Шоколад

Не понял я этого побега к коту. Что теперь делать? Ждать, пока этот глупый мальчишка прибежит? Позвонить? Пригласить на ужин, объяснить, что его место здесь, со мной, а не с каким-то кошаком. Ох, не правильный этот омежка, но как пахнет! Какой чувственный и страстный в постели… Добьюсь его любой ценой. Как же раньше не замечал такое сокровище? Все этот проклятый шоколад. Малыш пичкал им меня с самого первого дня знакомства, а эта гадость маскирует его запах. Все мои любовники подчеркивали свой природный аромат парфюмом, а Дима наоборот скрывает, хитрец. Хватит тратить время на бессмысленные переживания. Малыш — конь строптивый, почует упряжь — понесет. Пока что можно расслабиться. Два дня выходных, крепкий чай, грильяж и Шекспир. Похожий на Диму персонаж встречается в пьесе «Много шума из ничего». Беатриче не верила, что её могут полюбить. В точности как мой Малыш. Опять о нем, так и с ума сойти недолго. Вот так и проходит жизнь — пустая квартира, случайные связи, верные книги, работа. Надоело всё. Закрываю сессию и в отпуск. Написать заявление, подбить итоги, натаскать Славку на замену, соблазнить и уговорить малыша… Недели за две управлюсь. Начнем сегодня, в понедельник. Традиционная планерка, сбор отчетов и обсуждение планов на неделю. Народ с выходных добродушный, помятый и заспанный. В большинстве. Есть исключения. Я — подтянутый, собранный, выспавшийся. Славик — загорелый, помятый — был на природе. Программист — особо бледный и не выспавшийся — все выходные провел за компом. Свести бы их… Славик перестал бы шляться, а программист узнал бы мир вне интернета… Ребята после планерки неспешно разбрелись по зданию. Остался один Слава. — Шеф, что там, на счет пресса? — Уже иду к Степану. — Вот ведь мальчишка упертый. Выйдет из него толк. Приложить немного усилий и… — Терпение и труд все перетрут. Отдел хозяйственников встретил атмосферой умиротворенности и счастья. Улыбающиеся сотрудники занимаются своими делами. Степа просто лучится счастьем. Что любовь с людьми делает?.. — Жорик! Проходи, дорогой! Чай? Кофе? Меня, извини, не могу. Я с Глебом! — Рад за вас. Мне бы пресс. — Не вопрос. Бери! Командировочную сейчас оформим и вперед! — А… — Уж извини, денег на оплату услуг посредников нет, сам слетаешь и купишь. Заодно и кое-какие бумаги подпишешь и с нужными людьми поговоришь. Мне, пожалуйста, магнитик или флажок. — Я в отпуск собираюсь! — Собирайся! Тебе не запрещают. Сам выбирай: пресс или отпуск? Хороший вопрос. Хотелось бы в отпуск, да и сессию никто не отменял. Весь день голову ломал. К вечеру, отупев от отчетов и размышлений, зашел в курилку. Стараюсь не курить, но люблю, иногда, подышать дымом. В тесном помещении почти все курильщики — мои орлы. Пусть отдыхают, пока все спокойно. — Георгий Викторович? Не помешаю? — Славик рядом прикурил. Слишком официальное обращение пугает. — Пресс опять не работает. Стерлись валы на гидравлике. Заказать новые детали? Тру-ту-ту… Как же быть… — Пока подожди. Увеличим натиск и расширение, с недельку протянет. — Есть вариант заполучить новый? — Есть-то есть… Из задумчивого разговора меня вывел шум у распахнутой двери. Отдел бухгалтерии полным составом, как есть, в костюмах и очках, с распылителями наперевес, ворвался в курилку. Видно в баллончиках распылителей была подкрашенная вода, так как лица и одежда попавших под «обстрел» окрасились в разные цвета. Мои ребята, видимо, были предупреждены о готовящемся акте и вооружились до зубов. Пластиковые бутылки с проткнутыми крышками. Детский сад, ей Богу! Нужно организовать корпоративную игру в пейнтбол. Пусть там резвятся, раз энергию девать некуда. Вы спросите, как я могу так спокойно рассуждать в центре сражения? Так мы со Славой еще в начале битвы опрокинули скамейку и за ней укрылись. Сижу, любуюсь водной битвой, в дверной проем высунулась мордочка Малыша. Не понял, он здесь откуда? — Весело тут у вас! — Малыш лучезарно улыбнулся. Странно, как такую улыбку никто не заметил. — Гер, ну так мы едем или как? Еще зачет сдавать! Легко сказать, трудно сделать. От моего укрытия до двери двадцать шагов. Успеваю промокнуть, испачкаться, разозлиться. Малыш хохочет у двери. Бессердечный! — Скажи, Малыш, как вышло что ты здесь? — Спрашиваю уже в машине, так как Дима только сейчас перестал смеяться. — А я не говорил? Глеб устроил меня секретарем. Мне у вас нравится! Коллектив хороший. Работа не пыльная. А чего бухгалтерия постоянно с техниками воюет? — Балуются от нечего делать. Вообще, они дружат, но акты их дружбы носят еще более тяжелый характер. Они, сговорившись, могут замучить любой отдел, воплотить любую сумасшедшую и, на первый взгляд, невыполнимую авантюру. Как-то раз Вадим из бухгалтерии пожаловался на налоговика. Тот пообещал отстать, как только все комнатные растения