Неправильные

      — Нет, ну это никуда не годится! — Запустив руки в кудри, прокричал Роджер, отчаянно меряя комнату шагами. — Кто их звал вообще? Жили, не интересовались моей жизнью несколько месяцев, а теперь, когда у меня голова занята другим, они вдруг решили проявить участие?!       Роджер не понимал, чем так прогневал вселенную, что она решила над ним так поиздеваться. Казалось бы, их отношения с Брайаном, наконец, отошли от надоевшего «я обучу тебя физике», они планировали хорошо провести вечер, посвятить друг друга в свою жизнь, да и, в конце концов, найти общий язык, чтобы их разговоры никак не относились к учёбе. Но нет, получи, Роджер, и распишись — пообщайся с родителями, когда ты находишься в теле своего соулмейта. Тейлору захотелось поклониться и закричать на всю квартиру «спасибо!», поскольку он весь превратился в комок нервов и бесился от каждого лишнего действия, каждого незначительного писка.       Брайан впервые видел его таким и, наверное, не понял был такого отношения Роджера к родителям, если бы не знал о сложностях взаимопонимания между ними. Очень хотелось обнять его и успокоить, но Тейлор не подпускал к себе ни на шаг, носясь по всей квартире как заведённый и выкрикивая изощрённые ругательства. Да уж, их точно ожидает тяжёлый день, и Брайан не уверен, что это день закончится хорошо.

***

      Обед, к которому ни Роджер, ни Брайан не были готовы, подкрался незаметно. Незаметно до такой степени, что Тейлор даже не понял, что стрелка часов почти добралась до цифры двенадцать, поэтому кое-как растолкав Мэя, что уснул ближе к утру, свернувшись в кресле, он посмотрел на него сонным взглядом и потёр глаза, прогоняя остатки сна.       — Доброе утро, — Брайан хмуро посмотрел на сверкающее за окном солнце и взглянул на всклокоченного Роджера, — точнее, добрый день. — Закончил он, взглянув на наручные часы.       — Я не уверен, что к событиям сегодняшнего дня стоит относить слово «добрый», — он поморщился будто от зубной боли и зевнул, прикрывая рот ладонью, — я надеюсь, они забыли о моих привычках за прошедшие месяцы.       — Думаешь, такое может быть?       — Не знаю, — Роджер сидел на полу и разглядывал свои носки с ананасами, — отец, по крайней мере, никогда в должной степени не интересовался моей жизнью, так что… Вот чёрт, — он вскочил с места и унёсся в коридор, начиная там чем-то шуршать и греметь, — ты ведь знаешь, что это, Брайан? — Он вернулся с пачкой сигарет и покрутил её, как бы демонстрируя свою находку. Мэй сдержанно кивнул. — Идём, отец позовёт тебя курить, так что, я думаю, ты хотя бы должен иметь представление о том, как это делается, иначе плану крышка.       