Рождество.
21 апреля 2026 г., 17:43
Субботнее утро не спешило просыпаться: плотным серым полотном было затянуто небо, словно намекая – торопиться некуда.
Солнце уже давно перестало появляться, прячась за густыми облаками.
Маргарет лежала на спине, глядя в потрескавшийся потолок. В спальне было прохладно как и всегда, а на звуки ветра, отражающийся свистом от окон, никто уже и не обращал внимание.
Вдоль округлых стен тянулись кровати с резными деревянными спинками, разделённые тумбами и занавесями в сине-серебристых тонах. Некоторые из них были ещё задёрнуты — девочки спали, кто-то ворочался, кто-то тихо сопел.
Она отодвинула тяжелый балдахин и села, зябко поежившись. Не удивительно, что Дина так стремилась купить ей больше шерстяных вещей, Мэгг и представить не могла, если так холодно в башнях, то какая температура сейчас в подземельях?
Ей же приходилось спать в большом шерстяном свитере, надевая поверх пижамы, и таких же носках, которые она неведомым образом снимала во время сна. На соседней кровати сидела ее однокурсница, сосредоточенно пыталась заплести косу, еще сонно щурясь. Пол был устлан круглыми мягкими коврами, создавая ощущение тепла.
Ближе к десяти она закончила все свои утренние процедуры, спустившись к завтраку. Выходные позволяли чуть расслабиться, отойти от строгих правил в одежде и поведении. Мэгг любила пользоваться подаренным ей гребешком, с его помощью получались красивые локоны. Ее волосы, почти постоянно вьющиеся от повышенной влажности вокруг, с трудом поддавались магии, но волшебный инструмент усмирял ее кудряшки. Чаще всего, она закалывала прядки по бокам невидимками, открывая лицо, оставляя локоны аккуратно лежать на плечах. Полюбились ей и теплые брюки с начесом, в которых не походишь в учебное время. Даже несмотря на холод, ученикам разрешалось утепляться только дополнительными свитерами, не кричащих цветов, чтобы не портить общее впечатление от формы. Преподаватели старались таким образом, подтолкнуть к изучению бытовых чар, ведь это в их интересах освоить как можно скорее чары теплоты. Мало кому из первокурсников давались подобные чары, поэтому спасались они теплой одеждой.
Завтрак в Большом зале протекал вяло: многие ученики еще спали, позволяя себе пропустить завтрак, преподаватели негромко обсуждали утренние новости. Звон столовых приборов вливался в шум разговоров и запахов, создавая достаточно уютную атмосферу вокруг.
Грея чуть замерзшие пальцы о кружку с теплым чаем, девочка отстраненно смотрела куда-то вдаль, размышляя о последних письмах из дома. Дуглас, в последнем письме, предупреждал, что ей придется остаться на рождественских каникулах в школе.
Семья Дины отправляется в путешествие на несколько месяцев в далекие теплые страны Азии. А он собирается посетить Америку, чтобы встретиться с тем детективом, которого нанял для поиска ее матери. Что она должна чувствовать в такой ситуации? Надежду или ожидание? Страх или предвкушение? По сути, эта женщина была для нее абсолютно незнакомой во всех смыслах. Где-то в глубине души кошки скребли своими острыми коготками, вызывая противный ком в горле. Мэгг боялась признавать, но она надеялась, что поиски не дадут никаких результатов. В голове сидела крамольная мысль – а если эта женщина попытается заявить права на нее? Захочет получить наследство от бабушки или дом? Маргарет еще в глаза не видела, что там осталось от этого наследства, но прекрасно понимала – делиться ни с кем она не собиралась. Даже если это будут два галлеона и полуразрушенный сарай.
С тяжким вздохом, Маргарет принялась за остывший омлет, пытаясь отогнать терзающие ее мысли.
После завтрака она отправилась в совятню вместе с небольшой группой первокурсниц. Как-то неожиданно к ней подошла Альва, а там за ней подтянулись и остальные. Такой дружной и немного шумной компанией они пересекли несколько коридоров и пролетов, пока не дошли до главной лестницы, уходящей далеко вверх.
