Вода на скале
8 августа 2019 г., 17:44
В течение двух дней я был полностью поглощён чтением книг о магии. Я почти не вставал из-за стола, внимательно читая страницу за страницей и делая заметки. Однако мои заметки после прочтения первой книги уместились всего в один абзац.
Первая книга была общим руководством по магии, предназначенным для начинающих. Я отложил её в сторону и взялся за вторую книгу — «Путеводитель по аликорнам и их истории». В этой книге было больше материала для работы, и я сделал целую страницу заметок. Затем я перешёл к последней книге, которая затрагивала магию более глубоко, чем первая.
Возможно, моё волнение подтолкнуло меня вперёд, потому что я не заметил, как закончил и эту книгу. Но я не чувствовал удовлетворения.
В книге было много информации о магии и о том, как она вписывается в повседневную жизнь. Также много говорилось об аликорнах: об их важности, месте в обществе пони и главной обязанности — служить вдохновением для всех нас. Это было мило, но мне было всё равно. Я хотел стать одним из них, а в книгах лишь повторялись общеизвестные факты. Говорилось, что если ты не родился аликорном, то единственный способ стать им — это совершить необычайный подвиг на благо Эквестрии, и только принцесса может преобразовать тебя. Но каковы были шансы, что я, обычный земнопони, когда-нибудь сделаю такое? Нет, я хотел найти какое-нибудь редкое и скрытое заклинание, которое мгновенно преобразит меня.
Отложив третью книгу, я сказал себе, что это была временная неудача. Я прочёл три книги; таких книг были сотни, может быть, даже тысячи. Мне просто нужно было найти правильные.
***
Вернув книги в библиотеку, я сразу же отправился в магический отдел и подобрал три самые толстые книги из тех, что смог найти. Несмотря на боль в спине, которая усилилась, когда я принёс их домой, я не отчаивался. В конце концов, мне нужно было найти ответы на свои вопросы, а для этого необходимо было изучить больше информации. Я был полон решимости и не собирался сдаваться! Я включил камин и поставил диск с джазовой музыкой, а затем устроился на диване с книгами. Моя маленькая Селестия сидела рядом. Я быстро пролистал первую книгу, затем вторую и наконец добрался до третьей... но ничего нового так и не нашёл. На страницах не было ничего полезного. Мне стало не по себе.***
В следующие несколько походов в библиотеку я замечал одну и ту же картину: я брал три книги, быстро их читал, потом начинал паниковать, потому что ничего не находил. После этого я возвращал книги в библиотеку и брал ещё три. Меня, наверное, можно было назвать обычным посетителем библиотеки. Люди, которые часто здесь бывают, могли бы увидеть во мне человека, который любит читать и интересуется магией. Если бы мы вернулись в школу, меня, возможно, назвали бы книжным червём или, в духе Мангуса Блюхорна, книжной бородавкой. С каждой книгой мои знания о магии, аликорнах и пони росли. Я даже нашел заклинания трансформации, но они были только временными, и для единорогов высшего уровня. Только в двадцатую поездку я кое-что понял: если такой пони, как я, пытался изменить себя, почему это не было общеизвестно? Неужели это было так ужасно, что событие было скрыто и похоронено где-то глубоко в склепе, чтобы оно никогда больше не увидело дневного света? Эта мысль настолько меня заинтриговала, что мне потребовалось несколько минут, чтобы вспомнить один важный факт: в библиотеке есть закрытый раздел. В следующий раз, когда я пришёл в библиотеку, я подошёл к стойке регистрации, мило улыбнулся и спросил библиотекаря, могу ли я посетить закрытую секцию. Библиотекарша хорошо знала меня и относилась как к безобидному посетителю, который не создаёт проблем. Но когда я задал вопрос, в её поведении что-то изменилось. Я не понял, что именно, но подумал, что она догадалась о моих намерениях. Как бы то ни было, она кивнула и повела меня вниз по лестнице. Хотя раздел и называется «ограниченным», он не запрещён для пони. Название связано с тем, что в нём хранятся самые ценные книги Мэнхэттена, включая редкие рукописи прошлых веков. Книги могут читать все, но не могут покинуть здание. Запретная секция расположена в подвале, чтобы защитить материалы в случае пожара или другой катастрофы, которая может произойти в библиотеке. Единственный вход и выход — через двойную дверь, встроенную в стену из плексигласа. Эта дверь достаточно прочная, чтобы дюжина земных пони могла крушить её часами. Когда меня провели в комнату с