Управление сердцем?

      Будильник резал слух. Тяжёлая рука потянулась за телефоном, стараясь выключить его в слепую. Но тщетно. Изуку поднял голову и обнаружил гаджет на краю стола, за которым он, собственно, и уснул этой ночью. А может и утром. Ноутбук впал в сонный режим, а в его тёмном отражении экрана появилась сонная рожа. Парень кое-как встал на ноги, бурча под нос о том, что сегодня нужно лечь пораньше. В зеркале он смог разглядеть своё целое отражение. Волосы запутались еще больше, чем обычно, синяки под глазами приветливо сияли, а рот то и делал, что открывался в широком зевке каждые тридцать секунд. Кучерявый не спит нормально третью ночь, проводя своё собственное "расследование" по убийству Рей Тодороки. Пока что у нет никаких точных предположений, ведь друг-детектив не посвятил во все детали. Это «расследование» было предложено им же, в целях большей эффективности и влияния. Да, полиция, а тем более отдел расследования, имел много полномочий, но вот Изуку был более влиятельной шишкой в сфере бизнеса. Может он и уступал Кацуки, Энджи и им подобным, но даже такие связи не могли не порадовать Тсукаучи.       Наконец парень стоял перед зеркалом, переодетый в повседневный костюм и рубашку. Он покинул свою спальню и поспешил в столовую. Там уже сидели Бакуго и Шото. Они особо никогда не разговаривали друг с другом просто так; взрослый не интересовался состоянием здоровья омеги у него самого, а тот в свою очередь боялся даже пискнуть «Доброе утро». Как только веснушчатый сел за стол — подали завтрак. А уже после него хозяин дома наконец соизволил произнести небольшую фразу:       — В честь Дня Рождения у тебя выходной. Но ты не обольщайся, в кабинете уже ждёт небольшая стопка документов, после которой ты можешь заниматься чем хочешь, — парень встал, вытерев рот салфеткой, и быстро ушёл, отправляясь на работу.       — Ва-а-а, здорово, — Мидория оттянул галстук и расслабился, прикрыв глаза. — Какие у тебя планы на день, Шо?..       — Да никаких в общем-то, — парнишка неожиданно оказался возле альфы, напугав его. — Это… Тебе. С Днём Рождения, — он скромно протянул небольшую коробочку, обмотанную ленточкой, и отвёл взгляд.       — Ох, — кучерявый осторожно принял подарок. — Не стоило, но всё равно спасибо. Что там? — не дожидаясь ответа парень всё-таки открыл упаковку и выудил оттуда небольшой флакон. Пахло почти так же, как и прошлый парфюм. — Ого… Так это ты тогда унёс ту пустую баночку. А я-то думал, что выкинул её и забыл. Спасибо.       Изуку улыбнулся, поворачиваясь к детдомовцу. Он осторожно взял чужое запястье и поцеловал тыльную сторону ладони, спускаясь короткими прикосновениями к ногтям. Лицо со шрамом тут же залилось краской, но его обладатель не мог шевельнуться. Они пробыли в столовой ещё немного прежде, чем разойтись, но даже так через два часа сидели в кабинете старшего. Тодороки сидел на диване, мучительно шевеля пальцами на ногах и наклоняя корпус в разные стороны, чтобы размять затёкшую спину. Веснушчатый на это смотрел с небольшим трепетом и умилением. А если представить, что животик станет ещё больше через пару недель, то из груди невольно вырывается писк. Всё же парнишка с животиком — отдельный вид искусства.       — Сильно устал? — Мидория отложил последнюю бумажку, оставив на ней размашистую загогулину.       — Нормально, — омега подложил подушки поудобнее и слегка съехал вниз.       — Может тебе помочь?       — Я был бы рад, если ты и вправду сделаешь это, — детдомовец прикрыл глаза, устраивая руки на выпуклой поверхности. Ему особо не верилось, что это может произойти на самом деле, поэтому он откинул слова на задний план.       Кучерявый зашевелился. Но Шото продолжал сидеть в том же положении, делая вид, что не обращает внимание на происходящее. Через некоторое время взрослый вышел в коридор, кинув короткое «Никуда не уходи». Да он и не собирался, если честно; неприятное ноющее ощущение попросту бы не дало. Зато малыш чувствовал себя превосходно: крутился, пинался, давил на мочевой пузырь. В последнее время ребёнок стал различать голоса. При каждом осмотре и радостно скачущем голосе Немури, словно оживлялся, а вот с опекуном «мамочки» наоборот — прятался и притихал. Пока парнишка задумался над тем, что в таком состоянии ему осталось быть каких-то десять-двенадцать недель, вернулся Изуку. Половицы едва скрипнули под его весом, но всё стихло. Детдомовец почувствовал как его ноги устраивают на какой-то шероховатой поверхности, а затем распахнул глаза, когда нечто холодное коснулось его стоп.       — Ох, извини, — веснушчатый поднял руки, «сдаваясь». — Неприятно?       — Прохладное, — подросток немного покрутил бёдрами. — Что это?       — Специальное масло. Я читал, что, если хорошенько помассировать ноги, то они будут болеть не так сильно, — длинные пальцы одной руки ловко схватили небольшую баночку, показывая её этикетку человечку напротив. Мидория так же достал из карманов телефон с ключами и бросил их на диван возле младшего члена семьи, приступая к начатому. Кожа омеги была довольно нежной и гладкой. Настолько, что парень думал о своих мозолистых пальцах, наверняка причиняющих вред. Но нет. Тодороки притянул к себе ещё одну подушку, обнимая её и вновь прикрывая глаза, вдыхая вкусный запах любимого альфы. — У тебя ещё идёт течка?       — Да, совсем немного. А ты не чувствуешь?       — Каяма пичкает всех таблетками. Даже при сильном желании я не могу учуять твой запах, — парнишка немного вздрогнул, когда склизкое прикосновение прошлось между его пальцами.       — Не думаю, что ты должен делать это, — омега повёл плечами.       — Почему?       — Сегодня же твой День Рождения…       — И что? — зелёные глаза слегка блеснули. — Поверь, становиться старше у меня нет никакого желания. Так что этот день ничем не отличается от остальных трёхста шестидесяти четырёх.       Телефон, лежащий возле детдомовца, завибрировал. Тот приоткрыл серый глаз, глядя на экран.       — Кто такой Наомаса Тсукаучи? — кучерявый резко остановился.       — А… Это… Мой знакомый из фирмы…да, — взрослый старался не смотреть на младшего члена семьи, чтобы не выдать очевидную ложь. — Шо, солнце, прими вызов и дай мне, а то руки скользкие.       Подросток резко вспыхнул румянцем. «Солнце»? Это что, новый способ его задобрить? Но сейчас у себя в голове гетерохром не мог даже подумать о таком. Только покорно сделать, так, как попросили.       — Спасибо, — протараторил Изуку. — Да, я тебя слушаю.