Девочки из Пуффендуя оживлённо обсуждали подарки, которые собирались отправить домой, а гриффиндорка с веснушками жаловалась, что ей придется остаться в замке.
— Я буду спать до полудня каждый день. Это единственное, что меня радует в нахождении тут на каникулах, — она горестно вздохнула.
— Ставлю сикль, что ты будешь пропадать в библиотеке, — Альва ткнула пальцем ее в бок, привлекая внимание. Маргарет улыбнулась, кивая.
Письмо Дугласу лежало во внутреннем кармане мантии. В этом была своя правда – если повезет, то она действительно будет в библиотеке почти все время, выползая только на ужины. У нее накопилось много вопросов, которые могли решить правильные книги. Да, такой план дел ее устраивал полностью.
Лестница становилась уже и холоднее. Ветер свободно гулял между бойницами, трепал края мантий и выбивал из глаз слёзы. Подниматься становилось утомительнее, лестница была круговой. Оставалось лишь внимательно смотреть под ноги, чтобы не промахнуться. На одном из пролётов им навстречу спускались двое мальчишек со Слизерина. Они спускались неторопливо, негромко обсуждая что-то.
— Я же сказал, ты неправильно держишь палочку, — настаивал один.
— Да всё нормально я держу, просто ты—
Он резко замолчал, заметив девочек. Один из них замедлил шаг и нарочито широко расставил плечи, занимая почти всю лестницу, сбавляя ход, чтобы поравняться на одной из ступенек с девочками.
— Пропустите, — спокойно сказала пуффендуйка впереди.
Мальчик мило улыбнулся, словно ему сделали комплимент.
— А если не пропустим?
Мэгг, не сдержавшись, фыркнула куда-то в свой теплый шарф. Дети. Короткая рокировка и она встала на ступеньку выше, вынуждая пуффендуйку потесниться. Мэгг сделала шаг в сторону, собираясь обойти их ближе к перилам, когда второй резко дёрнулся вперёд, случайно задевая локтем её предплечье.
Боль от тычка поползла змеей выше, в плечо. Ухмылка, расползшаяся по лицу слизеринца, намекала на не случайность.
— Осторожнее, — бросил он.
В памяти, как по щелчку, всплыло: вечер, темный коридор, несколько брошенных фраз в сторону однокурсников. Обычная стычка, в которую ей не посчастливилось попасть. Все закончилось быстро: пара неловких заклинаний. Один магглорожденный успел познакомить свой кулак с носом соперника.
Проходившая мимо профессор Спраут тут же вычла баллы с каждого, назначив наказания. У Мэгг до сих пор ныло плечо, потому как она врезалась в стену, пытаясь не попасть под летящее в нее заклинание. Проверять что это было не хотелось.
Мальчишки переглянулись, фыркнули и пошли дальше вниз, демонстративно не оборачиваясь. Отдышавшись, Мэгг продолжила движение вверх, крепко ухватив свою подругу за руку, пока она не ринулась вниз, чтобы высказать свое мнение.
— Они вечно такие, — пробормотала гриффиндорка. — Гадкие слизеринцы.
Маргарет ничего не сказала. Плечо всё ещё неприятно тянуло.
Наверху ветер был сильнее. Совятня встретила их шумом крыльев и запахом перьев. Мороз просачивался сквозь щели, заставляя зябко ёжиться. Солнце, неожиданно выглянувшее из-за облаков, залило помещение мягким светом — обманчиво тёплым.
Девочки разбрелись по помещению. Кто-то гладил сову, кто-то торопливо привязывал письма.
Маргарет аккуратно прикрепила конверт к лапке знакомой сипухи. Пальцы подрагивали от холода, и ей пришлось сосредоточиться, чтобы не выронить письмо. Птица на это недовольно косилась, нетерпеливо поджимая свои лапки, чтобы поскорее улететь. Закончив, Мэгг пошарила в карманах мантии и достала оттуда завалявшееся печенье. Раскрошив, осторожно протянула ладонь к сипухе.
