Хранилище знаний
31 июля 2019 г., 23:04
Я не спешил вставать с постели в свой первый день в Мэйнхэттене. Мне нужно было время, чтобы освоиться и создать стабильную базу для себя. Ведь нельзя посвятить себя более высокому призванию, если у тебя проблемы с оплатой счетов. Кроме того, я потратил годы на планирование побега из Седловой Ланки, и ещё один день отдыха не повредит.
Стремясь начать день на позитивной ноте, я отправился в ближайшее кафе, где на завтрак подавали самые вкусные буррито. Они напомнили мне о кулинарных шедеврах моего отца, но ностальгия быстро прошла. Это было в прошлом, и мне нужно было сосредоточиться на своём будущем.
Закончив завтрак, я перешёл к следующему этапу своего плана — исследованию Мэйнхэттена и всего, что он может предложить. Купив билет на весь день в метро, я ездил по городу, прижавшись лицом к окну и глядя на здания, площади и парки, которые проплывали мимо. С эстакады я наблюдал, как тысячи пони ходят по улицам, а пони-пегасы летают туда-сюда. Это было великолепное зрелище, но из всех зданий и учреждений в Мэйнхэттене было только одно, которое я жаждал увидеть превыше всего. Вскоре оно появилось на краю городского парка — Библиотека Мэйнхэттена.
Я до сих пор помню трепет, который испытал, увидев её в первый раз. Это самое старое здание в городе, его сердце. Именно здесь сотни лет назад группа пони стремилась превратить остров в рай культуры и образования. Мечта о процветающем культурном центре сбылась, но запланированные университеты в основном вернулись на материк, поскольку здания поглотили всё доступное пространство на острове. Теперь осталась только библиотека, действующая как самое ценное хранилище знаний и мудрости пони в городе.
Это здание манило меня, потому что именно здесь должна была начаться моя миссия. Однако когда метро остановилось на библиотечной станции, я не вышел. Я не был готов войти в эти залы и изучить множество рукописей внутри. Я мог бы зайти, если бы захотел: вам не нужно знать магические пароли или вступать в клуб, чтобы попасть внутрь. Я просто хотел подождать, пока устроюсь, прежде чем полностью посвятить себя учёбе.
Когда метро снова тронулось, я увидел, как библиотеку поглотили соседние небоскрёбы.
***
Наконец я вышел из метро в восточной части острова. Я хотел увидеть некоторые из более крупных районов города, чтобы и получить удовольствие, и наметить потенциальные места работы. Я добрался до развлекательного района города. Он был полон кинотеатров для фильмов и спектаклей, художественных галерей, аркадами с новейшими электронными развлечениями и даже парком развлечений с огромным пирсом, который уходил в море. Я бы мог провести здесь целый день, но мне удалось сдержаться и остаться только на час. Я решил, что всегда смогу вернуться сюда, когда мне понадобится расслабиться и отдохнуть. Но мне ещё нужно было увидеть и исследовать многое. Затем я отправился в деловой район. Здесь было не на что посмотреть туристам, но для ищущего работу это было практически изобилие возможностей. Все крупные корпорации Эквестрии располагались здесь, среди их различных высоток. Отметив каждую компанию и тип корпорации, я составил список лучших кандидатов, которые могли бы воспользоваться моими услугами. В конце концов, все хорошие корпорации нуждаются в пресс-релизах, речах и сообщениях для собраний компании. Я мог бы пойти в башни и подать заявление, но решил этого не делать. С одной стороны, я ещё хотел исследовать Мэйнхэттен дальше. Во-вторых, у меня не было подходящей одежды, и я не хотел портить свои первые впечатления. Но это не было проблемой, поскольку торговый район города был рядом с бизнес-башнями. Если в библиотеке и культурном центре Мэйнхэттена торговый район был жизненной силой, которая удерживала его на плаву. Здесь можно было найти всё: одежду, игрушки, электронику, еду, книги, транспортные средства, зелья — всё это соперничало за моё внимание (и, что более важно, за мой кошелёк). Я не собирался задерживаться надолго, но огромное количество цветов, рекламы и витрин оказалось, к сожалению, совершенно неотразимым. Увлёкшись чудесами магазинов и товаров народного потребления, я попробовал всего понемногу. Я ходил по продуктовым киоскам с маленькими образцами сыра