— Добрый день. Тут всплыли детали, нужны?

      — Да, конечно.

— Прямо сейчас можешь?

      Веснушчатый поднял глаза на Шото и, увидев, что тому совершенно не интересно происходящее, угукнул.

— Значит слушай. Мы посмотрели по камерам видеонаблюдения, но лицо разглядеть невозможно. Наёмник будто специально прикрывался в некоторых местах, поэтому даже частично составить фоторобот нереально. Что стало причиной смерти Рей Тодороки — идеально отточенный стебель. Он прошёл между рёбер и точно попал прямо в сердце. Смерть наступила почти мгновенно. Во всём букете был только один отточенный ликорис. Следовательно преступник был очень хорошо в себе уверен. Возможно он даже вступил с жертвой в небольшой диалог, потому что пробыл в палате шестнадцать минут. На данный момент это всё, но… — мужчина сдержал паузу. — Мы просмотрели все видеозаписи за последние несколько месяцев и на них обнаружили ещё двоих людей. Они уже особо не осторожничали и прикрывали только глаза, но могут быть как-то связаны с нашим убийством, потому что тоже навещали Тодороки. Видео я тебе отправил на почту.

      — Да ты просто крут! Буду должен! Спасибо! — Мидория на протяжении всего рассказа продолжал массировать чужие ступни, поэтому вновь остановился.

— Не за что, смотри, чтобы об этом больше никто не знал. У меня хоть и закодирован номер телефона, но мало ли…

      — Я тебе клянусь.

