Глава 19. Ожидание
3 августа 2019 г., 06:00
— Как же она меня бесит! — кричал Рик, пиная очередной камень. — Да что она о себе возомнила?! Пешка в руках Дьявола, а ведет себя как королева!
— Прекрати кричать, — спокойно сказал Остин. — С этим ничего не поделаешь. Возможно, нам даже не придется ждать нужного времени. Она слишком слаба, чтобы протянуть в человеческом виде долго. Она убьет Виллоу, просто потому что контракт ее приведет. Вы сейчас заляжете на дно, а я буду дальше заниматься своей работой.
— Как думаете, — начал испуганно Найджел. — А она действительно может попросить хозяина убить нас?
— Да это стерва и не такое может, — сказал злобно старший. — Нашлась спасительница. Что теперь? За то, что она нас вытащила из горящего котла, мы должны быть ей обязаны? Да к черту ее, и девчонку к черту! Давайте просто прикончим эту Виллоу, и дело с концом.
— Нет, — твердо и резко сказал младший. — Дьявол четко сказал: две недели после предупреждения. Прошел час от силы. Еще много времени. Мы избавимся от них обеих.
— Как ты это себе представляешь? — спросил средний, удивленно смотря на брата. — Ладно, с девчонкой понятно, а с графиней? Эта-то тоже мертва.
— Ее душа еще на Земле. Мы сотрем ее. Потеряет человеческий облик — станет неуправляемой. Мы будем добывать ей людей, и она загнется от перенасыщения.
— Идея хорошая, — горько улыбнулся Рик. — Но что хозяин? Он не позволит своей девочке исчезнуть.
— Это вряд ли. Тень станет настолько жадной, что не принесет ни души Дьяволу, и она ему будет не нужна. Он наймет себе нового подручного.
— Тебя? — спросили старшие братья.
— Будем рассчитывать на это. Тогда я и про вас не забуду, ребята. Нужно только подождать. Что такое две недели по сравнению с теми годами непроглядной тьмы и работы? Ничего. Мы подождем, братья. И мы дождемся.
***
Аделаиде становилось хуже с каждой минутой. Она чахла на глазах Эмилии, пока Святоша следил за Виллоу. Служанка всеми силами пыталась облегчить страдания своей госпожи, но не могла, и это ее безумно раздражало. — Эми… — Да, госпожа? — Святоша прав. — О чем вы? — Нужно домой. — В особняк? — Да. — Я только за, но… Вдруг вы не выдержите переезд? Что тогда? — Поверь, Эми. Я выдержу все, пока она дышит. Он проследит за этим, а нам с тобой нужно вернуться. — Вы сможете подняться? — Не уверена. — Я вам помогу. Но как вы предлагаете передвигаться? — На машине долго, да и любая кочка не поспособствует выздоровлению. Стать тенью я не могу, еще больше сил потеряю. Полетим, Эми. — Слушаюсь, госпожа. Брюнетка отошла от кровати светловолосой. Комната была достаточно просторной, чтобы расставить руки, но недостаточно большой, чтобы расправить огромные кожистые крылья. Рога задевали люстру, но это были временные трудности. Эмилия распахнула окно и взяла на руки Аделаиду. Она казалась ей легче обычного. Прыгнув на подоконник, девушка задержалась. — Вы уверены, госпожа, — начала она. — Что в особняке будет лучше? — Да. — А вы не хотите увидеть ее? — Нет. Тогда я не захочу улететь. Демон выпала из окна с девушкой на руках и тут же стала подниматься выше. Бедная соседка, что сидела внизу на лавке, заметно постарела, глаза потускнели, а волосы побелели. Еще бы. Не каждый день можно увидеть, как из окна выпадает девушка-демон с другой девушкой, похожей на мертвую, на руках. Святоша был на балконе квартиры Виллоу. Она только шла с кухни и, заметив его, уронила пачку печенья. Быстро подбежав к балкону в домашней майке и шортах, она ошарашено посмотрела