Глубже

      В окно так больше никто и не ломился. Но все же утром Крис, разбитый и не выспавшийся, обошел проем по широкой дуге. Одежда его высохла, и можно было наконец-то стянуть надоевший халат. Крис позавтракал оставленной на столе банкой ветчины, выпил стакан воды и, кряхтя, передвинул диван. А потом принялся изнывать от безделья. «Перечитал» книгу рецептов и выдрал несколько страниц с самыми забористыми. Сложил оригами: лягушку, тюльпан и косого кривоклювого журавля. Безуспешно промучился с лодочкой, довел себя до белого каления, так что даже перестал опасаться окна, и, смяв бумажку, решил выбросить ее по примеру Хаса. И тут снизу пикнул замок.       Теоретически это мог быть и не Хас. Мало ли высокоинтеллектуальных монстров среди этой кодлы? Вполне возможно, кто-то еще знал пароль. Но Крис подбежал к двери и, как несмышленый щенок, уставился на нее в ожидании. И Крису бы как-то презирать, ненавидеть себя, но он внезапно ощутил только приятное волнение от ожидания. Этакое терпкое нетерпение. Пикнул замок, дверь распахнулась, и в квартиру вошла гора чемоданов и сумок всех мастей. Крис отпрыгнул в сторону, и Хас свалил багаж прямо на пол. Он был весь покрыт коркой спекшейся крови, измучен. Плечи поникли, а крылья безжизненно волочились по полу. Но Хас устало улыбнулся и обвел гору вещей рукой, вопросительно вскурлыкивая. Крис оттащил его от двери, захлопнул ее и затолкал Хаса в ванную.       Его сумка лежала на самом верху. Крис дрожащими руками достал ноут и флешки с жесткими дисками. Судорожно воткнул зарядку и чуть не завопил от радости, увидев привычную страницу загрузки. Еле дождался и открыл свой последний незавершенный проект. Просто так, чтобы проверить. Краем глаза он через какое-то время заметил возвращение Хаса. Тот придвинул стул и сел рядом. И, собственно, на этом моменте Крис потерял связь с реальностью. Когда он смог оторваться от чертежа — живот подводило от голода, — на улице сгустились сумерки и усилились мерзопакостные вопли. Хас все так же сидел рядом. Выглядел он уже получше, но Крис видел, насколько он утомлен.       Хас курлыкнул и махнул рукой в сторону стола. Крис даже присвистнул от удивления — горка продовольствия была внушительной. И только потом пришло понимание — Хас просто распотрошил принесенные сумки. Наверняка у несостоявшихся переселенцев были с собой запасы еды. Но голод не тетка. Никому из этих бедолаг Крис помочь не мог, так что он задвинул переживания подальше и принялся разбирать еду. Решил сначала разделаться со скоропортящимся, а всякие сухие снеки и лапшу быстрого приготовления затолкал в ящики кухонных шкафчиков.       Крис ел медленно, сознательно растягивая трапезу. Стоит ему лечь, и Хас уйдет. Крис видел это по его измученному лицу. Но он решительно не готов был оставаться один. Старые воспоминания словно трансформировались после неудачного нападения птера. Новый кошмар частично подменил старые, отретушировал, заменил одного монстра другим. И теперь вампир стал спасителем — единственным, что стояло на пути вечно голодных монстров.       Крис отодвинул стакан и подошел к сидящему на диване Хасу.       — Не уходи, — твердым голосом попросил он. Ткнул на дверь, а потом скрестил руки на груди.       Хас покивал и отвел Криса в спальню. Но Крис и не думал спать. Он гипнотизировал дверь и не мог избавиться от мысли, что с ним поступят как с ребенком — Хас убедится, что он заснул, и уйдет.       Крис поворочался и скользнул к двери, приоткрыл и выглянул в щелку. Наблюдать оказалось интересно. Хас, домохозяюшка, метал грязную посуду и остатки еды из окна, довольно щурясь на негодующие вопли снизу. Потом высунул руку и показал фак. Снизу заверещали, и Хас присел на корточки. Поза была обманчиво расслабленной — Крис чувствовал напряжение в бугрящихся мускулах. Вопли стали громче, приблизились, а потом в окне показалась уродливая носатая голова мерзотного карлика-тумбы. Он скалил острые зубы и что-то орал. Крис даже не успел толком испугаться. Хас резко выбросил вперед руку, ухватил карлика за голову и рванул на себя. Впечатал в решетку и разодрал шею. Видимо, пробил какую-то артерию, потому что кровь хлынула толчками, густо. Хас принялся лакать ее через решетку, утробно ворча, а насытившись, без лишних церемоний отбросил тело. Крис слышал знакомый противный стук, с которым оно грохнулось на землю. Снизу снова раздались вопли, и Крис недовольно поморщился, стараясь не думать о том, почему в них так много довольства.       