Подруга моей мамы

Через десять минут будет очень важный день для меня. Стану на год старше и смогу больше выпендриваться, называя своих друзей помладше — малолетками. Это прям самое любимое. Честно, даже не придумала, где и как буду отмечать. А главное, с кем. Я рассчитывала на Надежду. Рассчитывала, что она сама все решит. Но ведь это мой день рождения, глупо, да? Но после той нашей небольшой «ссоры», мне кажется, она меня даже не поздравит. Я до сих пор вспоминаю ее холодный взгляд. Я смотрела в эти глаза и не понимала, где всё тепло и нежность? Куда это все делось так быстро? Она серьезно злится на меня за это? Я же всего лишь двинула по лицу ее мужу… Ну, да, звучит не очень. Но я же пыталась защитить ее! И я защитила. И я ни капли не жалею, что вмешалась в их ссору. Да, не должна была. Да, не имела права. Но не жалею. Иначе, если бы я увидела следы побоев на теле Надежды — я бы с Виталика кожу содрала. Живьём и потихоньку, чтобы дольше мучился. — С днём варенья! — не успела я ответить на звонок, как Ксюша сразу же меня поздравила. Воу, уже полночь. Я поставила телефон так, чтобы он упирался о стену. Я заранее знаю, что подруга попросит включить видеосвязь. Хоть меня и бесит это. Вообще не люблю по телефону разваривать. И переписываться не люблю. Только вживую. Ксюша сказала мне много-много приятных слов. Как банальных, так и слишком особенных для меня. — Большое-большое спасибо, люблю тебя, — я опустила глаза. Мне всегда было трудно отвечать на поздравление и комплименты. И свой день рождения порой я ненавижу, ибо слишком много внимания ко мне, а я не привыкла. Единственный мой день рождения, который запомнится мне на всю жизнь, так это мое шестнадцатилетие. Тут и слов мало, чтобы описать. Это было просто прекрасно. Пара моих близких друзей и остальные все незнакомцы — просто пришли и поздравили меня. Эта ночь была просто дикой. Настолько дикой, что потом некоторыми ребятами интересовалась полиция и допрашивала их. К сожалению, я тоже была в числе этих ребят. Или не к сожалению. Но точно не к счастью. Зато было весело и жарко. Я справляла в своей деревне, поэтому там все знакомые. И полицейский — тоже. Он нас допросил, а потом и вовсе с нами чуть-чуть выпил. Да-да, с какими-то малолетками выпил! Самому взрослому из нашей компании было двадцать два, но все равно по сравнению с этим ментом — он был малолеткой. В общем, с тех пор эти люди, которые просто приходили на одну ночь — стали мне безумно близкими. Но это все неважно. Нынешний день рождения таким уж точно не будет. — Ты волосы ебнула, что ли? — спросила я через минут десять нашего разговора. Вот смотрела-смотрела на неё, и не могла понять, что же в ней изменилось. — Нет, отрезала. — Классно, — я покачала головой. Выглядело и правда классно, хоть я и ненавижу короткие стрижки у девушек, не знаю почему. Но ей идёт. Мы поговорили ещё немного, пока моя мама не вернулась из душа: наушники мои сломались, а говорить при маме не хотелось. Точнее, не хотелось, чтобы она слушала, что говорит Ксюша. Вдруг, невзначай какой-нибудь секретик мой запалит. Как только мама пришла, то я сразу была закована в объятия и опять милые-милые поздравления. Ну, блин, не люблю я всего этого. Не нравится. — Как и где будешь отмечать? С кем? Как в том году, когда дом чуть не спалили и твоя одежда была вся в крови? — Мам, — я удивленно на неё посмотрела. Все время она все искажает! Как же мы могли спалить дом? Я просто первый раз в жизни топила печку, ну и было это не очень удачно. А насчёт крови… Я порезалась о банку и не заметила это. Совсем не почувствовала да и порез был маленький, но вот крови было… Вся моя одежда, одежда моих друзей, диван, стол, пол… Мама улыбнулась, махнула рукой, дала понять, что пошутила. Эх, нельзя со мной шутить. Честно, у меня пока не было планов на свой день рождения. Я даже не представляю, как его справлять. В период с четырнадцати по шестнадцать лет мне хотелось только одного — бухать. И неважно по какому поводу. Хоть день рождения отмечать, хоть пятницу, или среду. Я считала это самым лучшим времяпровождением. Что может быть лучше, чем сбежать ночью из окна, собраться друзьями и просто пить, встречать рассвет? А совсем недавно я поняла, что мне это все не нужно. Я стала сбегать из окна ночью, чтобы пойти к друзьям и смотреть вместе мультики, пить чай, да и просто болтать обо всем. Без бухла! И я заснула с мыслью, что все-таки отмечу день рождения дома и выпью с мамой бутылочку шампанского, но с утра мне написал Коля… Один из тех людей, кто за одну ночь превратился из незнакомца в близкого человека. И, конечно же, он предложил мне выпить! Нет, не выпить… Набухаться. В хлам. А что? Звучит заманчиво, но, думаю, откажусь. Совсем что-то не хочется. С самого утра меня одолевали звонки, нескончаемые звонки.