Неудачный эксперимент

      – Неделю назад из головного офиса в Солони во Франции поступил сигнал, оповещавший о взломе системы безопасности. Просмотрев программу, я убедился, что взлом был действительно грубым, будто нашу систему вскрыли как консервную банку. Это было странно, ведь система была практически неуязвимой, я сам участвовал в её разработке, и если кто-то додумался, как её взломать, то я уверен, что он мог бы сделать это и аккуратнее, нет же, он разрушил эту малышку до основания... Жаль... Однако они смогли привлечь наше внимание. Лаборатория в Солони – одно из самых защищённых мест не то что в стране, на Земле. Там хранились наши новейшие разработки. Дорога туда занимает десять часов, мы добрались за шесть. Понимаешь, насколько секретные там разработки? Когда мы прибыли, то было уже поздно. Вся охрана была убита, как и все служащие. Почти все, кроме одной. Мы обнаружили главного биолога, запершейся в одном из подсобных помещений, она осталась жива, просто потому что её не искали, они просто убили всех, кто попался им на пути. Хуже всего, что я даже не знаю, кто это – "они". Не осталось ни следов, ни видео с камер наблюдения... Они оставили только один "подарок" – мини-взрывное устройство, которое сработало, когда до него дотронулись. К сожалению, это сделала девчонка, которая была меньше всего защищена. У меня был костюм, у Стива – щит, у её брата – возможность супер-быстро свалить, у неё же было любопытство. Никто даже не увидел того момента, когда Ванда решила, что это – улика, которая может быть полезна, и взяла её.       Тони Старк замолчал и, сложив руки на груди, посмотрел мне в глаза. Я молчала, пытаясь обдумать услышанное:       – Если она находилась в эпицентре взрыва, то её просто разорвало на кусочки, тут я буду не в силах вам помочь, я не умею оживлять разорванные на куски трупы.       Тони скептически хмыкнул и продолжил:       – Нет, её брат, хоть и с опозданием, но сумел среагировать, унеся Ванду как можно дальше, но и тех секунд промедления хватило. Дело в том, что бомба была необычной. Не знаю, что с ней было не так, мы не смогли понять, хотя Иветт – наш специалист из Франции, и является мастером своего дела, но время играет против нас. Организм Ванды не исцеляется, впав в некий стазис, для поиска причины и нахождения лекарства нужны недели, у нас же нет и суток. Мы ждали долго, но больше надеяться нет смысла. Нам поможет лишь чудо, а единственное чудо в нашем распоряжении сейчас – это ты. Уж не обессудь, но если ты не захочешь поехать со мной по доброй воле, то я тебя заставлю, – он кивнул куда-то мне за спину, я инстинктивно обернулась и увидела, что в коридоре стояли два человека, видимо выполнявших роль охраны, ну или транспортировки, это уже зависело от моего ответа. Один из них показался мне знакомым. В нём я узнала нашего нового охранника, с которым разговаривала сегодня в кабинете. Вот же предатель...       – И что, теперь, когда вам нужно будет кого-то подлечить, вы будете вторгаться в мою жизнь? Я на это не подписывалась, повторюсь, я – не герой, и вам я ничем не обязана. Зачем мне идти с вами?       – Ты должна Пьетро, он спас тебе жизнь, – процедил Тони Старк сквозь зубы, поглядывая в сторону охранников.       – И я уже отдала этот долг сполна, когда спасла его. Жизнь за жизнь, – в попытке избежать тяжелого взгляда собеседника я встала и подошла к окну, глядя на оживлённую улицу. В голове сталкивалось огромное количество мыслей, мне нужно было многое обдумать, прежде чем давать ответ. С одной стороны, я – не бездушная машина, и мне жалко бедную девушку. С другой – я не знаю, насколько сильны её повреждения, смогу ли я вообще помочь. Ну и как неприятный бонус: я засветилась в Заковии, мне нужно сидеть как можно тише, пока я не буду уверена, что меня не ищут, а поездка к целой команде Мстителей не упрощает эту задачу.       – И ты просто так позволишь ей умереть? Серьёзно? Я думал, что в тебе больше сострадания? Или в Гидре тебе его удалили за ненадобностью? Девушка, которая спасает обычных людей, сейчас нуждается в помощи. Так неужели ты откажешь?       При упоминании Гидры я невольно вздрогнула, затем посмотрела на своего собеседника, пытаясь заглянуть за маску плейбоя-прожигателя жизни, которую он, кажется, снимал крайне редко.       – Мистер Старк, вы пытаетесь надавить на жалость? – я вопросительно приподняла бровь. Тони не ответил, закатив глаза, – Запомните, что это – не самая лучшая идея. Однажды моя жалость может закончиться, а вот ваши герои продолжат подставляться и получать смертельные ранения. В следующий раз придумайте речь получше, – я поднялась с кресла и направилась к двери, у самого выхода остановилась и обернулась к Железному Человеку, который всё ещё продолжать сидеть ко мне спиной, – Вам особое приглашение нужно? Или мне придётся добираться до вашей башни пешком?