А Хас тем временем облизнулся, сходил в ванную и начал укладываться. Попытался. Потому что это оказалось делом непростым. На вместительный диван он не влезал. Крылья свешивались, как Хас ни пытался в них завернуться. Ноги ему тоже приходилось поджимать, при этом коленки висели над полом. Хас возился довольно долго, пытался найти хоть какое-то удобное положение, пока не рухнул. Если бы Крис спал, проснулся бы стопроцентно — такой грохот раздался. Хас, ворча, пнул диван — тот отъехал к окну и ударился об решетку. Крис зажал рукой рот, чтобы не заржать. Хас прошипел какое-то явное ругательство и закружил по ковру. Нарезав несколько кругов, он угомонился и улегся на пол, закутавшись в крылья. Вздохнул и поджал ноги, сворачиваясь в комок. Крису стало его очень жаль. Даже кровавый ужин и пострадавший диван не могли перечеркнуть ощущение умиления и желания обогреть.       Стоило Крису открыть дверь, Хас встрепенулся и сел. Крис поманил его двумя пальцами и, нисколько не сомневаясь, что Хас последует за ним, вернулся в кровать.       — Ложись нормально, — пробормотал он, похлопывая по свободному месту.       Хас помялся, потоптался у кровати, тихонько клацая когтями по паркету, а потом лег на свою половину, тут же снова упаковываясь в кокон из крыльев. Уснул Крис почти мгновенно. И снова проснулся посреди ночи от холода. И Крису, с одной стороны, нужно было бы уже подняться и поискать себе что-то еще, помимо тонкого одеяла, а с другой — отчаянно не хотелось вылезать. Он пыхтел и ежился, силясь согреться, и, видимо, разбудил Хаса. Тот сонно проворчал что-то и притянул Криса к себе. Обнял и закутал в крылья. Вроде тонкие кожаные пленки, но внутри оказалось так тепло! Крис даже не думал возражать. Только вздохнул, ощущая, как снова наваливается дрема, и заснул.       В таком режиме прошло шесть дней. Со стороны жизнь Криса выглядела бы, пожалуй, однообразной, но он был абсолютно счастлив. Периодически дергала его одна только малость — город за окном. Днем, когда звуки с улицы становились тише или совсем исчезали, он решался подойти к окну и подолгу рассматривал здания. К сожалению, это была относительно современная окраина с типовыми многоэтажками, а центр, к которому так стремился Крис, был, ясное дело, неразличим. К тому же дед не раз рассказывал про центральную библиотеку — туда Крису тоже хотелось наведаться. Вряд ли тугодумных монстров когда-либо интересовали книги, так что там наверняка все осталось неприкосновенным. И Крис уже согласился бы на предложение Хаса полетать, но тот больше не предлагал ничего подобного. Мог долго стоять рядом у окна, то ли оберегая, то ли просто рассматривая открывающийся пейзаж, но ни взмахом не выразил желания вывести Криса на «прогулку». И только периодически становился беспокойным. Крис видел — Хас хотел начать какой-то разговор, но не решался. Только вглядывался в вопросительное лицо Криса, но потом вздыхал и снова отворачивался.       Через пару дней начались дожди. К ночному холоду добавилась сырость. Крис кутался в найденную в чемоданах куртку, которая была ему безбожно велика, но так и не мог до конца согреться. Хас вдруг стал подолгу отсутствовать, хотя раньше отлучался только на время кормежки. Это приводило в совсем упадническое настроение. И Крис рад был бы сказать, что все дело в инстинкте самосохранения, ведь, если интерес у Хаса пропал, долго Крису не протянуть — это очевидно. Но было и другое. Гадкое, едкое чувство, разбавленное тоской, а не скукой. Крис все чаще смотрел в окно, прислушивался к доносящимся звукам.       