— Хорошо. Надеюсь, что ты тоже нароешь в этой информации что-нибудь. До связи.

      Тсукаучи сбросил вызов. Кучерявый выдохнул. Хоть теперь он и знал об убийстве почти во всех красках, не мог не расслабиться. Парнишка убрал гаджет и сладко зевнул.       — Может тебя отнести до комнаты?       — Нет, я хочу остаться здесь с тобой, — младший член семьи снова зевнул.       Его ноги аккуратно вытерли и положили обратно на диван. Изуку подсел к нему и позволил устроиться на себе. Теперь парень был вынужден вытянуть ноги и предоставить свою грудную клетку в качестве подушки. Через пять минут беременная омега тихо сопела, соединив руки и подложив их под щёку. Веснушчатый же горел желанием посмотреть видео, поэтому аккуратно поднялся с подростком на руках, и устроился в кресле возле компьютерного стола. Ему пришлось опереться пятками на ручки выдвижных шкафчиков, чтобы ноги детдомовца не съезжали. Наконец, приняв максимально безопасное и комфортное положение, Мидория зашёл в почту. Он подсоединил к системному блоку наушники и включил видеозапись.       Качеством она не блистала. Изображение изредка содрогалось, а то и вовсе замирало. Наконец в поле зрения техники появились двое людей: девушка и парень. Кучерявый нажал на паузу. Он слегка приблизил изображение и тут же схватился за телефон, который догадался перенести на стол.

От кого: Изуку Мидория^^ 9:57 Кому: Очако \(^_^)/ Нужно встретиться. Сегодня.

      Ответа долго ждать не пришлось. От кого: Очако-чан~ 9:58 Кому: Деку-кун С чего это вдруг?

От кого: Изуку Мидория^^ 9:58 Кому: Очако \(^_^)/ Есть разговор. И поверь, он в твоих же интересах. Это связанно с твоим визитом к Рей Тодороки с Киришимой. И постарайся сделать так, чтобы Энджи не помешал.