на него. — Ты что здесь делаешь? — спросила она шепотом. — У тебя дома никого нет, почему так тихо? — Да потому что нормальные люди идут через дверь! А, люди, да… Ты, конечно, проходи. Маркус зашел в кровати и сел на диван в гостиной. Взгляд его был сфокусирован только на шатенке, что ее немного беспокоило. — Почему пришел? — спросила она, открыв пачку печенья и сев напротив в кресло. — Я должен тебе кое-что рассказать. — Это связано с Аделаидой? — Да. — Говори. — Она… Скорее всего, она умирает. Виллоу перестала шелестеть полиэтиленом и посмотрела на мужчину подозрительно. — Что значит умирает? — Ее человеческая оболочка отмирает, Виллоу. — Почему? — она отложила вкусность на стол, взгляд ее стал грустным. — Потому что… — раздался стук в дверь. — Родители пришли? — Нет, друг. Сейчас я открою, попозже договорим. Пока Виллоу побежала открывать дверь, Святоша подумал об Аделаиде и ищейках, как вдруг почуял знакомый отвратный запах. Вместе с шатенкой в гостиную прошел Остин. Маркус бросил на него самый враждебный свой взгляд, но парень этого будто не заметил. — Что-то не так? — спросила Виллоу, заметив изменения на лице мужчины. — Пожалуй, даже лучше, что он здесь, — произнес Святоша. — Что это значит? — Понимаешь ли, Виллоу. Этот парнишка не тот, за кого себя выдает. Девчонка обернулась на сидевшего в кресле Остина, но тот так же непонимающе смотрел на Маркуса. — О чем ты говоришь? — Этот малый — один из трех ищеек Дьявола. Остин Крайтон. Он сегодня со своими братьями пришел к Аделаиде, чтобы донести предупреждение. — Что вы такое говорите? — недоумевал парень. — Виллоу, кто это? — Маркус, прекрати, — злобно сказала шатенка. — Не приплетай его сюда, ты не должен врать. — Я и не вру, — повышал голос мужчина. — Знаешь, какое предупреждение он выдвинул? Дьявол хочет твоей смерти, и Аделаида в течение двух недель должна убить тебя, либо этим займутся ищейки! — Я, конечно, все понимаю, — вздохнула Виллоу. — Но это низко с твоей стороны. Остин здесь ни при чем. — Да он даже не удивляется всему, что я говорю! — Потому что… Потому что он видел, кто Аделаида на самом деле. И он обещал никому об этом не говорить. И знаешь, тебе, наверное, лучше уйти. — Виллоу, ты в большой опасности рядом с ним. За ним по пятам ходит Тьма. — За тобой вроде как Свет должен идти. Но я этого совсем не вижу. Уходи. И да, передай Аделаиде, что я желаю ей выздоровления. Прошу, — она открыла входную дверь и указала мужчине. — Я понимаю, что тебе сложно во все это поверить, — вздохнул Святоша. — Просто будь осторожнее. И не сближайся с этим парнем. Маркус вышел из квартиры, и Виллоу закрыла дверь. Она посмотрела на Остина, и тот все еще был обескуражен услышанным. — Кто это такой? — Друг Аделаиды, но он из светлых. Хотя, его ложь мне совсем непонятна. — Спасибо, что доверяешь. — Не за что. — Как думаешь, зачем ему врать? — Вообще не представляю. — Но при этом ты все равно веришь мне. Почему? — Не знаю. Просто верю. Если бы ты был одним из Тьмы, уже бы убил меня. — Возможно, не знаю. — Ладно, ты посиди тут, я быстро переоденусь и пойдем на улицу. — Ага. Виллоу пошла в свою комнату и закрылась. Остин проводил ее взглядом и улыбнулся. — У нас все получится. — Ты уверен? — спросили братья. — Она такая доверчивая, так что проблем не возникнет. Если дьяволица откажется убивать ее, я с удовольствием ее помучаю сам. — Ты сам там не привяжешься к ней? — недоверчиво спросил Рик. — Нет. Я не буду таким глупым, как графиня. В этой девчонке