Как-то утром, проснувшись, он вышел в совершенно пустую гостиную. Исчезли чемоданы, простенькие безделушки, которые отчего-то имели для Хаса ценность. А сам он сидел на диване и отводил взгляд. Сердце Криса ухнуло вниз. Вот и надоела игрушка, так?       Крис молчал, не в силах о чем-то спрашивать. Да и о чем говорить? Унижаться, умоляя оставить при себе? Попахивало какой-то херней. Крис тупо не видел в этом смысла. Он хотел уже попрощаться, как-то благословить переживающего Хаса и покончить уже со всем этим, когда тот подорвался и принялся, захлебываясь шипением, курлыканием и какими-то непонятными, свойственными только вампирам звуками, объяснять что-то Крису. Он показывал на окно, обнимал Криса, закрывал его крыльями, порыкивал и плевал вниз. Все это никак не походило на попытку объяснить, что он бросает Криса.       — Я не понимаю, — беспомощно пожал плечами Крис.       Хас вздохнул и проворчал что-то себе под нос. Постоял молча какое-то время, видимо собираясь с мыслями, а потом обнял Криса за плечи и подвел к окну. Он поочередно прижал ладонь к своей груди, а потом к груди Криса и указал на город. Потом развернул Криса, обвел комнату, скрестил руки на груди и потыкал пальцем в разбитое окно. Немного подумал, указал на Криса и, обхватив себя руками, задрожал.       — Хочешь сказать, что здесь холодно и ты забираешь меня куда-то еще? — Крис уже настолько привык подкреплять свои слова жестами, что и не заметил, как повторил пантомиму Хаса.       Тот нерешительно закивал и мелодично закурлыкал. Потом отступил к двери и поманил Криса за собой.       — Вот дурной, — хмыкнул Крис, покачав головой. — Из-за такой херни столько нервов мне потрепал!       Он видел, что Хас в растерянности, что слов, конечно же, не понимает, но медленно подошел к столу, сложил все носители на ноутбук и ушел в спальню. Именно туда он убрал сумку. Хас метнулся за ним. Он давился какими-то своими объяснениями, явно уговаривал, а Крис прямо тащился от своей сучности, от возможности идиотски покапризничать. Хас все бормотал что-то, осторожно дотрагивался до руки Криса кончиками пальцев — он так до сих пор и не решался полноценно коснуться его — и все больше отчаивался. Крис достал сумку, резко развернулся и закрыл Хасу рот ладонью.       — Вот болван крылатый, — насмешливо хмыкнул он и широко улыбнулся. — Погнали.       Крис помахал сумкой перед изумленным лицом Хаса и выскочил вон. Насвистывая, он принялся методично складывать ноут с флешками и дисками. И тут сзади раздалось низкое утробное ворчание. Крис обернулся. Чтобы понять, что Хас разобрался в его играх, не стоило даже напрягаться. И теперь, кажется, Криса ждало наказание.       Крис бросил несобранную сумку и нырнул за стол. Как ни странно, он не боялся. Был азарт, волнение, но не страх. Крис не чувствовал абсолютно никакой реальной угрозы. Он допускал мысль, что Хас может пресытиться им, тем более что тот не получал никакой выгоды от нахождения Криса рядом. Но никогда Крис не допускал мысли, что Хас может попытаться как-то навредить. Все это сейчас выглядело как игра. Крис думал, что Хас поворчит, пошипит, ну, как максимум — погрозит пальцем. А вот того, что Хас рванется вперед, перемахнет стол и завалит его на пол, прижимая тяжелым телом, не ждал совершенно. Крис задохнулся от ужаса, не смея даже пошевелиться. Хас медленно наклонился к его шее, не сводя горящих глаз, и вдруг сильно дунул, прижимаясь губами к коже. Ужасно, невыносимо щекотно! Крис против воли захохотал и заизвивался. Накатившее сверху облегчение накрутило непрошеному веселью оборотов, Крис вертелся и отбивался, захлебываясь от смеха. А Хас все продолжал мучить его, находя тут и там незащищенные места, периодически небольно прикусывал и, кажется, получал от происходящего настоящее удовольствие. И только когда Крис совершенно обессилел, отпустил и навис сверху на вытянутых руках, вопросительно выгибая бровь.       — Я тебе обязательно отомщу, — простонал Крис, — ты у меня еще получишь, гулька зубастая.       