love comes close

Присутствие Тэена стало такой же константой в жизни Юты, как и стойкая жара; к лучшему или худшему, но он сделал именно такой вывод. Большинство его дней ничем не отличаются друг от друга, лишь иногда они оказываются разбавлены непоследовательными визитами Джехена и Сычена и непрекращающимся штормом из Поиска Просвещения, который устроил себе Тэен. В какой-то момент комбинация взаимодействий с несколькими личностями и часов поглощения драм развила в Тэене игривую сторону, которая, уверен Юта, не существовала еще несколько недель назад: он менее буквален, проще воспринимает юмор, быстрее улыбается. Он также начал делить с ними приемы пищи на постоянной основе, хотя, как много он съедает, зависит от дня. Теперь не так уж и редко встретишь их втроем вокруг побитого стола обсуждающими первую попавшуюся тему. Вопреки ожиданиям Юты это совсем не неловко; напротив, чем больше времени Тэен проводит с ними, тем проще идет разговор. Они обсуждают просмотренные фильмы или планы своих друзей, и даже новости, если кто-то оставляет их включенными. Тэен в частности очень любит попадать на ночные обзоры и охать и ахать над обновлениями биржевого рынка или политическими событиями. С тех пор как он увлекся фильмами, он также нашел интерес в любовных скандалах знаменитостей, что оказалось внезапно забавным. (— Они снова сошлись? — шокированно говорит он, когда всплывают фотографии от Диспатча с парой айдолов на свидании, — они подтвердили свой разрыв всего несколько недель назад! Он звучит как местная бабушка-сплетница. Тыльной стороной ладони Юта пытается задавить свой смех.) Однако, еще больше совместных ланчей, телевидения и звездных новостей Тэену нравятся десерты. Чтобы удовлетворить свою тягу к сладкому, он начинает печь. Пишет им списки продуктов для выпечки, начиная тем, что требуется для базовых капкейков, и постепенно поднимаясь к французским сладостям, названия которых никто не смог бы произнести. И какое-то время все хорошо — каждая комната пахнет корицей и сахаром, а на столешнице каждое утро появляется новый набор угощений — а потом в квартире становится жарче, чем должно быть реально в летний день, и им приходится ввести запрет на это занятие. (— Тем более, — добавляет Юта, — то, что у Тэена нет сахара в крови или зубной эмали и он может есть что угодно, не значит, что у нас все так же. Тэн бросает долгий взгляд на коробку макарон, которые они упаковали для Джехена, и, издав грустный вздох, соглашается.) Решение, как оказывается, в мороженом. Оно находится в шаговой доступности от дома, его легко достать даже ночью, после захода солнца, и, самое главное, оно не превратит их жилищное пространство в самодельную сауну. Помимо этого оно неподвижно возглавляет топ любимых десертов Тэена (хотя Юте немного стыдно, что он поспособствовал этому во время их ночных кино-марафонов). Таким образом, вскоре после того, как они начинают делить приемы пищи, походы до магазина за углом раз в две недели становятся частью их рутины. Тэен обычно оказывается тем, кто берет, что попало, желая попробовать все доступные вкусы мороженого, пока Юта и Тэн наблюдают за тем, как их кошельки становятся легче. — Мне нужна летняя подработка, — уныло говорит Юта, смотря на коробку Мелоны в руках Тэена. — Мне нужен шугар дэдди, — стонет Тэн в ответ. — У тебя есть Чону? Тэн отвечает громким пффф и оплевывает все вокруг. — О чем ты. Если уж на то пошло, то я папочка в наших отношениях. — Ну, — задумчиво отвечает Юта, — тебе стоит уточнить, как Чону относится к сахарозаменяющим дедам, учитывая то, как скоро ты сделаешь первый шаг. — Как будто я и правда что-нибудь сделал бы, — говорит Тэн. Он оплачивает коробку Тэена и кладет ее в пластиковый пакет. — У меня просто больше нет средств покрывать эту десертную привычку. Юта отмечает, как кассирша университетского возраста очарованно смотрит на Тэена и его фирменный абсурдно милый наклон головы говорит: — Думаю, скоро это перестанет быть проблемой. Его очарования достаточно, чтобы обманом достать столько мороженого, что хватит до конца месяца. Ему повезло, что они живут в старом районе и большинство продавцов еще не роботизированы, думает Юта, но сразу же отбрасывает эту мысль. Скорее всего Тэен мог бы охмурить и робота, ему стоит лишь вовремя махнуть ресницами. Тэн берет чек и сует пакет Тэену, который практически сияет от удовлетворенности. Кассирша с глазами-сердечками прощается с ними, и Тэен атакует бедную девочку комбо из взмаха руки и сморщенного носа, моментально вызывая у нее сердечный приступ. Юте кажется, что, пока они уходят, она хватается за сердце, будто находясь в ужасной боли. Неохотно