Боже, да я даже не знала, что у меня столько знакомых. Телефон разрывался. Но два самых близких мне человека молчали. Ну и ладно… — Кирилл придёт? — спросила я у мамы, которая накрывала на стол. Черт, мне безумно захотелось кушать, глядя на всю эту вкусную еду. Я взяла маленький бутербродик с икрой со стола и отправила в рот целиком. Сейчас, наверное, я похожа на хомяка. — Придёт Кирилл, Надя с… Я подавилась, резко выплюнула бутерброд к себе в руки и кинула в мусорку, быстро направляясь в ванную. Мама, наверное, подумала, что я чокнулась. Может быть, так оно и есть. Я услышала нужное мне имя, и больше ничего слышать я не хочу. Поэтому я быстро залетела в ванную. Да я же на бомжа похожа, как я такая буду встречать мою Надежду? Вот и убежала, чтобы успеть привести себя в порядок. Так она все-таки не обиделась на меня, раз хочет придти? Не злится? Господи, хоть бы все утряслось. Да ещё и Полина партизанка! Я вчера спросила, приедет ли она ко мне на днюху, а она написала: «на велосипеде, что ли?». Сказала, что ее некому забрать из деревни, чтобы она ко мне приехала. Спустя час я уже выглядела неплохо. Волосы чистые, а это уж самое-самое главное! А так, я просто накрасила ресницы и стрелки нарисовала… Хоть и редко их рисую, потому что нервов не хватает. Но мне говорят, что когда я со стрелками, то все парни просто с ума сходят. Может быть, и она сойдёт? Было бы круто. — Красавица, — сказала мама, посмотрев на меня через зеркало. Я улыбнулась и щёлкнула пальцами, указывая на своё лицо. — Любой влюбится, да? Мама рассмеялась. Звучит самовлюбленно, знаю. Но я и правда сегодня себе нравлюсь. — Как в такую скромницу не влюбиться? — мама поцеловала меня в щеку. — Мы куда-то пойдём, или дома все будем сидеть? Просто не знаю, что надеть. — Твой же день рождения, решай, — мама пожала плечами. — Кирилл предложил боулинг, но… — Супер! Давно не были. Раз мы все-таки поедем в боулинг, то я сразу оделась по уличному: простые джинсы и белую водолазку. Только бы не заляпать… Потихоньку подошёл Кирилл, моя двоюродная сестра и мой брат со своей женой. Куча поздравлений, эх. Приятно, да, но не люблюююю! Ну что мне с собой поделать? Кирилл мне подарил нож. Черт, обожаю этого чувака. Только он мог подарить нож. Не знаю, зачем он мне, но выглядит он классно. Метательный. Брат подарил мне вейп втихаря от мамы, а сестра просто свою любовь, как она выразилась, а потом просто денежку в карман положила. А потом пришла она. Моя мечта-любовь-радость-счастье. Моя жизнь. Моё всё. Это глупо: считать человека своей жизнью? Мне кажется, что да. Но я все равно считаю. Почему каждый раз, когда ее вижу, то схожу с ума? Нет, серьезно. Я не восхищаюсь ей, я ее боготворю. Она прекрасна! И я уверена, что она слышит это каждый день в свой адрес даже от случайных прохожих. От меня так точно! Просто я не говорю этого вслух… Она была в лёгком летнем платье и с распущенными волосами. Как я уже поняла, волосы она распускает только в особенные дни. И это очень греет душу. Я важна для неё. Я не смогла сдержать улыбки, глядя на неё, скрестила руки на груди и склонила голову набок, рассматривая ее. Надежда улыбнулась, распахнула руки, желая меня обнять. — Иди сюда, улыбака, — она притянула меня к себе и обняла крепко-крепко, шепча на ухо разные приятные слова. Я вся мурашками покрылась от ее горячего дыхания. Она поздравила меня с днём рождения, провела рукой по моим волосам, чуть отодвинула от себя и поцеловала в лоб, улыбаясь и рассматривая мое лицо. — Какая красивая, — Надежда чуть сощурилась, словно присматривалась к чему-то на моем лице. — Блеск, что ли? — она провела пальцем по моим губам и я шумно выдохнула. — Нет? Так блестят, — Надежда пожала плечами и ушла, оставив меня одну сходить с ума. Блять! Серьезно, я не знаю даже, как реагировать. Просто: блять! Эмоциональное блять. Я не успела ничего