От кого: Очако-чан~ 10:00 Кому: Деку-кун Сегодня в пять вечера в «Прянике». Пятнадцатая комната.       Изуку отложил гаджет. Сговорчивость девушки уже сама за себя сказала о том, что ей есть что скрывать. А вот парню придётся блефовать, показывая будто он в курсе отдельных фактов, чтобы ненароком не наткнуться на ложь.       — Как же это всё геморройно…       Тодороки фыркнул. Веснушчатый резко замер, притаив дыхание. Лицо со шрамом слегка сморщилось, а затем снова приняло спокойный вид. Видимо, сон был не самым лучшим. Мидория положил левую руку на чужое бедро и мягко провёл по нему, успокаивая. И чего он вообще парится? Даже если не выйдет вытянуть информацию из Очако, даже если не найдут наёмника и заказчика, даже если «брат» будет строить козни, с ним будет парнишка. Может не навсегда, но пока есть шанс сидеть так, слушая его размеренное сопение, видя смешное личико, выпирающий животик, нужно хвататься за него. Этим он и занялся. На протяжении трёх часов альфа сидел, прикрыв глаза, и ощущая тепло омежьего тела, пока в дверь не постучали.       — Господин Мидория, обед, — Тога зашла в кабинет, поклонившись. — Мы не можем найти юн… — она осеклась, когда увидела спящего подростка и кучерявого, прислонившего указательный палец к губам. — Ох, какая милота…       — Мы сейчас придём, подождите минут пять, — громко шепнул взрослый.       Химико согласно кивнула и, так же поклонившись, вышла в коридор. Изуку провёл ладонью по нежной щеке, стараясь заставить тело на себе шевелиться. Детдомовец лениво разлепил глаза, зевая и потягиваясь. Он сел ровно и потёр лицо, оглядываясь.       — Давай Шо, нам пора на обед, — гетерохром повернулся.       — А разве мы были не на диване?       — Да, но мне понадобился компьютер. Извини, если было неудобно, — крепкие ладони переместились на чужие ягодицы, чтобы их обладатель случайно не упал.       — Всё хорошо, — Шото убрал свои волосы за уши. — Было не тяжело? Мы с малышом не такие уж и лёгкие.       — Ещё чего. Ты вон какой худой, — веснушчатый мягко поцеловал тонкую шею перед собой. — Надеюсь наберёшь немного, когда родишь.       — И стану толстым, — парнишка обиженно надул губки. — Ну уж нет.       Он аккуратно сполз на пол и подошёл к окну, глядя на улицу. Солнце уже стояло высоко и палило с огромной силой. Воздух плавился. Где-то из кустов слышались цикады, вода в бассейне переливалась от лучей, беседка вдалеке была окружена бабочками, в пруду плескались карпы. Наверное только за это и можно любить лето — за восхитительную природу и пейзажи.       — Пошли, — Мидория открыл дверь, приглашая жестом в коридор.       Приём пищи прошёл спокойно, как и всегда. После обеда пришёл учитель Иида, который незамедлительно увёл детдомовца в библиотеку. Кучерявый же убил свободное время уборкой в своей спальне и подбором одежды к такому интересному заведению, как «Пряник». В нём нередко встречались деловые партнёры, которые знают друг друга уже давно. Внутрь разрешалось проносить всё, что душе угодно, кроме своей еды и напитков. Наркотики и сигареты приветствовались. Но вот только несколько достаточно проверенных людей знали о «тёмной» стороне заведения. На двух нижних этажах располагался садомазохистский клуб для альф, являющийся неотъемлемой частью «Пряника». Изуку знал о ней. И знал, что пятнадцатая комната, как не странно, располагалась прямо над этим помещением. Это немного смущало. Хотя скорее всего он просто выдумывает это себе и накручивается лишний раз. Не будет же Очако звать его туда! Бред полнейший!       Будильник на телефоне выбил из раздумий, напоминая о том, что если приглашённый не поторопится покинуть особняк в ближайшие пять минут, то рискует опоздать на встречу. Натянув на себя майку с джинсами, веснушчатый выбежал в коридор.       Заведение находилось почти в центре, и многих интересовало почему оно до сих пор не привлекло внимание правоохранительных органов. Снаружи и вывеска, и дверь ничем не отличалась от баров, но вот если сказать громиле у входа «Сладость», то можно воочию ощутить запретный плод секретной двери, спрятанной от посторонних глаз. Тёмные стены, обитые бархатным покрытием, высокий и узкий коридор, запах алкоголя. Возле стойки жгучая красотка в коротеньком платьице уже готова проводить куда нужно. Сами кабинки представляли из себя комнату с чёрными стенами, «П"-образным диваном, столом и кондиционером. Мидория плюхнулся на диван, ожидая девушку. И всё же назначить в таком месте встречу — полное безумство. Через пару минут дверь открылась, и на пороге стояла Очако.       — Долго ждал?       — Нет, — девушка уселась напротив и потянулась за меню. Её на удивление слишком тёмные глаза тяжело передвигались по аккуратным строчкам.       — Будешь что-нибудь? — Тодороки неконтролируемо дёрнула веками.       — Нет, я за рулём.       — Жаль, — она нажала на кнопку в столе, озвучив свой заказ персоналу, а затем возвращаясь к причине сбора. — Итак, ты хотел поговорить.       — Да, — парень достал телефон, разблокировав его. — Что ты скажешь на данную видеозапись? — Очако внимательно смотрела в экран, с трудом концентрируя глаза на одной точке.       — Откуда она у тебя? — омега немного выпятила губы.       — От проверенных людей. Так не соизволишь рассказать что ты делала у Рей?       — А где моя выгода, Изу? — накрашенное личико удивлённо вытянулось. — Что мне с этого?       — Недавно Рей Тодороки была... — в этот момент в дверь постучали. Мужчина зашёл в комнату, быстро оставив заказ, и так же быстро удалился. Девушка первым делом спохватилась за лимонад. — Была убита наёмником. Энджи первый подозреваемый, а ты — вторая, — собеседница громко закашлялась, подавившись напитком.       — Её что?! — кучерявый быстро подал салфетки.       — То есть, ты не знала об этом?       — А так может реагировать человек, который знал?! — Тодороки выхватила салфетки и стала вытирать своё платье. — Чёрт…       — Тогда говори что забыла там с Киришимой в тот раз! — тяжёлый кулак приземлился на поверхность стола.       — Да хотела сделать то же самое! — взрослый резко замер. — Хотела грохнуть эту грёбаную сучку, чтобы Энджи о ней больше не пёкся! Теперь доволен?!       — И ты серьёзно хотела убить человека?       — Нет, блин! Потрясти дулом возле её виска хотела! — собеседница никак не могла оттереть пятно. — Да что ж такое… — она взяла свой клатч и встала. — Я отойду.       — Оставь сумочку тут, — Изуку вздохнул под напором непонимающих карих глаз. — Чтобы ты не ушла.       — Оставляю телефон и ключи от тачки, — она скинула названные вещи и вышла в коридор, бурча под нос ругательства. Хорошо, что хоть по пути никто не встретился. Очако быстро добежала до туалета и уже там начала спасать свою новую дорогущую одежду. — Что на этом свете, что на том, от тебя одни проблемы… — липкое пятно кое-как поддалось мылу и тёплой воде. Девушка могла выдохнуть с облегчением. Но пока она сушила руки, задела бедром свой клатч. Тот упал и содержимое вывалилось на кафельный пол. — Ну что за наказание… — омега присела на корточки, но тут же заметила заветный пакетик с белым порошком. Её глаза загорелись.       Элегантные руки, украшенные многочисленными браслетами осторожно высыпали содержимое на сухую салфетку, радушно предоставленную заведением. Тодороки откопала свою карточку и размельчила ею дурь. Через пару секунд она скрутила трубочку и резко вдохнула порошок, закрывая пальцами ноздри. Тело бросило в жар. Запястья задрожали вместе с коленками, а зрачки яростно расширялись и сужались.       Веснушчатый медленно потягивал сигарету, сверля взглядом серебряные ключи от достаточного дорогого автомобиля. Неужели Энджи так раскошелился на свою новую жёнушку или…       — Я вернулась, — Очако мотнула головой в сторону, поправляя волосы. Она заняла своё место и закинула ногу на ногу. — Так о чём мы там говорили? Ах да, «бедняжка» Рей… Ну так вот… Я понятия не имею кто её убил, но если честно, очень хочу посмотреть эту человеку в глаза…       — Не время шутить.       — А ты что, мусорским стал? — девушка немного наклонилась вперёд.       — А ты подростком? — альфа закинул локоть на спинку дивана. — Тогда может это сделал твой муженёк?       — Энджи-то? — она усмехнулась, дёрнув плечами. — Да он о ней только и бормочет! Того гляди и меня скоро будет её именем называть.       — Хочешь сказать, что у него нет мотива? — Тодороки кивнула. — Хорошо. Это, собственно, всё, что я хотел спросить.       — Да? Жаль, — сигарету кинули в пепельницу. — Кстати, не хочешь попробовать кое-что? — Мидория вопросительно вскинул бровь, а затем распахнул глаза, когда перед ним кинули прозрачный пакетик. — Очень хорошая и дорогая. В Японии этого не разыщешь.       — Я таким не интересуюсь, — Очако звонко засмеялась.       — Да ты только посмотри как легко! — она быстро проделала ту же схему, что и в туалете, резко вдохнула воздух и откинулась на спинку.       Глаза неестественно закатились, скрывая радужки, пальцы хватались за нос, пока мышцы не ослабли. Руки упали на колени, а из носа потекла струйка крови.       — Очако! — кучерявый подскочил на ноги, оббегая стол и хватая судорожно дрожащее тело. — Очако! Дура! Не смей тут умирать! — он кое-как зажал кнопку вызова и стал тараторить: — Скорее! Тут у девушки нехилый такой передоз!       Через полминуты в кабинке оказались двое официантов. Они осмотрели омегу и лишь пожали плечами, боязливо переглядываясь между собой.       — Да вы, олухи! Я же сказал — передоз! Несите адреналин!       — А… Он у нас есть? — женщина посмотрела на коллегу, вскидывая брови.       — Хотите сказать, что к вам заходят по несколько десятков наркоманов в день, а у вас даже нет адреналина на подобные случаи?! — зелёные глаза пробили дрожью двух идиотов. Те убежали и уже вернулись со шприцом и прозрачной баночкой. Всё это время парень не переставал стучать по девичьим щекам, чтобы не дать собеседнице откинуться прямо на своих коленях. — Есть маркер или фломастер?! — ему тут же всучили чёрный маркер. — Помогите мне переложить её на пол! — официанты заметались, но сделали всё по указаниям. Изуку сел сверху на омегу и дрожащими руками открыл колпачок. — Прости, Очако, но это только ради твоей жизни…       Он резко дёрнул платье без рукавов вниз, открыв вид на шикарный тёмно-синий бюстгальтер. Быстро нащупав едва колотящееся сердце, поставив точку маркером возле кости лифчика и взяв шприц. веснушчатый старался унять дрожь.       — Я в фильмах видела, что надо резко замахнуться, чтобы прошло между рёбер и попало прямо в сердце, — официантка сама тряслась не меньше посетителя, но всё-таки не ей же сейчас делать эту «процедуру».       Взрослый сделал выдох и поднял руку, молясь всем богам, которых знал и смог вспомнить. Один, два… три! Тодороки резко вздохнула, сев и ударившись лбом о чужую челюсть. Она тут же упала обратно под тихие завывания и стала глотать воздух, бешено глядя вокруг себя.       С остальным ей уже помог персонал, а сам «спаситель» незамедлительно убежал на улицу, нервничая. В таком состоянии он не мог вести машину, поэтому решил снова закурить. И когда у него появилось так много сигарет?..       Через двадцать минут из «Пряника» вышла девушка. На её плечах болтался тонкий плед, волосы словно стали жить своей жизнью, а туфли она несла в руке.       — Изуку, — Очако подошла к другу и опустила взгляд вниз. — Спасибо тебе…       — Не говори об этом, — он громко сглотнул, стараясь унять такую заметную дрожь. — Ни мне, ни мужу, ни кому-либо ещё.       — Ох? Ладно… — Очако опустила виноватый взгляд. — Я… Я узнаю был ли Энджи заказчиком и сообщу тебе об этом.       — Спасибо, — омега кивнула и ушла к своей машине.

