С ног на голову или шиноби в Хогвартсе

Яркое зимнее солнце сквозь воздушные полупрозрачные занавески пробивалось в небольшую комнату. Светловолосая девочка лет четырёх, что-то пробормотав во сне, перевернулась на другой бок, но так и не проснулась. Не проснулась она и тогда, когда к её кровати подошли родители. Женщина, высокая и стройная блондинка, с нежной улыбкой потрепала дочь по голове:  — Вставай, Луна. Сегодня Рождество. Девочка глубоко вздохнула, что-то пробормотала, но глаза на ласковый голос не открыла и лишь поглубже закопалась в одеяло. — Надо же, как сладко спит, — покачала головой женщина, обращаясь к своему мужу, такому же высокому и светловолосому. — Даже будить не хочется, Ксено. — Пусть выспится, Дора, — приобняв жену, улыбнулся мужчина. — Подарки никуда от неё не денутся. Пара, не переставая обниматься, тихонько вышла из спальни дочери. Как только дверь за ними закрылась, девочка, как ни в чем ни бывало, открыла глаза и села. — Так, значит, я теперь Луна?* — прошептала она просто чтобы понять, как именно теперь звучит её голос. Этой ночью Хината Хьюга проснулась от неприятного предчувствия. Что-то явно было не так. Много времени, чтобы выяснить, что именно, у нее не ушло. Небольшая, но уютная даже в полумраке комнатка оказалась ей не знакома. В шкафах и на полках лежали всевозможные игрушки и книги, а на стене висело овальное зеркало. С худенькой и светловолосой девчушкой у наследницы клана Хьюга на первый взгляд не было ничего общего. На вид ей теперь было года четыре. «Это хорошо, не будет проблем с тем, чтобы не вызвать подозрений», — решила она. Родителей или опекунов девочки добродушная Хината волновать раньше времени не хотела. Судя по одежде в шкафу и отсутствию даже тренировочного оружия, эта семья принадлежала к гражданским, а непривычный интерьер говорил о том, что она каким-то образом переместилась либо в другую страну, либо мир. Причем больше аргументов было именно за второй вариант. Доказательствами служили отсутствие бьякугана и СЦЧ. При всем этом чакра отлично ощущалась и даже каким-то образом поддавалась контролю. Хината, не смотря на свои обширные знания в этой области, медиком все-таки не была и поэтому оставила размышления на потом. Спустя пол часа девушка окончательно успокоилась. Сама ситуация её ни капли не напугала и даже не показалась чем-то из ряда вон выходящим. Как любого шиноби её с детства готовили к неожиданностям, а как чунин она знала о других мирах и техниках призыва. «Стоит начать со сбора информации, а дальше буду действовать по обстановке. Самое главное — понять, чьих рук это дело», — твёрдо решила она. На этом её мысли начали путаться. Нукеинов, способных на такое, девушка не знала, а союзников подозревать не хотелось, да и незачем им. Хината чувствовала, что упускает из виду нечто важное, но никак не могла понять, что именно. Единственное, что по-настоящему встревожило добросердечную Хинату, была судьба девочки. Она ни малейшего понятия не имела, что случилось с ребенком, но поделать с этим ничего не могла. «Нужно вернуться обратно, и как можно быстрее, тогда, возможно, ещё не поздно будет помочь». Решение логичное и правильное, но в данный момент абсолютно невыполнимое. За то, что её потеряют в Конохе, Хината не переживала. После войны абсолютно любого шиноби, даже нерадивую наследницу клана, могли в любой момент вызвать на затяжную миссию без объяснения причины. Хоть после сражения с Кагуей и прошло полгода, но его плачевные последствия устранялись крайне медленно, а медики и сенсоры требовались всегда, даже в относительно мирное время. «Я вернусь, обязательно вернусь, Наруто-кун», — тихо, но твёрдо пообещала она тому, кого искренне любила и хотела защищать всем сердцем. Девушка и сама не заметила, как легла в кровать, свернулась клубочком и уснула практически до самого прихода Ксенофилиуса и Пандоры Лавгуд.