он признается себе, что такая реакция не безосновательна. Когда они попадают на улицу, ночь становится теплой и липкой, растекающейся по коже словно желатин. Юта уже скучает по прохладному, свежему воздуху в магазине, хотя они покинули его меньше чем десять секунд назад. Тэен начинает рыться в данном ему пакете, открывает коробку с мороженым и триумфально достает одну штуку, зажатую в кулаке. С превеликой осторожностью он разворачивает мороженое и пробует его. — Вкусно? — спрашивает Юта, прекрасно зная, что услышит в ответ. Тэен кивает так сильно, что почти роняет коробку. — Очень. Юта думает над тем, чтобы сказать ему, что на какое-то время ему придется отказаться от мороженого, что они не сделаны из денег, но он знает, что не сможет выдавить из себя эти слова. В секрете он наслаждается тем, что у Тэена появляется индивидуальность: он обретает вещи, которые ему нравятся или не нравятся, он просит о том, чего хочет. Когда трио идет назад домой, Юта отмечает, что это потрясающе, как NCT127-TY, которого они встретили так много недель назад, превратился в Тэена, которого они видят теперь. Когда он открыл глаза в той огромной, похожей на гроб коробке, в окружении пупырчатой пленки и пенопласта, его поведение показалось Юте пугающим. Как будто ученые создали его лишь на 90%, но упустили что-то важное, какие-то 10% человечности. Но этот Тэен — кто-то совершенно новый. Конечно, выглядит он абсолютно так же, но теперь на голых костях его личности появилась плоть: его пристрастие к сладкому, неожиданная любовь к поп-культуре, привычка сидеть на солнце у окна в гостиной. Это бросает вызов ошеломляющему раболепию, которое он показал изначально, а в сочетании с его интеллектом и неуходящим любопытством черты складываются в мозаику кого-то, кто будто бы был знаком Юте всю его жизнь. Человек многогранный, но все еще человек. Юта так сильно теряется в своих мыслях во время поездки на лифте, что, когда они достигают своего этажа, он почти проходит мимо их квартиры. Спасает Тэен, потянувший его за рукав.  — Ты куда? Дом здесь, — говорит он. Даже слово «дом» выходит из уст Тэена так, как нужно. Юта предполагает, что он прав в любом случае: они трое живут так настолько давно, что это место можно считать домом каждого из них. Он достает из кармана карту и проводит ей у сканера, периферийным зрением замечая невпечатленное выражение лица Тэна. Спустя мгновение дверь открывается, как всегда шумя скрипящими петлями, и они тихо вваливаются внутрь. Дело в том, что когда в квартире были только Юта и Тэн, их жизнь не в коем случае нельзя было назвать скучной. Учитывая то, что Тэн — это Тэн, подобное было невозможно. Но третий в компании освежает ее. Наполняет сюрпризами. Конечно, иногда раздражает, но никогда не становится обузой. Возможно, Юта становится мягче, но ему и правда все нравится.

***

ПОЛУЧЕНО В 16:09 хэй ты же никогда не виделся с чону даже на 2 сек в коридоре не пересекались ОТПРАВЛЕНО В 16:10 вроде нет это было бы сложно учитывая то что ты всегда у него и вы никогда не приходите к нам ПОЛУЧЕНО В 16:11 :/ Это потому что его сосед уехал учиться заграницу на все лето и там у нас больше приватности ОТПРАВЛЕНО В 16:14 омг погоди я забыл чем вы занимаетесь когда вы вдвоем забудь спасибо что не приводишь его ОТПРАВЛЕНО 16:15 никогда. ПОЛУЧЕНО В 16:14 окей ну все равно не очень что ты никогда с ним типа не. ВСТРЕЧАЛСЯ встречался он такоооой милый остальные его даже не видели ОТПРАВЛЕНО В 16:16 ; D знаешь что нам стоит сделать!!!!! ОТПРАВЛЕНО В 16:16 Тэн нет ПОЛУЧЕНО В 16:16 Тэн ДА семейный ужин!!! ОТПРАВЛЕНО В 16:16 оооох ок у этого рейтинг 13+ тогда конечно, я за

***

До того как Ким Чону ввязался в то, что происходит у них с Тэном, Юта виделся с ним всего пару раз, каждый из которых длился не дольше 10 минут, поэтому он имеет лишь слабое представление о его характере. Но глядя на то, как прямо тот сидит напротив него за столом и как он почти всегда говорит полушепотом, Юта не может представить его и Тэна вместе. Тэн открытый, неоправданно громкий и несносный, он все то, чем Чону не является. Но, опять-таки, по предположению Юты противоположности притягиваются. В данный они все собрались на ужин, потому что Тэн хотел представить Чону их компании. И, ну, им пришлось собраться. Доен нехарактерно для самого себя опаздывает, а Джехен должен прибыть вместе с ним, но Юта предполагает, что это из-за того, что сегодня к ним присоединился и Тэен. Юта отнесся к этой идее как минимум скептически. Конечно, они делали маленькие шаги к прогрессу — походы в магазин, чтобы купить мороженое или избежать встречи с Доеном — и он считает, что Тэен неплохо