Глубже

      Крис был бы рад не очнуться больше. Чтобы вампир, например, просто тихо и желательно безболезненно высосал его. Но он все же очнулся. Снова в воздухе, обоссанный и облеванный. Странным было то, что истерики больше не было. Неприятное волнение, типа как когда идешь на экзамен и знаешь кое-как, присутствовало, а так вполне терпимо. Даже за мокрые штаны стало стыдно, что ли. Соображалось туго. Как будто кто-то разболтал самые значимые винтики в мозгах Криса — механизм работал, но медленно, попутно теряя важные функции.       Ситуация не поменялась, даже когда вампир начал снижаться. Крис отрешенно наблюдал за приближающимися строениями. Был абсолютно флегматичен, когда его опустили на землю перед подъездной дверью. Стоял и ждал, пока вампир наберет цифровую комбинацию на кодовом замке. Ну, ноги немного тряслись.       Замок пикнул, дверь открылась, и вампир обернулся. Какой же он был все-таки чертовски страшный. Прям посланец ада! Крис скривился и передернулся. А вампир вздохнул и вдруг несмело протянул руку и склонил голову. Крис даже вскинулся от удивления. Это типа вот эта монстрюга его в гости приглашает или что? И как надо реагировать? Отвесить галантный поклон и проследовать на чашечку чая?       Пока Крис вяло размышлял, вампир «незаметно» отпихнул ногой какого-то мелкого, но зубастого урода, который старательно подбирался к Крису. Монстренок шарахнулся о стену и заверещал, размазывая по животу выступившую кровь. Крис вскинулся и словно бы чуть-чуть очнулся. Вампир передернулся, снова вздохнул и потер виски.       Монстренок визжал, Крис пытался подкрутить винтики в голове и найти хоть какое-то решение, вампир переминался с ноги на ногу. Потом он нахмурился и ткнул пальцем в сторону. Из-за угла бежала группа монстров вроде того, что лежал у стены. Вампир умоляюще посмотрел на Криса и снова протянул ему руку. Где-то в вышине пронзительно заверещал птер. Крис ухватился за протянутую руку и вошел в подъезд.       Дверь закрылась, и стало темно. Глухо щелкнул замок, и Крис вяло подумал, что вляпался в какое-то несусветное и совершенно непонятное дерьмо. Вампир деликатно вел его за руку, но в темноте Крис то и дело спотыкался. Так что вампиру пришлось приобнять его и почти тащить на себе по ступеням.       Возле одной из квартир тоже был электронный замок. Крис не видел, ясное дело, услышал только короткий писк при нажатии кнопок. А потом дверь открылась.       За Стеной дома строились с маленькими окошками — из соображений безопасности. Люди не роптали, привыкли. А теперь Крис отчетливо понял, чего они лишились, что отдали в угоду мнимой защите. Что променяли на вечную полудепрессию.       Вся комната была затоплена светом. Его было настолько много, что Крису казалось, он вот-вот начнет фотосинтезировать. Купаться, заворачиваться в потоки лучей — все это было возможно в вампирской квартире. Крис восторженно ахнул, но тут за спиной вздохнули, и он резко обернулся. Вампир деликатно проскользнул мимо, стараясь не задеть, и замер гигантской черной глыбой.       Это было так чертовски неправильно. Крис нахмурился и потер лоб. Неправильным было и поведение вампира, который больше напоминал брошенного щенка, и переживания самого Криса. Ну как-то тупо восхищаться окнами квартиры, когда у тебя за спиной маячит твой самый кошмарный кошмар и ужасный ужас. Который то ли схарчить тебя собирается, то ли выебать и схарчить. Стоило если уж не обмирать от страха, то хотя бы прилично трусить. Крис трусил, конечно, но неприлично слабо.       Он вздохнул и внимательно посмотрел на вампира. Тот встрепенулся и шагнул ближе. Протянул руку и попытался подцепить штаны Криса. И вроде бы тот буквально только что не боялся, но при этом движении отскочил назад и врезался в дверь. Рваное дыхание с хрипом выбивалось из горла. Крис боялся и не сводил глаз с вампира. Но тот снова рвал шаблон. Сразу же отступил, внимательно посмотрел на Криса и вдруг передернулся, нахмурился и вновь принялся растирать виски. А потом развернулся и, тихо клацая когтями, ушел в другую комнату.       