Дорагон

Венди попросила ребят быть потише, когда они вошли в дом — стояла мертвая тишина, которую нарушало только тиканье часов. Что было странно — запаха Нацу она не ощущала. Но это все можно было списать на то, что она слишком устала, и Нацу, должно быть, воспользовалась другой дверью, или на крайний случай — окном, и Венди решила проведать ее. Ну, а вдруг ей помощь нужна? Венди не помнила, когда в последний раз Нацу покидала их безо всякого предупреждения: она всегда рассказывала кому-то или оставляла корявые, написанные на коленке — в прямом смысле, это же Нацу — записки. Венди постучала в дверь и, не дожидаясь ответа, открыла ее. Она не прошла дальше порога — замерла прямо там. Комната Нацу, к сожалению, пустовала, и даже при втором тщательном осмотре не было замечено никаких следов присутствия старшей сестры. Венди растерянно оглянулась несколько раз и вздрогнула, когда голос Лаксуса настиг ее позади: — Ну и где она? — он звучал и раздраженно, и взволнованно, и Венди разделяла его чувства. Она знала, что Нацу не из тех, кто пропадает на ровном месте, что она точно оставила бы после себя хоть какие-то следы, и именно это пугало больше всего. «Что же случилось?» — мысленно спросила саму себя Венди и поджала губы. — Нацу? — позвал сонный Хэппи. — Ее тут нет, — вздохнул Лаксус. — Отлично, и где нам теперь искать эту блудливую особу? — Черт знает, — недовольно проворчал Гажил. — Она может быть где угодно, и так просто мы ее не отыщем. Дождь, зараза, смыл все запахи. Даже тогда, у кафе, я почти ничего не почувствовал. Он передернул плечами и посмотрел в окно. Там снова бушевала гроза: склоняла деревья близко к земле, отрывала с ветвей тонкие листья, наполняла и без того влажную землю все новой и новой влагой. Выходить туда совершенно не имело смысла — за толстой пеленой дождя все равно ничего не почувствуется. — Почти? — удивился Наруто. — Да, — Гажил сложил руки на груди и отвернулся от окна. — Там был какой-то смутно знакомый запах, но я не могу вспомнить, кому он принадлежит. Скорее всего, его тоже смыло. Давайте пока подождем, может, она соизволит вернуться. — Боже, — Шарли закатила глаза. — Никакой ответственности совершенно! — Не ругайся на нее, — ласково попросила Венди и ушла вместе с ней в комнату.

***

Когда дождь превратился в ливень, Саске понял, что нужно найти укромное местечко и переждать его. К его удовлетворению, Нацу не предоставляла никаких неудобств. Ну, нести ее на спине было, конечно, проблематично, но он сам дал ей достаточную дозу снотворного, а жаловаться на самого себя было бы верхом глупости. Осторожно сгрузив ношу у небольшого каменного углубления, Саске решил, что развести костер — отличная идея, но пойти и собрать хворост было опасно: кто знал, проснется Нацу или нет? Хотя, зная ее, он мог с уверенностью сказать, что если бы она проснулась, то обязательно дождалась бы его возвращения, чтобы поговорить. В этом она напоминала ему Наруто: она такая я же упрямая, как чертова ослиха, которая будет стоять на своем до последнего. К небольшому счастью, у пещерки нашлось достаточное количество веток, чтобы развести слабенький костер, но все они были мокрые и ни в какую не хотели гореть, что сильно разочаровало Саске. Он мог бы попытаться просушить их своим огнем, но вероятность сжечь ветки дотла была огромной, и он решил немного подождать Нацу. Может, она соизволит прогреть ветки и развести человеческий костер.

