Прикосновения

Липкие от смазки, пота и семени, но абсолютно счастливые, они лежали в обнимку на слишком маленьком для двух взрослых мужчин диванчике. Голова демона покоилась на плече расслабленного ангела, лениво перебирающего тонкими пальцами тяжелые огненные пряди. Кроули тихо млел от этих прикосновений, и уже было почти погрузился в сладкую дремоту, как грудь под ним дернулась от тихого смешка. В удивлении он поднял голову, чтобы встретиться взглядом с улыбающимся Азирафелем. — Все замечательно, друг мой. — ответил тот на незаданный вопрос. — Просто я нахожу весьма забавным тот факт, что мне только сейчас пришла в голову мысль превратить этот диванчик во что-то попросторнее. — Ты хочешь? — тут же спросил демон. — Ни в коем случае. Я просто хочу сказать: вот какой ты замечательный, любимый мой, — Азирафель приподнялся, чтобы поцеловать того в рыжую макушку. — Ты даже ангела можешь заставить забыть о том, что он может творить чудеса. — Скажешь тоже, — польщенный, тем не менее, Кроули светло улыбнулся, заставив сердце ангела замереть на пару мгновений. — Сам-то хорош. Чуть с ума меня не свел. — Надеюсь на это, — Азирафель шутливо приподнял уголки губ. Серьезные глаза, однако, смотрели твердо, словно пытаясь разглядеть что-то на любимом лице. — Что-то не так? — спросил тот. — Все так, — помедлил он пару секунд, а потом резко сгреб растерянного демона в стальные объятия. — Просто я так по тебе соскучился! — Ангел, ну что ты, — сдавленно пробормотал сбитый с толку Кроули куда-то в плечо расчувствовавшемуся Азирафелю, — мы же и раньше могли не видеться несколько дней, лет даже. Сказал и замер. А что, если ангел подумает, что это то, чего он хочет? Что его хоть в какой-то мере тяготят их частые встречи? Нет-нет-нет! — Я имею в виду… — поспешно начал он. — Именно об этом я и хотел поговорить, — перебил его Азирафель, несколько отстраняясь. Взгляд ангела стал несколько неуверенным, даже, пожалуй, извиняющимся. Кроули послушно замер в его руках, готовый слушать. Любимая ладонь благодарно погладила его обнаженное плечо. — Наша недавняя поездка была восхитительна, — смущенно сообщил Азирафель, обращаясь, кажется, к небольшой родинке чуть ниже правой ключицы демона и мечтательно прикрыл глаза. — Ты был так учтив, приготовив мне этот сюрприз, — тонкие пальцы проследили рельеф твердых мышц на груди, случайно задели темный сосок, — и я… Взгляд ангела стал совершенно дезориентированным. Окончательно теряя нить разговора, он шумно сглотнул. Как бы это ни было лестно, Кроули решил ему помочь. Мягко улыбнувшись, он перехватил ласкающую ладонь, заставляя посмотреть себе в глаза. — И ты? — Что? — смятение Азирафеля было поистине очаровательным. Ласковая улыбка Кроули стала еще ярче. Даже после того, что они вытворяли на этом диванчике всего несколько минут тому назад, его нареченный все еще хочет его. Сердце демона запело. — Ты знаешь, как я люблю вот так обнимать тебя, м? — он прижался к обнаженному ангелу всем телом, заставляя того издать шумный вздох. Несколько понизив голос, он продолжил, мурлыкая прямо в приоткрытые, соблазнительные губы напротив: — Когда нас не разделяют лишние слои одежды, когда ты только в моих руках, такой податливый, жаждущий, теряющий голову от любви… «Плохо дело», — промелькнуло в его голове посередине ошеломляющего поцелуя. — «Кажется, я тоже не могу мыслить здраво». Со стоном он заставил себя отстраниться, погладил открытые плечи, искренне стараясь, чтобы получилось более успокаивающе, чем игриво. Помогло мало: распаленный их поцелуем Азирафель потянулся за этой лаской, казалось, всем своим существом, вжимаясь в него так плотно, что перспектива упасть с и так не очень теплого, но хотя бы мягкого, дивана на жесткий и уже совершенно точно холодный пол замаячила очень отчетливо. — Родной, — взмолился демон, — не своди меня с ума еще больше, когда ты на середине важного разговора. Я же умру от любопытства. Тяжело вздохнув и несколько обиженно на него посмотрев, отчего сердце Кроули кольнуло, Азирафель все-таки отстранился. — Обещаю, мы все еще успеем, душа моя, — прошептал демон, нежно погладив того по гладкой щеке. Почувствовав снова тугую спираль собственного желания в своей груди, он твердо произнес: — Так. Давай-ка приведем себя в порядок. *** На мрачной, в духе всей квартиры, кухне словно стало светлее, подумалось демону. Чашки заняли свои места, чайник сердито заворчал. Разлив горячий, ароматный напиток, Кроули присел на стул рядом с ангелом, не отказав себе в удовольствии коснуться острой, затянутой в бежевые брюки, коленки своей. — Итак… — начал он, давая возможность Азирафелю продолжить так приятно прерванный разговор. — Итак… — эхом ответил