Тело, душа и магия

Джен
R
В процессе
18
Размер:
планируется Макси, написано 160 страниц, 15 частей
Описание:
В Зазеркалье — вселенной, удивительно похожей на Землю — разразилась мировая война. Учёные Черепаховой Академии — скрытого волшебного города — находят жизнь на отдалённой планете и собираются отправить туда исследовательскую экспедицию. Однако вместо убежища на краю вселенной члены экспедиции находят нечто похуже войны.
Посвящение:
Жизни.
Примечания автора:
Кто ищет что-то похожее по настроению на «Обещанный Неверленд» или «Атаку Титанов» — велкам :) В целом мир во многом похож на WOW (по сложности на Warhammer, как отмечали). На «Игру престолов» с её сложными интригами хочется походить, но я не замахиваюсь, так что если ждёте от меня подобного риализьма — просто не надо с:

Если бы существовало направление "дженогет", я бы его использовала. Гетная линия занимает существенную долю повествования.

Присутствуют вставки юмора. Дарка тоже, но он наоборот появится позже. Подчищая шапку, убрала эти жанры, чтобы не было нагромождений.

Эксперимент заключается в новом (для автора лично) подходе к атмосфере и событиям. Редко пишу в ореоле мрачности.

Одновременно с работой "Тело, душа и магия" выкладывается её приквел — "Чудные на всю голову". Работы отличаются жанрами и атмосферой и могут читаться как отдельно друг от друга, так и вместе.

"Тело, душа и магия" входят в наш совместный с автором The Lazy Devil сборник работ, посвящённых миру Зеркал. Там же можно найти некоторые полные работы и все ознакомительные фрагменты:
https://ficbook.net/collections/1574623

Различную информацию о мире Зеркал, а также анонсы, арты, коллажи, словарик (!) и атмосферные статьи по Вселенной можно найти в группе ВКонтакте:
https://vk.com/dkv_mirrorworld
Публикация на других ресурсах:
Уточнять у автора/переводчика
Награды от читателей:
18 Нравится 64 Отзывы 6 В сборник Скачать

Глава седьмая. Разделение

Настройки текста
      Экс очнулся в пустоте. Как ребёнка в утробе матери, его накрыла пелена сна, откуда его вырвали жестокие руки реальности. И вместе с пробуждением — звон в ушах.       Экс ожидал увидеть уже ставший привычным потолок дома в академгородке. Но вместо него увидел небо, дневной свет, отражённый в болезненно ярких бликах. Экс ожидал почувствовать запах свежего хлеба, принесённого заботливой горничной Лиззи. Но ощутил смрад гари и тягость пепла.       Экс ожидал услышать «С добрым утром, дядя». А услышал:       — Вы в порядке, капитан? Очнитесь, капитан!       Слова отдались в голове эхом. И если бы не броская огненная шевелюра, Экс бы и не узнал обладателя голоса.       — Джант?..       — О, вы живы, слава Богине…       Вдруг Экс ощутил неестественное тепло. Оно резко наполнило его, словно кружка берской сурицы. Замутнённый взор сошёлся в одном месте, очертив испуганное лицо Джанта.       В тот же миг Экс вспомнил всё.       — Это… Я надеялся, что это просто кошмар, — только и мог вымолвить Экс, привставая на локтях.       — Это… Это… В общем, я бы этого очень хотел.       Кажется, Джант проснулся первым. Оглянувшись, Экс увидел тела членов команды, разбросанные по кораблю. Все дышали, повреждений ни у кого не было. Хоть так…       Похоже, Джант разбудил Экса первым. А как же его невеста? С другой стороны, её тут и нет. Экс различил её черты за куполом, где та парила в воздухе.       — Путевая Ива?..       — Ив… просыпается. Я её вырвал из сна, — пространно сказал Джант. Видимо, заметив в глазах Экса полное непонимание, он пояснил: — Если путевой теряется, он может погрузиться в магический сон. Я много наблюдал за их тренировками, поэтому Ив я могу вернуть. Но это всё, что я могу сделать.       Что ж, он уверен в своих силах. Он может что-то сделать.       А Экс… может что-то сделать? А что делать? Возымеет ли эффект хоть что-то, на что Экс способен?..       Тем временем Джант будил команду, одного за одним. До кого рука дотягивалась. Первым после Экса встал Амон. Он распахнул глаза почти сразу и отчего-то застыл. Видимо, даже его, скупого на эмоции, происходящее пробрало.       Рядом с Эксом лежала Бич. Потянувшись к ней, он взял её за руку. Ни единой царапины… Разве не она разбила стекло, вопреки всем приказам? Похоже, оборотневская регенерация — не пустой звук.       Так, так… Говорили на службе, что это может пригодиться. Напитка энергией других паладинов. Мощный энергетический удар. Но как он работал-то? Воспоминания путались…       М-м-м… Голова-то как кружится.       — Богиней заклинаю: встань и иди, — бросил он первое, что пришло в голову.       Знакомая печать со светящимися рунами появилась на земле под телом Бич. Та встрепенулась и вскочила, словно вынырнула из ванны. Что-то всё-таки Экс правильно упомнил. Или своё сыграли инстинкты.       — О, капитан! Не всё мне вас поднимать, хе… — произнесла она и тут же схватилась за голову. — Можно было бы понежнее, я же девушка…       Первый знак. Бич бы никогда не сказала такого о себе. Её, как Экса, наверняка сильно потрясло.       — Отставить шутки… модераторий-меч Бич Справедливости, — выдавил он. — Слушай команду.       — Да, капитан, — неловко улыбнулась она.       — Лежать и отдыхать. Выполняй немедленно.       — Есть, капитан…       Она покорно растянулась на полу, подложив руки под голову. Кажется, она провалилась в сон мгновенно. Отдых нужен им всем — Экс это уже понял.       Но было ли на него время…       — Модераторий-меч Джант…       — Да, капитан? — спросил тот, поднимая Юн Ги. Та заметно шаталась, хвост её подрагивал. Но в глазах её появлялась хоть какая-то осознанность.       — Доложить обстановку. Что это было…       — Тень. Первого класса. Высшим командованием о ней доложено не было.       Что ж, это Экс знал и без него. Только путаница в голове оставалась.       Образ той твари возник в голове сам собой. Экс знал, что это за громадина. Так называемая «тень». Ему рассказывали, что такое явление имело место быть и на их родной планете. Только легенды и домыслы от реальности разительно отличались…       — Капитан Экс… Так что это было? — вдруг подал голос Амон.       Из всех он спрашивает первым? С другой стороны, Джант-то явно знает, что произошло. Иначе бы не полетел к тени без раздумий. Ведь ничто, кроме света, не способно противостоять тьме.       — Это тень, модераторий-щит Амон. Субстанция из чистой тьмы, — выдохнул Экс, собираясь с мыслями. — Существуют два типа теней: второй и первый классы. Тени второго класса прожигают насквозь материю. А тени первого класса — сводят живых существ с ума. Это был первый класс.       Амон сощурился и отвернулся.       — Ясно. Спасибо.       Предельно короток, как всегда. Но и его волнение не обошло стороной. Тёмный длинный хвост завилял.       — И я не могу ничего сделать с тенью? — спросил вдруг Амон.       — Если ты вдруг не обладаешь силой света, то это навряд ли, — честно ответил Экс.       — Понятно. Спасибо.       Он сжимал тёмные руки в кулаки. Впервые Экс видел Амона взволнованным.       — Если ты хочешь что-то ещё спросить… — начал было Экс, но его перебили.       — Капитан! Капитан Экс, вы видели Сэчико? — вдруг встрепенулся Джант.       Оглянувшись, Экс понял, что по очереди члены команды просыпались. Победоносец, в беспамятстве державшийся за ручки кресла, так в нём и остался. У Пьера, упавшего на пол, потрескались очки, но осколки, благо, не попали в глаза. Элизабет впала в странный анабиоз, от которого её разбудила встряска Джанта. Клопштока вытащили из хвоста Юн Ги, которым та его защитила. Кажется, он единственный проснулся сам, но не смог выйти. Его сестра Механичка очутилась на столе с гномьими приборами. Пара ручек и переключателей была обломана.       