сообразить, когда на меня налетела Полинка и обняла, я запнулась обо что-то и мы вместе упали на пол. Почему-то они с Надеждой зашли не вместе. Я зашипела, одной рукой обнимая Полину, которая лежит на мне, другой держась за голову: я так-то больно ударилась. — Ой… — тихо сказала Полина, виновато улыбнувшись. Я приподняла одну бровь. — Я бы сказала ой-ой-ой! — Прости… — Все хорошо, — я улыбнулась ей. — С днём рождения! Люблю, целую, обнимаю! — Спасибо большое! Может быть, встанешь с меня? — Может быть, — кивнула Полина, принимая задумчивое выражение лица. Черт, размышляет ведь ещё над этим! — Да блин, — я рассмеялась и спихнула с себя подругу. Вставать не спешила, села на пол, Полинка тоже. — Вау, — Полина внимательно на меня посмотрела и хитро улыбнулась. — Те самые стрелочки, которые стреляют в сердца? — В твоё, видимо, уже выстрелили? — с сарказмом спросила я и обернулась на зеркало, проверяя, не размазались ли мои стрелки. Полина улыбнулась и склонила голову набок. — Ага. Ты красивая. — Спасибо, — я чмокнула ее в щеку. — Тебе же семнадцать? — риторически спросила Полина. Я надеюсь, что риторически! Она потянулась к порогу, где бросила свой маленький розовый пакетик и протянула мне. — Здесь семнадцать чехлов на телефон… — Нет! — я приоткрыла рот от удивления. Боже, как же я тащусь по чехлам. — Да. — Нет! — Даа, — Полинка рассмеялась, а мне все равно хотелось продолжить спорить. Я просто не верила своему счастью. Я обняла подругу, и теперь я ее повалила на пол. Таня, моя двоюродная сестра, увидела нас и рассмеялась. — Привет, — сестра чмокнула Полинку в щеку и села с нами на пол. — Вы уже бухие, что ли? Ещё рано, подождите. — В смысле? — устало спросила я и поднялась с подруги. — Я не буду пить сегодня. — Да Коля уже хату нашёл, ну Сашаааааааааааааааааа… Я одной рукой закрыла сестре рот ладонью, а другой ухватила Полину за щеки. — Что мне с этим чудом делать? — С нами поедет. — Ещё чего, — фыркнула я. Как это она с нами будет? Мы все будем пить, а она что? Смотреть на нас алкашей? Но на мое удивление, Полина согласилась. — Ты серьезно? — нахмурилась я и удивленно посмотрела на Полину. Та кивнула. Ну ладно. Как хочет. Мы все поднялись с пола и пошли на кухню. Меня там уже все заждались. Танюха сразу выпила, как мы сели за стол. Офигеть, да они с Кириллом водку пьют. И без меня! Да как так-то! — Мне уже двадцать, мне можно, — Таня показала мне язык, заметив мой взгляд. Емае, да она уже была хорошенькая. — Алекс, — неожиданно сказала Надежда, встав со стула. Боже, как же давно она меня так не называла. Я сразу подняла взгляд на неё, но в ту же секунду опустила. Мне казалось, что она читает по моим глазам все мои эмоции, все мои чувства. И мне становится страшно. — Ты нам не чужой человек. Далеко не чужой. Родной и близкий. Мне уж точно, — она тепло улыбнулась и выразительно взглянула на меня. Я сейчас с ума сойду. Что это значит? Намёк? — Мы с твоей мамой тебя очень-очень любим, поэтому… Я даже не заметила, что Полинка отходила. Но вернулась она с гитарой в руках… — Полина сказала, что ты все уши прожужжала ей, что хочешь электрогитару, — Надежда улыбнулась, подошла ко мне и быстро чмокнула в щеку. Я раскрыла рот от удивления. Не знаю, от чего мне сейчас сходить с ума: от того, что исполнилась моя мечта, или от того, что моя любовь поцеловала меня в щеку. Щека адски пылала, мне кажется, я даже покраснела. — Тайлер, — я взяла гитару в руки и упала на колени. Да, у меня такой причуд: давать гитаре имя. Мою классику зовут Джейсон, акустику — Макейла, а теперь этого электрического парня зовут Тайлер. — Спасибооооо, — завизжала я писклявым голосом и бросилась душить маму в объятиях, затем чмокнула в щеку. Да все от меня получили этот нелепый чмок в щеку. Я готова была всех перецеловать от радости! — А я? — спросила меня Надежда, улыбнувшись. Я сглотнула. Как бы сильно мне не хотелось ее обнять, я не могла. Мне казалось, что я не имею права обнимать ее. Но раз она сама этого ждёт, то я только с удовольствием. Я обняла ее крепче, чем всех остальных и мне даже не хотелось отпускать ее. Я хотела поцеловать ее в щеку, как и всех остальных, но она случайно повернула голову и я коснулась губами ее губ… Я замерла, не сводя взгляда с ее губ. Дышать стало невыносимо тяжело, а потом и вовсе нечем. Что я, блять, только что сделала?