Брайан не мог возразить, поэтому снова кивнул. Ему не хотелось травить свой организм этой гадостью, которая слишком часто оказывалась зажатой между зубов Тейлора, особенно, когда тот сильно нервничал (прошлым вечером он сходил покурить раз семь только за один час!), но он не мог разочаровать Роджера, который помог ему, а уж тем более не мог подставиться перед его родителями, прекрасно зная обо всей семейной ситуации.       Вытолкав Мэя на небольшой балкончик, Роджер облокотился на дверь за своей спиной и вытащил из пачки две сигареты, одну из них он ловко отдал Брайану и чуть заметно улыбнулся, когда заметил недовольство на лице парня. Зажав сигарету между зубов, он потянулся за зажигалкой и, ловко щёлкнув колёсиком, поджёг кончик. Он кивнул стоящему напротив Мэю, как бы предлагая ему повторить увиденное. Покачав головой, Брайан чиркнул зажигалкой, но сигарета не подожглась, более того, она даже не собиралась воспламеняться. Парень тихо выругался.       — В какой вселенной ты живёшь? — Устав наблюдать за мученияии родственной души, поинтересовался Роджер, подходя к Мэю ближе и забирая из его ладони несчастную зажигалку. — Ты что, ни разу не пробовал курить? — Брайан покачал головой, а Роджер удивлённо вскинул брови. — Бог ты мой, да ты невиннее ребёнка. — Ласковая улыбка скользнула по его губам, но Тейлор в ту же секунду вновь стал серьёзным, решив отложить своё умиление этим парнем на будущее, в конце концов, они всё ещё имели шанс прожить жизнь вместе.       — Чтобы поджечь сигарету, нужно вдохнуть, понимаешь? — Мэй выглядел безнадёжно, они точно обречены на провал. — То есть ты вдыхаешь с самого начала и поджигаешь, проще говоря, тебе нужно её раскурить. Боже, Брайан, на деле это намного проще, чем в теории. Давай, попробуй.       И Брайан попробовал. У него даже получилось с первого раза, и он не обжёг себе все пальцы. Правда, вдохнул слишком много, отчего закашлялся, выпуская Роджеру в лицо целую дымовую тучку. Тейлор хотел было засмеяться, но вовремя подумал о том, что это будет не очень красиво с его стороны, поэтому просто похлопал Мэя по спине и вернулся к обучению.       — Ладно, хорошо, прекрасно, — он почесал нос и затянулся, — курить можно двумя способами, окей? В затяг и нет, тебе, наверное, проще будет не вдыхать дым в лёгкие, по крайней мере ты не будешь кашлять как туберкулёзный, — Мэй бросил на него недовольный взгляд, — прости. Вдохни и просто подержи дым во рту несколько секунд, как будто ты в это время вдыхаешь его в лёгкие, а потом выдыхай. Можешь выдохнуть носом, это будет выглядеть так, будто ты знаешь о курении немного больше, только не делай так каждый раз — это странно. Вот, умница.       Они провели на балконе ещё порядка двадцати минут, Роджер учил Брайана держать незаметно дым во рту и аккуратно его выдыхать, чтобы не вызывать лишних подозрений. Потом он покурил сам и, выбросив окурок на голову какому-то проходящему мимо мужчине, вернулся в квартиру, думая, что же ещё он не успел рассказать Мэю.

