Порочный

Очутившись посреди школьного коридора, девушка постаралась как можно быстрее сосредоточиться и попасть в заветную комнату, чтоб не стать застигнутой врасплох, но не вышло - Драко уже был внутри и, не оборачиваясь, смотрел в единственное окно, которое располагалось на противоположной стене. Его волосы от лунного света казались еще ярче, а его сложенные на груди руки делали его образ холодным и неприступным.       Внезапно Гермиона почувствовала себя виноватой. Парень, которого презирали все вокруг, который признался в своих чувствах к ней - своему врагу в прошлом, а также почти только что лежащий в постели с температурой, выглядел отстраненно. А ведь совсем недавно с какой горячностью он уговаривал ее попробовать построить с ним отношения и терпеливо ждал ответа. Грейнджер вспомнила его счастливое лицо в тот день, когда она вернулась с каникул и сообщила о принятии решения. Внезапно ее мысли омрачились воспоминанием о том, каким бледным выглядело лицо сокурсника, когда она в порыве ярости рвала на ходу гнусную газетенку, направляясь к выходу из Большого зала. С тех пор они больше не виделись. А еще эта Паркинсон... Словно цепной пес, не подпускала Гермиону к нему... От переизбытка чувств девушка вздохнула несколько раз, словно перед прыжком в воду, и подошла ближе к Малфою, который все еще стоял к ней спиной. - Как ты себя чувствуешь? - запинаясь, выговорила девушка, касаясь его плеча вспотевшей ладонью. Блондин окинул ее ленивым взглядом, не предпринимая попыток улыбнуться или как-то подбодрить ее. - Я... в полном порядке. А что? Ты волновалась? - его вопрос был пропитан сарказмом, и Гермиона уловила этот тон, который он задавал их беседе, но обороняться она не собиралась. - Да, волновалась. Забини рассказал мне о твоем самочувствии, а Паркинсон по всей видимости передала тебе лекарство, которое я попросила у мадам Помфри... Глаза Драко широко раскрылись, а брови от удивления поползли вверх. Эта лживая змея по имени Пэнси очень уверенно утверждала, что никому, кроме нее, до него нет дела. А он-то успел поверить! Руки непроизвольно сжались в кулаки, а в сознании на секунду промелькнуло недоверие. Но спокойный и даже немного растерянный ответ Грейнджер заставил все сомнения улетучиться. Однако затаенная обида на нее все еще подтачивала нервы парня, и он не спешил схватить Гермиону в свои объятия для благодарности. - Что ж... Я был не в курсе. Но спасибо тебе. Так зачем ты хотела меня видеть в прошлый раз? - по-деловому спросил Малфой, разворачиваясь и пряча руки за спиной, все еще не разжимая кулаки. Она проследила за этим его жестом, но не стала делать никаких выводов. - Я хотела объяснить свое поведение в тот день... - в руках Гермионы не было газеты, однако она очень надеялась, что Малфой поймет, о чем речь. - В тот день, когда ты пулей выбежала из зала, когда прочла свежую прессу? - уточнил Малфой, явно издеваясь и где-то даже наслаждаясь ее замешательством. - Хочешь рассказать, что стало тому причиной? Так не стоило утруждаться. Я тоже умею читать. Тебя поразило, что о наших с тобой отношениях теперь известно всей Англии. - Вот именно! Я была просто в шоке... и... - И почему же? - Что значит "почему"? Я не люблю, когда вмешиваются в мою личную жизнь, поэтому была в ярости, когда прочла заметку. - Журналисты могут писать многое, но не все может соответствовать действительности. Про мою семью пишут еженедельно, выдумывая все новые и новые подробности, но я уже научился абстрагироваться. Тебе советую научиться тому же самому. - спокойно прокомментировал Драко и снова обернулся к окну. Гермиона на мгновение вспомнила про Гарри. Зная, как ему досталось от Риты Скитер, - и по сей день он всегда был под прицелом камер, но его упорное нежелание давать интервью уже давно все воспринимали спокойно. Он не обязан был никому ничего объяснять, но раздражение, которое он испытывал при назойливом внимании, не раз отравляло ему существование. Но если сейчас Поттер вновь стал героем, то Драко не мог прочесть о себе ничего хорошего ни раньше, ни в будущем - это было очевидно. Но