По договору с Дьяволом

      Очередной летний денек. Ничего необычного: невыносимая жара, солнце прожигает лучами, а тени почти нет. Виллоу с друзьями уже давно на улице в поисках прохладного места. Магазины, центры были исследованы на наличие кондиционера, но делать там тоже нечего. Компания уже была за городом. Больше деревьев, но и в их тени жарко ужасно. Бен ушел давно еще дальше — искал место, где могло быть хоть чуточку прохладнее. Он прибежал счастливый.       — Там есть место, где и весело, и холодно, — вскрикнул он.       — И что это за место? — спросила Урсула, подруга Виллоу.       — Какой-то заброшенный дом. Ну, как дом. Особняк.       — Серьезно? — обрадовался Джейк. — Чего ж мы тогда стоим? Веди!       Девушки встали из-под дерева неохотно, парни же были очень довольны. Приведя всех на нужное место, Бен подошел к двери особняка.       — Знаете, в фильмах это хорошим не заканчивается, — посмеялась Виллоу.       — Ой, да брось! Мы еще пока реальной жизнью живем, — отозвались парни.       — А я согласна, — сказала Урсула. — Ничего хорошего из этого не выйдет…       — Если боитесь, оставайтесь тут, на пекле, — усмехнулся Джейк. — Пошли, Бен. Оставим тут этих трусишек.       — Кто сказал, что мы трусишки?! — вскрикнули девушки в один голос и пошли за ребятами следом.       Особняк был очень старым, это было понятно по сохранившемуся каким-то образом интерьеру. Пыль была, но не в таком количестве, в каком должна была быть при такой заброшенности. Виллоу провела пальцами по поверхности стола и посмотрела на них. Пыльные, очень даже, но все же и дома иногда было хуже. Парни бегали из одной комнаты в другую, поднимая еще больше пыли, особенно из ковров на полах. Урсула кашляла. Аллергия на пыль давала о себе знать.       — Эй, хватит! — вскрикнула Виллоу. — Уже плохо от вашей беготни!       Бен остановился, а Джейк пробежал дальше. Вдруг он закричал. Все двинулись в его сторону и увидели, что он смотрит на какую-то дверь.       — Я открыть попробовал, — сказал парень. — А оно вон как.       Джейк протянул руку всем на обозрение. Ручкой двери он оцарапал руку так, что кожа лопнула. Текла кровь. У Урсулы был с собой платок, и она замотала рану. Бен смотрел на дверь с неподдельным интересом.       — Войдем? — спросил он.       — К черту! — вскрикнула Урсула. — Нечего там делать. Кто знает, что внутри…       — Трусиха! — посмеялся Джейк.       — Как хотите, я домой, — обиделась девушка и вышла из особняка. В запыленное и грязное окно было видно, как она идет по дороге.       — Виллоу, ну ты же не боишься? — спросили парни.       — Ну…       — Да ладно тебе! Что там такого может быть?       — Ладно, посмотрим.       Бен попытался открыть дверь, но она не поддалась. Тогда девушка решила, что попробует открыть сама. Ребята посмеялись над ней, но рано они сомневаться начали. Только Виллоу подошла к двери и коснулась ручки, дверь сама открылась с громким и противным скрипом. За ней был абсолютный мрак, ничего не было видно. Совсем ничего.       — Ну что, идем? — спросил Джейк.       — И что там делать? Потоптаться? Не видно ни черта, — проговорила Виллоу.       — Это потому, что здесь слишком ярко. Когда глаза к темноте привыкнут, все нормально будет, — сказал Бен.       — И кто первый?       — Давайте на камень-ножницы-бумага.       — Хорошо.       Досчитав до трех, все «выкинули» тот или иной предмет. Джейк — камень, Виллоу и Бен — ножницы. Теперь последним пришлось выбрать, кто первый. Девушка «выкинула» бумагу, парень снова ножницы.       — Ну что, Виллоу, ты первая. Мы за тобой.       — Ага.       