Приступ страха медленно отступал. Дыхание выровнялось, и Крис отлип от двери. Вернувшийся вампир остановился на безопасном расстоянии и развернул потрепанное, но явно очень чистое большое полотенце и совершенно новый белый халат. Потом ткнул пальцем в мокрые штаны Криса и указал на неприметную дверь.       — Брезгливый, сука… — Злость, замешанная на страхе и панике, выплескивалась наружу откровенной грубостью. — Хочешь чистеньким выебать, да?       И тут вампир сделал это. Он недоуменно склонил голову набок и сказал:       — Курлык.       — Чего? — разом растеряв злость, недоверчиво спросил Крис.       — Курлык, — повторил вампир.       И Крис заржал. Конечно, отчасти виной тому были нервы, расшатанные за один день больше, чем за всю предыдущую жизнь. Но отчасти…       — Огромная гулька, — хохотал Крис, хватаясь за бока. — Огромная черная лысая зубастая гулька. Которая, кажется, собирается меня оттрахать.       Бояться голубя было как-то даже нелепо. Крис махнул рукой на вопросительный взгляд, цапнул протянутые вещи и удалился в ванную. Стоило бы потянуть время, поискать возможность сбежать, но Крис очень устал. Ему сделалось как-то ровно. Хотелось побыстрее покончить со всем, так что он наскоро вымылся первым попавшимся гелем для душа, вытерся — полотенце оказалось удивительно мягким! — и вышел, натянув халат. Хотя это, наверное, было лишним.       Стол оказался накрыт. Там стояли в основном консервы, но еще хлеб и фрукты, какие-то ягоды. Вампир выдвинул стул и плавным жестом предложил Крису присесть. Выглядело… галантно, как в фильмах, изображающих незапамятные времена и людей в париках и неудобных платьях.       Крис изумленно перебегал взглядом со стола на вампира и обратно, решительно не понимая, что же происходит. И вампир как-то сник, ссутулился, тихо пробормотал себе что-то под нос и, обогнув Криса по широкой дуге, подошел к входной двери. Он мелодично поворковал, печально вздохнул и вышел. Щелкнул замок, и Крис остался один.       Виной ли была неизвестность, полнейшая необъяснимость ситуации или накатившее тотальное одиночество — он не знал. Но стало как-то муторно, немного страшно. Ощущения накатывали, усиливаясь с каждой промелькнувшей отчетливой мыслью. Крис встряхнулся, затянул потуже пояс халата и двинул к столу. Голода как такового Крис все еще не чувствовал, но хотел отвлечься, хоть чем-то себя занять. Впустую хороводить мысли было невыносимо.       И все же ел Крис механически. Один за другим отправлял куски в рот. Не то чтобы думал о чем-то конкретном, скорее ворошил мешанину мыслей, не концентрируясь ни на чем. И автоматически заталкивал пищу в рот. Видимо, переел, потому что в какой-то момент сильно заклонило в сон. Крис вяло поднялся из-за стола и толкнул единственную дверь.       Вампирская спальня, как в дешевых страшилках, была без окон. Спасибо — с кроватью, а не с гробом посредине. Но весь потолок был усыпан фосфоресцирующими звездами и планетами. Очень красиво, на самом деле. Крис завалился на мягкую постель, моргнул пару раз, силясь сфокусироваться на расплывающемся «небе», и уснул. Как в яму провалился.       А проснулся на следующий день от жуткого грохота. Крис вскочил, ничего не понимая, засуетился, не зная, куда бежать. И весь закаменел от накатившего осознания. Вспомнилось все — поездка за счастьем, нападение на состав и странный вампир, ведущий себя не как монстр, а как… Хрен знает как кто — у Криса ни малейшей догадки не было. И эти воспоминания, хотя и должны были расклеить, неожиданно придали сил и смелости. Крис поднялся, распахнул дверь и вышел в комнату.       Пол был усыпан осколками. Все окна оказались выбиты, а об решетки бился раздраконенный птер. Он отчаянно верещал, налетал всем весом, пытаясь выломать прутья, цеплялся за них и тянул на себя. На руках у него бугрились мускулы, но решетки, хвала господу, не поддавались. И птер верещал все отчаяннее, раздраженнее, не сводя маленьких злых глазок с замершего Криса. Все это очень грамотно вписывалось в стандартное поведение монстра, то, к которому готовили всех людей за Стеной. С самого раннего возраста в них вдалбливали правила поведения при встрече с чудовищем. Но по факту, когда эта встреча случилась, Крис просто замер. Он тупо стоял, парализованный страхом, и пялился на беснующегося птера. Ему, мужчине, просто хотелось, чтобы кто-то пришел и спас. А еще плакать.       