Пернатая, недовольно ухнула и тотчас склевала крошки. Взмах крыльев и гордая птица улетела в открытое окно, подстраиваясь под поток ветра. Маргарет смотрела ей вслед, завороженно наблюдая, как птица медленно исчезает в кружащихся хлопьях снега.
Этот момент был таким завораживающим, что хоть сейчас бери и рисуй, чтобы запечатлеть, не забыть момент красоты. Мимолетное чувство досады захлестнуло ее – она совсем не умела рисовать, хоть и успела поднатореть за зарисовками бесчисленных растений летом. Сейчас оставалось довольствоваться только своей памятью.
Так и простояв еще пару мгновений, она обернулась, ища взглядом Альву. Шум птиц и ветра заглушал шаги, поэтому волшебница не сразу заметила вошедших. Пробежавшись по ним взглядом, Мэгг вернула свое внимание на подругу, пробираясь к ней. Опять слизеринцы.
Ребята были постарше тех, кого они ранее встретили. Мальчики уже вытянулись вверх, став больше похожими на каланчу. Добротная форма, пусть и по фигуре, все равно висела мешковато. Один из них что-то оживлённо рассказывал про квиддич, размахивая руками. Девочка рядом посмеивалась, накручивая прядь волос. Второй направился очевидно к своей сове, здороваясь, мягко гладя по клюву. Птица довольно уркнула. Третий стоял чуть в стороне, отстраненно блуждая взглядом по совятне.
— Теперь гулять? — она дернула за рукав Альву, обращая однокурсниц на себя.
Девочки согласно закивали, поспешив ретироваться с башни. Дальше по списку была прогулка у озера.
Проходя мимо слизеринцев, Мэгг запуталась рукой в глубоком кармане мантии, намереваясь найти перчатки. Шарф съехал с плеча, словно дождавшись своего часа. Чертыхнувшись, она шагнула назад и споткнулась о край собственного подола. Миг, и ее неудачное падение останавливает чья-то рука – цепкие пальцы крепко удерживают ее за локоть, притягивая ближе.
Маргарет дёрнулась, будто обожглась, вырывая руку.
— Спасибо, — пробормотала она куда-то в подобранный шарф, чувствуя, как лицо заливает жар. Она не осмелилась поднять глаза, чувствуя себя ужасно неловко.
Только когда уже выбежала за девочками, позволила себе коротко оглянуться.
Долговязый слизеринец всё ещё стоял на месте, смотря ей вслед. Его друг что-то сказал ему, усмехнувшись. Он едва заметно покачал головой и разговор продолжился, будто ничего не произошло.
— Да ла-а-адно, не съел же он тебя, — Альва со смехом подхватила ее под руку, торопливо перебирая ногами по ступеням вниз.
— Позорище. — она рассмеялась в ответ, — Мне никак не привыкнуть к мантиям, постоянно в них путаюсь.
***
Рождество она справляла, как и думала, в Хогвартсе. Опустевший замок нагнетал своим холодом и темнотой коридоров. Мэгг вообще не очень любила зиму и все полагающей к ней. Смотреть на снег издалека ей нравилось, с условием, что наблюдает она на расстоянии и в теплоте. Впрочем, девочка предпочитала не жаловаться, а брать, что дают. Развлечений у нее была масса: от прогулок до ленивого ничего-не-делания в постели. Впервые за пол года активной учебы она наконец смогла расслабиться и отдохнуть. Несмотря на некоторую мрачность замка, атмосфера зимнего праздника все равно витала в воздухе. Преподаватели постарались на славу: в особо людных местах плавали свечи, отбрасывая тени на картины и гобелены. Развешенные в разных местах веточки омелы добавляли озорства не только оставшимся ученикам, но и преподавателям. Было забавно наблюдать, как взрослые люди передвигались исключительно зигзагами, стараясь никак не пересекаться друг с другом. Хотя, были и те, кто намеренно пытался поймать случайный поцелуй. Мэгг нравилось гулять по галереям-переходам, там было особенно волшебно. Молчаливые портреты, старые пейзажи и полная тишина. И изредка пробегающие мимо хвостатые фамильяры учеников. Находила она умиротворение и в общей гостиной, греясь по вечерам