и крекеров, осматривал многочисленные транспортные средства, доступные для тех, кто их хотел (в основном богатые, которые не очень любили ходить), и даже просматривал магазины игрушек. Там, где у меня были простые деревянные драконы, чтобы исполнять мои мечты, у маленьких жеребят и кобылок сегодня были пластиковые драконы с электронным рёвом и миниатюрные рыцари-пони, которые кричали: «Ты примешь мою дружбу?!», когда ты нажимал на кнопку. Но из всех магазинов, которые я посетил, больше всего меня поразили магазины одежды. В их стенах я нашёл почти бесконечное разнообразие вещей, чтобы примерить: костюмы, пиджаки, галстуки и брюки. Мне было доступно всё — от деловой одежды до повседневных нарядов, от праздничных платьев, сверкающих бриллиантами, вделанными в ткань, до плащей цвета самой тёмной ночи (сделанных, конечно, из искусственной кожи; кто на доброй зелёной земле Селестии будет носить кожу другого разумного существа?). Я ничего не купил, но мне было о чём подумать, особенно о том, что надену, когда начну искать работу. Время пролетело незаметно, и наступила ночь. Мои планы по исследованию Мэйнхэттена были сокращены, так же как и моё путешествие. Я упрекнул себя, садясь в метро и возвращаясь в свою квартиру в северо-западной части острова. Злился на себя за то, что потерял счёт времени, когда зажглись уличные фонари, заливая тротуары золотистым светом. Я был так заинтригован этим зрелищем, что рано вышел из метро и остаток пути до квартиры прошёл пешком, наслаждаясь возможностью понаблюдать за ночной жизнью Манехаттана. Конечно, здесь было намного оживлённее, чем в Седельной Ланке; ночные клубы, уличные кафе и даже несколько катков были доступны для тех, кто приехал из более холодного климата и скучал по домашнему комфорту. Всё освещение и деятельность сводились к сенсорной перегрузке. Меня так и подмывало зайти в какой-нибудь из этих клубов и баров, чтобы взять столько, сколько захочется, присоединиться к толпе и посмотреть, как жители городского пейзажа определяют веселье. Однако я решил не делать этого. Мне нужно было хорошенько отдохнуть, чтобы начать поиски работы.***
На следующее утро, едва солнце показалось над горизонтом, я уже был на ногах. Быстро позавтракав, я отправился в торговый район, чтобы найти одежду, которая мне понадобится для поиска работы. Я хотел выглядеть презентабельно, но не хотел тратить все свои деньги на модные костюмы. Поэтому я выбрал простой чёрный костюм и синий галстук. Переодевшись, я отправился в деловой район, где планировал посетить корпорации и узнать, не нужны ли им писатели или талантливые ораторы. Я верил, что мой дар Сильверспика поможет мне найти работу. Однако мои поиски оказались не такими лёгкими, как я ожидал. Все секретари и менеджеры, с которыми я разговаривал, говорили мне, что у них уже есть свои сотрудники для обработки речей и пресс-релизов. Я пытался убедить их, что мой дар Сильверспика будет полезен, но они были непреклонны. К концу дня я был в отчаянии. Ни одна корпорация не предлагала мне работу. Я понял, что моё мастерство, единственное, в чём я был так хорош, просто не требуется. На следующий день я решил изменить свою тактику. Я использовал свой дар серебряного языка, чтобы тонко влиять на секретарей и менеджеров. Я думал, что это поможет мне получить работу. Но даже моё обаяние не могло изменить того факта, что никто не нанимал пони с моими навыками. Я продолжал свои поиски работы, обходя все предприятия, где мог понадобиться спичрайтер. Но никто не предлагал мне работу. Я чувствовал себя потерянным и беспомощным. Через несколько дней я решил обратиться в агентство по трудоустройству. Я рассказал им о своих навыках и о том, что я могу предложить. Я надеялся, что они найдут мне работу. В конце концов, агентство предложило мне работу в продуктовом магазине. Я должен был собирать полки и убирать во время закрытия. Это было не то, чего я хотел, но это было лучше, чем ничего. Возможно, мне стоило бы быть благодарным, но тогда я был расстроен. В первые дни, когда я надевал зелёные фартуки и расставлял коробки на полках, я улыбался и работал так же эффективно, как и полностью счастливый сотрудник. Но внутри меня кипела злость. Мои мечты о том, чтобы покинуть дом