Недвусмысленные знамения

Так уж повелось, что история циклична. Всё повторяется, и чаще всего это вина вовсе не устройства Вселенной, а отдельных индивидуумов, которые не способны вырваться из собственной одной-единственной круговой извилины в голове. Азирафаэль общался по телефону с Кроули, сидя за письменным столом в своём магазинчике, и пытался не шуметь, дабы не мешать забредшему студенту. Молодой человек не стал покушаться на книги, он просто попросил разрешения переписать кое-какие вещи, и уже с полчаса скрипел ручкой. Вот это посетители, которых Азирафаэль заслужил. — Я не собираюсь покупать белое. — экспрессивно (и слишком громко) высказался Кроули, — Да-да, я помню про фрукты. — Только не яб… — Посмотрим, ангел, — связь резко прервалась. Азирафаэль тяжко вздохнул и привстал с кресла, чтобы проверить сохранность книг, ведь студент засобирался на выход. Кроули часто покупал яблоки. Ангел предпочитал думать об этом, как о странной ностальгии по Саду. У него же отношения с яблоками так и не сложились, особенно если вспомнить ту выволочку после Грехопадения. С Небес на Землю Азирафаэля дёрнул звон колокольчика над дверью. Он поднял голову, думая, что это заспанный студент вернулся за забытой ручкой, но у входа стоял неприятный господин явно бандитской наружности. — Я бы хотел видеть хозяина магазина. — нарочито вежливо сказал господин, немного переигрывая. — С кем имею честь говорить? — деловито поинтересовался Азирафаэль, напрягшись. — У вас очень хорошее место. — мужчина так и не назвал своего имени. Это было весьма грубо с его стороны. — Удобно в географическом плане. Азирафаэль кивнул, соглашаясь, и тоскливо подумал, что придётся использовать чудо. А это было не очень безопасно с точки зрения пристального внимания Рая. Не в первый раз подобного рода господа заходили в его магазинчик и вели переговоры, полные завуалированных угроз и обещаний всех возможных благ. За всё время существования магазина Азирафаэль выпроводил таких вот бизнесменов с несколько дюжин, но те, неотвратимые, как дождь в Лондоне, сменяли друг друга. Круговорот бандитов в Сохо. — Ангел, кроме яблок ничего хорошего не было, но, послуш… — Кроули уставился на мужчину в абсолютно безвкусном пиджаке и поморщился, — Допустим. Не буду мешать? При этом он вопросительно посмотрел на Азирафаэля, вздёрнув бровь: всё точно в порядке? Ангел кивнул и указал на пакет, мол, иди разбери, я тут справлюсь. Азирафаэль вместе с незнакомцем взглядом проводили вышедшего Кроули, а затем вернулись к пристальному изучению друг друга. — Так вот, на чем я остановился? Вот если б вы продали это место моей компании, то обеспечили б себя и… — незнакомец многозначительно посмотрел на дверь, за которой скрылся Кроули, — Вашу семью деньгами на всю, кхм, оставшуюся жизнь. — И что же вы хотите здесь сделать? — Азирафаэль был просто любопытным. Он скрестил руки на груди. — Бар. — А вот это Азирафаэль воспринял как личное оскорбление. От гнева воздух вокруг него загустел, подрагивая, как в жару над асфальтом, и Азирафаэль набрал в лёгкие воздуха, чтобы сорваться на нахале после долгого и сложного дня, а после сделать так, чтобы он никогда не вернулся. Кроули выглянул в щёлочку между косяком и дверью. Человек не представлял угрозы для Кроули и интереса для ангела. Как говорится, подслушивать — грех, но очень полезно. Он просто щёлкнул пальцами, и бандит с тихим хлопком исчез. А Кроули спас ничего не подозревавшего Азирафаэля от плохого парня. Умничка, Кроули, возьми с полки пирожок. — Кроули, зачем? — Азирафаэль потёр переносицу и раздражённо вздохнул, — Я же не беспомощный. — В смысле? — не понял демон проблемы, — Он тебе досаждал, я помог. Всё чудненько. Пойдем пить чай? Или вино. Или портвейн. Он сделал приглашающий жест в сторону кухни, но Азирафаэль о чём-то крепко задумался и не отреагировал. Кроули недоуменно приподнял брови, передёрнул плечами и повернулся, подразумевая, чтобы Азирафаэль шёл за ним. — Кроули? — раздался голос за спиной. — М-м? — Ты считаешь, что я слабее тебя? Кроули нахмурился. Он