приспособился к внешнему миру. Но прийти в настоящий ресторан, где он открыт не только их друзьям, но и любым любопытным незнакомцам… Юта не уверен в причине, но он не может перестать переживать. Это чувство даже нельзя оправдать: Тэен андроид, а не младенец. Несмотря на все его вопросы и любопытство по отношению к окружающему миру, его логические мыслительные процессы развиты в максимальной степени. Если честно, скорее всего сильнее, чем у всех остальных. Солнце еще не взошло — оно село пару часов назад, позволяя температуре в городе упасть ниже недопустимой для Тэена отметки и аннулируя любую опасность. Они просто пришли поесть чертову лапшу, ничего не случится. Но тем не менее, когда Юта бросает взгляд на Тэена, который закончил листать меню от корки до корки и теперь медленно качается под песню, играющую на фоне, он чувствует, как в горле образуется комок. Он пытается избавиться от него, несколько раз агрессивно прочищая горло и делая большой глоток воды, но тот упорно остается на месте. Сычен приподнимает бровь. — Ты в порядке, хен? — В полном, — выдавливает Юта голосом лягушки, страдающей от бронхита. Неудовлетворенный ответом Сычен открывает рот, чтобы возразить, но его обрывает громкое прибытие Доена. — Я говорил, что не хотел приходить! — шипит он, отбиваясь от Джехена. Последний выпускает глубокий вздох. — Это просто ужин. — Не просто, — срывается Доен. — Для андроида это возможность просканировать мой мозг и собрать про меня информацию для правительственного использования. Так и знал, что нужно было взять мой отражатель гамма-лучей. Подаваясь вперед и опираясь на поверхность стола, Джехен берет лицо Доена в свои руки. — Во-первых, твой отражатель гамма-лучей — это просто шерстяная шапка, которую моя мама купила тебе на рождество. Ты только покрыл ее фольгой. — Это хэндмэйд, — бормочет Доен в ответ. — Нет, — говорит Джехен, — она уродливая. Во-вторых, Тэен не сделал бы ничего подобного. Он хороший, вот увидишь. Доен хмыкает. — Сомневаюсь в этом. Наигравшись с пальцами Чону, Тэн поднимает взгляд и закатывает глаза так сильно, что Юта это слышит. Джехен отпускает лицо Доена, и берет его за руку. — Малыш, пожалуйста. На щеках Доена появляется намек на ярко-розовый. Чувствуя свою моментальную победу, Джехен наклоняется ближе и пропевает: — Всего пара часов, солнце. Щеки Доена темнеют и он отводит взгляд. — Если недолго, то ладно. После ужина мы сразу же уходим. Юта издает очень громкий и нарочито привлекающий внимание звук. — О господи. Усядьтесь вы уже. — Ага, — говорит Сычен, на его лице такое же отвращение. — Если вы забыли, то мы тоже здесь. Джехен отправляет им извиняющуюся улыбку и садится справа от него, оставляя место между Тэеном и Ютой пустым. — Ничего подобного, — говорит Доен, — только не там. — Просто сядь, — рычит Юта. — Это вообще не имеет значения. Доен сжимает губы. — Насколько я помню, ты тоже не особо был фанатом андроидов. Юта не успевает остановить себя от взгляда в сторону Тэена, чтобы посмотреть на его реакцию. К счастью, кажется, что он слишком занят вырисовыванием линий на конденсации на своем стакане с водой, чтобы услышать это. — Вещи меняются, — сдержанно отвечает Юта. — Тогда ты рядом с ним и сиди. Чону переводит взгляд с одного на другого так, будто он смотрит теннисный поединок. Юта удерживает зрительный контакт с Доеном еще пару секунд, прежде чем отвернуться. — Хорошо. Так и сделаю. Он передвигает свой стакан, прежде чем сдвинуться на одно место, слева от Тэена. Комок в его горле увеличивается. Юта залпом выпивает остатки воды. — У тебя дегидратация? — спрашивает Тэен, наконец-то поднимая глаза. — Это небезопасно, особенно во время такой погоды. — Я в порядке, — бормочет Юта, открывая меню, чтобы изучить содержание, хотя он был здесь уже дюжину раз и каждый раз заказывает одно и тоже. Глаза Тэена задерживаются на нем немного дольше, чем нужно, прежде чем он пожимает плечами и возвращается к надписям на своем стакане. Сидя так близко, Юта может разглядеть, что он пишет. Я Тэен, повторенное дважды у каемки. Мне нравится Юта. Мне нравится Тэн. Внезапно Юта жалеет о том, что выпил остатки воды, потому что эта штука в его горле, чем бы она не была, становится тяжелее и тяжелее. Как только официант принимает их заказы, Тэн наклоняется вперед. — Окей, теперь время для настоящего знакомства. Некоторые из вас уже знают его, но это мой парень, Чону. Давайте пойдем по кругу и расскажет немного о себе! Юта думает, что это уныло и неуместно, но он решает оставить мудачество до того, как узнает Чону получше. Они начинают с Сычена, который любопытно предоставляет дату своего рождения и то, что изучает