Люблю Рыжих

Техен сейчас сидит, смотрит на пейзаж через открытое окно и курит. Просто, чисто, ради пафоса. Курит и смотрит на проплывающие мимо облака. В последние дни погода была не слишком благоприятной. Дожди, да грозы, холод и сырость. Зато эта неделя выдалась отличной. Ну, как это сказать. Не считая того, что плечи обгорели, даже несмотря на крем от загара, и не считая того, что новые джинсы и великое множество рубашек отправились в стиральную машину, то вполне себе замечательно. Яркие искры окрасили небо в оранжево-розовое поле чудес и Техена одолело желание сфоткать эту прелесть и выложить в Твиттер. Он затушил сигарету о пепельницу и взял с гладкого стола телефон, подходя к окну и фокусируя камеру. — Техен-а, привет! Телефон выскальзывает из похолодевших пальцев и с грохотом на пол, а Ким, как ошпаренный, отскакивает от окна откуда на него глядел черноволосый парниша. -Огосподиизыдидьявольскоеотро-дьесукаблячонгукхватитржатькакбудторожаешь. — на одном дыхание сказал мантру Тэ, замерев с испуганным выражением на лице. Нет, вроде, ему не привиделось, что Чонгук взобрался на его окно на втором этаже, хрен знает каким образом, и теперь сидел в позе лягушки и смеялся, соскакивая с него и откуда-то снизу доставая два огромных пакета. Не считая того, что сейчас восемь часов вечера. Если он пришел, то Техен точно пропустит «спокойной ночи, малыши». — Знаешь что? — говорит Чонгук, гаденько лыбясь. — Че? — принимает нормальное выражение лица Техен, недопонимающе глядя на брюнета. — Хуй через плечо! — ржёт Чонгук. — Вообщем, объясняю для непонятливых. Сегодня почти середина июля и поэтому я решил устроить Ночь Кино. — теперь коварно лыбится. — Да. Хорошо. Только делай эту Ночь Кино в другом месте. — Не могу. — И почему же? — крысится Техен. — Потому что Хосок со своей подружкой. — на этой фразе Чон показывает пальцами ковычки и скептически смотрит на всепонимающего парня, который, мягко говоря, в душе не ебал, что тут происходит. — Чимин занят подготовкой к следующему году. Шуга-хен послал меня в баню, правда, я ему говорил, что помылся сегодня. Ох, какой он непонятливый! А… — Все! Не продолжай. — делает жест руками Тэ, предельно все поняв. — Ну, так что… Пустишь? — Я так понимаю, ты меня все равно, даже в Аду, достанешь. — Ага. — улыбается Чонгук. Техен издает мученический вздох и отходит в сторонку, чтобы тот поставил свои пакеты, как потом оказалось, набитые едой и кассетами. — Ты точно будешь это смотреть? — часто моргая, говорит Ким, смотря, то на кассету, то на Чонгука. — Да. Я его уже сейчас дважды буду смотреть, так что мне не сложно. — Это ужастик… — Да пофиг. Не беспокойся, я живу этими ужастиками. — Чонгук принимает позу, начиная махать руками будто боксер. — Ладно, понятно. — бормочет Техен, вставляя кассету в проектор. Фильм начался, а Чон уже приготовился, ставя банку с попкорном между ног. Заставка с определенным звуком, представляя компанию этого шедевра. Начало. Пролог. Через несколько секунд. — Ебануться можно! Техен, вырубай шарманку! — орет Чонгук. Вывод: слишком эмоционален. — Ну мамочка я обосрался… — играло на экране. — Какой грустный фильм! — хнычет Чонгук. Слишком много думает о прекрасном. — И вот так на свет появляется новая жизнь. — говорилось по телеэкрану. — Я родился. — маленький жираф. — Как это прекрасно! — всплакнул Чонгук, пуская слезу. Когда стукнуло двенадцать Ким даже не заметил этого. Печка расстопленна и дома тепло, но они почему-то все равно вдоем под одним пледом. — О, Господи! Нет, Анжелин, не ходи туда! — хрипит Чон, прикрывая рот рукой, чтобы не выплюнуть весь попкорн. Техен неосознанно, со всей силы, прикладывает руку ко лбу и тоже говорит, о, боги. И конечно, когда на середине фильма Чонгук дёргается от страшного лица, которое выпрыгнуло из шкафа, попкорн, который между ног, падает на пол, а рука Техена приземлятся не на попкорн, а нечто другое. — Ой. — говорит Тэ, отдергивая руку и пялясь на Чонгука. — Простите. Молчание. Вот так и просидели весь фильм, а потом Техен мужественно взял савок и метелку и начал также мужественно подметать рассыпанный попкорн. В конце концов, просмотры длительных сеансов делают свое дело. Поэтому Техен показательно зевает, расстилая постель и матрасс. — Ты будешь спать здесь. — Нет. — смешно захныкал Гук. — Да. — раздражённо посмотрел на него Техен. — Ну, пожалуйста. — Нет. — настаивал на своем Ким. — Какая же ты вредина! — показывает язык Чонгук, убегая и забирая с собой пакет с едой. Вообщем, пока Техен бегал за парнем со словами «стоять, скотина!», он все-таки еле успел почистить зубы и заставить Гука больше не использовать его щётку для своих корыстных целей. А потом, вроде, Чонгук неопределенно кивнул и лег на постеленный матрасс, даже закрыв глаза, и пожелав Тэтэ спокойной ночи, но как только был погашен свет Техен, даже заснуть не успел, как услышал шорохи. — Где ты? — прохрипело чудовище, которое вылезло из-под кровати. Оно было настолько жуткое, взлохмоченное и страшное, что Техен не то, чтобы кирпичей в штаны наложил, у него запор случился от переизбытка чувств. И кажется, даже его мамка вздрогнула, но слава богам не проснулась, от душераздирающего крика и ора. Конечно, как она не проснулась мы не знаем. Может быть у нее были бируши или наушники на всякие случаи жизни… — Тэ, мать твою, ты что орёшь? Дурак что ли? Это я. Чон Чонгук. — просипело чудовище, зажимая своей солёной ладошкой рот. — Фу, бля! — он обтирает руку о пижамные штаны. — Ким Техен, ты с ума сошел? — Пиздец, Господи… Какого хуя? — непонимающе смотрел Техен на Чонгука. — Это я у тебя спрашивать должен. — прохрипел он, приглаживая взлохмоченную челку. — Двигайся, иначе сброшу тебя с кровати и стану Царем горы. — Кровати. — вежливо поправил Техен, подминая под себя брюнета. — Э, нет. — отталкивает его Чонгук, теперь оказываясь сверху. — Э, да. — дразнит Техен, обнимая с боку. Вообщем, в неудобной позе они таки и отрубились, перед этим ещё и поддравшись за единственную в своем роде подушку. Или просто Чонгуку было лень идти за своей. На утро у обоих болела спина и шея от неудобной позы, но Техен как зажравшийся кот, а Чонгук счастлив как обычно, что просто пиздец. Видимо, это заразно. Конечно, Тэ не вспомнил о чем думал в тот один час ночи, но все равно, тот щекочущий запах сливок с миксовой жвачкой лег на сердце чем-то лёгким и теплым. И Тэхен так и не понял откуда это хорошее настроение на золотом блюдечке в жаркий день, когда лишаешься влаги на сорок девять процентов, да ещё и утром, вообщем, не понятно.