едва сдержал порыв пригнуться: слова Азирафаэля были полны непонятной ему обиды, смешанной один к одному с раздражением. Он обернулся, замечая, как окаменело лицо ангела, а его взглядом можно было резать яблоки. Как-то так установилось за много лет, что Кроули вытаскивает Азирафаэля из разного рода неприятностей. Это было как что-то само собой разумеющееся — защищать ангела, пусть даже осознавая задним числом, что тот в этой самой защите не особо нуждается. Ладно, возможно, в некоторой степени Кроули и начал воспринимать ангела как кого-то менее… одарённого решимостью. Подставь другую щёку и весь этот бред. — Ты же знаешь, я не хотел тебя обидеть. — Кроули призвал всё своё красноречие, но, судя по всему, Азирафаэль сделал свои выводы из его долгого молчания. Наверняка все сомнения Кроули были крупно и разборчиво написаны у него на лбу, потому как демон не привык держать в узде свои эмоции рядом с ангелом, — Азирафаэль… — Замолчи, — оборвал его ангел спокойно. В голосе появились металлические нотки, от которых у Кроули вдоль позвоночника пробежалась колкая морозная дрожь. Азирафаэль подошёл к нему вплотную, и это было всё равно что стоять у обрыва и смотреть на бушующее море внизу. — Ты такого обо мне мнения? Горло сжало, Кроули словно прошил электрический разряд. Та сила, что витала в воздухе, парализовала демона. Кроули не смог выдавить из себя хотя бы слово, и, Дьявол, это начинало серьёзно пугать. — Отвечай, если я спрошу, — всё тот же спокойный, властный голос Азирафаэля сбивал с толку, ведь в его глазах Кроули видел бушующую бурю. — Понятно? — Да. — выдохнул Кроули, удивляясь собственной покорности. Он мотнул головой, отгоняя от себя липкий, иррациональный страх, опасно граничащий с возбуждением. Кроули почувствовал себя загнанным в ловушку. От ангела исходила спокойная уверенность, что совсем не вязалось с психологическим состоянием Кроули — всё внутри мелко-мелко искристо задрожало, когда ангел окинул его долгим, оценивающим взглядом с ног до головы и поджал губы. В глазах Азирафаэля что-то неуловимо изменилось, и он сделал шаг навстречу. Кроули остолбенел, замер и задержал дыхание, когда холодные бледные пальцы коснулись горла. Лёгким-лёгким поглаживанием Азирафаэль окончательно выбил демона из привычной колеи, и тут комната вокруг завертелась, вильнула в сторону, и спустя мгновение Кроули пялился в потолок спальни ангела. Кроули попробовал двинуться, но оказался будто замурованным, как жук в янтаре. Он не без усилия повернул голову вбок и увидел, что Азирафаэль возвышается над ним, изучает, практически лапает взглядом. Кроули закрыл глаза и приказал себе успокоиться. Когда-то он признался ангелу, что боль его возбуждает. Когда-то он сказал, что не прочь попробовать побыть снизу. Когда-то он предположил, что ему понравится исполнять приказы в постели. И все же последнее он никогда не признавал и не, Дьявол упаси, говорил вслух. Кроули проникся своей беспомощностью и всей безвыходностью этого щекотливого положения. Там, где обычно находилась его демоническая энергия, сейчас было удручающе пусто. Его лишили возможности сбежать. Азирафаэль нечитаемо смотрел на него, прищурившись, и нельзя было понять, о чём именно ангел думает. Непредсказуемость пугала, Кроули вдохнул поглубже и не смог выдохнуть, поняв, что его тело не разделяло мнение разума. Кроули нравилось, что ему не оставили путей отхода, и пока инстинкт самосохранения вопил, что оказаться обездвиженным перед раздражённым ангелом было совершенно отвратительной идеей, возбуждение поднялось из потаённых глубин сознания и заставило сердце биться чаще. Этот властный ангел был просто сногсшибательным. Суровый взгляд, каким Азирафаэль наградил Кроули, не на шутку заводил. — Я же ангел, — сказал Азирафаэль, словно все объясняло, и Кроули готов был поклясться, что на нем только что было намного больше одежды, а руки не были… Связаны? Серьёзно? — Азирафаэль, что все это значит? — Кроули прикусил язык, проглатывая чуть менее цензурную версию. Он дёрнул связанными за спиной запястьями, проверяя