станут голубыми. Он имел в виду «никогда». Но! Орлы-техники помогли друзьям-бухгалтерам. Сколько ушло времени и краски на перекраску я не знаю, но на следующий день все, я подчеркиваю «все», растения в нашем офисе были голубого цвета. — Шутки по мне. Но скажи, ты сегодня такой уставший, случилось что? — Нет. Все в норме. — Еще не хватает плакаться в жилетку мальчишке-омежке. Хотя он может помочь советом. — В командировку отправляют, а тут сессия. Как быть не знаю. — Легко! Я прикрою тебя на сессии. Поговорим с преподами, возьмем, если нужно, задания. Это же не ГОСы. Так, три зачета два экзамена. — Два зачета. Один мы сегодня сдаем. — Си, сеньор! Не подведите меня на зачете! Малыш не напрасно смеётся надо мной. Для меня все эти даты пустой звук. Зачет сдаю чуть ли не с кровью. Обход преподов тоже не порадовал. Куча заданий, почти все не выполнимые и уж тем боле не в такой срок. Если Малыш справится, буду век ему должен. — Малыш, тебя подбросить домой? — Спрашиваю у задумавшегося Димы. — Нет, я сегодня не домой. Плутай по этим закоулкам… Слушай Гера, а поехали к моим друзьям? Они меня на ужин звали, ну и тебя не выгонят. Вот нахальный ребенок! Видно, он пригласил меня для нахождения пути. При всех неприятностях в дороге, мы добрались удивительно быстро. Малыш два раза указывал неверный подъезд! Как с такой ориентацией в пространстве, он что-либо находит? Зато я узнал много нового о его друзьях. Семейная пара, альфа и омега, Олег и Ваня. С любовью и нежностью Малыш рассказывал об их отношениях. Со смехом до слез о совместных гулянках и приключениях. С благодарностью о поддержке со стороны этих ребят. Со слов Димы, немало хорошего сделали они и не один раз вытаскивали Малыша из неприятностей. Однажды, Олег помог Малышу, когда ему стало плохо, и не отходил, пока из больницы не выписали. Я невольно проникся уважением к этим пока неведомым людям. Напрягла лишь лекция Малыша на тему «Стрелец в гневе». Видел в таком состоянии Малыша, в универе. Один раз, краем глаза, почти успокоившегося. Больше не хочу. Убийственное зрелище. Дима осторожно приоткрыл незапертую дверь. Со словами: " Ты не понимаешь! Они убьют друг-друга!», малыш влетает в комнату. Молодой паренек орет. Его противоположность здесь же и также в ярости. Олег и Ваня? Быстро соображаю кто есть кто. Гнев скручивает воздух. Вижу, что альфа готов растерзать омегу. Уже не гнев, а животная ярость управляет им. Кулаки сжаты. Тело готово к нападению. На кого? На ребенка? На мальчишку, которого обещал беречь и хранить? Нельзя. Ты же сам потом будешь корить себя. Оправдывать свои поступки чужой виной и снова ругать себя, ты не простишь себе его слезы. Олег кидается с кулаками на Ваню. Безумец! С такой силой он убьет паренька. С трудом перехватываю движение, заламываю руки. Вырывается. Едва успеваю перехватить в новом нападении. Фиксирую локтем шею и удерживаю за волосы. Олег больше не рвется, стоит спокойно, только шипит и местами срывается на рык. Поднимаю глаза. Напрасно. Что же ты наделал, друг? Ваня напротив, рыдает в руках моего малыша. А ведь этот силач мог и Диму пришибить. Но Ваня… ты брал его в супруги, ты обещал заботиться о нем! Нельзя обижать ребят, сила ужасна, если её не контролировать. Что же такое натворил Ваня, что Олег так рассвирепел? Но ничего… Сейчас пар выпустит и полегчает. Волоку сопротивляющегося оболтуса на кухню, макаю в раковину с водой. Хорошо, что я силенками не обделен. Мышцы под моими руками расслабились, Олег успокоил тело, осталось сознание. Душу исцелить я не в силах, вытаскиваю друга на балкон. Ужас. Глаза горят, дыхание сбито. Трясущимися руками семьянин пытается вытащить сигарету. Раскуриваю одну и предаю новому знакомому. Тело расслабилось слишком и теперь его колотит крупной дрожью. Курит молча. Молча. Все время молча. Сам принимает решения, сам выходит из проблем. Сам заботится о Ване. Этот человек, такой открытый сейчас, сделал очень многое для моего малыша. Я знаю, малыш много рассказал о ребятах. И тогда, когда малыш попал в больницу, Олег сделал почти невозможное. И теперь, этот человек стоит передо мной. Открытый и беззащитный, он нуждается в помощи, а я не могу дать её ему. Я не знаю чем помочь. Окурок трассирующим огоньком летит в бездну за перилами балкона. Что я могу сделать для тебя? Обнимаю незнакомого друга. Крепко, как могу, сжимаю в своих руках. По-братски, Олег повторяет мои действия. Без слов. Чувствую, как бьется чужое сердце, сердце что ранил любимый человек. Оно бьется также как всегда, или ритм изменился? Не знаю. Олег опустил руки. Отстраняюсь и сажусь на пол в углу балкона. В ушах колотится звук, растекаясь с кровью по телу. Тук. Тук-тук. Тук-ччччирк тук-пых. Олег закурил. Снова. Который час? Не раньше трех… Скоро рассвет. Скоро новый виток жизни.