и начать новую жизнь, привели меня к работе, которая не требовала ни одного из моих навыков и талантов. Вместо того чтобы устрашать генеральных директоров и трогать сердца людей силой слов, я убирал вещи, подметал грязь и разбирался с беспорядком, который был создан на пятом острове. Но после первых нескольких дней я попробовал новую тактику: я сказал себе, что это просто работа. И это окупилось. Я продолжал убеждать себя, что главное — это деньги. Работа была лишь средством достижения цели. Мне нужно было сосредоточиться на своей истинной цели. Тем не менее, эта ежедневная рутина заставляла меня делать работу, которая была намного ниже моих способностей. Но я говорил себе, что это только на время. Я ждал своего шанса.***
Шли месяцы, и я работал всё больше и больше. Я трудился дольше и усерднее, чем другие сотрудники магазина. Иногда я оставался после работы, иногда работал сверхурочно, а в редких случаях — в два или даже в три раза больше обычного. С каждой полученной зарплатой мой банковский счёт постепенно рос. Всё, что я не тратил на аренду или еду, я откладывал. Я жил скромно, не покупая никаких украшений, не развлекаясь и не тратя деньги на то, что могло бы украсить мою квартиру. Всё, что я зарабатывал, я откладывал в банк, приближаясь к своей главной цели. Праздники приходили и уходили, а я отправлял открытки и письма домой, объясняя родителям, что слишком занят на работе, чтобы навестить их, но я сделаю это в следующем году. Чтобы облегчить их боль от того, что они не видят своего единственного ребёнка, я также посылал фотографии, которые делал в некоторых известных достопримечательностях Манхэттена, чтобы показать им, что я справляюсь сам. Времена года сменяли друг друга. Снег окутывал Манхэттен, и я ходил на работу в толстом пальто. Затем приходила весна, и деревья на улицах и в парках оживали яркими красками. Моя тяжёлая работа в продуктовом магазине принесла мне прибавку к зарплате. Босс похвалил меня за усердие и трудолюбие, а я кивнул, как хороший маленький работник. Мне было всё равно, как идут дела в магазине и какие красивые полы. Всё, что имело значение, — это чеки. Через полтора года после прибытия в Манхэттен этот день наконец настал. Я получил свою самую большую зарплату, результат получения повышения за моё усердие и тяжёлую работу. И когда я положил эти деньги в банк, я посмотрел на своё заявление и улыбнулся. Наконец-то у меня было достаточно денег, чтобы покрыть все расходы как минимум на год, если возникнет такая необходимость. Время наконец пришло. Я был готов начать свою миссию.***
Это случилось в дождливый день, когда ливень был такой сильный, словно решил залить весь Манхэттен и заставить всех остаться дома. Но даже в такую погоду я не мог усидеть на месте. Я надел самое тёплое пальто и вышел на улицу под дождь. Когда я садился в метро, то чувствовал необычайное спокойствие. По пути в библиотеку я размышлял, почему оказался здесь. Возможно, это было предопределено какой-то непознаваемой космической силой. Эта мысль успокоила меня: если я должен идти по этому пути, то и мои мечты должны сбыться. Я пришёл в библиотеку и с быстро бьющимся сердцем вошёл в её тихие и торжественные залы. Свечи и лампы отбрасывали на мраморные стены тёплый свет. Невидимые камины потрескивали, наполняя здание теплом и создавая уют, чтобы противостоять холоду снаружи. Проходя мимо стойки регистрации, я включил свой амулет и спросил, где можно найти книги по магии. Главный библиотекарь, привыкший к таким вопросам, указала мне на западное крыло. Я улыбнулся и поблагодарил её. Было разумно произвести хорошее первое впечатление, потому что если мне нужно было получить доступ к ограниченным знаниям, то было бы очень полезно быть в хороших отношениях с тем, кто держит ключ. Я читал о магическом отделе в Мейнхэттенской библиотеке. Это второе по величине хранилище магических знаний в Эквестрии, уступающее только архивам Кантерлота. Однако архивы Кантерлота больше посвящены научным знаниям, а Мейнхэттенский филиал лучше подходит для повседневных нужд единорогов. Я сразу поверил в это, когда ступил на землю библиотеки. Она была массивной, занимала целых три этажа и казалась бесконечной. Единороги, которые учились в тот день в