Лаиру

Утром, разобравшись с первоочередными делами Змейки, Лаиру направилась к Хэйт. Одевать на ритуалы одеяния испорченные рабыней девушка совершенно не хотела и потому желала сшить новый комплект, достойный служениям в Храме. Проходя у стен поселения, девушка подняла голову к возвышающейся над ним башней. Зеленые флаги с изображением змей. Означает ли это, что Зеленые Змеи защищают это место или так хозяйка, указывает на название? Ударив в гонг, девушка прошла во дворик. Тихо и душно. Солнце ужа поднялось, накаляя скалу. Никто не вышел. Прикрепив папирус с заказом на двери, девушка пошла прочь. Значит в другой раз. Оказавшись вне стен Сепермеру, Лаиру в обязательном порядке направилась навестить останки супруга. Это стало своеобразным ритуалом, напоминающим о боли и отчасти успокаивающим ее. Особенно ид со скалы убежища. Хотя лагерь Лагаша, все еще действующий, вызывал не самые приятные мысли. Храм Деркето встретил свою жрицу приятной прохладой. Быть может, сложись ее судьба иначе, она искренне продолжала бы молиться Двуликой. Но не теперь. Разувшись у входа, девушка поднялась в святилище, разглядывая изваяние, что должно было обмануть прихожан. Не хватало только… Окропить алтарь кровью. Кивнув этой мысли, Лаиру поспешила в ближайший оазис, сразу за домом Берка, врывая по пути сладкую траву. Жертва нашлась быстро и даже слишком легко. У берега прогуливалась стайка газелей, вроде как опасливых и пуганных животных. Только вот от нее отбился один малыш и замер, с интересом рассматривая жрицу, приближающуюся шаг за шагом и мерно покачивающую пучком травы. Жертва нужна была живой, а эта даже сама шла в руки. Лаиру резко схватила его за ногу, заваливая на бок и пока тот брыкался, придавила своим весом, без особых усилий стреноживая. Менее чем через час жертва, дёргаясь на алтаре перед лицом каменной богини, только вот не в ее честь одела Лаиру алые шелка и взяла ритуальный кинжал, подаренный еще Адраном. Нашёптывая молитвы, придуманные на ходу, девушка прижала голову зверя к алтарю и полоснула по горлу, разбрызгивая кровь. — Пусть свяжет эта кровь мое тело и место и направит силу молитвы тебе На’аркадар. Прошептав это, убедившись, что никто более не слышит, Лаиру обмакнула пальцы в кровь и окрасила ею свои губы. С этого момента его вполне можно было считать открытым и ожидать паломников. После дала танцовщикам несколько серебряников, чтобы они наняли писаря и развесили по городу объявления об открытии храма. Чем больше людей, тем больше подношений. На закате уже девушка поднялась на алтарь снова, нарядная и сосредоточенная. Не сказать, что сразу набежало много гостей, скорее ночью храм оказался совсем пуст. Но для Лаиру не это было важно. Заглядывая в глаза золотые изваяния, танцуя и молясь, девушка искала перемен, успокоения и силы. Ночевать осталась тут же, рассчитывая, что стража Псов Войны все же знает свое дело. Утром ее разбудила Хэйт, решившая занести заказ лично. Поговорили о торговле, о той ссоре со шпионкой несколько дней назад. Хэйт поинтересовалась, не будет ли проблемой такое двойное владение трактир у Зеленых Змей и храм Псов Войны. Правда поле этого сама поинтересовалась, как можно встретиться с Аминадом. А ведь на башне ее дома висели флаги Зеленых Змей. Но то ее дело. Проверив все и в порядке в Веселой Змейке, переделав все дневные дела, Лаиру вернулась в Храм. Пара посетителей проследовала за ней к святилищу, и приклонили колени перед ликом Богини. Девушка ступила на алтарь, приклоняя колени и запела, чуть покачиваясь. — Зови меня Жрицей! Зови Султаншей! Зови вознесенною плотью и кровью твоей! Я пою гимны о сладострастии! Я подчиняюсь Госпоже Удовольствий и Королеве Мертвых! Она пробуждает во Мне Богиню и направляет мои силы! Через нее я дарю вам удовлетворение, погружаю в безумный угар и отнимаю жизни! Через нее я заставляю Живых умолять о пощаде и улыбаться мертвых! Именем