А вот Сэчико… и впрямь нигде нет. Экс попытался сообразить, но предположить смог лишь одно:       — Её могло отнести вниз, к сердцу «Черепахи».       — Я пойду проверю. А вы помогите, чем сможете, ладно?       Джант держался бодро, словно с ним ничего не случилось. Но стоило ему встать на ноги, как Экс увидел: Джант шатался. Мускулы его так напряглись, что казалось, будто Джант собрал все имевшиеся у него силы, лишь бы помочь.       — Всем доложиться! Это приказ! — воскликнул Экс.       Только приказы раздавать он и мог… А разве это что-то давало?       — Помощник капитана Победоносец в норме! — встал тот. Из его пятачка шла кровь.       — Дорогой!.. — вскочила на ноги Элизабет. Вспомнив про приказ, она воскликнула: — Кхм… Голем Элизабет в норме!       — Архивариус Клопшток в норме… и в ужаснейшем расположении духа, — пробормотал он напоследок.       — Юн Ги в норме, капитан Экс-сан! — звонко воскликнула она. Наверное, в ней-то побольше энергии было, чем во всех них вместе взятых.       — Механик Механичка в поряде! — воскликнула та отдалённо. — Твою ж… Все приборы в полной…       — Модераторий-щит Амон в норме, — как всегда Амон прозвучал спокойно. Только глаза его застекленели от испуга. Он подполз к Бич, осматривая её.       Понимая, что отзываться больше некому, Экс было хотел закончить перекличку, но послышалось тихое:       — Путевая Золотая Ива в норме…       Удивлённый, Экс обернулся к ней. Опираясь на косяк двери, она на неровных ногах стояла в проходе, вперившись в него абсолютно пустым взглядом без намёка на мысль.       — Путевая Ива… — начал было Экс, но прервался.       Вдруг она округлила глаза и навострила уши. И, кажется, Экс и сам понял почему.       Пол начал нагреваться. Стремительно.       — Где… Где Джант?.. — пролепетала она.       Мысли тут же отрезвило. Экс вскочил на ноги, борясь с дрожью и беспамятством, и, шатаясь, поторопился к лестнице. В лицо бросились голубые искры, щёки опалило. Едва прикоснувшись к периллам, Экс оторвал руку — они нагрелись, как в кузне.       Скорее упав, чем сойдя по ступеням, Экс очутился внизу. Перед глазами плыло. Сперва он подумал, что его взор до сих пор не прояснился, но спустя секунду понял.       Это жар. От жара сам воздух плавился.       — Сэчико… Сэчико, очнись…       Бормотание… Джант? Экс сморгнул. Сквозь жар, прищурившись, сконцентрировав все мысли, он увидел…       Сэчико. Её голова опустилась. Глаза закрылись. Её руки и ноги — покрылись чернеющей почвой. Сэчико была заточена в сердце корабля.       Плотная земля укрыла сердце «Черепахи», защитив его от обвалившегося потолка. Сэчико создала круглый твёрдый купол, под которым ничто не страшно. Прочную крышу. Твёрдый, плотный панцирь.       Панцирь Черепахи Сэчико. С виду она казалась просто… спящей. Нежащейся в ласковых лучах света. По-доброму улыбающейся, словно видит яркие и приятные сны.       Долгожданные вечные сны.       — Сэ… чико… Сэчико… — бормотал Джант. Он стоял перед ней, карабкаясь по её ногам. Его собственные — дрожали. — Ответь, Сэчико… Хоть что-нибудь… Пожалуйста…       Неровно стоя, он всё-таки подобрался к её шее. Слабыми руками коснулся её панциря. Приложил ухо к её груди.       — Ты холодная… Сэчико… Ты чего?..       Экс задержал дыхание. Только не…       — Сэчико… Ответь!       Не крик. Рёв. Экса опалило жаром. Кажется, сами чувства Джанта прошли сквозь него.       — Сэчико! Пожалуйста, хватит! — кричал тот, всхлипывая. — Сэчико!       Сам воздух сдвинулся. Экс понял, что ему нечем дышать. Он отошёл на шаг, прикрываясь рукой. Что сказать… Что сделать… А разве что-то можно сделать?       — Сэчико, не уходи!       Джант кричал, как ребёнок. Он плакал, всхлипывал, громко, как мальчишка. А вместо слёз — пламенные язычки.       Он пытался вытащить панцирь. Его скудных сил не хватало, и он падал, но поднимался, пытался снова. Он стучал по застывшей земле руками и кричал всем естеством. Чисто, искренне и бессмысленно.       — Сэчико!       Он выкрикивал имя. Долго и упорно. Он кричал, не останавливаясь, надрывая горло, переводя всё дыхание. Стены объяло синим огнём.       Экс был заворожён. Он не мог и двинуться. Он чувствовал, что позади его оттаскивали, но не мог поддаться. Этот огонь… Он поглотит их всех.       — Капитан, отойдите! — грубо, в ухо ему пробасил Амон. — Вас обожжёт!       — Мы все это заслужили… Мы все… — сам того не понимая, отвечал Экс.       Праведный гнев мальчишки. Вот, чего заслужили предатели. Они допустили смерть.       В который раз.       — Капитан, прошу! Дай пройти к нему! Он убьёт нас всех, если ты не пустишь меня!       Звонкий голосок. Экс обернулся. Ива возникла наверху лестницы. Тоже плакала. Не могла унять дрожь, пробравшую всё тело.       Но в её глазах — сила. Спасение.       — Путевая Ива… успокой его… — только и пробормотал Экс, отступая в сторону.       Если они… Нет, если он и допустил смерть на сей раз, то больше этого не должно было повториться. Надежда… Она всё-таки есть. Теперь её не может не быть.       Ива проскользнула мимо, словно быстрый ручеёк. Вошла в огонь, и — кажется — кожа её зашипела под давлением жара. Мех на хвосте покрылся язычками пламени. Вмиг Ива оказалась позади Джанта и обняла его.       Влага. Экс ощутил её на щеках. Дождь всегда тушит пожар. Такова природа.       — Джант… Джант, обернись…       — Уходи! — Джант вырвался. — Сэчико…       — Сэчико умерла, Джант. Чтобы спасти тебя. И чужими смертями ты ей отплатишь?       Тот обернулся. Экс видел истерику, исказившую лицо Джанта. Изуродовавшую его, превратившую в чудовище. Но одно прикосновение Ивы — и оно исправилось.       Стало недоумённым. Наивным. Как у ребёнка.       — Не-ет…       — Да. Джант, она умерла. Нет ничего, что может это изменить. И ты тоже не можешь.       Железная воля. Её лицо искажено, она дрожит, как загнанный в угол зверь, но она непоколебимо стоит рядом, держа его за плечо. Всё чётче становился взор Экса, всё слабее рябил воздух.       — Я понимаю тебя, — вдруг по-матерински мягко произнесла Ива, пальцами касаясь щёк Джанта. — Терять больно.       — Я… Сэчико… Я же любил её… — всхлипнул он, опустив голову.       — И она любила. Поэтому отдала свою жизнь за тебя.       — Но… Как это всё меняет? Что делать? Без неё…       — Просто жить. Как и хотела Сэчико.       Джант бросился Иве в объятия. Тихо, молча задрожал. Сжал руками её платье, яркое пламя в его венах сжигало лёгкую ткань.       Ива прижала его голову к груди, улыбаясь. Нежно и одновременно печально. Как маленькая Богиня, чьи изваяния стоят в церквях.       — Плачь, Джант. Плачь, пока не выплачешься.       Пламя исчезало. Испарялось в его груди. В воздухе растянулись водяные потоки, похожие на праздничные ленты.       — Тише, Джант, тише. Всё пройдёт. Время вылечит. Я вылечу.       Она будто взяла все обязанности его вселенной на себя одну. Она сохраняла баланс и впитывала в себя разрушения и горести. И оттого слёзы её становились всё страшнее. Она слишком много на себя берёт, сама того не понимая.       Жар сменился колкой прохладой. Со стен стекали капли. Удушливый пар поглощал воздух. Ива провела по волосам Джанта рукой, гася их разбушевавшееся пламя. Упав на колени, она прижала его голову к плечу и прошептала ему на ухо:       — Плачь, но живи. Нет ничего важнее, Джант. Ничего важнее жизни.

