Мир, в котором меня нет

В такой размеренной жизни и спокойном существовании я провела около полумесяца рядом с Мори и Наоми. Они стали мне близки, и я их полюбила всем сердцем. Настолько отзывчивых, искренних и добрых людей я еще не встречала. Несмотря на некоторые казусы, все было идеально. Рассуждая об этом за завтраком, я не заметила, как меня зовет Наоми: — Ари, Ари? — Прости, я задумалась немного, — прожёвывая лист салата, ответила я. Она ласково улыбнулась: — Ничего страшного. Не хочешь сегодня прогуляться в лес за некоторыми травами для лекарств? Мои глаза заблестели в предвкушении этой вылазки. Мори и Наоми были очень осторожны в отношении меня и этого мира. Учитывая то, что я многого не знала и могла где угодно заблудиться, они разрешали мне выходить с территории дома только в сопровождении одного из них: либо с Мори, либо с Наоми — что бывало крайне редко. Поэтому любая возможность вырваться наружу и увидеть что-то необычное, меня обескураживала и радовала, как маленького ребенка. Любопытство брало верх надо мной, и мне хотелось запечатлеть в своей памяти все увиденное и услышанное в этом мире. После завтрака мы с Наоми собрались и вышли на тропу, ведущую в гущу леса, где на нескольких полянах могли найти нужные травы. Постепенно я запоминала, какие ингредиенты нужны для самых популярных лекарств и зелий. Однажды Мори даже разрешил мне приготовить самое простое лекарство от головной боли. И знаете, что? У меня получилось. Может быть, мне надо было пойти учиться на медика? Мы проходили мимо извилистых деревьев с желтой и зеленой корой, листья которых были словно огромные лопухи. Рядом с ними, у самых корней, ютились маленькие цветные грибочки, шляпки которых напоминали флуоресцентные краски. Обильная крона деревьев разных пород закрывала небо над нами, и только изредка лучики солнца могли пробиться сквозь такой щитовой барьер, пронзая гущу леса, словно острыми иголками. Диковинные зверьки, названия которых мне еще предстояло узнать, шныряли с ветки на ветку либо по земле, каждый раз пугая меня до белого каления. Зато вот Наоми это веселило раз за разом, и она, хихикая, все время повторяла: «Ты как пугливая дикая лисица, всегда на стороже, но всегда трусишь». Она была права, по своей натуре я трусиха еще та. Но все же, несмотря на мои частые испуги, путешествие сквозь лес меня всегда приводило в восторг. Вся эта густота сине-зеленого пространства с тишиной, накрывающей одеялом, одновременно приводила в восторг и ужас. Пройдя несколько шагов, мы очутились перед поляной, озарённой солнечным светом, на поверхности которой всеми цветами радуги раскинулись травы и полевые цветы. Легкий аромат разносился по окрестностям. Эти поляны в лесу напоминали мне чем-то оазисы в пустынях: такие же редкие, и такие же великолепные. Мы принялись искать нужные растения. Обычно Наоми всегда разговорчива, добра и слегка наивна в общении или отношении к кому-то, но как дело доходит до работы, она тут же становится серьезной и целеустремленной. Поэтому собирали растения мы в тишине. Она с лицом, исполненным ответственностью, рыскала по всей поляне в поисках ордоколы (местное растение в виде синих хрусталиков, ингредиент во многие отвары и лекарства), а я тем временем, наполненная присущей мне рассеянностью в подобных обильных местах, шагала мимо колышущихся от ветра листков арфиты, цветы которой напоминали наши ромашки, только вот лепестки были не белые, а ярко-желтые с такими же яркими розовыми вкраплениями. Дойдя почти до конца поляны, я заметила, как в траве что-то блеснуло синевой. — Наоми, я нашла! — восторженно прокричала я своей спутнице. Наоми тут же, как собака ищейка, подняла вверх голову и стремительно направилась ко мне. Пока она пробиралась сквозь разнообразие трав и цветов, я вдруг заметила человеческий силуэт между деревьями, где уже начиналась другая часть леса. Спрятавшись между стволами деревьев и в тени их кроны, там явно кто-то за нами следил. Но вот кто? Мори рассказывал, что в лесах иногда встречаются путники или заблудшие существа, но помимо них бывают ещё и разбойники. И вот, разрываясь на две части, то ли окликнуть незнакомца, то ли не обращать внимания, я стояла как вкопанная и ждала Наоми, чтобы показать ей. Как только я начала слышать ее приближающиеся шаги, мое тело тут же оцепенело, будто парализованное. Я не могла двинуть ни пальцем, ни головой, и только глаза судорожно бегали из стороны в сторону, в надежде увидеть Наоми рядом. — На…о…ми, — только и успела я прошептать, как вдруг так же неожиданно, как и оцепенение, все мое тело засияло красным светом, а перед глазами из ниоткуда появился свиток бумаги, на котором было что-то написано. — Ари! — послышался напуганный голос Наоми где-то из-за спины. В ушах раздался звон, а затем хриплый мужской низкий голос: «По приказу короля, сегодня состоятся выборы тринадцатой невесты. Просьба всем девушкам, достигшим совершеннолетия и не состоящих в каких-либо узах с противоположным полом, явится на площадь для проведения ритуала. Помните, что невыполнение приказа будет караться строгим наказанием. Метка на вашей руке означает обязательное беспрекословное исполнение и явку. После проведения ритуала и выбора тринадцатой невесты, метка исчезнет, и все будут свободны. Сегодня на площади в полдень. Пока вы помечены, вам запрещается покидать страну, создавать семейные узы и притворяться больной». И в тот же момент, как по щелчку пальцев, сияние исчезло и оцепенение пропало. Тут же на мое плечо легла мягкая рука Наоми: — Ари! Ты в порядке?! — ее голос дрожал. Я повернулась к ней: — Что это было? Глаза, наполненные страхом, — вот что я увидела впервые в Наоми. Она крепко прижала меня к себе, ничего так и не ответив.