возле камина с какой-нибудь книгой в руках. Но большая часть ее времени занимала библиотека. Маргарет все также методично изучала архивы прошлых лет, читала старые газеты и книги ища любые упоминания о ее семье. Ей, знавшую, что такое высокие технологии было очень непросто в эпохе прошлого века. Выгрызать знания, постоянно записывать и анализировать – все это давалось с большим трудом. Информацию приходилось собирать по крупицам. Ее семейство были теми еще затворниками. В список чистокровных семей они не попали, как поняла Мэгг, часто разбавляя кровь браком с иностранцами. Что было не свойственно для многих местных семей. Ее отец, Джеймс Эшком, учился в Хогвартсе до пятого курса на Слизерине. В зале Славы девочке удалось найти его колдофото и награды, – Джеймс не был хорошим учеником, но был выдающимся нападающим в квиддичной команде. А после пятого курса… пропал. Точнее, закончил учебу и отправился куда-то дальше. По хроникам газет было лишь несколько значимых упоминаний: объявление о поиске наемных работников за датой аж от 1900 года; и некролог о смерти тогдашнего главы рода – Арона Эшкома. Да, про него Маргарет была наслышана от бабушки. Лорна много писала про него в своих дневниках, вспоминая, каким он был в их недолгий брак. С такими данными делать было нечего. Оставалось только перейти на следующий этап – окружение. И первым в ее списке был декан Кроуфорд. Не к Дамблдору же идти, в самом деле? В вечер перед рождественским ужином Маргарет решилась на разговор. Она стояла перед массивной и высокой дверью, ведущей в личный кабинет их декана. Профессора Кроуфорда она несколько побаивалась, но очень уважала и потому, питала надежду, что он сможет ответить хотя бы на часть ее вопросов. Мэгг, пытаясь успокоить свое волнение, расправила фантомные складки на мантии, пригладила волосы, и наконец решительно постучала в дверь. Спустя, почти бесконечную, минуту дверь тихо открылась, словно пропуская гостью внутрь. — Декан? Можно войти? — Мэгг вопросительно заглянула в кабинет. Быстро огляделась. Помещение было небольшим, сам кабинет являлся как бы отправной точкой, где принимались посетители. Слева дверь вела прямиком в аудиторию, где проходили занятия. А справа, спрятанная за ширмой, в личные покои. Мало кто из преподавателей занимал такие классы, зачастую их личные комнаты находились в отдельной башне. Профессор сидел за своим столом, лениво что-то выписывая из большой книги. Он коротко кивнул, не утруждая обратить свое внимание на первокурсницу. Эдгар Кроуфорд был человеком старой закалки, дуэлянт и участник многих дуэлей. В Хогвартс он пришел преподавать несколько лет назад, после серьезной травмы на дуэли. — Добрый вечер, юная леди. Признаться, я думал, вы явитесь ко мне раньше. — он снисходительно улыбнулся, рукой указывая на мягкое кресло. Маргарет, чувствуя как начинает краснеть, поспешила присесть на указанное место. — Не совсем понимаю о чем вы, декан. Профессор тяжко поднялся, опираясь о стол. Взмахом палочки, на небольшой столику возле ног ученицы плавно опустился поднос с чайным сервизом. — Не желаете к чаю печенья? Или конфет? Пузатый чайник поднялся в верх, принявшись разливать заваренный чай по чашечкам. — Благодарю, — спохватилась Мэгг, поняв, что засмотрелась на такую демонстрацию магии, — Не хочу перебивать аппетит перед ужином. По кабинету распространился ароматный запах листового чая. Помещение, словно нагрелась теплом от чайника, побуждая девочку чуть расслабиться. Профессор сел напротив, расположившись в таком же кресле. Так, начиная традиционно с погоды, завязался разговор. Эдгар интересовался и ее адаптацией, и успеваемостью, хотя точно был в курсе как обстоят дела. Маргарет не любила светские беседы и декан не производил впечатление человека, который может так внимательно заботится