***

      По прошествии часов — часов, длящихся, казалось, вечность — все пришли в себя. Все… Кроме Сэчико.       Когда Джант потух, Юн Ги всё-таки смогла осмотреть Сэчико. Ни шанса. А Механичка сделала вполне ожидаемый вывод: видимо, предвидя крушение, Сэчико решила закрыть сердце собой. Ива так и думала. Кто же ещё способен был на такое?       Пробирала дрожь. Казалось, смерть была так далеко. Где-то там, на войне, откуда Ива сбежала. А теперь — вот она. И причина ей — Ива, и больше никто.       Дрожь не унималась. Так холодно. Так больно. Так стыдно. Словно хворь ударила в голову. Ива обнимала себя руками, не веря. Слёз не осталось, только немая истерика. И высказаться некому. Ведь Джант — единственный, кто мог её услышать — сейчас бессознательно смотрел под ноги.       Надо быть сильной… Но как?       Дело не отвлекало. Осматривая последствия крушения, Ива думала лишь о том, что всего этого можно было избежать. Если бы они — путевые — сразу почувствовали угрозу. Если бы они — корабли — приняли решение вовремя. В конце концов, если бы она — Ива — нашлась с мыслями, крылья «Черепахи» не разбило бы на кусочки. Не переломались бы все рычаги в кабине Механички. Не потрескался бы купол путевого.       Не умерла бы Сэчико.       Слёз не хватало. Ива вся состоит из воды, и та ушла — на дурацкие эмоции. А они никогда не нужны, тем более сейчас.       Зато внутренности корабля остались нетронутыми. Расположившийся рядом с сердцем склад потрясло, но семена баранцев остались на месте. Снежок — их гордый родитель — остался нетронутым в магическом шаре. С ним рядом — Нудлз, которого взяли для поиска магических следов.       Похоже, от потока энергии во время перемещения многие семена раскрылись. Зря, очень зря Ива зашла к ним первой. Их детский, младенческий плач выбил её из колеи, разбил. Сэчико, их хозяйка… Они же звали её.       Если бы не Ива… Мошки в голове зажужжали. «Ни на что не годишься», «вечно ошибаешься», «хоть что-то сделала бы правильно»…       — Ива? Ива, ты в порядке?       Кажется, она сидела на полу. Сколько? Долю, часть, час? Или одно мгновение?       Глаза Лиззи казались ещё печальнее, чем обычно.       — Нет… — честно ответила Ива.       — Ой… А… Я… — промямлила Лиззи. — Я другой ответ ожидала… Теперь не знаю, что сказать.       — Н-не волнуйся. Справлюсь.       Мухи будто засмеялись. Все разом, облепив голову маленькими, мерзкими лапками.       Лиззи подала руку, будто сквозь смех. Ладно, нельзя сдаваться. Кому-то ведь гораздо хуже, чем Иве. Приняв помощь, она поднялась на ноги.       — Юн Ги сказала, что нам нужно… Ну… Джанта разбудить…       С каждым словом Лиззи говорила всё тише. Ива понимала, к чему она клонит.       — Чтобы сжечь тело Сэчико? — прямо спросила она, пальцами потирая виски. Но боль — мухи проедали голову насквозь — совсем не проходила.       Ива просто представила Джанта в миг, когда она это скажет. Она даже не знала, как скажет. Стоило ли ему вообще говорить? С другой стороны, больше некому…       — Можем её закопать, — предложил вдруг Амон. Он разгребал завалы из земли вместе с Бич.       — Это противоречит обрядам лонгцев, — поправил его Пьер. Сквозь щёлочки в почве он осматривал сердце корабля на дефекты. — Черепах хоронят в земле после кремации.       — А разница? — бросила Бич. — В этом Богиней забытом месте обряды не значат ничего. Ведь если бы Она нас не покинула…       — Не богохульствуй! — возмущённо воскликнул Клопшток, переписывавший оставшиеся припасы. — Ты не имеешь права судить о высших материях. Кто знает, может, взгляд Богини не простирается до этой планеты? Или мы заслужили…       — То есть Сэчико, по-твоему, это заслужила? — взъелась Бич.       — Откуда я знаю? Я с ней не общался никогда…       — Да как ты смеешь… — Бич дёрнулась, но её остановила рука Амона. — Иди припасы переписывай, самый полезный член команды.       — Я бы на твоём месте придержал свою женщину, Амон, — бросил напоследок Клопшток. — А то диким волчицам свойственно страдать бешенством.       Глаза Амона блеснули. Ива было дёрнулась, но услышала спасительное:       — Отставить ссоры! — прикрикнул сверху капитан Экс. — Меньше разговоров — больше дела!       — Есть, капитан! — хором воскликнули Бич и Амон. Клопшток же молча прошмыгнул на склад.       Ива, не зная, чем ей заняться, опустилась рядом с Джантом. Взгляд его… пугающе пустой. Взяв его за руку, Ива не почувствовала ответа.       Он словно сам умер…       — Почему же так произошло? Черепаховая Академия ведь годы эту планету изучала, — тяжело вздохнула Лиззи, поднимая очередной кусок земли.       — Потому что из ниоткуда появилась эта тварина, — прорычала Бич. — И, клянусь, она поплатится. С силой Джанта…       — Тень — лишь отражение, — неожиданно вставил слово Пьер.       — В каком смысле, умник?       — У тени есть владелец. Она не искусственная, — объяснил он, оборачиваясь. — За этой тенью стоит настоящее чудовище. И нам предстоит узнать, что это такое на самом деле.       Мурашки пробежались по спине. Будто прикосновения маленьких крылышек.       А в голове — загудело. Ива ошеломлённо уставилась на Пьера, не зная, что и сказать.       — Как ты это узнал вообще? — продолжала упираться Бич.       — Потому что у неё есть форма. Эта форма — силуэт настоящего чудовища.       — Подожди-ка! — Её глаза сверкнули. — Если бы на планете был кто-то живой, то директор Неизвестный нам бы об этом сказал! Значит, нет тут никого.       — Директор Неизвестный… выразился несколько иначе. — Припоминая, Пьер напряжённо сдвинул брови. — Он сказал: «На этой планете никто не умирал».       Ива пыталась сообразить. В голове не укладывалось… От усталости ли?       — Нельзя жить, не умирая, — озвучила свои мысли она. — Ничто не вечно.       — Видимо… Мир ещё сложнее, чем мы думали.       Пьер — главный гений их выпуска — тоже не имел на этот счёт никаких догадок. А чтобы он чего-то не знал…       — Бич, Амон! — вдруг раздался голос капитана Экса. — Несите сюда Сэчико.       Те переглянулись. Взглянули на Иву. Бич закусила губу, а Амон — вильнул хвостом.       Вниз спустился Победоносец. Его нос по-прежнему был перевязан.       — Ива, — прогнусавил он в её сторону, — чем быстрее мы с этим расправимся, тем лучше. Разбуди Джанта.       Она и сама это понимала. Но когда взгляд вновь падал на Джанта — разум замолкал. Как же Джант встанет после такого? Он ведь даже не двигается, едва дышит.       Тяжёлое тело Сэчико погрузили на носилки. Её панцирь не вмещался. Казалось, она просто неудачно прилегла поспать… Ива отвернулась, пока тело не унесли наверх.       — Джант?       Не отвечал. Просто смотрел в пустоту. Глаза — не больше, чем стекляшки.       — Джант, очнись, пожалуйста… Сейчас нельзя спать.       Она потрясла его. Никакого ответа.       Скользнув к его ногам, она попыталась поймать на себе его взгляд. Но нет. Смотрел словно сквозь неё.       Не зная, что делать, Ива осторожно приблизилась к его лицу. Как его разбудить?       Поддавшись какому-то бессмысленному порыву, она поцеловала его. Легко коснулась губами его губ. Нити чудес оплели его, цепляясь за тёплую, горячую кожу.       Дёрнулся. Ива отстранилась, положа руку на его коленку.       — Ив… Зачем ты меня разбудила? — спросил Джант.       В его голосе сквозило разочарование. От слов наваливалась усталость.       — Джант, соберись, пожалуйста, — умоляюще попросила она. — Мне так больно видеть тебя таким…       Видя, что он наконец-то смотрит на неё, она заплакала. Зачем она его разбудила? Она не знала. А было бы лучше, если бы оставила в спасительном беспамятстве?       — Ты просто так меня подняла? — снова спросил он. Холодно.       — Н-нет… Нам нужно, ну…       Как стыдно. Могла ли она просить?       — Я понял. Отойди.       «Отвали»… Ива отпрянула. Отшатнулась от прикосновения.       Но ведь Джант не станет на неё кричать… Не станет же?       — Ив? Ты чего?       Растерявшись, Ива взметнула взор на Джанта. Кажется, он удивился.       И вдруг улыбнулся. Положив ей руку на голову, он почесал за её ухом. И провёл большой ладонью по её щеке. Кажется, вся её голова умещалась в одних его руках.       — Я в порядке. Пошли.       Конечно же, он не стал бы на неё кричать. Он никогда бы этого не сделал. Он — не…       Ива вскочила следом за Джантом. Взяла его за руку. На этот раз ответил ей — сжал пальцы. Сильно. Ива взглянула на его лицо. Зубы он тоже сжал. До скрежета.       — Если ещё хочешь поплакать…       — Мужчины не плачут.       — Так говорил твой отец. Зачем ты его слушаешься?       — Потому что это не его слова. У меня есть достоинство и без его идиотских правил.       Он пережил одну смерть. И едва смог пережить вторую. Ива не допустит больше ни одной.       Они подступились к выходу из корабля. Лестница поломалась во время падения, и приходилось через неё перепрыгивать. Джант спрыгнул первым и снял Иву на руках.       Вокруг — пустота. Чистая и безжизненная степь. Простиралась от края до края. А над головой — голубое небо без единого облачка. Солнце в зените. Не мир, а белое полотно.       Лишь вдалеке виднелись большие изваяния. Ива видела их, когда странствовала по вселенной с путевыми. Неподалёку от корабля в земле зияла крупная нора. Походило на вход в пещеру, но капитан Экс запретил приближаться. И Ива не стала. Других забот полно.       Команда стояла неподалёку. Большинство молчали, обмениваясь угрюмыми взглядами. Многие сдерживали ту бурю, что разразилась внутри. Лишь Юн Ги дала ей выход, рыдая большими слезами и хныча, как ребёнок.       Тело Сэчико уложили на ровной земле, без всего. Если не приглядываться, можно было подумать, что она просто наслаждается теплом.       — Д-Джант-кун… — тихо произнесла Юн Ги, подползая к ним. — Прости…       — Всё в порядке. Не твоя вина, что у Черепах так принято.       — Мне очень жаль… — пролепетала она, стараясь не смотреть на Джанта. И всхлипнула.       Тот, кажется, не обратил внимания. Прошёл мимо. Ива потянулась за ним, словно он позабыл, что вёл её за руку.       Дойдя до процессии, Джант обернулся. Ива посмотрела ему в глаза, ища в них хоть что-то. А нашла лишь блики солнца.       — Джант… Джант, я тут, если что! — воскликнула она неуместно громко.       — Я знаю, Ив. Пусти меня. Я справлюсь.       Она сжала руку. Нет… Нельзя отпускать…       — Ив, пожалуйста. Ты мне не веришь?       Он улыбался. Так наиграно, что хотелось расплакаться.       — Джант, не уходи…       — А я и не ухожу. Я запомнил: ты здесь. И я тебя не подведу.       Поцеловав её в лоб, он развернулся. Рука его выскользнула из её руки. Он медленно, будто задумчиво, пошёл вперёд. Но он больше не шатался.       — Ива… Могу я спросить? — спросил вдруг капитан Экс.       На миг он снова стал тем новичком, что сидел с ними за кружкой крепкого в таверне академгородка. Ива даже не сдержала улыбки. Каким далёким теперь кажется то время…       — Да, конечно, капитан.       — Такое уже бывало? С Джантом.       Естественно, он напуган. Ива и сама испугалась бы. Если бы её сердце теплело от родного пламени.       — Да. Несколько раз, — выдавила она, смотря Джанту в спину. — Ты слышал о пожаре под Алмазным озером?       — Где погибла целая деревня? — Капитан изумлённо округлил глаза. — Это был…       — Не совсем. Отец Джанта избил его мать. А мать была нимфой огня и… Ну, ты понял. А Джант — следом. Её огонь спалил лес, его — деревню.       Ива не могла говорить об этом спокойно. Не от эмоций — больше из-за чувств самого Джанта. Он не любил, когда о его личных проблемах знал кто-то, помимо него и Ивы.       — Я понимаю, — выдохнула Ива, видя, как капитан Экс безуспешно пытался подобрать слова. — Отец Джанта продал его Академии после этого.       Ива прямо-таки видела, как мировоззрение капитана переворачивается с ног на голову. Уважаемый городской паладин… Его жизнь полна чести и долга. Сталкивался ли он когда-нибудь с бедой обычного деревенщины?       — Сэчико стала ему второй матерью. Или скорее бабушкой, любящей и всё прощающей, — продолжила Ива. — Только она уделила ему долю своего времени.       Остальные или ненавидели, или старались обходить стороной.       — Он ведь был всего лишь ребёнком! — удивился капитан.       — Всем бы такое доброе сердце, — улыбнулась Ива. — Наверное, из-за него тебя директор Неизвестный и выбрал.       Видимо, она заставила капитана Экса многое переосмыслить. Нахмурился, словно нашёл неожиданно простой ответ на, казалось бы, сложный вопрос.       — Но… Как же директор? Разве он не заботился о Джанте? — вспомнил капитан.       — Я многого об их отношениях не знаю. Это лучше спросить у самого Джанта.       Тем временем Джант дошёл. Ива обняла себя руками в ожидании.       Он остановился. Ненадолго. На мгновение. Подумал. Попрощался.       Ива видела глаза Сэчико. Закрытые, правда, словно спит. Наверное, Джанту просто хотелось, чтобы она проснулась. Иве тоже бы этого хотелось.       Но ледяной голос разума говорил отчётливое и очевидное «нет».       Джант коснулся панциря рукой. Откуда-то упала искра. Тело загорелось.       Ива отвернулась. Но хруст наполнил уши. В нос ударил знакомый запах. Теперь он вызывал только тошноту.       Закрыв лицо рукой, Ива вскинула глаза к Джанту. Шёл к ней. Он даже не оборачивался. А она — задрожала. Заскулила и громко всхлипнула.       Сэчико… Прости, Сэчико. Как Ива могла? Она виновата во всём. Она должна была погибнуть, а не ты.       — Ив.       Она подняла взгляд. Джант стоял, смотря на неё сверху. Непроницаемым взглядом. Взглядом, полным самого жаркого пламени.       — Не плачь, Ив. — Он пальцами утёр её слёзы, испаряя их. — Мы отомстим.