путы на прочность, но Азирафаэль проигнорировал это, — Ангел? Кроули тихо зашипел и выгнулся. Азирафаэль, чтоб его, выкрутил ему сосок. Даже сквозь чёрную майку было больно. Демон гулко сглотнул, ощущая, как последний барьер из ткани растворяется в небытие, а рука Азирафаэля ложится на обнажённую грудь. — Ты ещё не понял? — кровать прогнулась из-за веса ещё одного тела, когда Азирафаэль сел и склонился над Кроули, пересчитывая пальцами рёбра и спускаясь ниже. Ох, дьявол. — Я считаю, что сделал… — Кроули осёкся. Он не мог сказать «правильный поступок», слова застряли на подходе, — Азирафаэль, заканчивай. Давай поговорим. — Да? — рука ангела прочертила путь наверх, слегка царапая кожу, и легла на ключицу, — Что, Кроули, хочешь поговорить? Совесть проснулась? — У меня ее нет, ангел. — спокойно ответил Кроули. Он попытался передёрнуть плечами, но это оказалось сложновыполнимо из-за связанных запястий за спиной, — Я со всем разобрался, никто не пострадал… Кроули умолк. Стоило мельком взглянуть на Азирафаэля, как все самообладание полетело к чертям. Тот был зол. О-очень зол. Что он сказал не так?.. На горло легла холодная сильная рука. Захват не тянул на настоящий контроль дыхания, зато этот властный жест замечательно выбил воздух из его лёгких. Пульс бешено бился под пальцами ангела, и душевное равновесие окончательно покинуло Кроули, на прощание оставив лёгкое головокружение и тянущее, почти болезненное возбуждение. Взгляд Кроули зацепился за взгляд Азирафаэля, и демон не мог заставить себя отвести глаза. Его тело казалось неимоверно тяжёлым и каким-то чужим. Что бы Азирафаэль не предпринял, Кроули решил, что не станет препятствовать. — Кроули, — Азирафаэль отнял руку от его шеи и переместил вниз, с нажимом оглаживая грудь, задевая ногтями соски, провёл по прессу и остановился в опасной близости от лобка, — Встань на четвереньки. Кроули сдержал скулёж, родившийся в горле от этих слов, сказанных серьёзным и почти угрожающим тоном. Тело не слушалось. Каждая мышца оказалась ватной, и Кроули сгорал от несвойственного ему стыда, неловко переворачиваясь на бок. Оказалось, что приподнять бёдра без рук — задача не из лёгких, но Кроули справился, уперевшись лбом в матрас и тихо выругавшись сквозь стиснутые зубы. — Молодец. — он не столько увидел, сколько услышал в голосе ангела одобрительную улыбку. Азирафаэль вздёрнул его за запястья, отрывая от кровати. Кроули шикнул от боли в затёкших плечах — руки он уже почти перестал чувствовать. — Не шипи, отвлекаешь. — Азирафаэль подоткнул ему под бёдра подушку и погладил по спине, — Будешь много болтать — получишь кляп. Кроули выдохнул со смесью восхищения, недоверия и восторга. Ангел произнёс это так буднично, словно они только подобным в постели и занимались. — Останься на секунду. — Азирафаэль встал с кровати, оставляя после себя запах и тёплый остаточный след от прикосновений. За шумом крови в ушах Кроули едва разобрал, что тот сказал. Сгорая от любопытства, он повернул голову, наблюдая за удаляющимся Азирафаэлем. Видно, ангел хотел заставить его медленно запекаться в собственном возбуждении. Кроули всерьёз начал рассматривать возможность облегчить тянущую боль в каменно стоящем члене трением о кровать и взвешивать, как сильно на этот финт разозлится Азирафаэль. Кроули боролся с собой целых полторы минуты, но тут ангел, будто почуяв неповиновение, вернулся. На нем уже не было пиджака. Рубашка была расстегнута на две пуговицы сверху, но, на вкус Кроули, Азирафаэль всё ещё был непозволительно одет. Но даже при этом Кроули мог сказать, что его ангел божественно красив, и власть ему определённо к лицу. Демон на секунду представил золотые крылья за спиной Азирафаэля и тяжело выдохнул. — Я ещё ничего не сделал, дорогой. — Азирафаэль выглядел слегка озадаченным, но предвкушение быстро вытеснило всё остальное, и Кроули против воли напрягся. Азирафаэль многозначительно взглянул на Кроули, принимая бросаемый одними глазами вызов. В потемневших радужках мелькнула молния, и на ягодицу Кроули приземлилась тяжёлая рука. — Кто