***

      Через каких-то двадцать минут мы уже стояли в лифте и ехали вниз под землю. Я нервно постукивала ногой по полу – нелюбовь к закрытым маленьким помещениям, так и не вылившаяся в полноценную клаустрофобию, давала о себе знать. Мне казалось, что лифт спускается целую вечность, поэтому, когда раздался звонок, оповестивший нас о прибытии, то я вылетела так быстро, что чуть не врезалась в ещё не открытые двери. Нижний этаж встретил меня высокими белыми стенами и потолками, множеством коридоров и лабораторий, везде ходили люди во врачебных халатах, откуда-то доносилось мерное стучание, где-то пищали приборы.       – Шевелись, давай, тебя не на прогулку вывели, – раздаётся над ухом громкий голос, от неожиданности моё тело непроизвольно дёргается, и мои конвоиры смеются, затем один из них хватает меня за локоть и тащит в Лабораторию С. Ноги слушаются плохо, последние испытания закончились не так давно, организм не успел восстановиться, поэтому сегодня не должна быть моя очередь. Я уже выучила всю последовательность. Меня забирали каждый четвёртый день, сразу после Люси и Дерека. Но недавно Люси не вернулась, а новеньких не приводили. Это означало лишь одно – очередь сдвигается.       Я зажмурилась, отгоняя от себя непрошеные воспоминания, в конце концов, эти лаборатории не были похожи на сырые и плохоосвещённые подвалы Гидры. Врачи, встречавшиеся нам по дороге, здоровались с Тони и автоматически кивали мне. С кем-то из них Старк перекидывался парой фраз. Не понимаю, как он их узнаёт. Медицинские маски закрывали почти всё лицо, оставляя открытыми лишь глаза. Засмотревшись на одну из вывесок на стене, я не заметила, как столкнулась с кем-то из персонала.       – Ты?       – Что? – мне показалось, что я услышала знакомый голос, по спине пробежали мурашки.       – Что?! – непонимающе переспросил Тони Старк, глядя на меня.       – Вы что-то говорили?       – Нет, тебе показалось, здесь слишком шумно, пойдём быстрее, нас уже ждут.       Тони ускорил шаг, сворачивая влево. Я попыталась подстроиться под него, но выходило плохо, к концу нашего импровизированного забега я была готова сесть и больше не вставать, каждая мышца на ногах вопила, что мне давно пора бы обновить свой абонемент в спортзал.       Распахнулась ещё одна дверь, и мы вошли в просторную круглую комнату, в середине которой стояла больничная койка, вокруг сновали люди, а рядом с койкой, на стуле, сидел человек. Присмотревшись, я с трудом узнала в этой сгорбившейся фигуре Пьетро, каким запомнила его в Заковии. Сейчас на парне лица не было, он сжимал руку сестры и что-то бормотал себе под нос. При мысли, что я так долго решала, идти ли сюда, чтобы помочь, боясь за собственную безопасность, мне стало стыдно, и я отвела глаза, переключаясь на Старка. Тони в этот момент уже разговаривал с высокой светловолосой женщиной лет тридцати, по её халату было видно, что она – доктор.       – Мисс Кросс,– наконец, окликнул меня Тони, подзывая, – познакомьтесь, это – Иветт, я рассказывал о ней. Она лучше всех присутствующих разбирается здесь в том, что произошло. Все свои вопросы можешь задать ей, потом, как будешь готова, дай знать.       Я кивнула:       – У меня просьба. В помещении никого не должно быть, о моём приезде не должны знать посторонние, считайте, что меня здесь никогда не было. И, пожалуйста, никаких вопросов.       Тони Старк кивнул и отошёл, оставив нас с доктором наедине. Она смерила меня скептическим взглядом, в котором так и читалось непонимание того, кто я такая и чем могу помочь. Я решила сама начать беседу:       – Здравствуйте, если честно, не знаю, что у вас спросить, я не разбираюсь в биологии, в генной инженерии, поэтому буду рада, если вы, как можно проще, обрисуете ситуацию. Что происходит с Вандой?       После моих слов улыбка Иветт погасла окончательно:       – Не понимаю, зачем мистер Старк вас позвал, если вы ни в чём не разбираетесь.       – Я тоже не очень понимаю, но я здесь, поэтому расскажите мне, что знаете.       Иветт кратко пересказала мне то, что я и так уже знала от Тони, весь её монолог сводился к тому, что раньше они с таким не сталкивались, мне же с каждым её словом становилось всё хуже, потому как я сталкивалась. Реакция облучённого непонятными частицами организма, расщепление молекул, постоянная перестройка клеток – всё это было мне знакомо, более того, я прошла через это, прежде чем стала Телепортом. Потихоньку стало приходить осознание произошедшего, и это мне не нравилось. Слишком много случайностей происходило вокруг меня в последнее время, так много, что они начали складываться в картину, правда, пока не хватало какой-то завершающей детали, чтобы я смогла её увидеть полностью. От волнения намокли ладони, которые я попыталась незаметно вытереть об штаны. Увидев это, Иветт презрительно скривила губы. Но мне было до лампочки её мнение сейчас. Хотелось побыстрее всё закончить и уехать, поэтому я кивнула Старку, выражая свою готовность. Люди, как по команде, стали покидать лабораторию. Я подошла к Пьетро и встала сзади, аккуратно положив ему руку на плечо. Он резко повернул голову и внимательно осмотрел меня с головы до ног. Под этим изучающим холодным взглядом стало неуютно, я убрала руку с его плеча.       – Зачем ты пришла?       Я нахмурилась, не понимая, чем вызвано его недовольство.       – Очевидно, чтобы помочь.       – Ты чётко дала понять, чтобы тебя не трогали, – он тихо усмехнулся каким-то своим мыслям, – ты ведь не герой. Так зачем пришла? – он повернулся, поднял голову и посмотрел мне в глаза. Будто действительно не понимал.       – Я – не герой, но и не бездушная машина.