В туманах далёких созвездий

      Иногда мне хочется быть ласковой с Астаротом. Нежной и чуткой хотя бы в мимолётные моменты нашей близости. Близости, которую тяжело заметить.       Обычно она скрывается в тишине.       Дождь моросит, мы сидим в саду под крышей беседки и в тишине нашего молчания слушаем всё многообразие звуков сада.       Астарот жаден, и эта жадность проявляется в таких, казалось, нелепых вещах, как, например, накапливания ненужных вещей. Он болен накопительством. Меня нервирует изобилие книг на полках библиотек, тканей в шкафах, одежды, которую мы не носим уже десятилетия и века, не годы.       В человеческом мире Астарот тот самый анонимный покупатель на аукционах, коллекционер, нумизмат, барахольщик. Он чахнет над своими коллекциями почти так же, как надо мной.       А ещё Астарот любит женщин.       Коллекционировать.       Ему нравятся красавицы, хотя, на мой взгляд, его вкус иногда оставляет желать лучшего. Красавицы горничные убирают дом, красавицы повара готовят еду, красавицы любовницы греют его постель.       Но в такие минуты как сейчас мне, правда, нравится быть рядом с ним.       Мне нравится смотреть на то, как падают капли с листков ясеня, как мой муж читает книгу, аккуратно листая страницы, как чаинки в прозрачном чайнике тонут, окрашивая воду в золотисто-коричневый цвет. Мне нравится есть бисквит, клубнику и мятное мороженое. А ещё я люблю иногда локтем задевать его предплечье, как бы невзначай.       Ему это, кажется, тоже нравится. И иногда Астарот поднимает на меня взгляд.       Астарот жаден, поэтому ему всегда мало.       Он тянется ко мне, пересекая грань между кокетством и открытым флиртом. Он берёт пирожное с заварным кремом, откусывает, пачкает в креме губы и медленно их облизывает. Астарот опускает ладонь на моё колено. Астарот смотрит мне прямо в глаза, а потом опускает откровенный взгляд на моё декольте.       Он бы, наверное, сорвал с меня одежду и взял прямо здесь, но это скучно. И Астарот это знает.       Вместо этого он не делает ничего, только раздевает меня взглядом. Я это ощущаю всем своим существом.       Дождь шумит, складки моего платья шуршат. Я тоже играю с ним в одну забавную игру: кто первый поддастся своим желаниям, тот и проиграл.       Мне хочется закрыться, отвернуться и нагрубить ему. Вместо этого я оголяю плечо, пью поддаюсь за чайничком, ненароком показывая свою грудь и называя его «своим возлюбленным».       Мы играем, и он проигрывает мне. Проигрывает каждый раз, каждый день, всю нашу вечность.       Он поддаётся вперёд, касается моей щеки своей ладонью и нежно целует. Его запах опутывает меня. А я касаюсь его волос пальцами, целую его в ответ так же нежно, медленно провожу по его губам языком и жмурюсь, когда Астарот отстраняется. Лишь поддаюсь вперёд, упираясь лбом в его грудь, тяжело дыша.       — Позволь мне любить тебя.       Игра подходит к концу, когда я сдаюсь первой.       — Я тебе этого никогда не позволю.       Смыкаю свои пальцы в замок, смотрю на ногтевые пластины своих больших пальцев, ощущаю, как он гладит меня по волосам.       — Лжёшь.       — Лгу.