ее я благословляю и дарю проклятья! И пусть эти несчастные и дальше не знают, чье имя повторяла мысленно Жрица, кому действительно направлялись ее слова и не только ее, но и всех собравшихся вокруг нее. Этой ночью девушка все же решила вернуться в Змейку, несмотря на усталость. И моет быть зря. Шикару встретила ее за стойкой и долго жаловалась на одного посетителя –Фэйна. Оказалось, этот несчастный пытался обнаружить какой-то проклятый артефакт, что наполняет купальни скверной. Быть может, вспомнил о дарфарском подарке Браги? Странно, в последние дни на улицах прибавилось нищих и попрошаек. Плохой знак. *** Посетителей было не много, и ночью Лаиру ускользнула в город. Настроение было хуже некуда, заставляя слоняться по темным улицам Сепермеру и грустить. Полная луна только этому и способствовала. Надеясь на что-то, девушка потянулась к своему храму. Пустынный в этот час, прохладный и приторно роскошный. Лаиру переоделась в ритуальные наряды и поднялась в святилище, открыто взывая к силе, что обещала защищать ее, любить и полностью переменить всю ее жизнь. Но голос жрицы, изящный танец не нашли отклика, не изменили ничего за длинную ночь, вытягивая из девушки лишь все силы. Тогда свои надежды возложила она на другую отдушину — покойного супруга, высушенные мощи, терпеливо выслушивающие ее горести и, не отнимая плеча. Сходила ли она с ума? Было ли творящееся с нею естественным результатом принятых решений? Искупления не было. Лишь тяжесть и холод, стискивающие все изнутри. В веселую змейку возвращалась еще более опустошенной, чем уходила. Оттягивала возвращение, кружа вокруг торговых лавок и домиков Сепермеру. — Прогуливаешься в такую рань? — послышался знакомый голос Ингвара и Лаиру удивленно оглянулась. Рыжий северянин явно был не на прогулке: в броне, при оружии и с несколькими спутниками в масках. Одной из них, быть может, была Хэйт. Мало других красавиц носили такие вызывающие чулочки, да и одежда была один в один как при той встрече в Храме. — Прости, что не уделяю тебе время. Мы продолжаем поиски Адрана. Есть еще пара мест, где можно было бы поискать. Лаиру понимающе кивнула, скользнув взглядом по остальной свите. Отряд двигался на восток, а значит, ничего они опять не найдут. Отчего-то сегодня ее это вовсе не радовало. Быть может… — Не буду вас задерживать. Заходите после в Змейку. Расскажете, как успехи. Ингвар кивнул на прощание и повел людей дальше. Заходить в таверну не хотелось, потому Лаиру прошла мимо, поднялась на рынок рабов и долго выбирала новых людей. Ведь в Храме совсем не было никакой прислуги. Купила, правда, не то чего желала. Женщину носильщика и женоподобного красавца танцора. Может, понравится Хэйт или другим подобным клиенткам. По возвращении поговорила с поставщиком мяса — Адонисом. Помятый, он пожаловался, что возле смолокурни на него напали бандиты, а охрана Псов Войны и пальцем не пошевелила. После его ухода в зал вошел очередной незнакомец в маске. Лаиру так уже привыкла к таким гостям, что спокойно приблизилась узнать, что желает посетитель. — Госпожа Шикару заказывала крысиный яд и лечебные снадобья. — прозвучал смутно знакомый голос. — Я ничего про это не знаю. — ответила девушка. — Она не предупреждала и не оставляла записки. — Неважно. Вот, передайте ей. Мужчина передал мешочек и замер, словно чего-то ожидая. — Я передам. Но награду придется спросить у нее. — приняла девушка мешочек, держа на всякий случай на расстоянии от себя. Крысиный яд? — Мы не договаривались о награде. Я делаю это от чистого сердца. И возможно… сам я больше не смогу увидеть ни вас, ни ее. — как-то странно заговорил мужчина и замялся. Лаиру окинула его взглядом еще раз. Одежда была обычной, темно синего цвета, капюшон полностью скрывал лицо. Лишь темная бородка виднелась из-под него. Но что-то показалось ей еще знакомым. — Это конечно достойно уважения. Но связанно с массой сложностей