библиотеке, вероятно, удивлялись, почему у земного пони кружится голова, когда он видит столько книг по предмету, которым никогда не сможет воспользоваться. Но я проигнорировал их и направился к полкам. Я прыгал с полки на полку, исследуя магические предметы. Там можно было найти всё: от заклинаний и чар до применения магии в повседневной жизни, например, для оживления личной жизни. А ещё там были рецепты зелья и варево, которые любой пони мог приготовить самостоятельно. К моему удивлению, там даже был раздел, посвящённый изучению и пониманию магии земных пони. Однако я проигнорировал его, полагая, что они просто философы, которые пытаются придумать что-то, чтобы предположить, что мы особенные или уникальные. Как я позже узнал, это было в целом верно. Одна книга даже теоретизировала, что причина, по которой мы так хорошо выращиваем пищу, — это наши... э-э... сильные способности к удобрению, чем у других пони. Чары, зелья, магия — всё это было раем для практиков священных искусств. Однако меня не интересовали ни одно из этих явлений. Меня привлекали только две вещи: книги по магии в целом и книги об аликорнах. Я довольно быстро нашёл нужные мне книги, но выбрать, какие из них проверить, было самым сложным. В конце концов я решил взять по три книги из каждой категории, так как это было всё, что могли вместить мои седельные сумки. Я мог бы прочитать их в библиотеке, но решил этого не делать. Мне нужно было уединение для учёбы, чтобы быть в месте, где у меня было бы полное уединение. После того как я проверил книги, я вышел из библиотеки и направился домой, но сначала сделал остановку в небольшом магазине ремесел, который я обнаружил во время своих прогулок. Я хотел получить небольшой знак, чтобы отметить начало моей миссии, что-то, что напоминало бы мне о начале долгого путешествия. Прогуливаясь среди полок, я размышлял о маленьких статуэтках и фигурах, которые я видел, и искал что-то, что казалось бы правильным. Мне не подходила обычная безделушка или дешёвая туристская игрушка. Мне нужно было что-то лучшее, что могло бы выдержать испытание временем и воплощать мои желания и мечты. И тут я увидел её. Она стояла на задней полке, наполовину скрытая за снежным шаром с миниатюрным Мэйнхэттеном. Я отодвинул её в сторону и посмотрел в глаза принцессы Селестии. Точнее, в глаза крошечной статуэтки. Она была небольшой, не больше моего копыта. В неё был вложен амулет, поэтому её крылья время от времени хлопали, а её длинная грива и хвост развевались позади неё, как знамёна на ветру. Но выражение её лица... это выражение её лица поймало меня. Селестию почитают все пони, и это отражается в дани, которую мы воздаём её подобию. Кто бы ни создал эту маленькую статуэтку, он испытывал такое же обожание к нашему лидеру, потому что выражение лица Селестии было прекрасно видно. Оно было тёплым и приветливым, и её милая улыбка, казалось, предлагала дружбу, как бы банально это ни звучало. Глядя в её маленькое личико, я не мог избавиться от ощущения, что она действительно там, смотрит на меня в миниатюре. В этом лице было больше тысячи лет знания и мудрости, и она предлагала их мне, если я захочу. И на несколько мгновений мне показалось, что я снова маленький жеребёнок, нетерпеливо бросающийся к окну и смотрящий на утреннее небо, зная, что где-то Селестия для меня поднимает солнце. Что Селестия была до меня, та, которую я когда-то почитал и обожал. Боль, которую мы испытываем в детстве, часто самая большая в нашей жизни, и её труднее всего отпустить. Принцесса и раньше подводила меня... и всё же что-то заставляло меня смотреть на статую и видеть дальше моего разочарования. Я долго смотрел на неё.***
Спустя десять секунд принцесса Селестия уже ехала в моей седельной сумке в метро, направляясь домой. В вагоне метро были только мы, и никто не обратил на меня внимания, когда я вышел из поезда и пошёл обратно в свою квартиру. Я закрыл двери, зажёг свечи и разложил книги на столе. Затем я положил маленькую Селестию на полку над столом, чтобы она всегда была для меня вдохновением и напоминанием о том, почему я решил взяться за величайшую миссию в своей жизни. Пока Селестия наблюдала за мной, я начал читать и узнал, что тоже могу стать аликорном, как и она.