***

      Опустилась ночь. Чувства волчицы обострялись. Глаза хищницы смотрели далеко.       Бич чуяла опасность. Со всех сторон. Она не знала формы, не знала, чего ждать. Но ничего хорошего — это точно.       Что делает охотник, видя, что на него охотятся? Правильно. Ударяет первым.       Незнакомое небо, чужое. Три спутника у планеты, не один. Жёлтый, красноватый и белый. Где ты, Орон, покровитель оборотней? Бич не станет поклоняться самозванцам. Её истоки забыты, но кровь будет кипеть до самой смерти. Во имя отца-мужа Богини.       Маленький огонёк освещал верхний ярус корабля. Джант сидел на полу, облокотившись на кресло, глядя по очереди на каждого из пришедших. Амон скрестил ноги рядом с Бич, приобнимая её одной рукой. Юн Ги растянулась на полу, разглядывая бликующие осколки.       Только модераториям Джант мог довериться. И сестрице-Иве, свернувшейся под его боком, конечно. Остальной команде не обязательно знать. Бич понимала. Они ведь даже если захотят — не помогут.       А уж помешать — горазды.       — Я видела пещеру, ведущую куда-то вглубь земли, — сообщила Юн Ги спустя пару секунд раздумий. — И я уверена: эта… штука появилась именно оттуда.       — Ты заглядывала внутрь? — спросил Амон.       — Ну да. Там сплошная темнота. — Юн Ги пожала плечами. — Я посчитала, что только в таком месте и могут поселиться тени.       — Ты права, — подтвердил Джант. — Только пока мы не знаем наверняка. Стоит ли…       — Джант. Это очевидно, — прервала его Бич. — Не к чему догадки строить. Я тоже чувствую: оно там.       Он задумался. Покрутил в руке огонёк.       — Хорошо, я вам верю, — выдохнул он. — Ив, а ты что думаешь?       Сестрица замялась. Бич не могла её винить. Всё-таки Ива — зверица нежная, с битвами дел не имела.       — Мары действительно живут в пещерах и заброшенных домах. — Видимо, под марами она имела в виду нимф тени. — Но вы же слышали: это не просто тень! Это — нечто большее, то, что за ней скрывается.       — Ещё лучше, — усмехнулась Бич. — Сразу войдём и отрубим дракону голову.       — А нам это по силам? — запротестовала Ива. — Вы видели, на что…       — А ты просто так оставишь это? Вот то, о чём ты говоришь, — бросила Бич.       — Ты сама боишься сказать, что оно сделало. Бич, не поздно остановиться.       Она что, дура совсем?! Сидит, глазки строит. Ива, это не место и не время!..       Бич вздохнула. Нельзя срываться на сестру. Стоило гневу отступить лишь нас секунду, как из глубин показалось совсем иное чувство.       Эта тень… Нет, тварь, просто тварь. Она не больше, чем безмозглое чудовище, наверняка. Иначе бы заговорило. Разве не так?       — Но раз Бич-чан уверена, Ива-чан, значит, всё-таки силы у нас есть! — наконец-то вступилась за Бич Юн Ги. — А вдруг потом не будет? Вдруг он нас по одному съест?!       — Вот именно. Я бы не сказала лучше, Юн Ги. Чем дольше сидим здесь — тем дольше позволяем этому чудовищу творить, что ему вздумается. — Бич откинулась назад, спиной на кресло. Её нога невольно отстукивала марш, как Победоносец учил. Раз, два, три, четыре, раз, два…       — А если оно, как говорит Бич, ещё кого убьёт?! Пока мы тут сидим, — пролепетала Юн Ги.       — Вот-вот. Хочешь постигнуть участь «Виверны», Ива? Я — нет.       Бич отвернулась. Не могла она видеть этих щенячьих глаз сестры. Раздражало.       Ну и зачем это топтание на месте? Пошли бы убили уже давно. Руки дрожат уже… От гнева. Конечно, от гнева, только от гнева. От праведной злобы, не меньше.       — Я просто предлагаю подумать…       — Завтра капитан Экс нас уже не отпустит, — вспомнил Амон. — Сейчас или никогда.       — Амон, тебе самому не кажется эта идея неразумной? Мы же идём на земли чудовища… или чудовищ…       — Лучше один раз пойти на риск, чем тебя застанут врасплох. Лучшая защита — эта нападение.       Кажется, аргумент Амона Иву вразумил. Ну да, ведь Амон-то — бывший воин армии фараона. А Бич, прошедшую обучение на модератория, слушать не стоит!       — Джант? — спросила его Бич.       Вот кого Ива точно не сможет ослушаться. А то тянет тут сидит. Чем дольше думают — тем дальше это чудище от них! Тем опаснее его тёмные, длинные… страшные руки…       — Я… — выдавил Джант. — Сэчико не должна была так умереть. Не сейчас.       — Правильно, — кивнула Бич. — Сестрица, пос…       — Ведь не чудовище… — проскулила Ива.       — Сестра! — рявкнула Бич. — Только попробуй себя обвинить! Просто не смей!       — Но я…       — Если бы не тварина, ничего бы не было. Но чем дольше мы позволяем ей жить — тем больше ненужных смертей допустим. Мы не можем сидеть и ничего не делать!       Она вдохнула. Произнесла на одном дыхании.       Сердце бешено колотилось. Руки дрожали. Нет, она не позволит подойти твари со спины. Бич Справедливости — хищница. Волчица. Она убивает, а не её.       — Или мы, или нас, — подвёл итог Амон. — Я пойду сейчас.       — Да! Бедная Сэчико-сан! — воскликнула Юн Ги. — Нельзя допустить, чтобы такое повторилось! Чтобы ещё и нас…       — Ты права, Юн Ги. Собираем вещи. Джант, Ива? — обернулась к ним Бич.       Они переглянулись. Мялись опять? Бич ударила лапой по полу.       — Или вы с нами, или — против нас!       Уж на это они ответить ничем не смогут. Растерялись сразу.       — Давайте, сжались тут! — Вскочив, она протянула им руку. — Мы — самые сильные маги вселенной. Нас отобрали в Черепаховой Академии и учили справляться с любыми трудностями. И с этой мантикоровой тенью тоже справимся. Поверьте мне. Мы всё сможем!       Они ведь герои. В них верят. Не просто же так!       Бич же герой. Надо держать лицо. Герои не боятся, они защищают всех, кто беззащитен. Даже если сами растеряны… и напуганы.       Джант взял Иву за руку.       — Я пойду. — Ну наконец-то! — Но ты не обязана идти, Ив. Я не хочу, чтобы ты…       — Если бы я совсем не собиралась идти, меня бы здесь не было.       Бич округлила глаза. И тут же рассмеялась. Звонко. Безумно?       — Умора! Так чего упиралась тогда?! — воскликнула она.       — Я думала… — Ива дрогнула. Но помотала головой. — Я думала, я смогу уговорить вас остаться. Но что-то мне подсказывало, что как минимум ты, сестра, от своей идеи ни за что не откажешься. А как я могу вас бросить, «Чудные»?       Её маленькая рука вдруг схватила ладонь Бич. Вот она, сила! Руки остальных по очереди соприкоснулись.       Месть свершится сегодня.