ничего нет, что бы можно было оценить по достоинству. Все, дверь открывается, я продолжаю, а вы не возникайте. Шатенка вышла из комнаты в джинсах и футболке. Она поманила Остина к двери, и они вышли из квартиры. Сентябрь был очень теплым, даже жарким. Девушка с парнем пошли в парк, к сломанному мосту через реку — там было прохладно. Виллоу кидала в воду плоские камни, Остин просто смотрел на нее. — А о чем вы вообще говорили с этим светлым? — Он сказал мне, что Аделаида умирает. Ну, теряет человеческую оболочку. — Серьезно? И что это значит? — Если это произойдет, то она станет просто тенью, которая будет убивать и пожирать все, что видит. Она меня предупреждала об этом когда-то, но я и подумать не могла, что такое может произойти. — Ты за нее переживаешь? — На самом деле — да. Я очень переживаю за нее. — Почему? Она же, считай, поработила тебя. — Ты не поймешь, наверное. Я тебе не говорила, в каких мы отношениях. В общем, мы как бы об этом не договаривались, но мы… Встречаемся? По крайней мере, что-то в этом роде. — Ого. А кто был инициатором? — У дьяволицы нет чувств, так что я первая призналась, что… Что неравнодушна к ней. — Так ты ее любишь? — Да. — Значит, она не врала… — сказал он тихо. — Что? — Не думал, что у вас все может быть так серьезно. — Это да. Тоже никогда бы не подумала. Я же вообще с девушками никогда, а тут… — А с парнями ты не встречалась? — Нет, хотя всегда представляла себя в традиционных отношениях. — Ясно. — А у тебя были девушки? — Ну, было несколько, но все они оказывались пустышками. Пожалуй, единственная, с кем я смог поговорить среди женского пола, это с тобой. — Понятно, — шатенка улыбнулась и, отложив заготовленный камень, легла на спину и стала смотреть на чистое небо. Остин сделал то же самое. — Может, — начала Виллоу. — Святоша спутал тебя с кем-то, к то действительно меня ищет? Тогда бы это все объяснило. — Боишься? — Немного. За месяц я пережила столько, что уже ко всему отношусь спокойнее. Может, даже слишком спокойно. — Это наоборот хорошо. Ты хотя бы не истеришь при первой же возможности. — Ха, возможно. — А темные, по-твоему, убивают зря? — Я так не думаю, я в этом просто уверена. Мне даже кажется, что Роуз погибла из-за меня. Вдруг это тоже предупреждение о том, что меня везде можно найти? Через любого знакомого подкрасться? Это удручает. — Да уж. У тебя мысли, конечно, позитивом не наполнены. — Какой уж там позитив, когда тебя пытается грохнуть каждый второй. Просто… Я не хочу бояться жить. Я хочу как все: не думать о том, что за поворотом кто-то ждет тебя; не думать, что твоя любимая мертва и умирает снова; не думать, что в опасности даже те, кто к тебе не относится. Неужели так много мне нужно? — Немного, — ответил Остин. — Но тебе не просто так дано все это. Я же говорил, что ты особенная, а у каждого особенного человека столько неприятностей. Ух! Но ведь рядом всегда есть те, кто готов помочь и разделить боль, правда? Виллоу повернула голову в сторону парня. Он все так же смотрел на небо, и шатенка вспомнила, как лежала рядом с Аделаидой звездной ночью у озера. А ведь все начиналось так же. Может, это тоже неспроста? Но отрываться от светловолосой не хотелось, поэтому Виллоу выбросила из головы навязчивую идею. — Ты ведь продолжаешь об этом думать? — О чем? — Об этом. Пока шатенка пыталась понять, в чем дело, брюнет уже успел нависнуть над ней. — Остин, ты чего? — спросила она смущенно. — Ничего. Это же нормально. — Что ты называешь нормальным? — Влечение