его связь с той самой Гермионой Грейнджер - подобная новость действительно могла подействовать на окружающих неоднозначно. Гермиона подошла к парню и прильнула к его спине, боязно укладывая ладони ему на плечи и ожидая его реакции со страхом. Эти ласки, к которым она не могла привыкнуть, и откровенность - были настолько чарующими и необыкновенными для обоих, что Драко на мгновение прикрыл глаза, чтоб справиться с нахлынувшей дрожью. - Я не хочу, чтоб ты неправильно все понял. Поэтому хочу объяснить. Дело не в том... - Не в том, что о нас теперь знают остальные? А в чем тогда? - терпение Малфоя лопнуло, и он резко обернулся, разрывая объятия. - В том, что Рита Скитер вновь перешла границы дозволенного. - Ого, а ты теперь диктуешь ей оставаться в рамках? - поинтересовался Драко, возмущаясь. - В каком-то смысле... да, - улыбнулась Гермиона, и Драко, словно сдувшись, впал в ступор. - Я не совсем понимаю, о чем ты... - медленно произнес Малфой. С этой невероятной девчонкой можно было ожидать всего, чего угодно. Таинственно улыбаясь, девушка уселась напротив парня и начала свой короткий рассказ: - Несколько лет назад, когда Рита Скитер начала досаждать мне и Гарри, - Драко скривился от упоминания о святоше-Поттере, но сдержался от комментариев, - я приняла меры в отношении нее. И мне удалось закрыть ей рот. Гермиона немного самодовольно взглянула на Драко, который выглядел пораженным. - И как же тебе удалось? - Мне пришлось прибегнуть к... концепции... шантажа. На секунду Гермиона зажмурилась, но потом сконфуженно взглянула на человека, который всегда ее презирал за ее "положительность". Малфой выглядел довольным, хоть и не мог до конца поверить в услышанное. К его приятному удивлению Грейнджер оказывалась куда сложнее, многограннее и не правильнее, чем он думал. Но для него это казалось еще более притягательной чертой, чем ее фальшивый чопорный образ.       Присматриваясь к девушке оценивающим взглядом, он заметил, как на секунду в глазах у них обоих промелькнуло радостное предвкушение, и оба победно улыбнулись друг другу. - Так-так, всезнайка, чем же таким ты смогла зацепить эту везде сующую свой нос стерву? - приблизился к Гермионе Драко и облокотился локтем о стену над ее головой. - Я выяснила, что она - анимаг, к тому же эта букашка не была зарегистрирована в соответствующем списке и официально не считалась таковой. Именно так ей и удавалось пролезать во все щели и слышать об всем, что говорят нужные ей люди. - Она становится насекомым? - Мухой... Радостно выдохнув, Малфой даже издал смешок, прикрывая рот рукой. Ее глаза светились от долгожданного объяснения. - Да, это было сильно... И теперь эта тварь начала строчить о тебе снова? - спокойно поинтересовался Малфой. - В общем-то да. Я выяснила это по ее слогу. Хотя у заметки был другой автор. Вот что меня расстроило в тот день. Как по команде они оба перестали улыбаться. Малфой снова отвернулся к окну, и на сей раз она встала рядом с ним, также задумчиво вглядываясь вдаль. - Это не то, о чем ты подумал. Я осознала это уже у себя в комнате. Тебе было обидно. Ты мог навыдумывать себе, что я... Теперь настала очередь Малфоя успокоить девушку, приобняв ее сзади за талию. Уткнувшись носом ей в шею, он глубоко вдохнул, осознавая, как сильно ее не хватало ему. Все его беспокойство показалось такой блажью, а девушка рядом - настолько нереальной, что он сжал ее крепче и прижался губами к ее волосам, выдохнул: - Я уж было решил, что ты стыдишься меня... Сердце Гермионы забилось чаще и защемило от мгновенно пронзившей его боли. А его болезнь полностью выразила его чувства за эти несколько дней, которые он пережил глубоко в себе. Признаться в подобном было неловко, но Малфой давно понял, что когда он был честен с Грейнджер, то всегда все благополучно решалось. Это было лучшим вариантом развития их с ней отношений. Обернувшись к Драко, Гермиона встретилась с его благодарным взглядом. Больше не сдерживаясь, она сама прижалась к его губам, а он с готовностью сразу откликнулся на ее порыв, и жаркий поцелуй затянул их обоих в свой водоворот.