тот, собираясь с мыслями. Они сделали по глотку. — В общем, причиной, по которой я поехал один, является то, что я хотел сделать сюрприз, — виновато начал ангел. — Сюрприз? — Я знаю, как ты любишь свободу и личное пространство, поэтому возможно… Эх, да что я в самом деле-то… Кроули молча положил руку на смущенно сгорбленное плечо, пытаясь успокоить и успокоиться самому. — Я не был уверен, что ты ответишь согласием, но все равно решил рискнуть, — Азирафель наконец-то улыбнулся, поднимая глаза от чашки. Глубоко вздохнув, он на одном дыхании выпалил: — Кажется, я купил дом. — Дом? — глаза демона широко раскрылись, — И почему тебя это так беспокоило… Пробормотал он и осекся. Не может быть! Неужели… — Я тебе уже, помнится, предлагал перевезти несколько вещей ко мне, в комнаты над магазином, но ты так и не воспользовался этим предложением, — Азирафель несколько огорченно на него посмотрел. — Я подумал, может это потому, что у меня там все обставлено не так, как хотелось бы тебе, или ты просто не хочешь… Кроули смутился. Не говорить же о том, что он, поглощенный новыми эмоциями и своим восторгом от их начинающихся отношений попросту… забыл. Ангел, тем временем, продолжал: — Но если бы ты ответил «да» на мой вопрос о… супружестве, нам не помешало бы место, где мы могли бы проводить некоторые дни вместе, если ты захочешь, разумеется. Там больше пространства, — словно убеждая, затараторил он, — ты сможешь обставить свои комнаты так, как ты хочешь. И всего пара сотен метров до обрыва. Я проверил, никого вокруг на многие километры, мы сможем летать, или купаться в летние месяцы, когда захочешь… Но демон уже не слышал. С раскрытыми глазами он сидел, наблюдая, как его возлюбленный ангел расписывает достоинства дома, так отчаянно упрашивая жить вместе. Подумать только! Упрашивает! Его! Всего несколько лет назад он был бы готов на что угодно, чтобы ему хотя бы не пришлось быть невидимым рядом с ним, а сейчас Азирафель думает, что ему необходимо приводить еще какие-то аргументы! — … и сад, где ты можешь выращивать… Не выдержав, Кроули резко схватил своего непутевого ангела за лацкан извечного старомодного сюртука и впился в удивленно раскрытые губы обжигающим поцелуем, сразу проникая в этот сладкий рот языком. Сметая все сомнения и непутевые мысли о том, что он мог бы даже подумать отказаться от очередного подарка от самого дорогого во всем мире для демона существа. — Звучит замечательно, — запыхавшись, ответил Кроули, улыбаясь во все тридцать два зуба. — Вот только… Ты его все-таки купил, или «кажется купил», мой дорогой ангел, а то, я думаю, нам будет несколько проблематично жить в «кажется купленном»… Тут уже Азирафель не выдержал, и, весело, с облегчением, рассмеявшись, притянул за галстук свое ехидное чудо в поцелуй. *** Коттедж, по мнению Кроули, был замечательным. В принципе, даже покажи ему ангел халупу три на четыре метра без дверей и окон, он все равно не ответил бы нет. Он же в своем пока еще уме, верно? Облицованный бежевым камнем, несколько старомодный трехэтажный дом возвышался над окружающим его зеленым газоном, острыми трубами дымоходов гордо указывая в синее летнее небо. Азирафель не соврал, пока они добирались сюда по грунтовой дороге — так и не встретили нечаянных соседей, что было как нельзя кстати. Демон несколько развязно усмехнулся про себя. Больше можно не переживать за добродетель застенчивого ангела, в очередной раз забыв закрыть окно. Восторженный Азирафель рядом с ним что-то вещал об истории этого строения, но заметив, что его усилия пропадают втуне, просто схватил своего возлюбленного за руку и потащил куда-то в обход. — Ангел, постой, а как же дом? Меня очень интересуют комнаты! — воскликнул Кроули, заставляя Азирафеля остановиться, недоверчиво всматриваясь в очень честные глаза. Низко хохотнув, демон наклонился прямо к соблазнительному розовому ушку. — В частности, я очень хотел бы взглянуть на спальню. — Я подумал, это было бы отличным завершением нашей прогулки, — вспыхнув, как маков цвет, пролепетал тот. — Тогда нам точно стоит ускориться, ангел, — многозначительно промурлыкал он, приобнимая своего возлюбленного за талию. — Я уже дрожу от нетерпения увидеть обстановку. — Кроули! Ты просто невозможен! — смеясь, Азирафель выпутался из теплых объятий. — Пойдем, тебе понравится. *** Узкая тропинка петляла в высокой траве. Они шли рядом, то и дело сталкиваясь плечами, оборачиваясь друг к другу, делясь сокровенными, счастливыми улыбками. Ласковое солнце омывало их, ветер нежно трепал волосы. Кое-где в ожидании вечерних сумерек, начинали стрекотать нетерпеливые сверчки. Кроули подумал, что за столько лет на земле он еще не видел лета совершеннее. Он