Все случилось очень быстро. На птера вдруг упала тень, а потом спикировавший сверху вампир свернул ему шею. Мгновенно обмякшее тело кулем полетело вниз и упало с неприятным звуком. Внизу загомонили, а Крис никак не мог отвести взгляд от вампира. И самым удивительным было то, что он был практически уверен: это его вампир. Не какой-то пришлый, который сейчас тоже ломанется вырывать решетки. И в подтверждение вампир чуть отлетел от окна и, привычным движением наклонив голову, спросил:       — Курлык?       — Курлык, — выдохнул Крис и прислонился к стене, закрывая глаза.       От пережитого в голове гудело, и он боялся позорно грохнуться в обморок. Крис сполз на пол и обнял колени, прижимаясь к ним лицом плотнее — так, чтобы глаза болели от давления, а не от слез.       Пиликнул открывшийся замок. Прошуршали шаги, и вампир тоже опустился на пол чуть в стороне. Вздохнул. Крису почему-то показалось, что он сейчас дотронется, но вампир сидел неподвижно. А нервяк отступал. Глаза перестало жечь, и Крис, озаренный догадкой, вскинул голову.       — Ты гипнотизируешь меня, да? — в лоб спросил он.       Вампир напрягся, но не от обвинения, а от непонимания — человеческая речь для него звучала чем-то вроде того же курлыканья. Крис ткнул пальцем ему в лоб, потом себе и принялся хмуриться и протяжно гудеть, покачиваясь. Видимо, актерскими способностями его боженька сильно обделил, потому что взгляд у вампира стал совершенно растерянный.       — Ладно, — выдохнул Крис и попробовал по-другому.       Ткнул пальцем в себя и принялся картинно носиться по комнате и показушно голосить. Потом остановился, ткнул пальцем в вампира, встал рядом с ним и начал гудеть, шевеля пальцами возле лба — изображая гипнотические волны. После вернулся на «свое» место и резко сделал счастливое выражение лица. Принялся идиотски хихикать и скакать. Сделав небольшой круг, он остановился и вопросительно посмотрел на вампира. Тот подозрительно зажимал рот рукой и блестел черными глазами.       — Гипнотизировал меня, гулька? — отрывисто спросил Крис и обвинительно ткнул в вампира пальцем. — Отвечай.       Тот отнял руку ото рта — Криса не покидала мысль, что он все-таки ржал, — и сделал виноватое лицо. А потом вздохнул, и настроение Криса мгновенно поменялось. Очень похоже он чувствовал себя накануне, перед тем как налопаться и уснуть, только острее, ярче. Снова накатили слезы. Крис раскрыл рот, глубоко задышал, запрокинул голову. Вампир завозился, зашуршал крыльями, и Крис перевел на него взгляд.       Он должен был испугаться. Потому что вампир, протягивающий к нему руки, — ну это прямо кошмар кошмаров. Вот только агрессии не было. Ни грамма. Одно сочувствие и сострадание, которое вампир ухитрялся выражать и позой, и жестом, и даже своими непроницаемыми глазами. По всем законам Крис должен был бежать, расшибая голову об решетки. Но он всхлипнул, нырнул вампиру в объятия и зарыдал. Крис пытался сдерживаться, но рыдания просто сами вырывались из него. Было стыдно и больно, а эмоции не утихали, раскручивались все сильнее.       И вдруг стало темно. Черные крылья сомкнулись за спиной Криса и образовали кокон. Крис отчетливо понимал, что гипноза больше нет, но стало спокойнее. Он всхлипнул еще пару раз и устало прислонился к груди вампира.       — Почему я должен жить в этом ебаном мире? — горько спросил Крис. — Почему должен постоянно бояться? Я хочу просыпаться утром, пить кофе с круассаном — возможно даже, в уличном кафе по дороге на работу. А потом заниматься тем, что мне нравится, что у меня получается и что полезно людям. Но я, блядь, сижу на коленках у монстра, который непонятно для чего меня держит вообще, и даже не представляю, где флешка с моими архивами.       