по жизни. Снимите капюшон? Мужчина покачал головой. — Боюсь, я вас напугаю. — Очень сомневаюсь. — покачала головой девушка. Не скрывая любопытства. — Если вы этого желаете. — неожиданно легко согласился мужчина и снял капюшон. Перед нею стоял Фэйн, изможденный до невозможного, больше похожий на живой труп. Впалые глаза, щеки, углубившиеся морщины. Даже появилась седина в волосах и бороде. Лаиру хмыкнула, сдерживая эмоции, как только мола. — Неважно выглядите. Как я и говорила, безвозмездная помощь людям вредна для здоровья. Девушка попыталась улыбнуться, превратив свои слова в шутку. — Скорее всего, я скоро умру. Потому и стараюсь сделать хоть что-то полезное людям. — мрачно среагировал Фэйн, пряча свое лицо снова. — Это какая-то болезнь? Или яд? — поинтересовалась Лаиру, чувствуя себя неловко в этой ситуации. — Я не знаю, что это. Иначе давно бы вылечился. Даже жрец Тарквиний не смог мне помочь. — Тарквиний? — оживилась Лаиру. — Вы с ним знакомы? Я очень много про него слышала, но познакомиться так и не пришлось. — Я… познакомился с ним несколько дней назад… Он живет в Асгарде. Мы… мило побеседовали… — несколько отстраненно поделился с нею Фэйн. — Но мне пора. — Надеюсь, вы поправитесь. — добавила напоследок девушка и проводила до дверей гостя. Едва посетитель ушел, Лаиру позвала свою новую рабыню носильщику и загрузила ее пожитками Адрана. Решив перенести все более-менее ценное в свой храм, вместо того, чтобы хранить это в не совсем своем заведении. До вечера девушки сделала две или три ходки туда и обратно, прежде чем Лаиру решила передохнуть в зале. Как бы не так. Вернулся Адонис и, помявшись немного, перешел к делу. Шикару не подписала в тот раз с ним договор, и теперь он надеялся оформить его со мной, чтобы стать постоянным поставщиком Веселой Змейки. Только… — Я готов поставлять вам нужное мясо бесплатно, если вы за меня поручитесь. Лаиру удивленно уставилась на мужчину. Еще один больной… — Очень… интересно… Поручиться перед кем? — Мне не дают разрешения на проживание в городе и постройку своей лавки, если я не получу подписей от нескольких поручителей в городе. Я могу неплохо зарабатывать, но только продавая свои товары в стенах города. — Ах так… — Лаиру хитро улыбнулась. Хорошо. Меня устраивают такие условия. Тогда мы можем подписать договор, в обмен я напишу поручительство. Как только вы будете готовы, подходите. Мужчина легко согласился и даже вручил первую партию свежего мяса, что девочки сразу отнесли в кухню. Удачный вечерок. *** На рассвете Лаиру выбралась из города, отправившись вновь навестить Адрана. Тело все больше напоминало скелет, но вызывало не меньшую боль, чем раньше. Девушка долго лежала рядом с ним, обнимая, поглаживая и коснувшись все еще вонзённого в него ножа. — Я скучаю… — шепнула она перед уходом. Спустилась и возвращалась домой уже другим путем, мимо смолокурни Расима. Во дворе суетились рабочие. Сам мужчина куда-то собирался, но остановил и поприветствовал Лаиру прямо у своих ворот. — Как у вас дела. — одела милую маску девушка. — Хвала Богине, дела идут. — Заглядывайте в Храм, уверена Богиня и дальше будет к вам благосклонна. — улыбнулась девушка шире и собралась было идти дальше. — Погодите. Расим хотел спросить… Лаиру остановилась, вопросительно взглянув на мужчину. — Расим знает тайну госпожи. Если это… тайна… Про ее мужа. Девушка опешила и с трудом скрыла испуг. Покачнулась. Дернулась было к поясу, но взгляд упал на рабочих. — Правда? Хм… Мы можем поговорить. Без лишних ушей… Девушка кивнула в сторону двора и Расим понимающе кивнул. Указав рукой направление, он повел ее глубже в оазис к берегу небольшого водоема и остановился. Пальмы. Несколько панцирников спят на песочке. Виднеется башня Лагаша вдалеке. Тихое местечко. Но просматриваемое. Можно тут решить внезапную… Лаиру положила руки на рукоять кинжала, приблизившись к Расиму. Сколько у нее