в университете. — Я из Китая, — добавляет он, поразмыслив, — так что если мой корейский кажется неловким, вот причина. — Твой корейский идеальный, — солнечно говорит Чону. Тэн улыбается и оставляет быстрый поцелуй на его челюсти. Юта снова подавляет рвотный рефлекс. Следующими себя представляют Доен и Джехен. По странному углу, под которым выгнуты их руки, Юта угадывает, что под столом они держатся за руки. Почему все вокруг него встречаются? Почему не он? Он не был бы настолько раздраженным, если бы у него был кто-то, с кем можно делать мерзко-милые парные штуки, но он лишен и этого. — Я Накамото Юта, — говорит он, когда наступает его очередь. — Из Осаки, Япония. Октябрь 95, так что я скорпион, а еще старший здесь, если Чону не.? — Не-а. Он родился в 98, — встревает Тэн. Юта драматично вздыхает. — Малыш! — Едва ли, — с ухмылкой отвечает Чону. Дальше идет очередь Тэена. Все это время он был непривычно молчалив, особенно учитывая то, как много у него обычно вопросов, когда вокруг него появляются новые люди. Теперь же он неловко крутит руками, думая, что сказать. — Меня зовут Тэен. Приятно с вами познакомиться, — наконец-то говорит он. Это звучит пусто. У него нет года рождения, специальности и даже родного города. Все слышат тишину. Юта вступает, чтобы спасти его. — Ну, Тэен — андроид, но вы уже знаете это. Еще он очень хорош в играх и готовке и… и он любит смотреть драмы. С глазами Тэена происходит та вещь, во время которой они начинают блестеть так сильно, что выглядят анимированными. — Спасибо. Да, все из этого. — Приятно с тобой познакомиться, — вежливо говорит Чону. — Я, э, сейчас, наверное, моя очередь. — Тэн сжимает его руку. — Я Чону, но Тэн вам уже рассказал. Мне нравится петь. Э. Мне нравится Снупи? Собачка? — Разве он не самый милый? — вставляет Тэн. — Слишком милый для тебя, — невозмутимо комментирует Сычен. Чону пытается подавить смешок, пока Тэн оскорбленно сжимается. Тэн пропускает собственное представление, потому что, в его словах, «а кто меня не знает», и сразу же ныряет в историю о том, как они с Чону познакомились. На удивление Юта ее никогда не слышал, но она включает в себя ужасного преподавателя английского, вопрос о том, куда идти, и один треугольный кимбаб на двоих. История неудивительно умиляет. Однако Юта не может понять, играет ли в этом роль застенчивость или Чону и правда настолько взволнован встречей, но на протяжение всей истории ему кажется, что тот пялится на них с Тэеном. Они и правда сидят прямо напротив него, но разве он не должен смотреть на Тэна? Или на всех за столом? Пару раз Юта встречается с ним взглядом, но Чону сразу же отворачивается. Но через пару секунд он снова смотрит на них. Выражение его лица ничего не выдает, губы удовлетворенно приподняты, но что-то в нем вызывает у Юты… странное чувство. Когда их заказ оказывается перед ними, Юта отбрасывает эти мысли и фокусируется на том, чтобы погрузиться в еду. Это просто их первая встреча. Любопытство естественно. Или, возможно, Тэн просто рассказал Чону ужасающие вещи о том, что представляет из себя Юта, и причина в этом — такое было бы ожидаемо. Но ему все равно кажется, что внимание Чону слишком сосредоточено на нем. — Как тебе еда? — спрашивает он у Тэена, пытаясь выкинуть это из головы. — Очень нравится, — бормочет он, набивая рот кальгуксу. — Да? — довольно говорит Юта. Агрессивно кивая, Тэен сглатывает, чтобы говорить четче. — Это мое любимое человеческое блюдо. Я решил. — Но ты ел его всего один раз, — отвечает Юта, — оно и правда превосходит твою собственную готовку? — Пока что, — легко говорит Тэен, — но я научусь готовить его еще лучше. Юта улыбается. — Я в этом уверен. Лампа, расположенная прямо над головой Тэена, отсвечивает от его волос, когда он наклоняется, чтобы выпить бульон. Кончики выглядят особенно блестящими — почти подсвеченными. А еще по-особенному мягкими. Юта сжимает палочки в своей руке, чтобы не сделать что-то глупое, например, не потянуться и не растрепать их. — Ты же сказал, что ты скорпион, да? — внезапно спрашивает Чону, хотя по тому, насколько плавно выходят все его слова, и не скажешь, что вопрос был неожиданным. Непонимающе моргая, Юта кивает. — Хм, — на какое-то время Чону снова возвращается к своему блюду, но, как только он понимает, что Юта ожидает продолжения, он быстро начинает объяснять. — Просто я спросил, потому что я рыбы. Говорят, мы должны ладить. — О, понятно, — отвечает Юта, успокоившись. Кажется, в прошлом году он слышал что-то подобное от Доена, который в то время был зависим от западной астрологии. Наверное, Чону поэтому и пялился. Последний улыбается ему, и Юта возвращает жест.