Девушка приоткрыла дверь посильнее, но так ничего и не увидела за ней. Ей казалось, что даже такого черного она не видела никогда. Сделав пару шагов внутрь и не почувствовав опасности, ей стало легче. Вдруг дверь закрылась с громким хлопком. Виллоу рванула к двери и стала дергать за ручку. Она слышала смех.       — Эй, придурки! Откройте!       — Не ори! — смеялся Джейк громко. — Мы за Урсулой сходим и вернемся. Поизучай пока.       — Откройте, пожалуйста. Здесь слишком темно…       — Не бойся, мы скоро.       Смеясь, парни отбежали к входной двери и ушли. Девушке было реально страшно. Темнота была повсюду, ни одного лучика света. Она решила, что стоять на месте невозможно, нужно пройти хоть пару шагов. Идти она старалась только прямо, чтобы не потерять дверь, в которую вошла. Из звуков не было ничего, хотя во всем остальном доме хотя бы скрипели доски на полу. Девушка думала, что идет либо по очень мягкому ковру, либо по воздуху, и тут второй вариант не так уж странен. Виллоу шла минуты две, и вдруг ей показалось, что она увидела огонек. Два огонька. Ближе подойти она не решилась. Огоньки были на уровне двух метров. Ниже этих через несколько секунд стало появляться еще больше. Около тридцати двух, если Виллоу правильно посчитала. Они сложились в улыбку. Зубы острые, верхние огоньки, что наверняка были глазами, слегка сузились. Девушка думала, что это уже бред от слишком сильной темноты. Сильно зажмурив глаза, она открыла их снова, но ничего не поменялось. Огоньки были на расстоянии метров пяти от нее. Вдруг так называемые зубы еще больше заострились и разошлись на нижний и верхний ряд, верхние же огоньки глаз расширились. Виллоу поняла, что свет огней становится ближе. Не желая проверять, глюк это или нет, она рванула в сторону двери. За спиной слышался мрачный смех. Добежав до двери, девушка судорожно открыла ее, но вопрос о том, как она открылась, не задала себе. Она случайно споткнулась о бордюр, отделяющий эту комнату от огромного светлого зала, и упала на живот. Не успев даже что-то понять, Виллоу почувствовала, что ее схватили за ноги. Через тонкие джинсы ощущались длинные пальцы с когтями. Девушку тащили обратно в темноту, дверь постепенно закрывалась. Виллоу кричала и отчаянно пыталась выбраться. Собрав всю свою волю и силу, она подтянула ноги и резко отставила их назад, как бы ударив того, кто их держал. Хватка ослабла, и девушка вылетела из комнаты до того, как дверь закрылась. Сев на пол, Виллоу еле дышала. От страха воздуха почти не было вокруг. Ее друзья вернулись в ту же минуту.       — О, Виллоу, ты вышла? — удивился Джейк. — Как? Мы же стул поставили под ручку…       — Что вы сделали?! — кричала Урсула. — Совсем охренели?! Виллоу, ты как?       Девушка сидела на полу. Она была бледная, капельки холодного пота текли по лицу, зеленые глаза помутнели, отдавая болотным оттенком. Вставать она не собиралась.       — Там точно что-то есть, — сказала она еле слышным шепотом. Голос ее дрожал. — Оно чуть не убило меня.       — О чем ты? — спросила рядом севшая подруга.       — Там… Демон, дьявол, монстр. Неважно, как называть. Нечто ужасное.       — Вот как от темноты мозг вышибает! — сказал Бен.       — Вы, дебилы! Зачем вы вообще ее там закрыли?       — Ну…       Они продолжали о чем-то говорить, а Виллоу посмотрела чуть влево от двери, за которой таилось само зло. За шторами были щепки и кусочки дерева. Это и был тот стул, который парни подставили под ручку. Точнее то, что от него осталось…       