парня к девушке. — Ты… — Да. Парень наклонялся все ниже и ниже, но Виллоу не сопротивлялась. Она зажмурила глаза, готовая поддаться. Но в течение нескольких секунд ничего так и не произошло. Шатенка приоткрыла один глаз и получила вместо поцелуя щелбан по лбу. Парень вернулся в прежнее положение, громко смеясь. — И что это было? — спросила девушка, садясь на траву и краснея. — Шутка, конечно же, — продолжал смеяться Остин. — Ну и шутник ты! — вскрикнула Виллоу и снова взяла в руки камень, чтобы кинуть его в воду. Только она это сделала, как парень сел рядом с ней на траву. — Обиделась? — Да нет, не на что обижаться. Просто не делай так больше. Не притворяйся, что хочешь что-то сделать. — Хорошо, не буду. Шатенка продолжила кидать камни в воду, но уже все подряд, все сильнее и сильнее размахиваясь. Вскоре она встала и стала кидать их уже изо всех сил. — Зачем ты так напрягаешься? — Да так. Много что раздражает, вот я и снимаю раздражение, — сказала она и кинула очередной камень. — Что, например, тебя раздражает? — Например? Что ж, пойдем по списку. Меня раздражает, что я не могу порой выйти на улицу поздно вечером, потому что боюсь, только не насильников или убийц, а теней и монстров. Меня раздражает, что Аделаида ставит себя намного выше меня. Меня иногда раздражает ее опека. А еще меня иногда раздражает, что мы вообще с ней знакомы! Она из-за своей злости даже на минуту забыла, что сломана рука, и кинула камень ею. Славно, что сломано было не плечо, хотя мышцам такое напряжение все равно не понравилось. Остин подошел к ней. — Не закипай, все пройдет. Может, это к лучшему, что она умирает? Если она тебя так тяготит, зачем тогда она тебе нужна? Ты можешь начать новую жизнь или продолжить ту, которой жила до того, как встретила ее. — Я думала об этом. — И что надумала? — Что я ее никогда не брошу, даже если сильно захочется. Она строит из себя сильную и непокорную, а сама как котенок может ластиться. Знаешь, я ведь ходила к ней, а она не пустила меня. Я не знаю, почему ей плохо, но мне кажется, что это из-за меня. — Ты нагружаешь себя ненужными мыслями. Хочешь, я дам тебе другую мысль, которая покроет все твои нынешние? — Попробуй. Остин повернулся к Виллоу лицом и этим заставил ее повернуть в свою сторону голову. Только она это сделала, как он поцеловал ее. На касание губ она обратила внимание, еще какое, но на то, что они были ледяными — нет. Шатенка широко распахнула глаза и через секунду зажмурилась. Парень оказался прав: это перебило все, что было в голове у девушки. Когда он отошел от нее на шаг, то стал изучать ее лицо, которое становилось все краснее. — Я же просила не притворяться, — начала она робко. — А я разве притворялся? — он улыбнулся. — Ты говорил, что это шутка. — В каждой шутке есть доля правды. Виллоу, забудь о том, что для тебя создает только проблемы. Вокруг столько тех, кто готов тебя только радовать. Подумай об этом. Он развернулся и пошел прочь от воды. Шатенка не пошла за ним. Она все еще переваривала то, что случилось, переваривала слова парня. Может, ей так и поступить? Забыть о Дьяволе, его помощнице, забыть о монстрах и страхе? Мешает лишь контракт. «Можно ли его разорвать? — думала она. И нужно ли?..» Оставив пищу для размышлений, она тоже пошла вон из парка. Как оказалось, Остин спрятался возле детской зоны, правда был он там уже не один. Рик курил сигарету за сигаретой, а Найджел пугал детей и голубей. — Значит, все сработает? — спросил старший брат, смотря