о своих учениках. Она видела его лишь на парах, в общую гостиную он заглядывал дай Мерлин раз в неделю, номинально проверяя, все ли в порядке. Вся забота лежала на старостах факультета. Конечно, он вставал на защиту и решал вопросы, которые требовали его вмешательства, но не более. — Декан, — Мэгг обхватила чашку руками, чтобы не выдать свое волнение. Хотя конечно, она прекрасно понимала, что Кроуфорд все видел. — Я бы хотела задавать вам несколько вопросов касательно моей семьи. Мужчина кивнул, отставляя пустую чашку. — Думал, мы так к этому и не придем. Девочка вскинула голову, поджимая губы. Он все знал и тянул время, издевался. — Я… я хотела бы знать больше о своей семье. Моя бабушка держала все в тайне. Я узнала, что волшебница лишь после ее смерти. — Прежде всего, Маргарет, я соболезную вам. Мы слышали об этой истории и конечно переживали, как это могло на вас отразиться. — Эдгар стал более серьезным, — Я видел все ваши потуги в библиотеке. Какие книги вы изучали, архивам каких годов интересовались. Это похвально, что вы стремитесь получить ответы. Ваш род… скажем так, репутация у него не самая приятная. Эшкомы всегда были очень скрытными. Чем они занимались? Знаю, что Арон был отличным ликвидатором проклятий, но не совсем легальным. Большая часть их состояния была построена на его бизнесе. — он бросил осторожный взгляд на свою ученицу, отслеживая реакцию. — С Джеймсом я знаком лично. Он знаете, очень не однозначный человек. — он призадумался, словно вспоминая, — Разносторонний, да. Мы с ним сошлись в дуэли, на одном соревновании в Америке. И хотя, дуэли не его профиль, сражался он достойно. Сразу видно, что он боевик. — Я знаю, что он учился в Хогвартсе до пятого курса. Но больше никакой информации я не нашла. — Он доучивался в Дурмстранге. Не удивительно, он пошел по стопам отца. в какой-то степени, изучение темной магии основа для ликвидаторов. Но, склонен предположить, Джеймс тянулся к тайнам магии как мотылек к огню. Маргарет подняла взгляд. — То есть… — она медленно подбирала слова, — вы хотите сказать, что мой отец сознательно выбрал этот путь? Кроуфорд чуть склонил голову, разглядывая её внимательнее, чем прежде. — Я хочу сказать, что он не был тем, кого можно было бы к чему-то принудить. В комнате на мгновение повисла тишина. — А… сейчас? — Мэгг всё же задала вопрос, который не давал ей покоя. — Вы не знаете, где он? — Если бы знал, — спокойно ответил Кроуфорд, — вы бы уже не искали ответы в старых газетах. Он не звучал резко, просто констатировал факт. Маргарет опустила взгляд в чашку. Чай уже остыл. Значит, даже здесь — тупик. Мысль пришла неожиданно спокойно. Без той тревоги, которая была раньше. Это было ожидаемо, но надежда всегда умирала последней. — Декан… — она снова подняла глаза, — а про Арона… кроме того, что он ликвидатор… что-нибудь ещё? Кроуфорд на секунду задумался, затем медленно провёл пальцами по краю подлокотника. — С ним предпочитали не связываться без крайней на то причины, — наконец сказал он. — Он был жесток. Он ломал рамки дозволенного, ломал суть магии. Маргарет нахмурилась. — В каком смысле? — В прямом, мисс Эшком. Некоторые вещи в магии лучше оставить… нетронутыми. Ваш дед, — он сделал короткую паузу, — так не считал. Маргарет медленно кивнула. Это необходимо было обдумать. — Спасибо, декан. Она аккуратно поставила чашку на стол и поднялась. Ноги ощущались странно лёгкими, будто не совсем её. — Если позволите… — Конечно, — кивнул Кроуфорд. — И, Маргарет. Она остановилась уже у двери. — Любопытство – полезное качество, — произнёс он. — До тех пор, пока вы понимаете, когда стоит остановиться. Мэгг едва заметно сжала пальцы. — Я учту. Дверь за её спиной закрылась тихо, почти беззвучно. Коридоры встретили её привычной прохладой. После тёплого кабинета это