***

В итоге, по настоянию Тэена, они покупают мороженое. Юта пытается сказать ему «нет», потому что они ходили за ним всего несколько дней назад, но Тэен и слышать этого не хочет. Он настаивает, что это даст им больше времени, чтобы узнать Чону получше и влиться в динамику их новой группы, что скорее всего является правдой, но Тэен использовал ее в своих интересах. Не помогает и то, с каким энтузиазмом подыгрывает ему Сычен.   — Знаешь, для того, кто должен быть персональным ассистентом, ты слишком много жалуешься, — бормочет Юта, доставая кошелек. Доен понуро лижет свой рожок, издалека наблюдая, как Юта платит за них всех. Его решимость испариться, как только ужин закончится, улетучилась, как только он услышал слова Все За Счет Юты. И так как сам ужин был на Тэне, карманы этого уебка так и остались полными, что нечестно, ведь у него самая высокооплачиваемая работа. Одна из рук Джехена повседневно перекинута через плечо Доена, а в другой он держит стаканчик с ванильным мороженым. Тэн и Чону опираются друг на друга, деля один огромный рожок, содержимое которого достигает точки выше их голов. Сычен просто заказал целую пинту и ушел домой. Остаются только Тэен и Юта, которые немного задерживаются у прилавка после того, как Юта заканчивает платить. Без Сычена, важнейшей части их группы грустных одиночек, они двое выглядят как неловкая парочка на фоне всех остальных влюбленных пташек. Это странно, по крайней мере потому что Юта знает, что у Тэена нет стыда, и он готов в любой момент вставить клишированный диалог из драмы. Он двигается в сторону, но движение наклоняет неоднозначно балансирующий шарик мороженого, и он почти выпадает из рожка. — Осторожнее, — моментально реагирует Тэен, придвигаясь к нему с салфеткой в руке. Каким-то образом он умудряется удержать свое собственное мороженое в левой руке, а правую согнуть так, чтобы вытереть остатки клубничного сиропа, который попал на костяшки руки Юты. Так они находятся всего в нескольких сантиметрах друг от друга, кажется, в дешевом магазинном освещении волосы Тэена блестят даже сильнее, а его ресницы в профиль кажутся бесконечно длинными. Юта делает аккуратный шаг назад. — Спасибо, но я сам. Тэен выпрямляется со скоростью молнии, быстро восстанавливая пузырь личного пространства между ними. — Точно. У уголка рта Тэена зеленеет мороженое со вкусом матчи, которое он выбрал для себя. Будет странно, если Юта потянется, чтобы вытереть его? Нет, правда же? Тэен без сомнений сделал для него то же самое. Но оно было на руке Юты, а не на его губах, и у него даже нет салфетки. — У тебя что-то вот тут, — в итоге говорит он, указывая на свою собственную нижнюю губу, чтобы продемонстрировать. — Здесь? — Тэен пытается вытереть мороженое, но промахивается. — Нет, скорее… — в этот раз Юта указывает напрямую, чтобы получилось точнее, и наблюдает, как Тэен промазывает еще раз. — Снизу справа, — направляет он, — в самом углу. Тэен еще раз безнадежно трет свое лицо, теперь подводя руку вплотную к следу от мороженого, но все равно не касаясь его. Юта закрывает свои глаза. В последнее время ему много достается от кармической расплаты, но этот случай берет первое место. Юта максимально неохотно выпускает воздух, прежде чем наклониться вперед и убрать мороженое своим большим пальцем. — Здесь. Когда он отстраняется, глаза Тэена кажутся огромными. Кажется, Юта никогда не видел их настолько большими, и это о чем-то, но говорит, учитывая то, что лицо Тэена в состоянии покоя обычно выглядит как мордочка маленького котенка. Он пытается скрыть это, откусывая большой кусок пломбира, но Юта все равно успевает заметить небольшую улыбку, которая появляется на его лице.