От кого: Изуку Мидория^^ 17:41 Кому: Тсукаучи Наомаса В ближайшее время я смогу сказать причастен ли главный подозреваемый к делу или нет

      В это время Кацуки сидел в маленькой комнате, читая книгу. Сюжет был довольно лёгок, но запутан настолько, что альфа изредка выписывал свои мысли по поводу происходящего в блокнот. В дверях показался слуга. Он прошёл внутрь, держа серебряный поднос с кружкой и чайничком. Поставив его и поклонившись, Аояма отошёл, ожидая, пока хозяин не отпустит его. Бакуго отложил чтение, налил себе немного горячей жидкости в чашку и отпил, пройдясь языком по внешней стороне зубов.       — Отвратный кофе, — он кинул посуду обратно на поднос и встал, поправляя пиджак.       — Что?.. Но тут всё так, как Вы любите, — растерялся Юга. — Сварено при обычной темп…       — Если я говорю, что мой кофе отвратный — это значит, что он отвратный, — господин резко схватил подчинённого за нижнюю часть лица, сжимая и затыкая недоделанного француза. — Или ты сам хочешь попробовать?       Он взял чайник и поднёс его носик к парню. Тот забегал глазами, не понимая что хочет сделать Кацуки, пока горячий кофе не полился на его лоб. Аояма завизжал, но крепкая ладонь попрепятствовала звуку, который теперь едва ли можно услышать в другом конце комнаты. Юга вцепился в чужую руку, стараясь отстранить от себя посуду, но тщетно. Куда уж бете тягаться по силе с альфой? А Бакуго не успокаивался, лишь сильнее напрягал пальцы и смотрел на покрасневшую кожу немигающим взглядом алых глаз. В них бушевала жажда крови, которую так нужно было унять. Тёмный кофе стекал по носу и щекам, задевал закрытые от боли веки, доходил до губ и обжигал палец возле них. Слуга вертелся, но под самый конец просто потерял сознание, упав на пол. Хозяин особняка встряхнул запястьем, подняв голову, и увидел в проходе чей-то быстро скрывшийся за стеной силуэт. Сил гнаться за «очевидцем» не было, да и указательный палец ужасно пульсировал, поэтому Кацуки просто понадеялся на то, что этот некто рано или поздно выдаст себя сам.