ты и что сделал с моим Азирафаэлем? — пробормотал демон, прекрасно осознавая, что нарывается, но окончательно выпал в осадок, только когда Азирафаэль обвёл контур его губ. Кроули понял намёк слёту. Смазки не будет. Только если он постарается, поработает языком, только тогда растяжка пройдёт хорошо. Чёрт. Его язык прошёлся по всей длине ухоженных пальчиков. Кроули знал, что делает. Он прикрыл глаза, представляя, что на месте пальцев сейчас находился член Азирафаэля. Внизу все сошлось тугим узлом. Демон еле удерживал себя от постыдных стонов. — Не молчи. — Азирафаэль наградил его грубым звонким шлепком. Вместо внятных слов Кроули застонал во весь голос, зная, что ангел примет это, как ответ, — Молодец. Я хочу слышать тебя, Кроули. Азирафаэль отнял влажно блестевшие пальцы от его рта и коснулся инстинктивно сжавшего ануса. Ангелу, видимо, его напряжение пришлось не по нраву, и тянущей болью от удара зажглась вторая ягодица. Демон послал к чёрту мысли о гордости и прочей неважной ерунде и кинул все свои небогатые ресурсы на то, чтобы расслабиться. — Умница. — услышал демон и подался навстречу пальцу Азирафаэля. Кроули давненько не бывал снизу. Его тело отвыкло от всего этого, так что первое, что он почувствовал — боль и растянутость. Но он ничего не сказал, а Азирафаэль, то ли сжалившись, то ли просто следуя плану, целью которого было довести Кроули до безумия, добавил всё-таки смазки (слюна имела свойство высыхать) и ввел второй палец. Он — не с первого раза, но всё же, — нашёл простату, и Кроули выломало в позвоночнике, а всхлип полностью заглушила подушка, что в общем-то было не его виной из-за связанных рук, но Азирафаэль всё равно отыгрался, наградив очередным неслабым шлепком. Из-за пальцев внутри Кроули прошила дополнительная волна удовольствия, настолько острая и насыщенная, что демон не сразу понял, что этот стон издал он. Растяжка была долгой, настолько, что демон заподозрил, что Азирафаэль просто мучает его, не давая ничего для высвобождения. Кроули пару раз чуть не кончил, его член нетерпеливо ныл, но Азирафаэль прижимал Кроули к матрасу, срубая на корню любые попытки потереться. Было жарко. Просто невыносимо. С него градом лил пот, руки отнялись окончательно, но Кроули всё равно беспомощно дёргался в путах, пытаясь сподвигнуть ангела на более активные действия. Однако Азирафаэль не останавливался до тех пор, пока Кроули не сдался. — Азирафаэль, если ты сейчас не… Ах, чёрт! — Кроули непристойно всхлипнул. Азирафаэль специально прошёлся как раз по простате. — Ангел, мм… Молю, мне нужно больше. Пожалуйста. Кроули протестующе застонал, когда пальцы покинули его тело, оставляя лишь пустоту и неудовлетворенность. Он уже успел тридцать три раза пожалеть о том, что вообще раскрыл рот. Кроули весь сжался, но этого было недостаточно. Нервы сдавали, а желание смешивалось с неправильной, болезненной любовью к этому сильному существу над ним. Ангел дразнился. В этом Кроули не сомневался. Демон чувствовал, как Азирафаэль развёл в стороны его ягодицы, и когда Кроули уже был готов к такому желанному члену внутри себя, его обломали. Азирафаэль провёл между ягодицами членом, прикусил нежное местечко, где плечо переходит в шею, и железная хватка легла на напряжённые запястья, вздёргивая нервно рыкнувшего Кроули над кроватью. — Ангел… — Кроули сильнее прогнулся в пояснице, призывая сделать хоть что-нибудь, ради всего грешного. Игра зашла слишком далеко, и если Азирафаэль ему сейчас не вставит, он просто взорвётся. — Что такое, дорогой? — ангела выдал с потрохами его голос. Такой хриплый, низкий, полный желания. От звука голоса Азирафаэля демону стало только хуже, его член дернулся, и Кроули зажмурился до звёзд перед глазами. — Перестань мучать себя и меня. — демон попробовал сглотнуть, но во рту пересохло. Мыслей связных в голове уже не осталось, всё разумное сожрало возбуждение, становящееся невыносимым. — Трахни меня наконец. Азирафаэль приподнял его бёдра поудобнее и заставил развести ноги. Кроули почувствовал, как тот приставил ко входу крупную