***

      Смотреть, как родная мать обнимает и называет сыном не тебя, очень неприятно, хотя Роджер и не может сказать, что сильно привязан к родителям. Уинфред трепала Брайана по щекам и говорила, как сильно тот похудел, на что Тейлор лишь тихо усмехался, гадая, что бы сказала мама, если бы знала правду. Отец без интереса прохаживался по квартире, осматрива то кухню, то комнаты, пару раз он выглянул на балкон и, тихо хмыкнув, подошёл поздороваться с сыном. Удивительно, но они ещё не обратили внимания на сидящего в дальнем углу Роджера, что недовольно вертел в руках первую попавшуюся книгу и наматывал тёмную кудряшку на палец, терзая каждые тридцать секунд нижнюю губу.       — Ну, ладно, мам, хватит, — постарался выбраться из загребущих рук женщины Брайан, — давайте лучше пойдём пить чай. Вы, наверное, устали с дороги?       — Оу, конечно, дорогой. — Улыбнулась женщина, поправляя светлые волосы и сверкая яркими голубыми глазами. Кажется, теперь Брайан знал, в кого пошёл его соулмейт, хотя Роджер и говорил, что является копией своего отца, но он не особо в это верил. — Майк!       — Роджер, — отец, наконец, обратил внимание на желающего правалиться в преисподнюю к чертям в эту же секунду Роджера, — ты нам не говорил, что у тебя будут гости.       — А вы не предупреждали, что приедете, — чуть слышно проворчал Тейлор-младший, бросая хмурый взгляд на отца.       — О, это мой друг, Брайан, — спохватился Мэй, таща мать за руку в гостиную смотреть на самого себя как на какую-то зверюшку, — и он не мой гость. Мы снимаем вместе квартиру, ну, знаете, так выгоднее. — Он неловко почесал затылок и выдавил самую обворожительную улыбку, на какую только был способен.       Роджер захотел умереть.       — Здравствуйте, мистер и миссис Тейлор, — он постарался взять себя в руки и пожал руку сначала отцу, а затем и матери, думая о том, какой же это цирк, — очень рад с Вами познакомиться. Бра… то есть Роджер о Вас так много рассказывал, что мне кажется, что мы сто лет уже знакомы. — Отлично, Тейлор, ты совсем не идиот. Конечно, нет.       — Я так рада, что Роджер, наконец, нашёл друга, — Уинфред потянула Роджера за рукав рубашки и обняла, прижимаясь щекой к костлявой груди, — ты знаешь, Брайан, у него почти не было друзей, когда он был подростком, а те, кто был, оказались не лучшей компанией.       Да уж, мама, я знаю, подумал Роджер, глядя на растроганную мать.       — Мам, — Брайан попытался отцепить миссис Тейлор от собственного сына, пока та его не задушила, — мама, перестань меня позорить.       — Господи, развели здесь сопли, — закатил глаза Майк и снова бросил взгляд в сторону балкона, — пойдём покурим, Родж, — он смерил Роджера оценивающим взглядом, — пока Брайан проводит твоей матери экскурсию, а она проводит ревизию того, что притащила.       Брайан бросил на Роджера пугливый взгляд, но тот чуть заметно кивнул, как бы говоря, что у него всё получится, и кивнул в сторону балконной двери.       — Пойдёмте, — он подхватил Уинфред под локоть и увлёк её в сторону кухни.       Брайану ничего не оставалось, как последовать за роджеровым отцом на балкон, надеясь, что тот будет слишком занят разглядыванием пейзажа и не обратит внимания на то, что его «сын» держит сигарету в руках второй раз в жизни.       — Ну, и как тебе Лондон? — Сделав первую затяжку, поинтересовался мистер Тейлор, с интересом поглядывая на Мэя.       — Сносно, — пожал плечами Брайан, крутя в пальцах несчастную сигарету и никак не решаясь её поджечь, — по крайней мере, лучше чем в Труро.       — Да, — вздохнул отец, — почти два года прошло, а ты думаешь всё также, — он выпустил дым и бросил взгляд на спешащих по своим делам прохожих. — Чем тебе так не нравится дома? Хороший город.       — Ну да, — хмыкнул Брайан, захватывая фильтр острыми зубами, — если можно считать хорошим город, единственной возможностью которого является возможность уехать оттуда. — Он чиркнул зажигалкой и сделал первый вдох, совсем небольшой, чтобы не закашлять (как учил Родж), а потом замолчал, чтобы с умным видом перекатывать горький дым во рту.       — Не будь такой занозой, Родж, — отец покачал головой, смотря то на тлеющую в руках сигарету, — я знаю, Труро не город твоей мечты, но ты там вырос. Неужели тебе было плохо там все годы?       Брайан не ответил, посчитав вопрос риторическим. Он затушил сигарету о металлические перила и посмотрел на Майка, который, казалось, совсем ушёл в себя.       — Пойдём. — Брайан коснулся плеча мужчины и мягко улыбнулся, надеясь, что отец Роджера ещё ни о чём не догадался. Мистер Тейлор слабо кивнул.