***

      Ночь была светлой и чистой. Свет трёх небесных спутников разливался по бескрайней степи. Они — живые, оказавшиеся здесь по прихоти безумной Судьбы — были будто заточены в темнице. Пустой темнице с высокими стенами и слишком далёким потолком. Без окон и дверей, лишь с недосягаемым сводом небес.       В такие моменты хочется лишь собственной смерти. Но что-то — а вернее кто-то — заставляет искать пути к свободе.       Джант взглянул на крохотную фигурку Ив. Беззащитная, крохотная, она мёрзла в застоялой прохладе. С наступлением сумерек будто холодная рука чудовища накрывала степь, забирая себе весь звёздный свет.       — Ив? Ты в порядке? — спросил Джант проследив за её взглядом. Смотрела куда-то далеко-далеко, куда его собственные глаза видеть не способны.       — Тут… Тут как будто пусто.       Она дрогнула, обняв себя руками. Даже она — зверица-берка — понимала значение этого жуткого слова. В родной вере — вере в Создательницу Эллиаду — Джанта в Пустоту отправлялись грешники-«разрушители» после смерти. И теперь, после её слов, ему и впрямь казалось, что они лишь умерли и попали в преисподнюю.       — Мы выберемся отсюда, — сказал Джант вполголоса, смотря на редкий песок, шуршащий под сапогами.       — Ты в это веришь? — вдруг спросила Ив, взметнув на него отрешённый взор.       — Да. Ничего больше не остаётся.       — Значит, и я верю.       Взяв его за руку, она взглянула на пещеру. Джанта и самого пугала эта непроглядная тьма. Если вокруг не было ничего, то пещера — определённо что-то источала. И, как Джанту казалось, то было не что иное, как жгучая жажда.       — Вы там идёте? — грозно шепнула в их сторону Бич.       — Не терпится исследовать эту дырищу? Так прыгай первая, — усмехнулся Джант.       Она дрогнула.       — Ха-ха-ха. Очень смешно.       И гордо отвернулась. Джант с одной стороны понимал её, с другой же — терялся в догадках. Они достаточно долго знали друг друга, чтобы понять, что Бич готова влезть в любые авантюры. Но они недостаточно близки, чтобы Джант понял, почему сейчас она, явно боясь, лезла на рожон.       — Видимо, я одна тут — настоящий герой!       Стоило ей это произнести и криво усмехнуться, Джант понял. Как говорил Амон? Лучшая защита — это нападение?       — Если ты боишься, этого не стоит стесняться. Никому из нас не хочется умирать. Но мы хотим защитить наш корабль. И мы это сделаем, какой бы ни была угроза, — произнёс он, прекрасно осознавая одно.       Он шёл не спасать. Он шёл мстить.       — Н-не боюсь я, — как глупо она запиналась, пытаясь выглядеть смело. — И вообще, иди ты…       Вдруг Бич повернулась и посторонилась. Похоже, Амон решился пойти первым.       — Амон-сан? Ты чего? — вылезла из-за их спин Юн Ги.       — Пойду вперёд. Я же щит.       Впрочем, тактика хорошая.       — Тогда давайте так. — Джант вздохнул, настаиваясь на разум, а не на чувства. — В пещерах, как правило, узкие проходы. Пойдём цепочкой. Амон, Бич, я, Ив и Юн Ги. Амон отобьёт в случае чего атаку спереди, а Юн Ги — прикроет сзади.       — Угу. Как раз пещеры хорошо чувствую.       Она сощурилась неожиданно осознанно. Может, то был недостаток их с Джантом общения, а может, Юн Ги и впрямь вмиг стала совсем другой. Не беззаботным ребёнком. А кем-то… иным.       — Разве ты часто бывала в пещерах? — удивилась Ив. Похоже, все об этом впервые слышали.       — Нет. Но это что-то… инстинктивное, — выдохнула Юн Ги, сосредотачиваясь.       И выглядя при этом абсолютно потусторонне.       Амон спрыгнул первым. Судя по всему, проход был совсем невысок: плечи Амона выглядывали наружу. Но остальное тело — будто жидкость — поглотила тьма.       Дрожь. Похожая на землетрясение, молнию, она поразила Джанта самой природой. Внутренним катаклизмом.       — Джант?       Слабый звонкий голосок привёл его в чувство. Ив. Он не должен бояться. Иначе и она испугается. Хотя Джант в каком-то смысле только надеялся, чтобы она просто испугалась и осталась на корабле.       — Бич, иди вперёд, — сказал Джант и обернулся. — А тебя, Ив, я спущу.       — Ива не настолько низкая, Джант, — вновь криво усмехнулась Бич. — Не расшибётся.       Джант её проигнорировал. Бич любит говорить за других, особенно за «сестрёнку» Ив. Но далеко не все стремятся к такой самостоятельности, как их персональная героиня.       Молча, Амон пригнулся и, достав из-за спины щит и копьё, двинулся вперёд. За ним — пошла и Бич, обнажившая парные скимитары и спрыгнувшая следом. Обоих поглотила тьма.       Вмиг Джанта охватило плохое предчувствие. В нём, мерзком и холодном, Джант увяз только плотнее, спрыгнув следом. Однако вопрос, идти ли назад, не успел и промелькнуть в голове Джанта: нельзя сдаваться трусости. Если Джант не проявит смелость, честь Сэчико будет посрамлена. А смерть — и вовсе напрасна.       — М-м… Ты точно хочешь пойти, Ив? — Вопрос сам собой соскочил с губ, когда Джант обхватил талию Ив.       — Я же сказала. Я вас не брошу. Я уверена.       Была бы ты так уверена насчёт собственной жизни, Ив…       Теперь уже вместе они стояли на безжизненном камне. От него веяло холодком — не приятным ветром, и даже не прохладой тьмы. Нет. Холодом могилы.       Спасибо Джанту за горящие волосы — темнота перед ним расступалась, словно боясь. Сам Джант, понимая силу своей души, вряд ли хотя бы вполовину соответствовал собственной мощи над тенью. Но хотелось верить, что он сможет собраться.       А пока — тьма впереди. Похожая на ночной туман или влажный пар, она стремилась усесться на плечи, словно дурной призрак, жаждущий окунуть в кошмар. Но Джант старался не вдумываться и тем более не отвечать на позывы тени. Он не ощущал себя сильнее. Скорее что-то внутри — как сказала Юн Ги, что-то инстинктивное — всячески сопротивлялось этой «иной» природе.       Наконец-то проход расширился. Джант, высокий и крупный, вырвался на свободу и глубоко вздохнул.       Он почему-то думал, что он закашляется от пыли. Или ощутит затхлость, грязь. Но нет. Воздух чист. Не тронут. Как и всё на этой идиотской планете, похожей на белый лист.       Своды, на самом деле, были не настолько велики, но и отнюдь не малы. Джант и Амон вмещались, и над головой оставалось место. Узкими их точно не назовёшь. В стенах виднелись крупные трещины. Возможно, туда бы поместилась рука.       — Странные… — вдруг отозвалась Юн Ги, издавшая первый звук в пещере.       Джант услышал громкий шорох. Обернувшись, он увидел Бич. Как он и думал: она настолько всмотрелась в пустоту, что неожиданность её испугала. Взгляд её метался так, что Джант просто побоялся комментировать ситуацию — за такое Бич и прибить может.       — Что странное? — спросил Джант, стараясь оставаться спокойным.       — Трещины, — произнесла Юн Ги, проводя по ним кончиком хвоста.       — А что в них? — прошептала Ив. — Думаешь, эти трещины не могли так образоваться?       — Нет, не в этом дело. Они просто… как будто дышат.       Джанту стало не по себе. Ужасно не по себе. Лишь спустя мгновение он заметил, как Ив с силой сжала его ладонь.       — Может… Может, всё-таки не стоит? — пролепетала Юн Ги.       — Да ну, брось! Это обычный воздух! — чрезмерно громко отозвалась Бич. — Мы же рядом с поверхностью, вот и задувает.       — Ты права, как всегда, — закивала Юн Ги. — Пойдём дальше, пока я сама себя ещё больше не испугала.       Как же на Юн Ги легко воздействовать. Что же, всяко лучше, чем всем вместе поддаться панике.       Они пошли вперёд медленно, идя следом, не отступая ни на шаг. Они как будто знали: нельзя отрываться друг от друга. Ни за что. Ив даже схватила Джанта за уголок рубашки. Сам же Джант держал наготове оружие — однозарядное гномье ружьё, стрелявшее огнём. Снаряды для него нужны не были: она отзывалась на колебания силы Джанта, преображая в разрывную волну.       Тишина. Только их шаги эхом отражались от стен, точно отсчитывая время, как часы. Джант пытался идти медленнее — не помогало. Он даже отчётливо слышал собственное дыхание. О какой скрытности тут может идти речь?       Он толком даже не знал, от кого прячется. Он даже не знал, чувствует что-то живое или нет. И неживое — тоже не знает. Не ощущалось ни взгляда, смотрящего в спину, ни странного шума, ни простого присутствия. Но при этом — что-то было не так. Или мерещилось?       Может, они просто не туда зашли? С чего они взяли, что эта пещера — нужная? С того, что так сказала Юн Ги? Она же ничего в пещерах не понимает. Может, зря они сюда пошли, может, надо уходить…       Нет. Джант не мог этого так оставить. Нужно идти дальше. Нужно отомстить. Нужно что-то сделать.       Интересно, так ли он отличался от Бич, если сам — упивался мыслью о мести? Но ведь эта мысль не мешает ему испытывать страх. И она справедлива. Джант верил.       — Стойте! Почему пол дрогнул?!       Вскрик Юн Ги пронёсся по прямому, словно ход в Пустоту, ходу, как неосторожно пущенная стрела. Ив врезалась в спину Джанта и застыла. Он почувствовал: она даже не дрожала. Замерла, как каменная. Сердце её, едва тёплое, набухло, будто губка.       — Ив, ты чего?..       Её глаза — округлились. Словно две стекляшки.       — Хей, ребята! — вновь воскликнула Юн Ги. — Не стойте! Что мне делать?!       — Н-не знаю… Может, ты на камушек наступила? — отшутилась Бич.       — Нет, нет… У меня хвост, я чувствую каждый… А это другое!       Она заметалась по сторонам. Похоже, она хвостом, словно спиралью, обвила пещеру, прощупывая её.       — Юн Ги, не паникуй, — изо всех сил старался оставаться спокойным Джант. — Что конкретно ты почувствовала? Откуда?       — Вот… Отсюда…       Она ткнула кончиком хвоста в одну из трещин в стене. Широкую трещину, достаточно широкую, наверное, даже для крупной собаки. У Джанта по спине пробежался холодок.       Медленно подойдя к трещине, Джант заглянул внутрь. Юн Ги заглянула следом.       Ничего. Беспроглядная тьма, как и раньше. Джант было спокойно выдохнул, но…       Движение. Он тоже ощутил. Джант вскинул оружие. Но движение не повторилось.       — Что-то есть?! Стреляй! — вскрикнула Бич.       — В смысле?! За каким хреном?! — возмутился Джант.       — Мы же сюда за этим и пришли! За тем, чтобы набить ублюдку жопу!       — Бич, трещина маловата для того большого чудовища… — пролепетала Юн Ги.       — Ты сама сказала, что в пещерах не смыслишь! Откуда тебе знать?..       — Бич Справедливости, — вдруг вмешался Амон, — мы пришли сюда за обладателем тени, которая нас сокрушила. Не за бессмысленными драками с камнями.       Слава Богине! Амон остановил этот поток брани. Конечно, не без возмущённого «Ах так!» со стороны Бич.       Но странно… Обычно Амон не повышал на Бич голоса. Никогда. Даже когда она вела себя, как полная дура. Объяснял ей свою точку зрения спокойно, убеждал, спорил без всякой злобы. А теперь…       Кажется, не один Джант потихоньку сходит с ума в этой пещере.       Понимая, что больше здесь искать нечего, они двинулись дальше. Похоже, пещера была не просто параллельна земле. Она под небольшим углом уходила под землю. С извращённой радостью Джант осознал, что если они достигнут определённой глубины, то вполне смогут наткнуться на чудовище. А как только они его найдут…       Однако вместе с Юн Ги он стал вечно озираться по сторонам. Теперь ему мерещились фигуры, сочащиеся отовсюду. Они виделись в трещинах, в далёкой тьме глубины, позади, где Джант не мог увидеть. В конце концов, на уголке собственного глаза — через боковое зрение.       