вслед девушке. — Сработает. Все сработает, и мы победим. — Ох, Богу и Дьяволу не понравится, что мы творим, — усмехался средний. — Плевать на них. Мы должны помнить только о предупреждении. Она уже сомневается, значит, за две недели она забудет об этой твари-графине. Тогда говорить «спасибо» за спасение уже не нужно будет никому. — Да, — улыбнулся довольно Рик. — Это замечательная новость. — Кстати, зачем куришь? — Отравляю атмосферу. Тоже плохо, тем более рядом с детьми. Да я бы с удовольствием в этом дыму задохнулся, чем сидеть и ждать. Вроде почти сто лет прошло, как мы погибли, а они вообще с этими четырнадцатью днями не идут в сравнение. — Я каждую секунду считаю, — подтвердил Найджел. — Ну нет сил ждать! — Это единственное, что мы можем. — Ты-то с девчонкой можешь развлечься, — посмеялся старший. — А мы должны только смотреть на тебя. — И что толку с ней развлекаться? Удовольствия никакого не получишь. — Не скажи. Ты просто не знаешь, что это за чувство, когда под тобой лежит уже готовая девушка, или когда она же на тебе скачет. — Избавь меня от подробностей. — Я же просвещаю тебя, братец! — За слово «просвещать» тебя бы стереть уже надо. — Ой, ну не отмазывайся от разговора. Ты пойми, что это дело — дело двух. Ты, может, и не почувствуешь, но она-то почувствуешь. Знаешь, как здорово смотреть, как она распаляется и просит большего? Не знаешь. Но шанс узнать еще есть. А как она будет кричать? — Слушай, Рик. Я помню, как у нас дома чуть ли не каждый вечер орали девушки. Как будто я в марте на улицу полную кошек вышел. И вообще: зачем надо было постоянно разных таскать? — Ты же понимаешь, что я не только для себя их водил? — А, вы два потаскуна, ясно. — Да ты бы и сам от такого не отказался, — смеялся Найджел. — Просто тебе тогда сколько было? Одиннадцать? Мы же не могли тебе позволить тогда. А потом, когда маман померла, ты пошел совсем не по тому пути, что мы. Да и правильно сделал, наверное. Впрочем, какая разница? Мы все здесь, братья Крайтон в сборе, и мы так близки к господству. — Вот сейчас ты как никогда прав, братец, — сказал Рик, Остин подтвердил улыбкой и кивком головы.***
Эмилия с Аделаидой добрались до особняка. Когда все жители узнали, что хозяйка рискует остаться в оболочке тени, они разделились на два лагеря: довольных и раздосадованных. Например, Мира была просто счастлива, а Джеффри очень волновался и пытался помочь Эмилии. Когда служанка уложила госпожу на ее мягкую кровать, той стало легче. Брюнетка оголила место ранения светловолосой и ужасно поразилась: из раны не шел черный дым, из нее текла черная жидкость, как кровь. — Госпожа, я боюсь, что это невозможно исправить. Позвольте же зашить. — Нет. Не трогай ничего. — Но вы рискуете… — Это неважно. За эти две недели я не потеряю контроль. А дальше будем смотреть по ситуации. В комнату ворвалась красавица-утопленница и два скелета. Все трое горячо спорили. — Вот и ты, мразь! — смеялась Мира. — Что, умираешь? Второй раз? Какая ирония! — Замолчи, бестия! — кричал Джеффри, и они с Роном все пытались вывести ее из комнаты. — Эми, забери-ка моих сторонников. Я хочу поговорить с ней наедине. Демон встала и выпроводила скелетов, вышла вслед за ними. Мира встала напротив Аделаиды и смотрела на нее сверху вниз. — Что, милая? — начала светловолосая, улыбаясь. — Радуешься? — Ты убила мою любовь. — А любовь убила тебя, да? Вот и меня убивает. — О чем ты? — Виллоу выстрелила в меня, Мира. — Серьезно? — брюнетка смягчалась. — Неужели