Hozier - Take Me To Church*

***

      Всё семейство Тейлоров во главе с Брайаном сидело за небольшим круглым кухонным столом, в центре которого стоял испечённый миссис Тейлор торт. С момента приезда родителей прошло уже порядка трёх часов, но никто ещё не схватился за нож и не пообещал придушить при первом удобном случае, так что Роджер оценивал неожиданную встречу с родственниками крайне положительно. Хотя колени его тряслись каждый раз, когда речь заходила о чём-то личном, но либо Брайан был очень смышлёным, либо родители невероятно невнимательными. И парень не знал, что удивляло его сильнее — находчивость Мэя или тупость собственного отца, который не помнил, как звали его, Роджера, лучшего друга.       — Кстати, Роджи, — Тейлор мысленно застонал, в очередной раз кляня этот день, — я совсем забыла узнать, как у тебя дела с Дебби? — Уинфред повернулась к «сыну», на чьём лице можно было увидеть весь спектр эмоций ужаса — он не знал ни одной Дебби.       Роджер понял, как он облажался. Он совсем забыл, что около полугода назад наговорил маме какой-то ерунды о какой-то Дебби, лишь бы она отстала от него с распросами о его личной жизни. Роджер упомянул, что девушка не являлась его родственной душой, но его родителей это не особо волновало, если учесть то, как Уинфред и Майк прожили свою жизнь. И вот теперь, по прошествии нескольких месяцев, он совсем об этом забыл, посчитав эту информацию совершенно незначительной. Кто же мог знать, что миссис Тейлор об этом вспомнит? Точно не Роджер.       Брайан пнул Роджера под столом, отчего тот тихо застонал, потирая ушибленную ногу и бросая на Мэя встревоженные взгляды.       Молчание затягивалось. Роджер молился.       — О, эм… Дебби, — Брайан, видимо, решил спасти ситуацию (закопать себя заживо) и, почесав бровь, заговорил снова, — мы давненько с ней не виделись. Она уехала к родителям в Манчестер, да с тех пор мы как-то и не общались. — Он невозмутимо пожал плечами, изображая непоколебимое спокойствие, а где-то в глубине души уже заказывал гроб, потому как взгляд Роджера был испуганным. Брайан понял, что сказал что-то не то.       — Манчестер? — Миссис Тейлор сделала глоток чая. — Ты же говорил, что она из Ливерпуля.       — Ах, Ливерпуль… — Брайан вздохнул и поморщился, — и правда, как я мог забыть? — Один Бог знал, как тяжело ему давались эти слова.       Он видел, как хмурил брови Майкл Тейлор, как поджимала губы мать Роджера, и как сам Роджер, уткнулся в тарелку с печеньем и не планировал поднимать взгляд. И ему это не нравилось от слова совсем. В глубине души давно проснулись все возможные и невозможные вулканы и теперь извергались в его теле пылающими от неловкости щекам и заплетающимся языком.       — Так ладно, — заговорил вдруг Роджер, заставляя тем самым родителей посмотреть на него, — мне это надоело.       — О чём ты, Брайан? — Уинфред удивлённо смотрела на друга сына и недоумевала.       — Я не Брайан, мама, — говорить получалось с трудом, особенно под хмурым взглядом отца и горящими глазами Брайана, что требовали заткнуться, но Роджер не хотел затыкаться, — никакой Дебби из Манчестера или Ливерпуля нет, я её придумал, чтобы вы, наконец, от меня отвязались.       — Что он несёт, Роджер? — глядя на Брайана и сжимая вилку в руке, поинтересовался Майкл.       — Да Роджер — это я, — из последних сил сдерживаясь, чтобы не закричать, хрипит Тейлор, хмурясь на родителей, — а Брайан моя родственная душа, мы встретились шесть дней назад и этот маскарад организовали, чтобы вас не огорчать.       — Садом здесь устроили? — Глаза Майкла вспыхнули от ярости, Брайану в первую секунду даже показалось, что он видел в них зловещий огонёк.       — Серьёзно, папа? — Роджер поднялся из-за стола и теперь нависал над собственным отцом, глядя тому прямо в глаза. — Единственное, что тебя сейчас волнует так это то, успели ли мы переспать?       — Да, волнует! Потому что я не потерплю такого в моём доме!       — Это мой дом. — Чеканя каждое слово, произнёс Роджер, с вызовом глядя на отца. — И если тебе что-то не нравится, то тебя здесь никто не держит.       — Роджи, солнышко, — мама впервые подала голос за последние несколько минут, — это розыгрыш, правда?       — Что именно, мама? Отец, который готов от меня отказаться просто из-за того, что моим соулмейтом является парень? Или то, что вы никак не можете понять, что это не наш выбор? — Он перевод взгляд с отца на мать, пытаясь прочесть их эмоции. Брайан пытался стать незаметнее.       — У человека всегда есть выбор. — Сказал, будто отрезал мистер Тейлор.       — Нет, — Брайан решил вмешаться, потому как не мог смотреть на задыхающегося от эмоций Роджера, — любовь эта не та область человеческой жизни, в которой у нас есть выбор. Мы выбираем друзей, работу, наше будущее, но не любовь. Любовь это то, что даётся нам свыше, и здесь нет ошибки.       — Много ты понимаешь, — фыркнул он, — человек всегда и во всём сам принимает решение.       — Да, ты уже принял одно. Я знаю, отец. Я знаю, как ты гордишься своим выбором, но ещё я знаю, что не пойду против своей природы. И если ты хочешь отказаться от меня из-за такой мелочи — пожалуйста, в этом ты действительно будешь иметь выбор. — Договорив, он вышел из кухни, громко хлопнув дверью и проигнорировав тихое мамино «Роджи».       — Зря вы так, — Брайан покачал головой и поднялся вслед за парнем, — он вас так любит, а вы унижаете его чувства.