Хас легко поднялся на ноги и аккуратно дособрал вещи Криса. Потом подхватил его самого под мышку и вышел из квартиры. Засранец, кажется, еще и подпрыгивал специально на каждой ступеньке. Крис пытался его ущипнуть, но кожа была гладкой, а мышцы дубовыми, так что дело оказалось бесперспективным.       На улице было светло, тепло и просто замечательно. Стоило поставленному на ноги Крису оглядеться, и он мигом простил Хасу все прегрешения. Он и не думал, что сидение в четырех стенах действует на него настолько разлагающе. Крис от души потянулся и обернулся к Хасу:       — Я готов.       Он обвел горизонт и помахал руками — полетели, мол. Хас зафыркал, насмешливо зашипел, улыбаясь клыкастым ртом, а потом подхватил Криса и взмыл вверх. Крис задохнулся, сначала от испуга, а потом от восторга. Город сверху был восхитителен. Можно было разглядеть низенькие особняки центра и стеклянные башни делового центра на востоке. Крис метался взглядом, не в состоянии сконцентрироваться хоть на чем-то, пытаясь объять необъятное. И когда Хас начал снижаться, Крис еле удержался от позорных упрашиваний полетать еще. Посмотреть поближе это и еще вот это, а потом еще то и то.       Они оказались возле бара. Наверное, ночью это было весьма популярное местечко, но сейчас, днем, оно было таким же серым и безликим, как и большинство построек вокруг. Хас отлепился от спины Криса, ухватил его за руку и потянул в бар. Внутри было сумрачно, но на сидящих за столиком посетителей Крис обратил внимание сразу же. Точнее, на одного. В отличие от второго парня тот смотрел прямо на него, широко и приветливо улыбался. Хорош. Прямо ангел небесный, пришедший наставлять убогих на путь истинный одной своей улыбкой. Крис не раз видел его, а с такими людьми одного взгляда хватает, чтобы запомнить их если не навсегда, то очень надолго. За столиком сидел Сэм. Бывший парень Зака, о котором столько времени не было ни слуху ни духу. Теоретически давно почивший. И вот он сидел, вальяжный, расслабленный и довольный жизнью, и весело разглядывал Криса и Хаса.       — Привет, — радостно проговорил Сэм, вставая, стоило им приблизиться. — Я Сэм!       Он поочередно пожал руку Крису и Хасу. И вот на втором рукопожатии сидящий рядом с ним парень, который даже головы не поднял за все время, вскинулся и, нахмурившись, принялся сверлить Сэма с Хасом взглядом.       — Остынь, — хлопнул его по плечу Сэм и махнул рукой на свободные стулья. — Садитесь. Рассказывай, — повернулся он к Крису и даже заерзал от нетерпения.       — Не знаю, с чего начать, — Крис даже как-то растерялся от такого напора.       — С самого начала, конечно! Какими судьбами тебя к нам занесло?       «К нам». Не сюда, не в Старый город. Да даже не слишком вежливое «к монстрам» звучало бы логичнее. Крис на какое-то время завис, силясь переварить все, понять, кто же такой Сэм, какое место он занимает в этом мире.       Тень в одном из углов шевельнулась, Крис повернулся и тут же захлебнулся вскриком, дернулся, но был остановлен рукой Хаса. Крис сильно сомневался, что тот смог бы справиться с тремя здоровущими оборотнями, самыми страшными убийцами, садистами и людоедами, но послушно сел на место.       — Не бойся, — мягко проговорил Сэм и накрыл руку Криса своей.       И тут сопровождающий его парень вскинулся второй раз. Он пристально посмотрел на их руки, перевел недовольный взгляд на Сэма и тихо зарычал.       — Ох господи, — выдохнул Крис, начиная кое-что понимать.       — Угу, — довольно подтвердил Сэм, даже не думая убирать руку. Делал он это настолько явно намеренно, что Крис засмеялся бы, если бы не было так страшно. — Раш оборотень. Истории про людоедство — полная хрень, так что не сильно переживай. Парни — милашки, на самом деле. Раш вот даже перекинулся, чтобы с вами поболтать. Ну не зайка ли? — Он бросил на Раша сладкий взгляд, все больше нарываясь и совершенно не боясь, хотя Раш закипал — это точно.       Наверняка это были какие-то их личные игры. Но у Криса от одной мысли о том, что вокруг оборотни, подводило желудок. Так что он решил разрядить атмосферу и принялся рассказывать о том, как попал в Старый город.       — Вот гнида! — при упоминании о роли Зака, Сэм аж вскочил и зло пнул один из стульев. — Тварь! Когда-нибудь я его все-таки выманю за Стену и привяжу жопой кверху на центральной площади.       — И только создашь беспорядки и головную боль. Остынь, — Раш говорил медленно, будто бы подбирая слова. Голос его был хрипловатым, но вполне приятным. Крис еще немного расслабился.       Сэм сдулся, а Крис начал рассказывать дальше. Хотя больше ничего важного для истории с ним не приключалось, так что закончил он быстро.       — Хода назад тебе нет, ты это понимаешь? — поинтересовался Сэм.       — Да.       — Что планируешь делать дальше?       — А я могу что-то планировать? — Один-единственный вопрос заставил с ходу, с лету вывалить все опасения. — Я не очень понимаю, что вообще происходит, где я, в каком статусе, почему не сдох до сих пор.       — А! Точно! Ты ж не в курсе! — оживился Сэм. — Тогда без истории никак. Коротенькой, чисто для ознакомления со здешними обычаями. Все дело в том, Крисси, что монстры меняются. Эволюционируют, и очень быстро. Ситуация такова: некоторые женщины, попавшие сюда, забеременели и успешно родили от монстров. Разных. Но итог одинаков. Эти дети от смешанных союзов сильно отличаются от чистокровных. Не столько внешне, хотя и здесь есть материнские черты, а внутренне. Они умеют любить. Испытывают привязанность и чаще всего выбирают только одного партнера. В основном человека. Твой Хас такой. Потому и не съел, потому и заботится. Такая любовь.       Крис мог только открывать-закрывать рот. Вываливать такое с бухты-барахты — как-то слишком. Да и… любовь? Уж не с первого ли взгляда?       — Потом сам поймешь, — отмахнулся Сэм. — Выбора у тебя все равно нет. Да и Хас ничего такой. Симпатичный, по местным меркам.       Крис не сразу смог идентифицировать звук. И только когда разъяренный Раш поднял голову и открыто взревел, понял, откуда доносилось приглушенное рычание. А в следующую секунду стол с грохотом отлетел в сторону, и Крис с Сэмом оказались за широкой спиной шипящего Хаса. Крис испуганно замер, понимая, что драка неизбежна, но Сэм вдруг от души потянулся и предложил:       — Давай на улице, что ли, посидим. А то тут шумно — не поговорить толком.       И, ухватив ошеломленного Криса за руку, вывел его из бара. Раш уже обратился, и теперь они с Хасом ревели друг на друга, выгадывая удобный момент для броска.       — Они же подерутся! — попытался вразумить Сэма Крис.       — Прекрасно. Раш, как обратился, весь на нервах. Пусть выпустит пар. Да и Хасу явно поразмяться хочется.       — Алло! Это не дружеская потасовка! А если они убьют друг друга?       — Ну еще не хватало! — фыркнул Сэм и плюхнулся на стоящую возле бара скамейку. — Ты еще просто плоховато разбираешься в их… межличностных отношениях, — загоготал он. — Садись, — он похлопал по скамейке рядом с собой, — буду просвещать.       — Четверо против одного!       — Какие еще четверо? — Сэм махнул рукой, и Крис, повинуясь жесту, обернулся. Возле входа в бар стояли трое оборотней. — Если парни попытаются вмешаться в бой вожака, Раш лично вытрясет из них все дерьмо. О чем ты?       Крис со стоном опустился на скамейку и уткнулся лицом в ладони.       — Идиотизм, — простонал он, силясь не прислушиваться к звукам драки. — С чего они вообще взъелись друг на друга?       — Монстры просто очень ревнивые, — успокаивающе похлопал его по коленке Сэм. — Я сказал, что Хас красивый. Раш приревновал и зарычал. А Хас и так все время был на нервах, потому что в меньшинстве, на чужой территории, разговора нашего не понимает. Вот и среагировал болезненнее, чем стоило бы. Защищал вообще-то тебя, но случайно и меня зацепил. Вот Рашу и сорвало тормоза.       — Дерьмо какое-то, — проворчал Крис.       — Да уж, — хмыкнул Сэм. — Ты, кстати, кто по профессии? Чем занимаешься?       — Я архитектор.       Сэм аж подпрыгнул. Глаза у него сделались большими и поразительно круглыми.       — Да ла-а-адно, — протянул он. — Вот везучий сукин сын!       — Я? — изумился Крис.       — Да Хас твой, — отмахнулся Сэм. — Так. Сейчас объясню. Как бы ни двигалась эволюция у монстров, они все-таки еще весьма примитивны в плане мозгов. Ты ведь жил в квартире. Откуда электричество? Почему работает водопровод?       — Я…       Крис даже не задумывался. Привычно пользовался и не задавался лишними вопросами. И без того было над чем поразмышлять!       — Все это сделали люди, которые жили здесь с монстрами. Понемногу, с миру по нитке. Но теперь условия у нас чуть лучше, чем были у первых людей-партнеров. Многое удалось восстановить. Но не здания. Город приходит в упадок. Некоторые здания рушатся, а людям надо где-то жить. Особенно зимой. Монстры обходятся собственным теплом. Иногда разжигают костер. Но для человека этого мало. Поэтому ты — божий дар для всех нас, Крисси.       — Ох черт, — пробормотал Крис.       С одной стороны, это все было тем, о чем он мечтал, за чем ехал в ржавой тележке-вагончике. С другой — Крис как-то не рассчитывал, что мечта приобретет такой глобальный масштаб и превратится в миссию по спасению человечества. И что комплектом к этому счастью будет идти влюбленный монстр, Крис тоже предположить не мог.       — Да не переживай, — похлопал его по руке Сэм. — Никто ж не требует от тебя бежать восстанавливать город прямо сейчас. Просто все станут возлагать на тебя большие надежды — будь готов. А сейчас просто попытайся привыкнуть к жизни здесь. И к Хасу. Он неплохой. Ах да! — вдруг воскликнул он и достал из джинсов карманный переводчик. С виду вполне стандартный. — Я только начал изучать язык вампиров, да и желающих поспособствовать развитию техники — не очереди, так что запас слов минимален. Все незнакомые слова выдаст абракадаброй, но тебе ведь смысл нужен? Все не руками махать.       — Это переводчик с вампирского? — изумленно посмотрел на черную коробочку Крис.       — Типа того, — недовольно ответил Сэм, который, по всей видимости, был тем еще перфекционистом. — Но я его еще доработаю. О! Закончили.       Хас и Раш выкатились из дверей, сорвав одну из петель, немного попереругивались уже на улице и, явно задрав носы, вальяжно подошли к людям.       — Ну, нам пора. Вам, видимо, тоже, — Сэм, оглядывая перепачканных кровью монстров, широко улыбался, а у Криса от страха даже живот подводило. — Увидимся еще!       Он помахал Хасу и Крису рукой и ловко запрыгнул на спину Раша.       — Но, мой быстрый конь, — кривляясь и изображая лихого наездника, крикнул он. — Погнали! — и пару раз двинул пятками Рашу под бока.       Тот медленно обернулся и долгим взглядом посмотрел на Сэма. А потом резко извернулся, взбрыкнул, и Сэм подлетел вверх. Вскрикнул и в ту же секунду оказался пойман. Раш перехватил его в полете, засунул под мышку, как куль с вещами, и приложил лапой по попе. Штаны у Сэма были тонкие, а шлепок — неслабым. Больно вышло, наверное. Сэм зашипел и попытался цапнуть Раша, но безуспешно. Тот рванул с места, за ним побежали волки. Сэм так и болтался под мышкой.       Хас рядом вздохнул и покачал головой, что-то бормоча. И Крис совершенно отчетливо понял, что это значило что-то типа «придурки». Он все еще не воспринимал звуки от Хаса как речь, не знал смысла фраз, но вот это понимание уже имелось. Крис и не заметил, как оно пришло.       Крыло у Хаса было сломано. Оно подвисало, и сам Хас чуть сгибался на ту сторону. Но он вдруг резко распахнул оба. Стиснул зубы и прикрыл глаза от боли, но не издал ни звука. Хотя крыло хрустнуло, что-то противно скрипело в нем, пока срасталась кость. Стоило Хасу открыть глаза, Крис подошел вплотную и прикоснулся к руке:       — Ты в порядке?       Хас тоже, видимо, понимал его. Он кивнул, и взгляд его сразу же потеплел. Хас протянул руку и прислонил ладонь к щеке Криса. Огладил висок большим пальцем и что-то нежно проворковал. И вот тут-то, как назло, внутренний переводчик не сработал. Пока Крис хлопал глазами, придумывая какой-то адекватный ответ на такую нежность, Хас подхватил его — не как куль, ясное дело! — и, мерно взмахивая крыльями, полетел в новое жилище.