ощущалось особенно резко. Маргарет шла медленно, не глядя по сторонам. Мысли всё ещё цеплялись друг за друга, не давая сосредоточиться на чём-то одном. Раз с тайнами семьи она зашла в тупик, то и мучить себя далее не было смысла. Оставалась надежда на Дугласа. Маргарет четко решила, что пора заканчивать плыть по течению, а брать все в свои руки. Она миновала несколько лестничных пролетов, неторопливо поднимаясь в башню факультета. У нее еще было время, чтобы переодеться к ужину. К вечеру замок будто немного ожил. Тёплый свет начал просачиваться из-под дверей, в коридорах стало чуть шумнее — редкие голоса, шаги, приглушённый смех. Маргарет, спускаясь по лестнице к Большому залу, поймала себя на мысли, что впервые за последние дни слышит столько людей сразу. Двери зала были распахнуты. Внутри оказалось непривычно иначе. Длинные факультетские столы исчезли. Вместо них в центре стояли несколько меньших, расставленных ближе друг к другу, будто нарочно стирая границы между факультетами. Над ними парили свечи — ниже, чем обычно, мягче, создавая ощущение почти домашнего света. У входа стояла большая пышная ёлка, ярко украшенная лентами и свечами. Народу было немного. Ученики расселись вперемешку: кто-то держался привычных компаний, кто-то, наоборот, впервые позволял себе сесть рядом с теми, с кем в обычные дни даже не заговорил бы. А кто-то так и продолжал держаться особняком. Мэгг на секунду замедлилась, решаясь, куда можно было бы присесть. Профессор Слизнорт, заметно оживлённый, что-то рассказывал, широко жестикулируя, и время от времени раздавался его довольный смешок. Рядом с ним кто-то из старших учеников слушал с вниманием, будто боясь пропустить хоть слово. Чуть поодаль Маргарет заметила Дамблдора. Он сидел не за отдельным столом, а среди учеников, слегка наклонившись вперёд, будто был вовлечён в чужой разговор. Кроуфорд тоже был здесь. В отличие от остальных, он держался чуть в стороне от детей, но сидел рядом с Помоной. Женщина, что-то оживленно рассказывала ему, активно жестикулируя руками, так и норовив смахнуть рукой рядом стоящий бокал. Мэгг предпочла сесть поближе к своим софакультетникам, справедливо решив, что больше подсаживаться не к кому. Оставшихся ребят с первого курса она не знала – они были в основном с Гриффиндора. — Надо не забыть взять с собой закусок. А то так и останемся ни с чем, как в прошлом году. — пробормотала ее соседка, обращаясь к своей подруге. — Я забыла про мантию, много не унесу. Девочки принялись отбирать появившиеся тарталетки на отдельную салфетку. Мэгг чуть косилась, но признаков интереса не подавала. Еда появлялась сама собой, сменяя блюда одно за другим. На этот раз без тыквенного сока — вместо него стояли кувшины с тёмным, почти прозрачным напитком. Кто-то уже пробовал десерты, кто-то лениво обсуждал каникулы. — Эй, мелочь, — ее соседка вдруг повернулась к ней, — Что насчет рождественских гаданий в полночь? Мэгг едва подумав, согласно кивнула. Гадания это всегда интересно. Ей было даже было любопытно, что могли придумать маги в гаданиях. — Тогда не стесняйся выбирать еду, после всегда появляется голод. Советую взять тех пирожных. Она кивнула. Протянула руку вперед, чуть наискосок к тарелке с шоколадными пирожными, но поняла, что они стоят слишком далеко. Тогда Мэгг подняла взгляд на того, кто был ближе к десерту. Это был тот самый парень из совятни. Девочка замерла, но спохватившись, что это может выглядеть совсем неприлично, обратилась к нему, — Кхм… Извини, ты не мог бы, пожалуйста, подать эту тарелку? — парень повернул голову, отрываясь от разговора. Никакого узнавания в его лице не отразилось — лишь короткий, спокойный взгляд, как на любого другого ученика за столом. Он молча чуть наклонился вперед, подхватывая тарелку, чтобы протянуть ей. — Не