Насчет флешки накатило только теперь, и ко всему прочему Крису стало еще и обидно — за свой и дедов труд, за единственную действительно важную вещь. То, что Крис по-настоящему берег. Крис засопел, а вампир наверху вдруг заворковал с какими-то непередаваемыми интонациями и принялся нежно поглаживать Криса по спине. Касания были еле ощутимыми, пальцы не двигались ниже и выше лопаток. Просто жест обычной человеческой поддержки. Если такое применимо к монстру. Крис вздохнул — словно универсальный язык между ними двумя образовался — и чуть отстранился, показывая, что все в порядке и можно выпускать. Руки на спине расцепились мгновенно, а крылья с легким шелестом распахнулись. От ветра Крис поежился и передернул плечами. Отступил, а потом наклонил голову, решая покончить со всеми непонятками и отсрочками одним махом:       — Кусай.       Он пристально вглядывался в вампира: тот читался легко, вроде бы небогатая мимика отвечала на все вопросы без слов. Изумление — эта эмоция затмила собой все остальное, если оно там было вообще. Вампир попытался выдавить из себя какой-то звук, но подавился, а потом недовольно и обиженно зашипел. Насупился и надулся, скрестил руки на груди. Крис не знал, как реагировать.       — Да я не против, — неуверенно сказал он. — Давай.       Но вампир снова зашипел, а потом гортанно проворчал что-то и опять насупился.       — Ладно, — вздохнул Крис, не оставляя мысли все прояснить. — Давай так. Зачем, — он развел руками, — ты, — ткнул в вампира пальцем, — меня, — ткнул в себя, — принес, — замахал руками, имитируя крылья, — сюда? — ткнул пальцем в пол.       И вампир сразу растерял свой обиженный вид. Он очевидно понял вопрос, и это странным образом его смутило. Во всяком случае, именно смущение выдавали его осторожные перетаптывания и бегающий взгляд.       Крис ждал. Вампир мялся. Крис выразительно покашлял и скрестил руки на груди, вздергивая бровь. Вампир вздохнул и решился. Ткнул пальцем в себя. «Я». Потом в Криса. «Тебя». И похлопал себя по груди. Слева. Аккурат там, где даже у монстров находится сердце. Крис натурально уронил челюсть:       — Любишь, что ли?       Но это звучало настолько абсурдно, что за нужным объяснением даже не пришлось ходить.       — А-а-а, — понимающе проговорил Крис. — Ты секса хочешь, — он поводил рукой в районе паха. — Но у меня, к сожалению… — Крис издал губами неприличный звук и скрестил руки в том же месте, показывая, что инструмент нерабочий.       Но тут его снова озарило:       — Хотя тебе это, наверное, не принципиально.       И тут же стало неуютно и как-то тошнотненько. Крис сглотнул, задавливая рвотный позыв, и уныло поплелся в спальню. Он не хотел заниматься сексом, но насилия хотел еще меньше. Что там надо делать? Расслабиться? Слава богу, Салли иногда, по пьяной лавочке, вываливала на Криса ненужные подробности своей личной жизни. Так что теперь он хотя бы в общих чертах представлял, чего ждать.       Вот только до спальни дойти ему не дали. Вампир ухватил за руку и заставил остановиться. Проворковал что-то раздраженно и утащил обратно в гостиную. Из-за недовольства жесты у него выходили резкими и порывистыми, но зато однозначными. Вампир ткнул себе в пах и резким движением скрестил руки. Даже постучал ими друг о друга несколько раз, чтобы уж совсем доходчиво было. А затем снова похлопал ладонью по груди. По сердцу.       — Значит, не секс… — задумчиво проговорил Крис и покачал головой. — Ладно.       Это несколько успокаивало, конечно, но не добавляло никакой конкретики относительно будущего. Крис все так же не знал, зачем он здесь и чего ждать. Но такие обсуждения не получилось бы вытянуть на одних жестах. Видимо, высокие материи все же были замешаны, потому что иначе вампир уже выпалил бы все свои планы — на интригана он не тянул.       — Как тебя зовут-то? — Крис ткнул себя ладонью в грудь и внятно произнес: — Крис. А ты? — он ткнул в вампира.       Звук, который тот издал, напомнил Крису, что он до сих пор не был в туалете.       — Пс-с-с? — переспросил Крис.       Вампир насупился и отрицательно помотал головой.       — Х-х-хас-с-с, — попробовал он назваться еще раз, теперь уже старательнее проговаривая первую согласную.       — Хас?       