головку. По телу демона прошла дрожь. Он ждал так долго, и прелюдия слишком затянулась. Одним слитым движением Кроули подался назад и протяжно застонал. От полноты ощущений хотелось закричать; член Азирафаэля проникал так глубоко и правильно, и Кроули пришлось сморгнуть закипевшие в уголках глаз слёзы удовольствия и боли. Это было слишком хорошо. Азирафаэль склонился над ним и жарко выдохнул в ухо, тут же целуя загривок, от чего у Кроули вырвался ещё один непрошеный стон. — Хватит медлить, — взмолился демон, медленно плавясь. Ужасно хотелось движения, — Азирафаэль… Азирафаэлю самому было невтерпёж, и он качнулся вперёд, милостиво добавляя смазки. Волна похоти подхватила обоих. Кроули выгнулся под напором Азирафаэля, его тело словно пронзили тысячи иголок, немилосердно играясь прямо на оголенных нервах. Если бы были свободны руки, то Кроули бы непременно вцепился в матрас, лишь бы не скользить, а подмахивать более ровно и сильно. Но ему оставалось только поддаться Азирафаэлю и радовать его слух стонами, которые вырывались из груди без участия мозга. Он бы уже давно послал веревку по известному адресу, да только особые руны не позволяли этого сделать. Азирафаэль играл с демоном — демонстрировал силу. У Кроули чуть ум за разум не зашёл, когда Азирафаэль распахнул белоснежные крылья, скрывая их от остального мира. Он захлебнулся в чувстве принадлежности. Он был для ангела ценным, любимым, защищенным. В какой-то момент, ангел сбился с ритма, ускоряясь, толчки стали рваней. Кроули захрипел, ощущая приближение оргазма, но внезапно, как гром среди ясного неба, Азирафаэль навалился на демона и пережал член у основания, не давая возможности кончить. — Азира…фаэль… — имя ангела срывалось вперемешку с всхлипами, Кроули хотел кончить, желал этого так сильно. Он даже на какую-то секунду подумал, что тот хочет вместе — романтичный идиот. Азирафаэль слишком быстро покинул его тело, выплескиваясь на ягодицы и бёдра, и Кроули мог бы кончить от одной только мысли о его горячей сперме на себе, но жестокая рука никуда не делась. Кроули неудобно вывернул шею, чтобы посмотреть на присевшего рядом ангела. Он готов был просить, умолять, только чтобы ему развязали руки, чтобы позволили кончить. Беспомощность серьёзно давила на мозги, что, тем не менее, отнюдь не помогало справиться с желанием. Кроули закрыл глаза, едва только горячая ладонь легла на его щеку. Азирафаэль помог ему сесть к себе на колени и обнял крыльями. По спине снова пробежали мурашки. — Покажи мне всю свою любовь в этом поцелуе. — прошептал Азирафаэль, накрывая второй рукой твёрдый, пульсирующий от недостатка внимания член демона. И Кроули поддался — а что ему оставалось? Он столкнулся губами с губами Азирафаэля, целуя его и вкладывая всю свою страсть, всю свою жгучую любовь, и чуть не отключился — из-за ласкающей руки и светлого тепла крыльев. Ему нужно было так немного — пара резких движений, и Кроули кончил на свой и чужой живот, утыкаясь ангелу лбом в плечо. — Что это было? — прошептал Кроули в красные опухшие губы ангела, и тот улыбнулся в ответ. — Я тебя тоже люблю. — просто сказал Азирафаэль, освобождая демона от верёвки. Кроули зашипел — руки до самых плеч превратились в воду, от резкой смены положения на место облегчения пришла боль. — Нет, серьёзно, может, теперь поговорим? — поинтересовался Кроули, растирая покрасневшие и ноющие запястья, — Что ты так взъелся? Азирафаэль уклончиво ответил, избегая смотреть на демона: — У всех бывают плохие дни. Кроули внимательно на него посмотрел, беспечно обтёрся простыней и погладил красивое крыло Азирафаэля. — Как твой возлюбленный, я хочу оставить за собой право быть немного… сверхопекающим. — Хорошо, — Азирафаэль убрал крылья и столь же пристально взглянул на Кроули, — но тогда тебе придётся время от времени принимать на себя удар, так сказать, раз уж от бандитов ты меня защитишь. — Договорились. — Кроули кивнул, фыркнул и завалил ангела на подушки, обнимая. — Я же не слабее тебя, Кроули. — пробормотал Азирафаэль ему в плечо. — Ой, да иди ты, воин господень.