И эта тишина. Джант наивно полагал, что с Черепаховой Академии он привык к беззвучию. Но в пещере — это беззвучие не отдавалось ничем. Ни магией, ни едва проникающими звуками. Ничем. Словно шар из ничего, заключивший их.       И чем дальше — тем явнее, тем заметнее становились признаки. Гуще тьма, беззвучнее тишина, осязаемее видения.       Джант почти сошёл с ума, как вдруг…       — Мне кажется, это чудовище распространило свою тень по этим проходам. Этим и объясняются все странности! — воскликнула Бич.       — О, точно-точно, Бич-чан права! — воскликнула Юн Ги, нервно хихикая. — Точно-точно-точно…       — Я ничего не смыслю в теории магии, — честно отозвался Джант. — Ив, что ты думаешь?.. Ив?       Он слышал только дыхание. Взволнованно обернувшись, он увидел, как Ив застыла, глядя на него в ужасе. Зверином. Она плотно прижала уши к голове, а хвост — к ногам. А глаза её округлились так, словно она увидела не тень чудовища, а его самого.       — Ив, очнись! Ив! — воскликнул Джант, теребя её за плечо.       Ив взметнула на него взор. Губы её были так плотно сжаты, что Джант видел кончик клыка. Рот Ив словно был зашит.       — Ив, прошу тебя, хоть что-нибудь скажи!       Она что-то промычала, пошатнувшись от его толчков. Слишком сильных — она вдруг потеряла равновесие, и Джант даже не успел её схватить.       Упав, она оказалась прямо над трещиной. Не очень крупной, но с острыми концами. Ив ободрало икру, и оттуда сочилась тонкая струйка крови. «Кап-кап», — громко ударились о камень капли.       Джант вышел из оцепенения. Какой же он идиот! Зачем он её в эту пещеру потащил, зачем сам потащился, зная, что она потащится за ним?! Один взгляд в её стеклянные, наполненные ужасом глаза — и Джант сразу должен был понять! Разве бесполезная месть абсолютно неизвестному существу стоит этого?       — Ив, прости! Извини, я такой идиот… Всё, мы уходим, я больше не буду тебя мучить. Давай, помогу тебе подняться…       — Джант, ты чего удумал?! — воскликнула вдруг Бич. — Решил на полпути всё бросить?!       — Бич, это была идиотская затея с самого начала! — наконец повысил голос Джант. — Мы идём не знаем куда, не знаем зачем! Мы даже не в курсе, возможно ли победить эту тварь! Мы наглухо долбанутые, если решили, что нам это по силам!       — Но ты же без задней мысли согласился. А теперь струсил, когда увидел? — подначила его та. — И не ори на меня…       — Ты сама всех в это вплела!       — О, так это я виновата? А не ты ли мстить собрался? Я, по-твоему, ничего не слышала?       — Я собирался пойти один, это ты за мной увязалась, и всех втянула! Тебе Иву не жалко? Посмотри на неё! Или она тебе больше не сестра?!       — Пожалуйста, ребята, прекратите… — пролепетала Юн Ги.       — Не смей на меня вину сваливать! — взвизгнула Бич. — Если ты — безответственный трус…       — В отличие от тебя, я не безумная сука, которая прикрывается геройствами, чтобы, видимо, удовлетворить свою кровожадность.       — Мне, между прочим, тоже страшно, мантикоров ты сын, — с укором процедила она. — Но я поборола свой страх…       — Что-то не видно.       — …поборола свой страх, чтобы защитить других. Наш корабль, все корабли.       — Ты что, не видела, чем это окончилось для «Симурана», «Феникса» и «Сфинкса»?       — Да если бы ты тогда не сбежал, как последний трус — кто ты, судя по всему, и есть, — то у нас были бы шансы прикончить эту тварь там, раз и навсегда. В крайнем случае, тень мы бы точно уничтожили.       — Да ты с ума сошла!..       — Наверное, мне стоит напомнить, что если бы не они, у нас бы и шанса сбежать…       — Если бы все корабли, объединились, этого бы не было…       — Если бы — это тупая оглядка в прошлое. А случилось то, что случилось! И не смей этого отрицать. Вместо того чтобы выучиться на чужих ошибках, ты вляпалась в дерьмо по самые уши и обмазала себя им.       — Ну всё, ты доигрался…       — Остановитесь, прошу! — воскликнула Юн Ги.       Тишина. Джант чувствовал только собственное пламя. Родной гнев. Теперь он какой-то мере понимал Бич, хоть ему и было противно это осознавать.       Тряска. Вновь. Джант обернулся по сторонам. Все обернулись за ним следом.       Вдруг он почуял. Предчувствие — мерзкое, тёмное, склизкое — охватило его с головой.       Ив. Она лежала молча, издавая лишь едва слышный скулёж. И уставилась на ногу.       Рука. С четырьмя острыми, тёмными пальцами. Вцепилась в икру, обхватив рану и утаскивая ногу в трещину.       — Ив! Ногу — в воду! — только и мог вскрикнуть Джант.       Вдруг Ив очнулась. Попыталась смахнуть руку — не вышло. Джант заметался на месте, не зная, что делать.       Видимо, только сообразив, что Джант просил, Ив обратила часть ноги в воду. Небольшую, но и того хватило, чтобы рука соскользнула и исчезла во тьме. Ив вскочила на ноги, хватая Джанта за рубашку.       — Нет… Нет, нет, не-е-ет… — заскулила она.       — Что это было?! — воскликнула Юн Ги.       — Всем стоять на месте! — вдруг вскрикнул Амон.       Джант застыл, укрывая Ив руками. Вот теперь движение ему не мерещилось. Оно там, впереди, и оно приближалось.       Амон вскинул щит. Прозрачная сетка магии окутала пространство. Амон встал в стойку, готовый обороняться.       Щит прогнулся под волной. Сама тьма вырвалась из глубин и накатила с такой силой, что Амона едва не снесло. Но он устоял, глядя опасности в лицо.       Взглянув следом, Джант обомлел. Он не мог описать эту волну словами. Она… будто состояла из маленьких существ. Бешеный рой, голодная стая. Они бросались на щит, словно то было последним, что они совершат в своей жизни.       А лица… Их лица — ужас, воплощённый. Искривлённые, словно чумные, они были темны и едва ли обладали чертами, хоть отчасти похожими на человеческие. Ростом по пояс, с изогнутыми в разные стороны руками и ногами, с искажёнными лицами, они вызывали и ужас, и отвращение, и… трепет. В голове всплывал больной образ — образ мертворождённых, сгнивших, напитанных тенью младенцев со сломанными конечностями.       Только от невинных их отличало одно — невероятный, бесконечный голод в пронзённых тьмой глазах.       — Джант! Стреляй! — воскликнул Амон.       Несмотря на зрелище, их щит оставался спокоен. Джант не мог даже представить, что сделало его таким закалённым. И представлять не хотел, по крайней мере, не до того момента, как выберется отсюда.       Джант выстрелил почти наугад. Кажется, огонь тварей испугал, и напор спал. Магия Амона развеялась, и теперь его щит принимал на себя удары небольших, но когтистых рук. Джант заряжал ружьё, а пока вперёд вырвалась Бич.       С наскока впрыгнув в битву, она мечами разрубила руки двум существам. Сталь прошла их насквозь, словно масло. Но не успел Джант возликовать — их берёт сталь! — как он ошеломлённо уставился на оторванные руки. Сами собой, пока хозяева продолжали напирать, они мерзко задёргались, словно выброшенная на берег рыба.       Джант не успел и придумать что-то, как почувствовал — мгновение пришло. Ружьё сделало новый выстрел, выпустив поток искр. Они вновь оттеснили волну, мчавшуюся на Амона. Существа, шипя будто всем естеством посторонились.       Присмотревшись, Джант увидел их обугленные лица. Но он не почуял запаха. Ни мяса, ни чего-либо. Их лица будто осыпались пеплом — и они исчезли в задних рядах.       — Они боятся огня! — воскликнул Джант. — Защитите меня!       Вперёд вырвалась Юн Ги. Обычно она в бою не участвовала (всё-таки по призванию она лекарь), но тренировалась в лонгских боевых искусствах, самообороны ради. И сейчас она выскочила, хвостом смахивая передний ряд врагов и впечатывая их в стену.       Пока ружьё перезаряжалось, Джант взглянул на Ив. Биться она не умела, но религиозной магией владела. Да и магия воды должна чем-то помочь. У Ив с фантазией никогда плохо не было — справится.       — Ив, слушай, есть какая-нибудь магия… Усиления? — осторожно спросил Джант. — Печать, или вроде того?       — Нет, — неожиданно осознанно ответила та. Её стеклянные глаза наполнились льдинками. — Точнее конкретной — нет. Но мы можем придумать что-нибудь.       — Хм…       Джант задумался. Вода и огонь… Конечно, эти твари боятся огня. Но, может, есть способ их перехитрить?       — Есть способ сделать так, чтобы огонь — или хотя бы жар — наполнил пещеру?       — Пар? — неожиданно предложила Ив.       Точно! Какая она умница!       — Наколдуй волну, а я выстрелю туда пламенем.       — Ясно.       Незамедлительно, Ив отступила. Джант почувствовал, как вокруг неё начала скапливаться энергия. Ив закрыла глаза, прислонившись к стене рукой, чтобы не упасть.       Обернувшись, Джант увидел, как Амон всеми силами сдерживал волну, отбивая одну атаку за другой. Выставив копьё, он ловил на него тварей, а щитом раскидывал других. Как настоящий пустынный хищник, он плавно двигался от цели к цели, отбрасывая их точно, инстинктивно, как настоящий гномий механизм, без ошибок и раздумий.       Помогая ему, Бич старалась не забегать вперёд, но делала удачные выпады. Вертясь, словно ураган, она изящно изрубала чудовищ. Джант только заметил, что мельчайшие кусочки их тела всё же не двигались и как-то мгновенно иссыхали. Оттого ли они боялись огня, что тот превращал их тела в мельчайшие частицы — в пепел?       — Рубите их, иначе они встанут! — вскрикнул Джант.       Похоже, Юн Ги оставалась не удел. Её хвост служил платформой для пируэтов Бич, но, к сожалению, любые лонгские техники болевых точек были бесполезны.       Спиной Джант почувствовал движение. Теперь — он понял — доверять своим предчувствиям необходимо.       Трещины. Они расширялись! Джант чертыхнулся. Твари заходят сзади!       — Юн Ги, назад! Они вылезают из трещин!       — Поняла! — звонко ответила та, прыгнув под боком.       Хвостом она выбивала тварей. Они раздвигали трещины, словно податливую ткань! Они вылезали из земли, точно из материнского лона, уродливые и испорченные, проклятые.       — Джант, где ты там?! — воскликнула Бич. — Не трусь, прошу! Не сейчас!       — Накапливаю удар! Когда прикажу — вы отступаете!       — Ясно! — ответили Бич и Амон хором.       Амон уже подрагивал. Волна, будто всё больше накатывавшая, рано или поздно собьёт его и поглотит. Но Джанту необходимо выстрелить точно, как он планировал, иначе пути отхода у них точно не будет.       Быстрее… Быстрее… Быстрее!       Волна. Вот-вот вырвется. Джант ощущал её приближение. Ещё чуть-чуть.       — Ив, волна! Все — отступаем!       Вырвалась. Окутала пещеру жадными языками пламени. Огонь — жаден, разъярён, голоден. Как вы, твари! Получите!       Но… Воды нет. Огонь рассеялся. Вновь рассеял поток тварей. Но не больше. Не. Больше.       Амон и Бич бросились врассыпную. Ослабив оборону, Амон столкнулся с волной. Она сожрала его мгновенно. Накрыла тьмой маленьких, мерзких, когтистых лап. Глаза выглянули лишь единожды. Никогда Джант не видел такой боли на лице Амона.       Бич вскрикнула. Развернувшись, она, ни секунды не думая, бросилась следом. Поймав руку Амона, она выронила мечи. Волна поглотила и её, отходя.       Нет… Нет-нет-нет! Почему?! Ив, ты…       Джант обернулся. Ив…       Руки утягивали её в трещину. А Ив стеклянными, безжизненными глазами смотрела на Джанта, не издавая ни звука.       Джант застыл, словно в камне. Доли мгновения утекали. Словно время замедлилось.       Он видел взгляд. Отчаяние. Ив, его маленькая Ив, разрываема грязными, чужими, голодными руками. Утягиваема в Пустоту.       — Джант…       — Ива!       Джант протянул руку. Ив потянулась к нему. Но поздно.       Трещина сомкнулась вокруг неё, обращая во тьму.       В мыслях затрещало пламя. Огонь разорвал душу на куски. Всё, что осталось — крик.