шансов? — Хорошее место. Расим любит смотреть на воду. — совершенно спокойно звучал его голос. Взгляд был направлен на водоем и жест ее был либо не замечен, либо проигнорирован. — Так о какой тайне идет речь? — осторожно подтолкнула его к разговору девушка, стараясь говорить, как можно спокойнее. — Я знаю, что Адран был вашим мужем. Я читал ту записку, что он оставил вам напоследок. Мне показала ее Шикару. Девушка облегченно вздохнула и улыбнулась. Так вот какая тайна. — Ну, это не было тайной. Я живу в его доме уже несколько месяцев. Помогаю в Змейке. Девушка убрала руки с оружия, надеясь все же, что ее жест не был замечен. Ведь Расим все также смотрел на волны. — Понятно. Может госпожа Лаиру рассказать о последней встрече? Когда его видела? Был ли он спокоен? — продолжил расспрашивать Расим. Девушка отвечала уже спокойно, готовая и не раз продумавшая все эти ответы: — Пару недель назад, в день открытия арены. Было много гостей, в том числе и тех, кто не открывает лицо. Адран был не в духе, поругался с несколькими из них. — Госпожа запомнила, с кем ругался Адран? Мужчина задавал вопросы спокойно, задумчиво разглядывая то девушку, то водную гладь. — С Ингваром. — принялась загибать пальцы девушка, пытаясь увидеть в лице Расима какие-то эмоции. — Потом гость в желтой маске, потом человек в черно. Поспорил с девушкой с черепом на голове близ арены. день был очень напряженным. Я пыталась разузнать детали, но Адран всегда огораживал меня от опасных дел. Девушка вздохнула печально и опустила глаза. — А та записка. Когда и где она появилась? — Я нашла ее утром через день после открытия арены. Но никто из охраны не подтвердил, что Адран заходил домой. — А был ли у кого-то еще ключ от вашей комнаты, кроме вас двоих? — У Шикару и как потом оказалось у Ингвара. Пришлось срочно менять все замки в заведении. — Хм. — Расим удивился и нахмурился. — Откуда у рыжебородого ключ? — Он сказал, что ключ дал Адран еще до моего переезда. То есть все это время он мог заходить в наше отсутствие, когда хотел. Он часто снимал одну из комнат. — Понимаю. — задумчиво произнёс мужчина, потирая бороду. — Госпожа Лаиру просила о помощи кого-то еще в помощи с поиском мужа? — Просила. — понизив голос девушка сделала скорбное лицо. — Ингвара, Эвелину, кажется, Берка. Даже заплатила страже, но ничего путного до сих пор не известно — А кого ни будь более влиятельного? — Я просила Аминада и Зароша. — Ой ввей! Благороднейшие господа. — Увы, но они слишком заняты для поисков моего супруга. Они посоветовали нанять наемника — охотника за головами. Расим нахмурился, снова смотря на водоем. — Расим заметил, что после пропажи Адрана в таверне стало больше зеленого цвета. Адран не ссорился с Зелеными Змеями? — К сожалению, я этого не знаю. Он не ко всем делам меня допускал, желая уберечь от опасностей. — Рыжебородый сказал, что подчерк в записке не Адрана. Госпоже так не показалось? — Быть может. Записка выглядела коряво, но Адран довольно много пил в последние дни. — При этом счет за напитки и яства в тот вечер он написал очень аккуратно. Лаиру пожала плечами. — После появления кое-что пропало. Оружие очень дорогое, что было у нас в сундуке… Я боюсь, что он ввязался во что-то очень опасное. — Вей вей! В этом весь Адран. — покачал головой мужчина и показал в сторону своей смолокурни. — Что ж, я постараюсь его поискать. А пока провожу немного. Расим прошелся от оазиса до своей смолокурни, затем даже составил компанию до следующего пруда, где свернул по своим делам. Лаиру же вздохнув еще раз с облегчением и каким-то разочарованием даже, направилась в Сепермеру. *** Лиру вернулась в змейку быстро, где снова нагрузила новую рабыню делами. То одно отнести, то другое, то послала на рынок за специями. Девушка очень надеялась, что укрепила, таким образом, свое алиби, но на душе было не спокойно. Она маялась несколько часов, не находя себе места