***

(ОТКРЫТЫЙ ФОРУМ) jwoos: @95scorpio хэй как дела с андроидом 95scorpio набирает сообщение… 95scorpio: эээ неплохо спасибо что спросил? jwoos: он лучше приспособился к нахождению на улице? ну, я типа предполагаю 95scorpio: вообще да теперь все нормально переключение режимов которое придумал @mochisung было очень полезным, а еще он может находиться на улице по ночам mochisung: ^_____^ jwoos: а это здорово ^^

***

Правда в том, что Накамото Юта никогда не был плаксой. По крайней мере не тогда, когда дело касается его личной жизни. Любой из его друзей — особенно Доен — готов при любой возможности пуститься в рассказ о том, как однажды на рождество он перепил и превратился в шмыгающий ужас, когда кто-то предложил посмотреть «Чудо в камере номер 7», но это совсем другое. Испытывать эмоции из-за грустных фильмов и искренне носить свое сердце на рукаве это совсем разные вещи. Именно поэтому, когда Юта получает особенно мрачное сообщение от матери, в котором она просит его перезвонить как можно скорее, он первым делом убеждается, что Тэн не дома, и крепко закрывает дверь, кликая на ее контакт. Когда он заносит палец над кнопкой «позвонить», его пульс учащается. Затем он делает глубокий вдох и нажимает на кнопку. Его мама отвечает после второго гудка, ее обычно энергичный голос кажется маленьким и уставшим. — Юта? — Привет, мам, — он начинает выдергивать нитки из своей простыни. — Что-то случилось? Она издает сдавленный звук. — Если честно, я не хотела, чтобы ты переживал по этому поводу, но, думаю, тебе стоит знать. У твоего дедушки был сердечный приступ. У Юты стынет кровь. — Что? — Вчера днем, он… внезапно… он просто, — она еще раз вздыхает в динамик, в этот раз звук получается более долгим. — Сейчас он в госпитале, и доктор говорит, что все хорошо, так что постарайся сильно не переживать. — Как я могу не переживать? — тихо отвечает Юта. Его дедушка по материнской линии, тот, который живет с ними, всегда был примером идеального здоровья. Даже его колени никогда не хрустели при ходьбе. Сердечный приступ кажется просто невозможным. — Поэтому я и не хотела тебе говорить, — произносит его мама, и когда Юта пытается прервать ее, она добавляет, — но, конечно, нам нужно было это сделать. Возможно, ты уехал на другую сторону моря, но часть тебя все еще живет здесь, знаешь. Юта знает. После этого они еще немного разговаривают, обсуждают состояние дедушки до момента, как его мама не останавливает его и не просит рассказать о том, как дела у него самого. Вмешательство получается своевременным, потому что, если бы Юта продолжил задавать панические вопросы, он бы, наверное, потерял сознание. Он размыто описывает последствия жары и упускает тот факт, что у него каким-то образом появился сосед-андроид, просто чтобы не ухудшать мамин стресс. Если честно, в данный момент в его жизни нет больше ничего интересного, но он все равно развернуто описывает энное количество повседневных занятий, только чтобы услышать успокаивающие сигналы понимания на другой стороне провода. Когда он случайно позволяет себе зевнуть, его мама сразу же принимается ругать его за то, что он все еще не ложится, хотя часы только пробили полночь. — Я скоро лягу, — обещает он, улыбаясь знакомому бранящему тону, который угадывается в голосе его матери. Это напоминает ему о временах, когда ему было 14, и он возвращался домой с грязными после часов игры в футбол коленками, неаккуратно запихнув школьную форму в рюкзак, а на плите его ждал теплый ужин. — Хорошо, спокойной ночи. Я тебя люблю. — Я тебя тоже. Ему требуется небывалая сила воли, чтобы отодвинуть телефон от своего уха и завершить звонок. Кажется, что его тело превратилось в резинку, которую растянули до лимита. И хотя он точно устал, он сомневается, что сможет заснуть в ближайшее время. Затем дверь в его комнату со скрипом раскрывается, и если бы он не был так изнеможен, он бы точно выпрыгнул из своей кожи. Это может быть только один человек. — Разве я не учил тебя стучаться? — Извини, — говорит Тэен, в дверном проеме он кажется крошечным, — ты казался расстроенным. Юта не знает, что на это ответить. Раньше он бы сказал, что это не его дело, но это слишком грубо и больше не кажется приемлемым. В последнее время произошло слишком многое, что не позволяет ему заткнуть Тэена. Но