Вампир неуверенно кивнул, но Крис решил не углубляться: тонкости произношения — это не к нему. Согласился — значит, согласился.       Повисла неловкая пауза. Крис даже не понимал, что сделать, чтобы хоть как-то разорвать ее. Идти в спальню? Но зачем? К окну подходить он не собирался тем более. И только когда Хас исчез за дверью ванной, Крис принялся собирать осколки. Порезался где-то на пятом или шестом, зашипел и сунул палец в рот. Хас тут же оказался рядом. Крис напрягся и вылупился на него, ожидая реакции. По логике, вот прямо сейчас его должны начать кушать. Но Хас только скорбно покурлыкал и притащил большой пластиковый контейнер, набитый ватой и бинтами. Аккуратно перевязал Крису палец и усадил на диван. Весомо покурлыкал, тыча пальцем в осколки и мотая головой — нельзя, мол, глупый человечишка, а потом снова ушел в ванную. Дверь он не запер, и Крис вытянул шею, заглядывая в комнатушку. Хас, по всей видимости затолкавший грязную одежду Криса в стиральную машину, насыпал порошок. Весьма, кстати, уверенно и привычно для существа, одежду не носящего. Хас защелкнул крышку и попикал кнопками. Крис быстро отвернулся, разом принимая незаинтересованный вид. Хас прошел мимо, достал из кладовки метелку и совок и принялся заметать осколки, негромко ворча себе под нос. С мусором он не церемонился и просто выбрасывал за решетку, довольно скалясь на возмущенные вопли откуда-то снизу.       А Крис сидел и охреневал всеми фибрами души. Ситуация усугублялась все больше. Один из самых страшных монстров Старого мира сначала ухаживал за ним, потом признался в любви, а теперь вот от образа добропорядочной домохозяюшки его отделяло только отсутствие фартучка. Ну немножко внешность сбоила.       Покончив с уборкой, Хас снова накрыл на стол и жестом позвал Криса. Тот вымыл руки и уселся, с любопытством разглядывая мнущегося напротив Хаса. В этот раз кушалось отлично. С аппетитом, без треволнений. А потом снова стало нечем заняться. Даже убраться не вышло — посуда была пластиковой, и Хас тупо сгреб все со стола в мусорный мешок. К его чести, Хас попытался Криса развлечь — принес взятые откуда-то книги. Крис радостно вскинулся, но поник, едва увидев названия — вся литература была на немецком, а его Крис даже не учил никогда.       — Эх, — горестно посетовал он, впустую листая страницы, — флешку бы мне сейчас с ноутом…       — Курлык? — поинтересовался Хас.       — Сумку, — пояснил Крис, обрисовывая в воздухе бесформенную хрень и то, как он закидывает ее на плечо. Хотя такое вампиру понять было нереально — Крис даже представить себе не мог Хаса с рюкзачком, к примеру. Ну ни к чему монстрам багаж.       — Может, бумага и карандаш? Ручка?       Хас жалобно вскинул брови и отрицательно помотал головой. А потом широким жестом обвел квартиру, предлагая Крису самому поискать. Спустя примерно полчаса поиска Крис обзавелся рваной книгой рецептов и небольшим радио. Рецепты сплошь состояли из жоп единорогов и прочей неизведанной фигни, а в радио окислились батарейки. Крис грустно разглядывал находки, перебирая в памяти схемы оригами. Он как раз вспомнил одну, самую простенькую, когда сбоку щелкнул замок. Пока Крис пытался уложить в голове то, что Хас уходит, пока осознал, насколько сильная паника его начинает охватывать, Хас закрыл дверь с той стороны.       Криса как парализовало. Он решительно не готов был остаться в одиночестве. И только хлопок двери внизу вывел его из ступора.       — Хас! — завопил Крис, подбегая к окну.       Тут же раздался шорох, и Хас заслонил собой проем, взмахивая крыльями. Он вопросительно склонил голову и курлыкнул. Крис смотрел на него как дурак и открывал-закрывал рот, не в силах разродиться даже звуком. Только пальцы на решетке стискивал.       Вампиры совершенно точно не читали мысли, но Хас как-то догадался. Погладил Криса по стиснутым пальцам и чуть улыбнулся. Не оскалился, как когда ссыпал осколки на головы незадачливых пешеходов, а именно улыбнулся. Несмело, но совершенно нестрашно. А потом плавно опустился вниз и снова пикнул замком.       