? Почему он намёков не понимает?       — Спокойной ночи. Зайду утром, разбужу тебя пораньше, чтобы мы позавтракали в дорогу. — Захариус, развернувшись лицом к двери, направился на выход.       — Эй! — Джина, натянув одеяло до носа, нервно сглотнула.       — Что ещё за «эй»? Ты считаешь, что подобное обращение нормально? — Майк остановился у двери и посмотрел на покрасневшую девушку, которая отрицательно качала головой и выглядела странной.       — Извини. Я не хотела тебя обидеть, просто... Просто я хрупкая девушка, а замок на двери хлипкий и... Я боюсь, что... Ну короче спать я одна боюсь, вот и... Ты не мог бы… Короче, иди. Спокойной ночи! — Джина действительно боялась оставаться одна в темноте, но панические атаки возникали не так часто, как могло показаться. Иногда, ей казалось, что возле неё кто-то есть. Она вспоминала тех алкашей-извращенцев, от которых её спас Майк. Ходить по улицам с наступлением сумерек, девушка тоже боялась. Точнее опасалась.       — До завтра! — он опять развернулся к двери и сделал пару шагов к ней, а потом ему в спину прилетела прямоугольная, мягкая подушка.       — Ты дурак? Не понимаешь намёков? — сказав это, Купер поскользнулась на шёлковых простынях и с грохотом скатилась на пол, ударившись задницей.       — Нет. Не люблю намёки, говори со мной напрямую, если хочешь чего-то серьёзного, — Захариус поднял девушку с пола, — не ушиблась?       — Ушиблась! — Джина отвела взгляд в сторону и начала обкусывать слегка обветрившиеся губы, намазанные гигиенической помадой без отдушек. — Это всё потому что ты не лёг рядом.       Джина выглядела очень по-детски и вела себя под стать десятилетнему возрасту. Ей не хватало двух милых бантиков на макушке и медвежонка в руках.       — Давай договоримся так: свои намёки оставишь для других. О своих желаниях и недовольствах, говори мне прямо, — разведчик положил девушку на кровать и лёг рядом с ней, гладя её по щеке.       — Ну... я стесняюсь тебя... Ты слишком серьёзный и...       — А ты не стесняйся. Спокойной ночи. — Он прикрыл глаза. Джина тоже прикрыла, обдумывая его слова.

***

      Денёк у разведчиков выдался долгим и трудным. Они добирались до Пустоши весь день, объезжая перевёрнутые фуры, которые невозможно было отодвинуть. некоторые машины были сдвинуты в сторону, некоторые покатились со склона, переверачиваясь или врезаясь в деревья.       Леви гнал впереди всех. С каждым приближением к Пустоши, его сердце сжималось от волнения. Ветер нещадно бил его по лицу, лохматил слегка отросшую чёлку, шумел в ушах. Мужчина вроде и спешил домой, но с каждым метром, хотелось развернуться и уехать прочь. Леви испытал очень смешанные чувства. Стыд, вперемешку с волнением, злость, страх, какую-то неготовность к отцовству, желание быть рядом с Микасой, называть её своей женой, помогать с домашними делами.       — Капитан Леви! — крикнула Венера, увидел, что Аккерман несётся прямо на толпу зомби из двадцати экземпляров.       Из зомби стекала жидкость, скорее всего они недавно бегали по воде. Их одежда была протёрта, лоскуты неопрятной ткани телепались на сером теле с нарывами. Их глаза были белыми, совсем без зрачка, они принюхивались к воздуху и, скорее всего, прислушивались к вибрациям по земле. Ханджи как-то говорила, что зрительный нерв у заражённых сильно повреждён, она предположила, что видят они очень плохо, а возможно, многие из них слепые, как котята.       — Чёрт! — Майк, развернув свой мотоцикл, понесся спасать Леви, который не успел бы отъехать от разъярённой толпы. Венера же повела газели и других разведчиков в Пустошь.       — Майк! — Джина тоже развернула свой байк, отъехав от разведчиков и понеслась за Майком, выкручивая ручку газа на полную мощность. Её тело охватил страх. Оружия у них с собой не было, только по хлипкому пистолету, из которых зомби гасить вообще не вариант. На кой чёрт они только посували свои автоматы в газели?       — Джина, вернись в строй! — Майка перекосило, когда он заметил, что Купер едет за ним.       — Да сейчас, ага! — девушка мчалась на толпу, которая почти окружила Аккермана. Джина обещала Микасе присмотреть за Леви. Она не может подвести подругу, тем более в положении.       — Куда едет эта дура? — Леви, пытаясь вывернуть руль в сторону, видел, как Джина обогнала Майка и мчалась к нему.       — Джина! Не глупи, разворачивайся! — Майк тоже прибавил скорость.       Рёв моторов сводил с ума зомби. Они принюхивались и прислушивались, пытаясь понять, откуда исходит звук. Леви удивился, когда толпа, действуя, как единый организм, синхронно развернулась в сторону, зарычала и затопталась на месте. Джина подъехала к толпе, не сбавляя скорости и начала приближаться к обрыву, до которого было метров семьсот. Девушка достала пистолет и выпустила пару патронов в воздух. От громкого, оглушительного звука, который промчался мимо них, зомби помчались за Джиной целой кучей. Купер не паниковала, хоть и опасалась, что у неё ничего не получится. Такой манёвр она часто делала когда с подругами натыкалась на маленькие стаи заражённых. Зомби очень остро реагировали на выстрелы, громко пищали. Громкие выстрелы причиняли их нежным барабанным перепонкам боль, сводили их с ума.       Леви развернул мотоцикл, оборачиваясь на Джину и толпу, бегущую за ней. Майк пронёсся мимо Леви, мысленно матеря девушку. Какой смысл так глупо рисковать собой, да ещё и ради Аккермана?       Купер была почти возле обрыва. Она ещё раз стрельнула в воздух и резко спрыгнула с байка в сторону. Мотоцикл упал с обрыва, а за ним скинулись и зомби целой толпой. Джина сделала два переката, стукнулась коленкой, рукой, бедром, задницей, спиной, щекой, но была рада, что у неё получилось. Она разлеглась на влажной траве, тяжело дыша. Её байка больше не было, но это, казалось, её и не волновало. Главное, что никто не пострадал.       — Блядь! Джина! — Майк тоже почти на ходу спрыгнул со своего мотоцикла и подбежал к девушке, тормоша её за плечи.       — А... Мне не... не на чем ехать, — она пыталась набрать в лёгкие, как можно больше воздуха. — Довезёшь меня... До... Подкинь до Пустоши... Окей?