тем не менее позволить ему остаться здесь кажется сродни распахнутым воротам, подразумевающим, что он готов поговорить о своих чувствах, чего ему точно не хочется. Не зная, что делать, Юта отворачивается и бормочет: — Закрой за собой дверь, — он позволяет Тэену самостоятельно интерпретировать эти слова. Он почти не удивлен, когда тот принимает это за приглашение войти, а не оставить его одного. Он осторожно прикрывает дверь и садится на край кровати, как обычно кладя свои руки на колени. — Хочешь об этом поговорить? — Не особо, — честно отвечает Юта. Тэен кивает. — Ничего страшного. Но вместо того, чтобы встать и уйти, он остается на месте. Ожидая, но не подгоняя. На нем снова одна из старых футболок Юты, надпись с названием группы на ней почти выцвела, и штаны, которые так много раз были использованы и Ютой, и Тэном, что никто из них уже не может вспомнить, кому они принадлежали изначально. Желтоватый свет от настольной лампы, который заставил бы кого угодно выглядеть болезненно, ложится на его лицо и шею золотыми лучами. Юта опускает глаза и возвращается к обдиранию простыни. Они сидят так десять, пятнадцать, а может и больше минут. Из-за тишины кажется, что проходят часы. Юта больше так не может. Ему нужно сказать хоть что-то, лишь бы заполнить пустоту. — Это была моя мама. По телефону. Тэен медленно, как котенок, моргает. — Было приятно поговорить с ней? — Да, как и всегда, — говорит Юта. — Просто. Тема была не самой приятной. — Ох, — Тэен больше ничего не говорит. Если бы Юта уже не понял, что в характере Тэена нет жестокой черты — или шестеренки, или провода, не имеет значения — он бы подумал, что тот делает это специально, чтобы помучать его. В нем снова появляется то же желание заполнить тишину. — У моего дедушки был сердечный приступ. Тэен поднимает руки со своих колен и поднимает их так, что почти обнимает самого себя. — Это ужасно. — Ага, — Юта нервно двигается на месте. — И меня там даже не было. Я даже не могу навестить его в госпитале. Я знаю, что это типа не моя вина или что-то такое, но я чувствую себя… — он обрывает предложение, не желая произносить это слово вслух. — Нерадивым? — предлагает Тэен. — Не оказывающим поддержки? Прежде чем признать это, Юта какое-то время просто смотрит на него. — Да. И то, и другое. Тэен произносит задумчивое хмм и ждет, когда Юта продолжит. И по какой-то причине он продолжает, он выплевывает фрагментированные предложения, и, чем дольше он говорит, тем более неразборчивыми они становятся. — После этого звонка я понял, что не могу быть рядом со своей семьей, когда происходит подобное… и не только подобное. Вообще все. Этой осенью моя сестра выходит замуж, ты знал об этом? — Юта раздраженно проводит рукой по волосам. — Ну, в смысле, конечно, ты не знал, но… Хотя я полечу в Японию на свадьбу, то, что она встретила кого-то и влюбилась, когда я не был рядом, завставляет меня чувствовать… — Вину, — помогает Тэен, его глаза расширяются в понимании. Юта выдавливает ужасающе долгий вздох, тот, который он сдерживал все это время, даже того не понимая. — Тебе стыдно, что ты не там, когда в жизни членов твоей семьи происходят важные события, — продолжает он. — Ты хочешь поддерживать их лично. — Я и правда… ага, — соглашается Юта, пытаясь понять, когда Тэен научился так хорошо его понимать. — Как будто я не делаю того, что нужно, учась за границей. Мы все должны быть вместе. Но вместо этого я здесь, в Корее, и я пропускаю все это, когда я мог просто поступить в Японии и получить все то же образование. — Все было бы не совсем так же, — Тэен о чем-то задумывается. — Твои друзья. Тэн, Джехен, Сычен и Доен. Если бы ты остался в Японии, ты бы никогда не встретил их. Я бы никогда не встретил тебя, мысли в голове Юты совсем не помогают. — Это правда, — сдается Юта, изучая свои руки. — Но стоит ли это того, что я оставил дома. — Не думаю, что я могу ответить на этот вопрос. Только ты можешь. Рыча, Юта закрывает свое лицо подушкой. — Спасибо. — Не за что, — когда Юта убирает подушку, Тэен хмурится. — Это один из тех случаев, когда фразу нужно понимать не буквально, да? — Поздравляю, ты догадался. Пытаясь это осознать, Тэен начинает хмуриться еще сильнее. — Я не уверен, является ли это еще одним примером скрытого смысла. Несмотря на всю ситуацию, Юта