Весь день они «болтали». Даже обмен самой примитивной информацией требовал колоссальных усилий. Мало было пантомимы, так еще и многие человеческие реалии оказались недоступны пониманию вампира. Но были и свои плюсы. Крис выяснил, что человеческой кровью и плотью Хас не питается, и насмеялся до слез, глядя, как тот изображает оленей и кроликов, на которых чаще всего охотился.       Хас великодушно простил Крису смех, а потом, щуря в улыбке глаза, «спросил», чем Крис занимался за Стеной. Крис даже не думал скрывать. Он изобразил, как чертит что-то, затем взял воображаемый лист, обвел его жестом фокусника и ткнул в здание напротив, а потом в пол. И тут Хас изумленно округлил глаза и вдруг засуетился. Он взволнованно ворковал и шипел, бестолково взмахивая руками. Явно пытался выяснить что-то, но эмоции мешали. Потом Хас все же сумел взять себя в руки, сделал глубокий вдох и внимательно посмотрел на Криса. Он ткнул в него пальцем, потом в здание, а потом принялся изображать, как из кирпичиков строят дом.       — Строить не могу, — мотнул головой Крис, сопровождая слова пантомимой. — Проектирую. Рисую.       Хас не отрываясь смотрел на него, и Крис отчетливо видел гигантскую, необозримую просто восторженность в его взгляде. Хас смотрел на него как на божество. А потом шагнул ближе, опустился на колени и, легко приподняв кисти рук Криса — за самые кончики пальцев, — поочередно поцеловал сначала одну, а затем вторую. Крис смутился, руки забрал, но восхищения во взгляде Хаса не убавилось. Выяснить, в чем причина, не удалось — видимо, материи были слишком высокими, чтобы объяснить их пантомимой. Но восхищение было таким приятным! Дед привил Крису гордость за профессию, ощущение ее элитности, недоступности большинству. Чушь, на самом деле, потому что смешно кичиться тем, что давно никому не нужно. Но сейчас неподдельный восторг, который Хас выражал так открыто, располагал Криса к нему все больше.       — Я бы хотел посмотреть на Город, — поделился Крис давней мечтой.       Хас вполне уверенно закивал и сделал приглашающий жест. Крис совершенно не ожидал такого. Он замотал головой и отшатнулся. Мир за пределами огороженного решеткой окна хоть и был привлекателен для профессионала, но рядового человека гораздо больше пугал.       Его поняли правильно. Хас сделал неопределенный взмах рукой. Показывая, что в будущем, отдаленном и весьма в случае Криса призрачном, они обязательно погуляют, или полетают, или как там Хас себе все это распланировал.       — Но сумку вот очень хочется, — Крис широко зевнул и плюхнулся на диван.       Хас засуетился, начал накрывать на стол. Крис поглядывал на его возню, перемежающуюся шипением и курлыканьем, и не мог перестать улыбаться. Все это было приятно. Крис не мог толком объяснить почему, но все это трогало. Успокаивало. Даже как-то периодически вылетало из головы, что за окном монстро-город, где каждый хочет пустить Криса на лоскуты. Крис зевнул еще шире и умостился щекой на спинке дивана, не отрывая взгляда от Хаса. Тот расставил все на столе, передвинул какие-то тарелочки и мисочки и, довольный, обернулся. Еле заметно дернулся и вскурлыкнул, обнаружив, что за ним наблюдают. Крис усмехнулся и вопросительно поднял брови. Хас вроде хотел что-то сказать, но потом махнул рукой и указал Крису на стол.       В этот раз оказалось не так богато, но все равно сытно и вкусно. Крис пытался подсунуть что-нибудь Хасу, но тот только покачал головой — такое не ем, мол. Так что от жадности Крис съел больше, чем собирался, и принялся клевать носом. Он плохо понимал, что его несут в спальню и укладывают в кровать. Все это было смутно и настолько не важно по сравнению с желанием поспать, что Крис даже не ворохнулся. Зато вскочил посреди ночи, как подорванный. В квартире, кроме него, никого не было. Ночью сильно похолодало, и тонкое одеяло уже не спасало. Крис скукожился, закутался в одеяло полностью и принялся старательно дышать в свой кокон. Спать все еще хотелось, но теперь сон превратился в сплошное мучение. Разбитое окно пропускало не только уличный холод, но и крики активизировавшихся ночью монстров. Крису было холодно, страшно и тоскливо. И он старательно отгонял от себя обиду на Хаса — зачем ушел?