ты ТАК нагрешила? — Похоже на то. — Почему ты тогда вернулась? Вдруг она захочет тебя увидеть и узнает, что ты уехала без нее? — Думаешь, она так подумает? — Конечно. Ты ведь, считай, бросила ее. Хотя… Она умная девочка, все поймет. — Спасибо. — Не благодари, дьяволица. Это не меняет того, что из-за тебя я здесь. Брюнетка вышла из комнаты, оставив графиню одну. Она легла поудобнее и, вздохнув, стала думать о шатенке. Не прошло и нескольких минут, как рана стала жутко ныть. Сжав зубы, Аделаида все терпела. А боль пришла именно тогда, когда Остин поцеловал Виллоу. Но у светловолосой было так мало сил, что она даже не могла пробиться к мыслям девчонки. Если бы она узнала, что к чему, то вскочила бы и с этой раной помчалась убивать братьев Крайтон. Теперь же оставалось только ждать срока.***
Шатенка пришла домой и тут же прошла к зеркалу. Что она пыталась там разглядеть, одной ей известно, но отойдя, она стала чуть ли не шипеть на саму себя. Она уже начала переодеваться в домашнюю одежду, как вдруг решила, что срочно нужно к Аделаиде. Ей хотелось обнять светловолосую, поговорить с ней и провести время. Девчонка выбежала из дома и направилась в квартиру Аделаиды, в комнату, в которую ее не пустили буквально сегодня же. Забежав в нужный подъезд, она подошла к квартире и стала судорожно стучать и дергать за ручку. Заперто, открывать никто не собирается. На лестнице послышались шаги. Это была та самая соседка, которая видела, как Эмилия вылетела из окна. — Здравствуйте, — сказала Виллоу, как только женщина подошла. — А вы не знаете, в этой квартире кто-то есть? — Ой, не знаю, — женщина побледнела. — Знаешь, оттуда сегодня что-то выпало. — Что-то выпало? — Какой-то монстр. Он нес похожую на мертвую девушку. — Когда это было? — Да часа три назад, наверное. Ужас, что творится! — Спасибо большое. Шатенка спокойно пошла домой. Грустная улыбка была на ее лице. Так было всегда — ее тянуло к светловолосой, а той никогда не было. Возле подъезда Виллоу встретила Святошу. — Ты еще что-то хотел? — Она в особняке. — Да я так и поняла. Почему отбыла? Снова подальше от меня? — Это не так, Виллоу. Ты не понимаешь… — Я ничего не хочу больше понимать, Святоша. Я просто покоя хочу. Ты ведь теперь к ней? — Ненадолго. — Передай, что она может больше обо мне не думать. — Что это значит? — Мне кажется, что есть другие, которые дорожат мной больше. — Виллоу, не пари горячку. — Ничего я не парю. Мне надоело это все. Знаешь, я ведь ей говорила, что никогда бы с девушкой не стала. Вот так оно и получается, что с ней не получается. — Это известие убьет ее. — Что мертво, уже не убить. Можешь злиться и обижаться на меня, она подавно, но меня это достало. И еще: никогда не наговаривай ни на кого. — Так и уйдешь? — Именно так и уйду. Виллоу хотела пройти в подъезд, но мужчина взял ее за запястье. — Я передам ей все до единого слова. Только потом не удивляйся, когда в городе начнется кровавая вечеринка. Он отпустил ее и ушел. Виллоу недолго смотрела ему вслед, после все-таки забежала в подъезд. Две недели пролетали дольше, чем можно было ожидать. Остин был для Виллоу все более близким, хотя она ему сразу сказала, что про любовь речи нет; Аделаида с помощью Эмилии иногда вставала с постели и бродила по дому, известие Святоши ее еще больше подкосило, но тень выпускать она не собиралась; Рик и Найджел все следили за братом, смотря, как он растет и как их цель становится все ближе. Оставался последний день. Последний день перед убийством.