смеется. — Нет, ты и правда справляешься лучше. Наверное, впитывание слащавых фраз с телевидения и правда помогло. — Надеюсь на это, — говорит Тэен, на мгновение на его лице появляется улыбка, но затем к нему сразу же возвращается серьезное выражение. — Но в порядке ли ты? Если честно? — Все хорошо. Изучая его лицо, Тэен говорит: — Не думаю. — Что? Мы обсудили это и все такое. Все нормально. Тэен качает головой. — Ты выглядишь так, будто хочешь сказать что-то еще. Юта удивленно запинается. Ему кажется, будто его провели под рентгеном, но эмоционально, если такое вообще возможно. Тэен теперь психолог? Это его профессия? Возможно, в его глаза и правда встроены лазерные сканеры. — Продолжай, — говорит Тэен, наклоняя голову. — Ты невозможный, — бормочет Юта. — Ладно. Я думал о том, чтобы в следующем семестре вернуться в Японию и закончить университет там. — Закончить? Полностью? — Остался всего год, — говорит Юта в свою защиту, ему совсем не нравится переживание в глазах Тэена. — Да, — осторожно начинает он. — Ты можешь учиться, где хочешь. Но это большое решение. Конечно, он прав, но иногда желание сделать это не дает ему покоя. Причина не только в тех моментах, когда возвращение домой кажется ему долгом. Она в его сестре и его дедушке, в морщинках вокруг глаз его матери, в том, как она произносит его имя во время телефонных звонков, так, будто он на войне. Если честно, она и в том, что после всех этих лет он все еще сомневается в себе. Он все еще не знает, сделал ли правильный выбор, когда бросил все и приехал в Корею. — Мне не стоило ничего говорить, — шепотом извиняется Тэен, увидев, как расстроился Юта. — У меня никогда не было семьи, и я не могу рассуждать о таком. Не слушай меня. Юта думает о своем дедушке, который всегда был здоровым, как бык, сейчас ослабленно лежащем в больничной постели. О своей сестре, которая приводит своего жениха на ужин, его место за столом пустует. О себе, получающем образование в чужой стране, где он не знает, как обеспечить себе стабильное будущее. О том, как он расскажет о своих планах друзьям, и о том, как ему придется с ними расстаться. А потом он начинает плакать так, как не плакал никогда, его глаза и грудь горят, и он чувствует себя уязвимым, глупым и потерянным. — Ты. Нет, не… пожалуйста, не плачь, — запинается Тэен, выглядя так же потерянно. Юта закрывает свое лицо руками, чувствуя себя ужасно из-за того, что Тэен наблюдает за его нервным срывом, видит его в самом слабом состоянии. Но как только в дамбе появляется дыра, воду уже не сдержать. Он даже не обращает внимания на то, что Тэен пододвинулся ближе к нему, до тех пор, пока не чувствует, что его плечо обнимает трясущаяся рука. На несколько секунд вторая ладонь Тэена неловко ложится на колено Юты, прежде чем найти его собственную и переплести их пальцы. Это немного похоже на тот раз у Доена, но в то же время это совсем другое, потому что тогда они сделали это, чтобы что-то доказать, теперь же в жесте замешаны нервы, искренность и поддержка. Прежде чем Юта может задуматься о своих действиях, он двигается ближе. Тэен такой теплый. — Я… блять, извини, — вставляет Юта между всхлипами. — Я не знаю, что со мной не так. Клянусь, я никогда так себя не веду. Блять. — Все хорошо, — голос Тэена едва слышим, его хватка на ладони Юты становится слегка сильнее. — С тобой все так. Теперь, когда все зашло слишком далеко, чтобы заботится о личных границах, Юта зарывается лицом в шею Тэена, единожды позволяя себе просто чувствовать. Его грудь тяжело поднимается, слезы жгут лицо, стресс и раздражение выходят из него волнами. Прижавшись щекой к телу Тэена, Юта слышит еле уловимый шум под его кожей. Почему-то это успокаивает как звук сердцебиения. Они остаются в такой позиции, цепляясь друг за друга, до тех пор, пока шея Юты не начинает болеть, после чего ему неохотно приходится сесть. Высохшая соль на его щеках делает их липкими, и он знает, что его глаза должно быть чертовски опухшие. Кажется, что по нему проехал самосвал. Но вместе с тем он чувствует себя легче. Тэен убирает руку с его плеча, чтобы неловко поправить прядь волос на его лице. — Это. Как ты. Лучше? Пальцы его второй руки все еще переплетены с пальцами Юты. Последний делает глубокий, сбивчивый вдох. — Лучше, — подтверждает Юта. Никто из них не двигается.