***

К похожим выводам пришла и Харуно Сакура. Проснувшись посреди ночи не в своей кровати, девушка поначалу даже не удивилась. Последнее, что она помнила, были посиделки с наставницей, Шидзуне и парой десятков токкури** саке. Однако, разобравшись, что к чему, она довольно быстро взяла себя в руки и стала выяснять куда, а самое главное в кого, её занесло. На большинство её вопросов ответил личный дневник, найденный на дне ящика с куклами и мягкими игрушками. Толстая белая тетрадь с котятами практически на треть была покрыта незнакомыми письменами. Сакура не без удивления обнаружила, что понимает их.  — И так, меня зовут Гермиона Джин Грейнджер. Мне шесть лет, люблю родителей, кошек и читать, — едва слышно повторила Сакура основную информацию, чтобы закрепить. — Со сверстниками практически не общаюсь, мечтаю стать врачом. Кроме того, из записей следовало, что живет она в стране под названием Англия, в городе Лондон, ходит в младшую школу, где гордо носит звание отличницы и зубрилы. Родители (оба работают в больнице) её любят, но у них слишком мало времени на неё, а других родственников помимо них нет. Все это её устраивало. Примерно в такой же ситуации была и она сама в то время, когда только поступила в академию. Девушка тряхнула головой, прогоняя тревожные мысли о Конохе. Конечно она сможет вернуться, ведь её ждут там. «Наверняка от наставницы влетит за отсутствие. Как она там без меня справляется?» — то и дело крутилось в её голове, не смотря на все попытки сконцентрироваться. Сразу после изучения дневника Сакура метнулась искать зеркало. «Не то чтобы меня волнует собственная внешность, но знать, с чем имею дело просто не обходимо. В конце концов, придётся провести в этом теле некоторое время». Увиденное её более менее устроило. Средний рост, нормальное телосложение, густые каштановые волосы, чуть вздернутый аккуратный нос и выразительные карие глаза. «В будущем этой девчушке явно повезёт». Даже чуть длинноватые передние зубы не портили впечатление, придавая улыбке особенное очарование. Гораздо хуже обстояли дела с чисто силовой стороной вопроса. Нет, для гражданской девчонки все было замечательно, но вот для шиноби… Сила ниже среднего, про растяжку и вообще говорить нечего. У большинства поступающих в академию и то начальные данные лучше. Однако больше всего напрягало не это. Чакра. Как ирьенин, она сильно зависит от контроля. Здесь же она даже не смогла прогнать чакру по каналам, хоть и прекрасно её чувствовала. Только спустя полчаса она поняла, что у здешних обитателей просто напросто нет СЦЧ и они, судя по всему, используют другой метод использования техник, а источником энергии служит окружающая среда. Дальше дело пошло на лад. Выяснив с помощью дневника, что с Гермионой вот уже на протяжении нескольких лет случаются всякие необъяснимые вещи, о которых «...ни в коем случае нельзя рассказывать, а то меня сочтут ненормальной...», Сакура сделала три важных вывода. Во-первых, людей способных контролировать чакру (в дневнике её почему-то называли то магией, то волшебством) в этом мире очень мало и они, скорее всего, держат свои способности в тайне от обычных граждан. Во-вторых, аналога академии тут либо не существует, либо забирают в неё детей более старшего возраста. В-третьих, ей придётся научится использовать чакру в привычном для себя виде, так как сейчас она бесперспективна, поскольку требуется просто запредельный контроль, которого у неё даже в предыдущем мире не было. «Что ж, расклад не самый удачный. Хорошо хоть поддерживать легенду, пока не вернусь обратно, будет легко. На крайний случай воспользуюсь гензюцу… А вернусь я обязательно. Вернусь и надеру задницу тому, кто меня сюда направил, или я не Харуно Сакура, шаннаро!»

***

Прошло около двух месяцев с тех пор, как Итачи занесло в тело Сириуса Блэка и около двух недель, как он, наконец, сумел разобраться с анимагией. Надо сказать, что облик крупного чёрного пса ему нравился: спать удобнее, бодрствовать теплее и дементоры практически не мешают. Именно из-за последней причины первоначальный план побега должен был осуществляться именно в этой форме. Должен был, если бы Учиха решил убегать одиночку. После долгих размышлений, прикидок и компромиссов с самим собой было решено вытаскивать из тюрьмы и Лестренжей. Сама эта идея по какой-то причине вызывала иррациональное отвращение, но здравый смысл подсказывал, что так будет легче. Все таки он куда более мелкая рыбешка, чем его кузина и ее муж, а значит, в первую очередь будут искать именно их. А если «родственники» будут создавать ему проблемы… Чтож, он ещё не разучился убивать.