***

      Не поверив бредням Виллоу, Джейк решил войти в темную комнату сам. Хорошо обыскав весь дом, он нашел топор и начал бить лезвием по двери. Трещина постепенно разрасталась, отваливались сначала крошечные щепки, затем Бен отламывал уже досточки. Когда они проломали довольно немалую дыру, шурупы в петлях стали раскручиваться. Дверь упала в сторону темной комнаты. Светлее в ней не стало. Джейк зашел с топором внутрь, прошелся немного, но ничего не нашел.       — Виллоу, нет здесь ничего, — сказал он, посмеиваясь и выходя. — Тебе из-за темноты показалось, больная фантазия.       — Хочешь верь, хочешь нет, но все было в точности так, как я рассказала. Если хотите — идите внутрь, а я пошла отсюда…       Вдруг из комнаты подул обжигающе холодный ветер. Огоньки, что видела девушка, теперь видели все. Джейк сжал топор крепче, Бен стоял рядом с ним с открытым ртом, а Урсула стала еще бледнее Виллоу. Ветер стих, и из комнаты что-то начало выходить. Нечто было такое же черное, как и комната внутри. Глаза горели, зубы заострялись, превращаясь в невероятные треугольники. Ростом монстр был метра два, может, выше. Снова мрачный смех. Джейк был далеко не трусом. Он попытался ударить топором монстра, но тот перехватил лезвие пальцами. Нечто без особого труда вырвало орудие из рук парня и отбросило подальше. Он отошел к девушкам, Бен к ним же. Смех немного стих.       — Что вы, детки? — прозвучал низкий голос, отдающий дичайшим эхом. — Поиграем?       Урсула закричала, парни взяли девушек под руки и рванули к ближайшему окну, но оно не открывалось. Виллоу осматривала монстра, пока Джейк и Бен пытались ему как-то противостоять с помощью подручных предметов. Нечто было похоже на силуэт женщины: длиннющие черные волосы, метающиеся в воздухе, как нити дыма; изящные тонкие руки с длинными ногтями; черное платье, неотделимое от черного тела; туфли на каблуках. Уронив на парней шкаф, нечто пошло в сторону Виллоу и Урсулы. Первая увидела недалеко лежащий топор и смекнула, что можно хотя бы попытаться ударить монстра. Она быстро подбежала к орудию и, взяв его в руки, ударила по монстру. Топор застрял в животе. Джейк с Беном еле вылезли из-под шкафа, взяли за руки Урсулу и поволокли через дверь наружу. Виллоу отходила к ним, смотря, как топор поглощается силуэтом и возвращается к нему в руку. Девушка была у входной двери, как вдруг услышала голос сквозь смех.       — Если ты уйдешь, твоим друзьям конец.       Как поступить? Не верить не получается, рисковать нельзя, но если она останется, то где подтверждение того, что ее друзья останутся в живых?       — Мне нужны гарантии… — сказала Виллоу робко.       — Гарантии? — снова мрачный смех. — Что ж, будут тебе гарантии.       Монстр пошел на девушку, которая уже вжималась в дверь (она не открывалась). Подойдя к ней вплотную, он стал что-то чертить ногтем на лице. Сказать, что Виллоу было страшно, значит ничего не сказать. От страха не хватало воздуха, кружилась голова. Через мгновение монстр поцеловал девушку в лоб. Он сразу же отошел. Виллоу стала отмечать изменения в неизвестном существе. Оно уменьшалось, стало сантиметров на двадцать выше девушки, при этом было на высоком каблуке. Чернота отходила, освобождая из своей пучины… Девушку, молодую женщину. Она была безумно красива по меркам Виллоу. Длинные белокурые волосы, мраморно-белая кожа, сиреневые глаза, под одним из которых была родинка, темные брови и длинные ресницы, красивое платье алого цвета в пол в стиле викторианской эпохи. Она была как кукла.       — Вот твои гарантии, Виллоу, — хихикнула девушка. Теперь ее смех был милым, хотя голос был не высоким и с ноткой стервозности.       — Кто ты?       — Аделаида. Сокращать можешь как угодно. Я хозяйка этого особняка, он когда-то принадлежал моей семье.       — Когда-то? Семье?       — Ну да. Это было поместье, принадлежавшее моему отцу, ну, а позже доставшееся мне. Хм… Давно это было. Посчитаешь сама. В 1855 я родилась. Тогда родители и приобрели особняк.       — Когда?..       — Будто это тебя больше всего пугает, — снова хихиканье. — Детка, я все о тебе знаю. Ты меня больше огня боишься, — она кончиком ногтя дотронулась до носа Виллоу.       — По-моему, это логично.       — Не спорю, еще как логично. Но необязательно.       — И почему?       — У нас с тобой договор.       — Какой еще договор?       — Я на твоем лобике вывела договор. Теперь мы с тобой связаны, детка.       — Зачем это все?       — Теперь я смогу выходить в мир людей. Твоих родных и друзей я не трону, можешь не переживать. Но спасибо за источник пищи.       — Ага…       — Не расстраивайся, ты тоже получаешь некоторое преимущество над другими.       — И какое?       — Я вся к твоим услугам, — она сделала реверанс. — Что захочешь, то и сделаю.       — Тогда отпусти меня и расторгни контракт. А еще останься в той комнате и не выходи из нее.       — Не торопись, родная. Тебе только кажется, что все так легко. Все зависит от меня. Я тоже могу не выполнять то, что мне заведомо невыгодно. Так что это не работает так, как ты думаешь. Это было бы слишком просто, да и нечестно, не правда ли?       — Относительно.       — А ты посмелела, а?       — Смотреть на бывшую аристократку, которая говорит как моя современница, нестрашно.       — Но я в любой момент могу снова принять прежний облик, — ее рука стала медленно чернеть от самых кончиков пальцев до локтя.       — Не надо! — вскрикнула Виллоу и взяла девушку за руку. Чернота сразу ушла.       — Все равно боишься. Правильно, лучше побояться лишний раз, чтобы ощутить на себе всю опасность не пришлось. Что ж, располагайся, детка. Можешь осмотреть дом, а еще лучше было бы, если бы ты прибралась.       — Не слишком ли…       — Я требовательна. Знаю. Но ты уж прости. Я была графиней в свое время, так что это у меня в крови.       — Как ты вообще стала… Такой?       — Тенью? Думаю из-за того, что грешна была, пока жила. Когда умерла, моя душа или то, что было вместо нее, приросло к особняку.       — А сколько тебе было лет, когда ты умерла?       — Двадцать четыре года. Многие мои современницы выглядели в таком возрасте на тридцать пять, а мне говорили, что я выгляжу моложе. Вот сколько ты бы мне дала?       — Лет девятнадцать.       — Вот, о том и речь. Что ж, на тебе сегодня уборка поместья. Не переживай, ты будешь не одна. В этом доме живет еще целая куча таких же тварей, как я. Их можешь совсем не бояться. В отличие от меня, они безобидны.       — Почему тогда ты так агрессивна?       — Вся жизнь особняка держится на моей жизни. Жива я — стоит дом. Если я умру, то умрут и все те, кто живет тут по моему разрешению.       — И ты питаешься людьми?       — Да. Но пожираю я плоть только в том случае, если душа человека грязна. В таком случае она не представляет ценности, а значит, не утолит голод.       — И чем же тебе помогаю я?       — Благодаря тебе, я смогу выходить в город. Дело не во внешности, человеческий облик я могу поддерживать и без твоего участия. Просто пока у тебя со мной договор, у меня не сорвет крышу, и я не умру от перенасыщения, когда начну потрошить всех подряд.       — Ясно.       — Вот и умничка, — Аделаида погладила Виллоу по голове. — Иди и прибери дом. Найди Святошу, он тебе поможет. Опроси других, они подскажут, где он. Я буду в своей комнате.       — Это в той, в которой…       — Да. Именно. Теперь там нет темноты, не переживай.       Светловолосая прошла в комнату. Дверь была на своем месте, и дыры от топора в ней уже не было. Виллоу осмотрелась по сторонам.       — Что за денек… — подумала она. — Значит, теперь я буду жить здесь? Ну привет, новый дом.       …Или тюрьма?