***

      Оглушительная тишина. Как под чарами Неизвестного — Джант отчётливо помнил. Во время экспериментов его нечем было больше успокоить.       Пусто. И мерзко. Это всё, что Джант помнил и знал. Остальное — как будто за стеной, толстой и глухой.       В такие моменты он просыпался от нарастающего звона в ушах. Хотелось ударить себя по голове, лишь бы не слышать. Джант скрипел зубами, больно и плотно сжимая челюсть. Но от этого не становилось лучше. Наоборот, пробуждение оказывалось почти невыносимым.       — Джант? Ты живой?..       Чей это голос? Звонкий, как лонгские колокольчики над дверью. Тонкий, словно лезвие ножа, проделывающего дыру в голове.       Какой-то далёкий, похожий на эхо, гомон. Джант попытался привстать, но тут же упал. На что-то мягкое. Он в постели?       Джант открыл глаза. И почти ослеп: собственный огненный свет врезался в мысли, разрубая на кусочки. Богиня, как же мерзко…       — Капитан! Капитан Экс-сан, он очнулся!..       Джант увидел совсем рядом лицо. Глаза с узким вертикальным зрачком. Юн Ги.       — Как я рада, Джант! Мне чудом удалось убежать с тобой…       Кажется, он вспомнил. Дыхание остановилось. Маленькие язычки пламени жгли уголки глаз.       Нет… Это ведь всего лишь сон, разве не так?       Не сон… Джант не верил спасительным иллюзиям.       Глухо замычав, он вновь опустился на постель, укрыв лицо рукой. Челюсть сжалась так, что, казалось, сейчас сломается.       Почему так холодно? Джант же должен был давно возгореться. Но нет — холодно, как в могиле. Не оставляйте его здесь…       — Капитан, пожалуйста!..       Топот ног. Джант уже никого не видел. Всё, что у него осталось — колючий жар в уголках глаз.       Не надо снова… Не повторяйте… Мысли схлопываются вокруг, словно клетка. Будто чужие, тёмные руки закрывают глаза, закрывают нос и рот, не давая говорить, не давая дышать.       Стало тихо, болезненно тихо, как далеко под землёй. Где не горит огонь. В беспамятстве, в глубокой, давящей яме, видения приходят одно за одним, заполняя безвыходную темноту вязким, назойливым страхом.       Ив тянется к нему. Но ему не хватает мгновения — всего-то одного мгновения, — чтобы схватить её руку. Она кричит ему, у неё стекленеют глаза… Больше они не светятся.       Её звезда затухает. Стремительно, время обрывается, как разорванная нить. И концы её беспомощно, безжизненно оседают в пустоте.       Джант держит их в руках. Это всё, что осталось. Порванные нити. Джант застонал, прижимая их к себе.       Ошмётки жизни. Всё, что у него осталось.       — Модера… Он что, плачет огнём? — донёсся знакомый голос.       — А это сейчас важно? — бросил другой. — Надо его утихомирить, пока он не спалил весь корабль.       — Не волнуйтесь, тренр, миррстил не горит, — раздался третий, звонкий. Владелица будто выдавливает из себя веселье, а на деле…       Голоса отвлекали. Как ребёнок, Джант лежал и вслушивался в то, что говорят взрослые. То было временем, когда он не понимал реальных бед. А сейчас — просто подчинялся старой привычке.       — Джант. Просыпайся. — Тяжёлая рука коснулась плеча. — Сейчас не время лежать. А для чего — время?.. Что вам нужно?       Джант повёл плечом, сбрасывая руку.       — Джант… Я не хочу тебе ничего приказывать. Но ты же должен понять…       Должен что? Должен кому? Тебе, горе-капитан, который не уследил за собственной командой?       — Я понимаю тебя, Джант. Мне приходилось терять дорогих мне людей. Ты не один.       Какое смешное представление. Джант бы встал, похлопал. Только обойдётесь.       — Джант, пожалуйста… Мы слишком многих потеряли, чтобы ты сейчас сдался.       А ради чего бороться? Ради кого? Тебя? Да пошёл ты…       — Да, они погибли, но есть те, кто не справится без твоей помощи…       А Джант разве нанимался в герои? Он здесь был только ради неё…       Ив… Её глаза такие тёмные. И пустые. Зияющая пустота.       — Джант, пойми, их больше не вернуть. Ты обязан смириться.       Конец. Терпение лопнуло.       — Да заткнись ты уже! — вскочил вдруг Джант, но пошатнулся, потеряв равновесие. Голова по-прежнему кружилась.       — Джант-кун, не надо… — пролепетала Юн Ги.       — Я потерял всех, кто у меня был… Что вам всем от меня надо?!       Глаза капитана смотрели на него… с сочувствием.       — Мне насрать, понимаешь ты меня или нет, — прохрипел Джант с отвращением. — Просто оставь меня в покое.       Выглядит, как нашкодивший пёс. Джанта только сильнее бесил этот взгляд: признаёт ведь, что виноват, но ничего с этим поделать не может. Не в его силах повернуть вспять смерть.       — Джант! — Вдруг капитан Экс посторонился, и рядом возникло знакомое лицо. С этим идиотским пятачком. — Если ты сейчас же не возьмёшь себя в руки…       — То что, тренер? Вы, наверное, не понимаете, что мне похрену, если вы со мной что-то делать собрались?       Победоносец застыл, возмущённо ловя воздух большими, звериными ноздрями. Джант безумно усмехнулся. Какой жалкий…       — Мне нечего терять. Хоть убейте меня. С радостью.       Пламя… Такое родное. Проснулось. Наконец-то.       Оно-то его и заберёт. Как из-за его молчания забрало маму, как из-за его неосторожности забрало Сэчико… и как из-за его глупости забрало Ив.       — Юн Ги, не могла бы ты?.. — обернулся к ней капитан.       Та, тяжело вздохнув, кивнула.       Её рука коснулась лба Джанта. Сам Джант даже пошевелиться не смог.       Огонь затух в пустоте.

***

      Время шло. То ли час, то ли день. То ли неделя. То ли пара минут. Джант не считал. И не чувствовал.       Он смотрел на кровавый закат. Эта далёкая красная звезда, она будто сожрала своих жертв и глумилась над ним. Бесило ли это Джанта? Да нет.       Его уже ничто не бесило. Не способно было.       Вот она — пустота. Настоящая. Всеобъемлющая. Джант начинал понимать, почему её так боялись.       В пустоте нельзя ни разрушить, ни создать. Не существует ничего. Ни материи, ни времени, ни чувств. Только он — один, Джант — в желании сделать хоть что-то, но не способный на это, лишённый всего, кроме одного. Крика.       Воспоминания остались для него светлым маяком в пустом, тёмном море. Кажется, сегодня, в этот жуткий шторм в уютном убежище собрались все. Мама рассказывала о тепле звёзд. Сэчико обнимала большими, гладкими руками. Ива улыбалась и смеялась, а глаза её — светились, как всегда.       Одного Джанта там нет. Там ему нет места. Только если он не бросится в тёмное, пустое море.       — Хей. Чего сидишь?       Удивлённый, Джант оглянулся. Никого. Он сидел на носу «Черепахи» совершенно один. Остальные, похожие на больше на призраков, силуэтами мелькали то в одном углу корабля, то в другом.       — Конечно, я знаю, что ты меня недолюбливаешь, но не настолько же!       Только тогда Джант понял. Голос — до боли знакомый голос — раздавался в его собственной голове. А на шее опасной, мощной, тёмной энергией отдавался кулон.       Сморгнув, Джант вдруг увидел: рядом, скрестив ноги и руки, точно сидя, парил над поверхностью корабля Неизвестный.       — Я что, совсем с ума сошёл?.. — пролепетал Джант под нос.       — А это ты уже сам думай. Может, наоборот, ты познал истины этого мира? Ты никогда не задумывался?       — Какую же ты чушь несёшь… Прямо как настоящий Неизвестный.       — А может, я настоящий Неизвестный? Может, я давно умер и преследую тебя, как призрак? Может…       — Не шути. Смерть — это не смешно, — выдавил Джант.       Если это и вправду его собственное воображение, то шутки у него — не самые приятные. Больше походили на издёвки.       — А ты чего взгрустнул? — Маска изобразила печаль.       Прямо как настоящий Неизвестный! Да что тут происходит?!       — У меня… умерли все, кого я любил. Ив… Я жил ради неё. Больше не для кого.       Джант уже не знал, жалуется он Неизвестному или себе самому, или кому-то ещё. Но от того, что он сказал, ему стало немного — на совсем малую толику — легче.       — Ох… Впервые слышу об этом, — удивлённо открыла рот маска.       — В каком смысле? — насторожился Джант.       — Ну, про твою маму, про Сэчико… Это я почувствовал. А вот Ива…       Джант застыл. Внутри зажглась маленькая, крохотная свечка. Свет надежды.       — О чём ты? — переспросил он.       — Я не почувствовал её смерть, — помотал головой Неизвестный. — Возможно, она и вовсе не мертва.       Джант подскочил на месте. Разве… Разве такое возможно? Ещё есть шанс?!       — Возможно?.. — опомнился он.       — Дело в том, что твоими глазами я пронаблюдал за этой планетой, и пришёл к выводу, что смерти здесь… что-то мешает, — говорил он неуверенно, задумчиво. — В каком-то смысле мы имеем дело с парадоксом. Вроде бы существа живут, но ни одно — вообще ни одно — до сих пор не умерло.       — То есть эта планета… и есть парадокс?       — О! Планета Парадокс! Название интересное, — улыбнулся Неизвестный. — Пойду запишу себе.       — Постой! — вскрикнул Джант.       Однако, протянув руку, он не ощутил прикосновения. Неизвестный исчез, растворился в воздухе зеленоватой дымкой. Джант остался на месте, смущённый и сконфуженный.       Но теперь — вновь живой.