***

Когда Нацу открыла глаза, все ее тело, и в особенности голову, пронзила дикая боль. Она застонала, неспособная что-либо сделать. Она услышала шум дождя и задрожала от холода, колючими иглами впивающегося в тело. Нацу чувствовала, как очаг внутри нее разгорается, как ей становиться теплее, но не перспектива заболеть от холода волновала ее сейчас больше всего. Нацу собралась с силами и прохрипела: — Саске… — Ты рано проснулась, — раздался почти над ухом равнодушный хмык, и Нацу ощутила жгучее желание врезать этому наглецу по лицу. Она бы так и сделала, если бы не клейкая слабость, сковавшая все движения, и боль, пронзающая голову при каждом неосторожном движении. Нацу со злобой и некоторой обидой заглянула в глаза старого друга, но тот остался непоколебим. — Я думал, действие снотворного продлится чуть дольше. — Иди… ты… — вновь прохрипела Нацу и совсем ослабела. Она голодным взглядом пожирала пламя, танцующее совсем недалеко от нее, и почти дрожала от холода, приходившего из-за мокрой насквозь одежды. Благо, внутренний огонь почти полностью согрел ее. — Говнюк… Саске едва слышно хмыкнул: — Совсем не изменилась… Но она смогла услышать его и колко ответить: — Ты тоже, — когда боль отступила, Нацу попыталась сесть как можно осторожнее, продолжая сверлить парня взглядом. — Все такой же напыщенный индюк. Саске хохотнул. — Я предлагаю развести костер, — он кивнул головой на ветки и дернул плечами от холода. — Мы можем заболеть. — Для начала объясни мне, что все это значит, — она зло сощурила глаза, и в этот момент Саске ощутил волну чего-то теплого, но явно угрожающего. Это не была чакра или та же пресловутая КИ, это было нечто иное, однако такое же пугающее. Саске не мог вспомнить, когда в последний раз ощущал подобную энергию, идущую от кого-то из семьи Дорагон, но был уверен на сто процентов, что ему доводилось сталкиваться с этим раньше. — Давай разведем костер, — не поддался Саске странному ощущению. — Повторюсь, мы можем заболеть, а это крайне нежелательно. И я уверен, что ты голодна, так что мы сможем приготовить ужин, и я все тебе расскажу. — Что значит твое «мне нужна твоя помощь»? — не унималась Нацу, и Саске начал раздражаться. — Серьезно, просто просуши чертовы ветки. Мы приготовим поесть, и я все тебе расскажу, — в его голосе появилось рычание, и Нацу явно не собиралась отступать, но когда голову в очередной раз пронзило острой болью, она сдалась и протянула руки, намекая, чтобы ей отдали злосчастное подобие дров. Саске мысленно довольно хмыкнул и протянул Нацу хворост. Та за несколько секунд высушила его до приемлемого состояния и развела приличный костер. Когда скромный ужин был приготовлен, головная боль утолена лекарствами, а тела были согреты, Саске, очень нехотя, начал говорить: — В моей голове давно зрел один план по убийству Орочимару, — увидев, что Нацу была шокирована таким заявлением, Саске усмехнулся и не позволил ей вставить свои пять копеек. Он продолжил: — Он уже очень давно перестал меня устраивать. И, тем более, я не так глуп, как кажется. Я прекрасно осведомлен о том, что он хочет забрать мое тело. Возможно, если бы я был менее умен, то он давно бы уже убил меня. Нацу не смолчала: — Когда ты уходил, мы думали, что ты больше не вернешься, — она сжала руками края миски. — Если честно, на какое-то время я привыкла думать, что ты мертв. Вот только… Наруто не хотел мириться с твоим уходом. Первое время даже порывался вернуться, чтобы отправиться на твои поиски. Саске усмехнулся. «Думала, что мертв?» — Я почти уверен, что именно Наруто вернул тебе веру в то, что я жив. Я прав? — Ну, почти… «— Нацу? — спросила Венди, когда ветер за окном стих. Нацу приподняла голову от подушки и посмотрела прямо в глаза младшей сестры. Она знала, что Венди прекрасно увидела мокрые дорожки слез на ее щеках и лихорадочный блеск глаз, и была безмерно благодарна за то, что та ничего не сказала. Венди осторожно прошла в комнату, стараясь ступать как можно тише, и села на краешек кровати. Нацу отодвинулась, чтобы той было удобнее, но Венди