***

      Роджер вышел из своей комнаты, только когда хлопнула входная дверь. Он слышал, как переругивались отец с матерью, слышал, как Брайан что-то громко и долго доказывал после того, как он не открыл ему дверь. Слышал, как мать плакала и просила звонить почаще, а отец прохрипел неразборчивое «это не то, чего я от него ожидал».       Ему было больно. Очень. Несмотря на то, что Роджер был готов к такому, он всё равно ощущал пустоту, что с каждой секундой лишь разрасталась, мешая дышать. Брайан был рядом и успокаивающе поглаживал по волосам, массируя кожу головы, и Роджер заурчал бы от удовольствия, если бы не чувствовал себя таким разбитым.       — Рассказать тебе что-нибудь? — Укачивая в своих объятиях Тейлора, поинтересовался Брайан.       — Да, — отозвался Роджер, сильнее прижимаясь к Мэю и обхватывая его шею крепче, — что-нибудь красивое.       — Хорошо. — Улыбнулся Брайан, представляя, о чём расскажет Роджеру. — Ты знаешь что-нибудь о звезде Регул? — Тот покачал головой. — Тогда слушай, Регул считается одной из самых красивых и ярких звёзд на ночном небе, Арабы называют её «Сердцем льва», именно поэтому она относится к одному очень красивому созвездию** и располагается там, где у настоящего льва находилось бы сердце.       — Правда? Астрономы так заморачивались? — Уже спокойнее поинтересовался Роджер, ластясь к тёплой ладони.       — А как же, — довольно хмыкнул Брайан, — между прочим, есть очень интересная легенда, которая рассказывает о появлении этого самого лёвы на звёздном небе. А берёт она начало из мифа о том, как Геракл Немейского льва победил. «Все началось еще тогда, когда Зевс отправил побежденных титанов в Тартар, где они должны были вечно мучиться. У ворот ловушки заключенных стерегли бесстрашные стражи, а Зевс продолжил бороться со злом в мире.       Его следующей целью стал зверь Тифон, порождение Геи и Тартара, который сеял хаос на Земле. Смесь самых ужасных тварей, он сжигал все вокруг, но Зевс испепелил сто голов зверя, схватил его огромное тело и отправил к титанам, чтобы больше Тифон не мог причинить никому вред. Чудовище навсегда осталось в Тартаре, но вместе с Ехидной он породил новых тварей — двуглавого и трехглавого псов, гидру и Немейского льва.       Огромного льва, острые клыки которого могли напугать даже самого бесстрашного воина, отправили в горы, расположенный возле города Немеи, от которого он и получил свое название. Зверь разрушал все вокруг, убивал людей и запугивал население. Тогда отчаявшийся царь Еврисфей дал Гераклу поручение — принести тело убитого льва в Микены.       Геракл отправился на свой новый подвиг и с ужасом увидел опустошенную землю Немей. Никто не знал, где прячется страшный зверь. Уже глубокой и темной ночью Геракл нашел свою цель — рев огромного льва раздался по округе, означая, что чудовище выходит на охоту. Герой нашел логово хищника, спрятался у входа в пещеру и приготовился к атаке.       Когда Немейский лев показался из пещеры, он оказался неуязвим для оружия Геракла. Герой набросился на чудовище с голыми руками, вооружившись лишь палицей, которой и оглушил льва. А затем задушил его. Когда Геракл расправился со зверем, он принес жертву Зевсу и учредил Немейские игры — главный греческий праздник, на время проведения которого народ прекращал все споры, конфликты и войны.       Царь, увидев мертвое чудовище, испугался. Он запретил герою появляться в своих владениях. Но главное, что спасти народ у Геракла получилось. Победить могучего зверя, вернуть людям мир. Именно за это Зевс, увидев подвиг полубога, превратил Немейского льва в созвездие. И теперь Лев вечно сияет на небе, напоминая о великом подвиге и избавлении людей от страданий».       Погрузившись в историю, Брайан и не сразу заметил, что Роджер уже долгое время просто смотрел не него, ласково улыбаясь и поглаживая его ладонь своей.       — Спасибо. — Роджер переместил ладонь на щёку Брайана и слегка погладил её большим пальцем.       — За что? — В недоумении спросил Мэй.       — За эту легенду, за то, что был рядом всё это время, за то, что заступился сегодня перед отцом. Да и вообще за всё, что ты сделал для меня.       Роджер не позволил Брайану ответить. Он приподнялся и прижался своими губами к губам Брайана, ловя то ли вздох, то ли стон и ощущая, как чужие руки зарываются в такие привычные и любимые кудри.