***

      Джант не мог дождаться ночи. И поверить, что он вновь собирался поступить, как дурак. Но если он так поступает ради Ив, то любая глупость — простительна.       Он не был хорошим актёром, однако ему удалось убедить всех в собственной скорби. Он отказался от еды, провёл весь оставшийся вечер, наблюдая за закатом. Не отвечал на вопросы, боясь, что очередное слово выдаст его. Слишком хорошо команда его знала, слишком много возможностей ошибиться.       Трогать его никто не стал. Даже тренер, и тот молча отступился. Неужели обдурить всех оказалось настолько легко?.. Нет. Они ведь верят Джанту.       И верьте! Правильно. Ведь он приведёт обратно Ив. А вместе с ней они улетят с этой мантикоровой планеты Парадокс!       Джант наблюдал. Когда внутри корабля никого не оказалось, он понял: пора.       Спустился он медленно и тихо. Боялся хоть звук издать. Капитан явно не так глуп, и не мог не догадаться выставить караул. Джант был уверен: скорее всего после прошлой выходки его так просто не отпустят. Особенно учитывая, что у них под боком — пещера, полная чудовищ.       Но нет. Никого. По крайней мере, пока. Но если что — Джант заметит. Тепло тела он должен почувствовать.       Склад. Сколько еды Джанту хватит? Да разве он имеет право обделять всех после того, что устроил?       Ладно… Возьмёт по минимуму. Дня на три. Если что, сэкономит. Ив много не ест, на неё точно хватит. А воды? Наверняка даже в этом Богиней забытом месте найдётся ручей или река. Наберёт где-нибудь. Тем более чем быстрее найдёт Ив, тем скорее у него появится неограниченный запас воды.       Джант собрался было уходить, но взгляд его упал на энергетические клетки со зверьми. Хм… Не поедет же он на своих двоих. Баранец ему однозначно понадобится! К тому же ему не нужна еда: он наполовину растение, солнечного света и воды ему хватит.       Вытащив шар со Снежком, Джант сосредоточился и откупорил его. Баранец неуклюже упал ему на ноги, и Джант было хотел заткнуть Снежку рот, но тот оказался удивительно тихим. Казалось, он даже не вздохнул: просто посмотрел на Джанта печальным, растерянным взглядом.       Да, Джант — не Ив… Но вместе они её совсем скоро найдут. Обязательно, Снежок!       А найдут как? Неизвестный ни слова не сказал о том, где она. Всё-таки он умеет чувствовать только смерть… Но Джант всё равно был ему безмерно благодарен.       И надеялся, что Неизвестный всё-таки не был плодом его воображения.       Вдруг Джант вспомнил. Нудлз! Коловёртыши могут кого угодно найти по магическому следу. А Нудлз находил Ив не раз, и энергию её чуял мгновенно.       Раскупорив и его клетку, Джант тут же схватил Нудлза так, что тот и пошевелиться не смог. Но Нудлз был явно рад его видеть: его харизматичная маленькая мордашка будто улыбалась, а ручки — почти человеческие — тянулись потрогать лицо.       — Нудлз, тишь! — шикнул он, покрепче сжимая друга. — Сидеть, кому сказал?!       В этот раз — спасибо, Богиня! — Нудлз понял серьёзность положения. Либо просто испугался голоса Джанта. Прости, малыш, в следующий раз Джант даст тебе столько фруктов, сколько ты захочешь. Но сейчас надо молчать!       Закинув за спину рюкзак и подхватив зверьков под руки, Джант постарался как можно тише выйти назад, наружу. Снежок, благо, обмяк в его железной хватке. Нудлз же, хоть и ёрзал, звуков не издавал. Только дышал натужно. Нервничал, бедолага… Ну ничего, сколько тебя выпустят, не волнуйся.       Джант даже удивился, до чего же легко он собрался. А он — Джант был уверен — наверняка поднял достаточно шума, чтобы его заметили. Неужели капитан Экс всё-таки доверился ему и не стал выставлять охрану?       Ночь опустилась на степь звёздным куполом. Сияли звёзды и три брата-спутника даже ярче, чем в родном Зазеркалье. Конечно, в полной темноте всякая звезда кажется во сто крат ярче.       Выпустив Снежка, Джант отошёл. Вспышка — пыль бросилась в глаза, Джант прикрыл себя и Нудлза рукой.       Он всегда поражался, как из такого маленького, цветочного барашка Снежок превращался в гигантское чудовище. Теперь он вовсе не походил на малыша. Скорее на зверя — почти хищника, огромного и свирепого. Одним копытом он мог переломать кости даже орку. Вместо цветочных лепестков его крупное, массивное тело оплетали лианы. А в тёмных глазах не оставалось и следа доброты.       Забросив на Снежка сумку, Джант примерился. Он на самом деле сомневался, что на баранцах можно ездить. С другой стороны, Снежок, несмотря на размеры, зверь нежный, да и Джанту доверяет, не станет сбрасывать. Как шутила порой Ив, Снежок считал её матерью, а Джанта — отцом.       Уже было приготовившись, Джант услышал:       — Джант-кун… Ты куда?       И вздрогнул. Всё-таки капитан не дурак. Он идиот. Выставить на караул Юн Ги — это самое идиотское решение, которое он мог сделать.       С другой стороны, а кого ещё? Модераториев больше нет…       — Что ты тут делаешь?.. — удивлённо спросил Джант, оборачиваясь. Он по-прежнему держал Снежка за шерсть, не намереваясь от него отходить.       — Я… Ну, капитан Экс-сан спросил, кто хочет в караул, и я сказала, что могу, — неловко протараторила она. — Я… Я… Я не могла уснуть.       Мешки под её глазами были чёрными. Джант почти чувствовал её усталость. И понимал.       — Но почему ты меня не остановила? — удивился Джант.       — Ну… Я была не совсем права, думая, что не смогу уснуть, — хихикнула она.       Натужно. Что ж, у неё были силы хотя бы притворяться весёлой. Это хорошо.       — Видимо, у тебя и впрямь талант. Талант спать в самых неподходящих местах.       Джант усмехнулся. Она рассмеялась. Юн Ги никогда не обижалась, когда её называли ленивой. «Что правда, то правда», — говорит.       — А ты… ты что тут делаешь? — как бы невзначай спросила Юн Ги. Хвост её подрагивал. Джант с удивлением заметил, что тот протянулся вплоть до входа.       — Я… В общем… — замялся Джант.       Как так сказать, чтобы она не стала тотчас докладывать капитану Эксу? Чтобы она поверила…       — Юн Ги. Это очень серьёзно, — с напором произнёс Джант, кладя руку на плечо подруги. — Мне нужно уехать. Ненадолго.       — Куда? — наивно склонила голову Юн Ги.       — По делам, Юн Ги. По очень важным делам.       — Что за дела? — продолжала она, хлопая узкими глазами.       Джант задумался. Стоит говорить? Она же его сумасшедшим сочтёт…       Но ведь они друзья. Они — «Чудные на всю голову».       — Ив жива, Юн Ги. И я должен её найти.       Юн Ги ошеломлённо вздохнула. Глаза её наполнились надеждой. Юн Ги всегда было легко прочитать насквозь.       — Но Джант-кун… Ты же у нас один боевой модераторий остался. Как так? Ты нас оставишь?       — Но, Юн Ги, ты же понимаешь. Я должен. Ив…       — Понимаю! — важно кивнула Юн Ги. — Ива-чан всем нам дорога. И мне тоже…       Джант улыбнулся, видя, как смущённо Юн Ги опускает голову. Ведь ещё давно, в их студенчестве, именно Ив взяла Юн Ги в свою команду. Так и образовались «Чудные».       — Конечно, — похлопал её по плечу Джант. — Я обязательно найду её. Ты знаешь…       — Знаю! — улыбнулась Юн Ги. — И не сомневаюсь!       Джант убрал руку. Больше и говорить нечего.       Вдруг он с удивлением понял: ведь не он успокаивал Юн Ги. А Юн Ги — его.       — Присмотри за ними, — кивнул на корабль Джант. — Я постараюсь вернуться как можно быстрее.       — Обещаю! Я не дам их в обиду, — кивнула Юн Ги.       На этом Джант запрыгнул на Снежка. Какая неровная спина! Джанту и на лошадях-то почти не приходилось ездить, а уж на баранцах — и подавно. Крепко ухватившись за шерсть, Джант похлопал Снежка по шее, скрытой крупных кудряшках. Похоже, хватка Джанта не смущала Снежка.       Нудлз уселся на голову Снежку. Оборачиваясь, он вопросительно посмотрел на хозяина.       — Нудлз… Ты же помнишь магический след Ив? — Коловёртыш склонил голову. — Ищи.       Нудлз тут же повертелся на месте. Джант замер в ожидании.       Уставился. Вдаль. Нудлз смотрит вдаль. Значит, Ив и впрямь жива!       — Пока, Юн Ги! Береги себя! — обернулся к ней Джант.       — И ты себя, Джант! — помахала ему рукой она. — До встречи!       — До встречи!.. Вперёд, Снежок.       Копыта баранца сорвались с земли. Джант крепко схватился за шерсть, чувствуя, как строптивый ветер норовит сбросить его.       Но Джанта больше ничто не сбросит и не поставит на колени. Пока жива Ив, волю Джанта не сломить никому и ничему.
По желанию автора, комментировать могут только зарегистрированные пользователи.

© 2009-2020 Книга Фанфиков
support@ficbook.net
Способы оплаты