лопните, леди. — он добродушно усмехнулся. Ее соседка рядом фыркнула, махнув на слизеринцев рукой. Как-либо пререкаться не было желания ни у кого, поскольку атмосфера вокруг располагала только к расслаблению и наслаждению этим вечером. Мэгг, освоившись, вовсю крутила головой, вслушиваясь в разговоры вокруг. Голоса, свет, тепло — всё это постепенно возвращало её обратно в настоящий момент, вытягивая из тяжёлых мыслей. И, может быть, впервые за долгое время ей не хотелось анализировать происходящее. После ужина все разбрелись по разным направлениям. К полуночи в гостиной осталось совсем немного людей. Маргарет устроилась на ковре ближе к камину. Две старшекурсницы перетащили низкий столик, чтобы все могли уместиться на полу. Из было всего пять человек: сама Маргарет, две девочки с четвертого курса и одна девочка с третьего. Мальчиков, которые оставались на каникулы, было еще меньше, но они предпочли не участвовать в таком скромном мероприятии. — Так даже лучше, — негромко сказала одна из старших, поправляя рукава мантии. — Без лишнего шума. Она поставила на стол глубокую чашу с холодной водой. Рядом — толстую свечу и небольшой кусочек воска. — Это старый способ, — пояснила она, отламывая воск на несколько частей. — Можно расплавить или сам воск или использовать только свечу. Смотрите на форму и первое, что приходит в голову — то и есть ответ. Маргарет чуть склонила голову, наблюдая. Первая девочка поднесла воск к огню. Он медленно начал плавиться, становясь мягким, почти прозрачным по краям. — Не держи слишком долго, — предупредили её. — Иначе растечётся. Та кивнула и, чуть помедлив, вылила расплавленный воск в воду. Раздался тихий всплеск. Форма схватилась почти сразу — неровная, с выступами. Девочки склонились над чашей. — Похоже на… птицу? — неуверенно сказала она. — Или на крылья, — добавила другая. Она взяла тонкую книжку, больше похожую на брошюру. Пролистав несколько страниц, нашла похожую фигуру, — К переменам. Хотя, у тебя птица совсем неказистой вышла. Следующая попытка вышла менее удачной — воск распался на бесформенные кусочки. — Ну вот, — вздохнула она. — У меня, видимо, вообще ничего. — Значит, пока и не надо, — пожали плечами. Очередь дошла до Маргарет. Она решила взять в руки свечу, боясь обжечь ненароком пальцы. О чём думаешь… Мысль сама собой ускользнула в сторону разговора с Кроуфордом. Наклонив ее чуть вперед, она подождала, пока воск не начал медленно стекать вниз. Все вновь склонились перед чашей. Форма получилась вытянутой, с резким изгибом. словно тонкая линия, прерывающаяся посередине. — Что это? — спросила Мэгг, не понимая, как ей интерпретировать фигуру. — Похоже на… трещину, — неуверенно протянула третьекурсница. — Или на дорогу, — возразила одна из старших. — С поворотом. — Или на разрыв, — добавила вторая, чуть внимательнее приглядываясь. Маргарет чуть сжала губы. Разрыв или дорога. Удивительно, как одно и то же может звучать по-разному. Она осторожно коснулась края застывшего воска пальцем, словно проверяя настоящий он или нет. — Не обязательно сразу понимать, — спокойно сказала старшая. — Иногда понимание приходит позже, в самый неожиданный момент. Мэгг кивнула, но взгляд не отвела. Тогда пусть будет дорога. Эта мысль пришла сама собой. Она выпрямилась, отодвигая чашу чуть дальше. В конце концов, именно человек вершитель своей судьбы и если предстоит выбирать из предначертанного, то Маргарет собиралась выбрать самый лучший вариант. Свеча тихо потрескивала, воск продолжал капать, и разговор перетек с гаданий на обыденные темы для девочек. Даже не смотря на разницу в возрасте, им все равно удалось найти общие темы. Даже если это была история возникновения гадания на воске или статистика свершившихся событий в результате гадания. Так, за чаем и сладким, потянулась долгая ночь.