столько всего успел забыть за свою долгую жизнь, но этот день, этот месяц, он знал — он запомнит навсегда. То время, когда он обрел свой истинный дом. Не на небесах, не в аду, а здесь. Кажущееся бескрайним море внезапно предстало перед ними, держащимися за руки, из-за кромки обрыва, и у нашедшего, наконец, покой демона перехватило дыхание. Рядом с ним триумфально улыбался счастливый Азирафель, и ему не надо было оборачиваться, чтобы знать это. Кроули смотрел вдаль, на синие волны, смотрел не мигая, крепко держа в своей руке самую дорогую на свете ладонь, смотрел до тех пор, пока у него не заболели глаза, и ветер не попытался ласково смахнуть влагу с его щек. Ноги были не в силах держать его, и как в самый первый день он стек на колени перед своим ангелом, прямо на холодную траву, уже не в раскаянии, но в великой благодарности, преклоняя голову перед ним. Тонкие пальцы зарылись в его волосы. Азирафель ничего не спрашивал, ничего не говорил. Опустившись на колени рядом, он прижал голову демона к своему плечу и нежно баюкал его в своих руках. *** Присев на корточки перед камином, Кроули аккуратно пошевелил дрова, и подбросил пару поленьев в огонь. Под уютный треск горящего дерева он вернулся к дивану, на котором сидел, завернувшись в плед, читающий какую-то книгу ангел. Тот не отрываясь от своего занятия, поправил сползшие на нос круглые очки для чтения и приподнял уголок пледа. Демон с улыбкой покачал головой и стянул покрывало полностью, заставив удивленно посмотреть на себя. Не говоря ни слова, он растянулся на диване, перевесив слишком длинные ноги через другой подлокотник, и с удобством устроился на мягких коленях, не забыв накрыться отобранным пледом. Азирафель наигранно горестно вздохнул о потере, переложил книгу в другую руку, и запустил пальцы в обожаемые им рыжие кудри. Держать книгу стало совершенно неудобно, да и вообще бессмысленно, если уж совсем честно, и через несколько минут безуспешных попыток продолжить чтение, он, с еще одним горестным вздохом, потянулся чтобы отложить книгу и очки на столик. Потревоженный демон с ворчанием перевернулся на бок, утыкаясь лицом в жесткую ткань сюртука. Азирафель мягко улыбнулся и, щелкнув пальцами, превратил свой сюртук с жилетом в мягкий свитер крупной вязки. Достал сбитый к спинке дивана плед, расправил его, и, укрыв им Кроули, вернулся к прерванному занятию. Поглаживая большим пальцем рыжую бровь и лаская медные кудряшки он так увлекся, что хриплый голос демона заставил его слегка дернуться. — Ангел, скажи, а как ты представляешь нашу церемонию? — не открывая глаз произнес разнежившийся под ласковыми поглаживаниями Кроули. — Нет, ради тебя я, конечно, могу зайти в церковь, мы это уже проверяли, но не думаю, что готов нервно подпрыгивать все время. Священник точно будет коситься. Живот под его щекой дернулся в тихом смешке. Демон покрепче прижался щекой к мягкой ткани. — Я думал над этим, — тихо ответил Азирафель. — Торжества под открытым небом вроде как не такая редкость. Но я открыт к предложениям. Если тебя смущает другой человек, можно, наверное обойтись вообще без него. Я, помнится, успешно проводил пару-другую бракосочетаний. — Ага, — хохотнул Кроули, — а потом ты стал всем известной легендой. Я так и не спросил, ты же всегда представляешься своим именем. Что заставило тебя взять тогда другое? — Он был моим хорошим другом, — мрачно произнес Азирафель. — Я пришел к нему, перед казнью, предлагал его спасти. Он отказался. Сказал, что даже одна приведенная к Богу душа стоит его жизни. — Ангел… — демон уже пожалел, что начал этот разговор. — Я принял его решение, пусть это было нелегко. И потом решил отдать дань ему таким вот образом, раз уж навредить ему это никак бы не смогло. Просто хотел, чтобы его запомнили, — тихо закончил он. — Его запомнили, ангел, это уж точно, — Кроули нашел узкую ладонь в своих волосах и поцеловал самый центр. — Теперь влюбленные по всему миру вспоминают его. — Да, — улыбнулся Азирафель, — неловко вышло. — Идеально, свет мой, — демон приподнялся, чтобы запечатлеть короткий поцелуй на мягких губах. — А насчет священника — я не против. Приглашай, кого захочешь. — Тогда надо позвонить Анафеме с Ньютоном, можно Янгам, а, и не забыть Мадам Трейси и сержанта! — Азирафель вскочил с дивана и побежал искать телефон. Рухнувший на диван из-за потери своей мягкой подушки, Кроули растерялся на несколько драгоценных секунд. — Ангел! Я имел в виду священника какого хочешь! Ангел! Зачем этим-то звонить?! Однако, когда он услышал из соседней комнаты: «Алло, Анафема? Дорогая моя, у меня для тебя есть новости», он понял, что безнадежно опоздал. С горестным стоном он уронил лицо в подушки.