и придумывая самые разные занятия. Провела время в храме, общаясь с немногочисленными посетителями. На закате не выдержала и снова направилась повидать Адрана. Уже смеркалось и подняться в свое тайное место она хотела пока видно за что хвататься и куда ставить ногу. Поднявшись на скалу, девушка едва не упала с нее обратно. Возле тела ее мертвого супруга с мрачным видом сидел Расим! Первая мысль ее была кинуться прочь, сбежать! Девушка даже дернулась снова к краю! Покачнулась! Но… Лаиру обреченно опустила голову, медленно повернулась, постояла неподвижно один миг и приблизилась к мужчине. Настороженно следя за неожиданным гостем, она села рядом на землю, едва не касаясь его плеча, и перевела взгляд на тело. Медленно прикрыла глаза, собираясь духом. — Что ты чувствуешь? — прошептал гость. — Это больно… — шепнула она, не снимая вуали, не открывая лица, но это было не нужно. Она отчетливо понимала, что Расим знает кто сидит рядом. — Ты… Знаешь… кто? … — тихо прозвучал ее голос. — Адран. — коротко ответил Расим, все еще не двигаясь, не проявляя злости, агрессии или каких-либо еще признаков негодования или укора. — Что ты… знаешь? — выдохнула Лаиру почти совсем беззвучно, сжимаясь и пуская голову. Поведение гостя ее ошарашило, испугало и окунуло в непонимание. — Я нашел твои записки… И да… Я узнал подчерк… Тот же что в записке в комнате… Лаиру всхлипнула, больше не таясь, и закрыла лицо руками. Наклоняясь вперед, она всеми силами постаралась не разрыдаться, но голос ее задрожал. — Он… Это так больно… Я все понимала… Но… Зачем? Мужчина оставался неподвижен, наблюдая высохшие останки, сросшийся с ними клинок. Девушка же потянулась вперед, опускаясь на колени перед телом и прикасаясь к нему руками и роняя слезы. Несколько мгновений они молчали оба, не двигались, сгущая опасную тишину. — Что… ты… будешь делать? — сдавленно шепнула она, не двигаясь, наконец собрав волю в кулак. — Его нужно похоронить. — все также спокойно, с нотками грусти, прозвучал голос Расима. — А… со мной? … — выдохнула она, сдавливая страх, боль и… Надежду… Надежду на внезапное избавление, расплату. — Ничего. Лаиру удивленно подняла глаза, продолжая ронять слезу за слезой. — И… Ничего не спросишь? Или… И… Никому не расскажешь? … — Это твое бремя. Тебе его и нести. — горько прозвучал его голос, поражая ее больнее клинка. Лаиру ахнула и опустила голову. Расим медленно поднялся и прошел к палатке, где как, оказалось, он уже успел заготовить дров. Солнце почти скрылось. Погребальный костер он собирал в полумраке сам, сам перенес на него тело, позволяя девушке скорбеть, жалеть, страдать из-за случившегося. Когда полыхнуло пламя, его несомненно можно было увидеть даже из Сепермеру. Маяк растоптанной любви, предательства и мести. Девушка стояла близко, позволяя горячим искрам опалять одежду, а жару высушивать бегущую по щекам влагу. — Я хочу уйти с ним… туда, где будем только мы вдвоем… Теперь у меня не осталось ничего… — прошептала она едва слышно. Расим молча вошел в палатку и вынес все ее записки, вынес крик ее души и признания. Бумаги полетели в огонь, тая как мотыльки. Ночная тьма, стягивалась, отрезая вершину от окружающего мира. Сужая все до языков пламени погребального костра. — Это твое бремя… — повторил он так же, следя за танцем языков пламени. — О нем теперь позаботится Иштар. К рассвету костер полностью прогорел. Расим, превратившийся в изваяние на долгие часы вдруг ожил и обжигаясь собрал часть праха в лоскут ткани, аккуратно его завернул и спрятал за пазуху. Лаиру молча проследила за его действиями, обессиленная за долгую ночь. Когда мужчина начал спускаться вниз, девушка вновь упала на колени перед кострищем и прошептала: — Мой муж… Мой раб… Мой хозяин… Теперь ты свободен… А я… По щеке вновь побежали слезы, казалось высохшие за ночь вовсе. Из последних сил она поднялась и доползла до палатки где рухнула на подстилку.