решила по другому и легла на кровать, забравшись под сестринское одеяло. — Не спится? — хрипло и с усмешкой спросила Нацу. — Мне тоже. — Ты как? — Венди отыскала руку сестры под одеялом и сжала ее в своей. Нацу заглянула в глаза девочки и выдавила слабую улыбку, но и та была настолько блеклой, что вызвала лишь большее беспокойство в глазах Венди. Нацу ощутила себя слабой и беспомощной, но надеялась, что эти эмоции оказались погребены достаточно далеко, чтобы их не заметила Венди. — Ты весь день не выходила из комнаты… как ты себя чувствуешь? — Паршиво, — Нацу пожала плечами и отвернулась к окну. Венди, не желающая терять телесного контакта с сестрой, прижалась к ее спине прикрыла глаза. — Как думаешь, Саске еще жив? Венди замерла от такого шокирующего вопроса. Она молчала несколько секунд, обрабатывая информацию и пытаясь сформулировать какой-никакой ответ, но все, что она смогла из себя выдавить, было: — Э… не думаю, — она прокашлялась. — Я верю, что с ним все хорошо. Ты же знаешь, он не из тех, кто даст убить себя просто так. Тем более, я уверена, что Наруто вернет его». — Это не важно, — выдавила Нацу. Она не имела желания говорить о своих переживаниях со старым другом, который бросил ее, и насупилась. Саске не понял такой быстрой перемены настроения, но донимать не стал и продолжил свой рассказ. — Я знал, что Орочимару хочет забрать мое тело, — он передернул плечами, и лицо его исказила злоба и отвращение при произношении этого имени. Нацу испытывала все то же самое и поджала губы. — Но я не мог сделать это в одиночку — убить его. Он… он действительно силен, и я не могу сказать, насколько сильнее меня. Я знал, что не мне одному живой Орочимару мешает, и знал, что если попрошу свою команду, то она мне поможет. Не седьмую, — быстро продолжил Саске, когда увидел, как встрепенулась Нацу на слове «команда». — За все время, проведенное у Орочимару, я смог собрать команду, которой могу доверять. Мне удалось выяснить, что каждый из нас имеет кое-что против Орочимару, и ни один не против избавиться от него. — Да? — со скепсисом на лице спросила Нацу. — А ты уверен, что им можно доверять? — Если бы я не доверял, меня бы с ними рядом не было, — фыркнул на Саске. — Но была одна загвоздка: наш лекарь не умеет изготавливать яды. — Яды? — удивилась Нацу, а потом ее словно током ударило. Она в шоке посмотрела на Саске. — Так ты… — Да, — кивнул. — Карин специализируется не на снадобьях, она наш ирьенин. У нее нет таких познаний в этой области, как у тебя, и поэтому я решил, что стоит попросить тебя. Я не знаю никого, кому бы мог доверять так же, как тебе. Нацу фыркнула на слове «попросить», но задумалась. Они оба знали, какой ответ она даст, но помолчать для приличия нужно было. Соглашаясь, Нацу чувствовала себя предательницей, но ничего поделать с этим не могла. — Ладно, — она вздохнула. — Я думаю, помочь тебе грохнуть этого урода будет неплохим опытом и пойдет в мою копилку кармы. Саске кивнул: — Но показывать тебя Орочимару опасно, — он нахмурился. — Джуго сообщил мне, что на безопасном расстоянии от нашего убежища есть заброшенный дом. Он в не самом лучшем состоянии, но для временного проживания вполне сойдет. Если ты, конечно, не привередлива в том, где спать. Нацу посмотрела на Саске с непонятным выражением лица: — За кого ты меня принимаешь? Я, по твоему, какая-то избалованная девочка? — Ни за кого я тебя не принимаю, — отмахнулся тот. — Идем. Дорога займет несколько дней. Скорее всего, твою пропажу заметят и пойдут искать. Я не хочу столкнуться с шиноби Конохи по пути.

***

Когда Лаксус проснулся, на улице уже темнело. Небо все так же было закрыто серыми тучами, через которые не мог пробиться ни один луч солнца, а ветер завывал одинокие песни. С минуты на минуту должен был пойти злосчастный дождь. Дверь открылась, и на пороге показалась Венди. Она тоже была заспанная, немного бледная и какая-то уставшая. Лаксус поднялся и сел на кровати, чтобы было удобнее разговаривать. — Ну? — Не вернулась, — Венди опустила голову. — Мы не знаем, где она.