климат-контролем, я увидел, что книги прикованы цепями к стенам и стопкам, чтобы их не вынесли. Вокруг дверей были установлены магические чары на случай, если кто-то попытается утащить книги под гривами или в карманах. Хотя я бы точно не стал так делать. После ухода библиотекарши я провёл большую часть дня, просматривая рукописи. Особенно меня интересовали старые документы. Мне совсем не хотелось, чтобы какой-нибудь супер-редкий дневник короля аликорнов развалился под моими копытами, лишив Эквестрию столь сокровенных мыслей, как любимый вкус мороженого или любимая мыльная опера. Хотя этого и не произошло, ни одна из рукописей не сообщала ничего нового. Конечно, было увлекательно читать их, но помимо новизны хранения оригинальных, тысячелетних рукописей, информация внутри них всё ещё была общеизвестной, давно скопированной в учебники. Тем не менее, я продолжал искать. Всё, что мне нужно было, должно было быть там. Пробираясь через комнату, я просматривал книги по истории, записи древних лидеров и исследования галактики. Я также нашёл книги по мифологии и рисунки легендарных древних зверей: Цербера, Виндигоса и злых драконьих богов. В конце концов я прошёл в дальний конец комнаты и нашёл рукопись времён войны единорогов с драконами. Я надеялся, что это будет что-то полезное, предполагая, что во времена отчаянных сражений против великого и могущественного врага пони обратят некоторых из своих сородичей, чтобы использовать их в качестве магической поддержки. Как оказалось, я был прав. В конце книги была наспех нацарапанная запись от анонимного автора книги. Он описывал, как после битвы, которая усеяла поля трупами солдат-единорогов, королевские семьи обдумывали отчаянный план действий, чтобы заменить погибших. Но когда я перевёрнул страницу, там был только список убитых единорогов, без дальнейшего упоминания о плане. А план по замене павших единорогов? Глядя на эти слова, я усмехнулся. Это было то, что я искал.***
Я почти ничего не знал о войне единорогов и драконов, поэтому отправился на поиски книг. К моему удивлению, на полках была только одна книга, посвящённая этой теме. Война произошла так давно, что большинство пони даже не помнили о ней. Я взял книгу домой и начал изучать её. Оказалось, что война началась из-за недопонимания между единорогами и древними драконами, называемыми архидраконами. Они были намного сильнее своих потомков. Война длилась почти сто лет и привела к большим потерям с обеих сторон. В конце концов, было заключено перемирие, и с тех пор оба вида старались не беспокоить друг друга. Хотя книга была интересной, в ней не было подробных описаний сражений или войск. Я узнал только, что потери в некоторых из самых кровавых конфликтов исчислялись тысячами, уничтожая целые семьи единорогов. Также не было упоминаний о плане аликорнов преобразовать войска. Это заставило меня задуматься: почему информация о плане была скрыта? Я долго размышлял над этим вопросом, пока мне не пришла в голову неприятная мысль: информация о плане могла быть скрыта. Но как такое возможно? В Эквестрии почти нет цензуры, поскольку её можно применять только в том случае, если информация может нанести большой вред населению в целом. Если план аликорнов действительно был скрыт, мне нужно было выяснить почему. Я вернулся в библиотеку и спросил у библиотекаря, есть ли на полках ещё какие-нибудь редкие книги. Она сказала мне, что есть, и указала на толстую дверь за справочным столом. Она предупредила меня, что остальная часть библиотечной коллекции хранится в запретной секции, куда могут входить только учёные, а не широкая публика. Я старался не выдать своего внезапного приступа паники и спросил, почему это так. Оказалось, что в секции хранились свитки и манускрипты, содержащие древнюю магию, которая могла быть смертельно опасной при неправильном использовании. Поэтому только серьёзные учёные допускаются внутрь, чтобы избежать любого пони от случайного развязывания заклинаний, с которыми они не готовы справиться. Я использовал своё обаяние, чтобы убедить библиотекаря, что знаю, что правила есть правила, но они существуют только для того, чтобы убедиться, что никто не делает что-то опасное. Я просто хочу провести исследование о войнах единорога и дракона, и это всё. Библиотекарь, казалось, передумала. Я больше ничего не сказал, но сохранил свою приятную улыбку... даже когда библиотекарь нахмурилась. Она сказала, что нет, что правила окончательны и не имеют исключений. Более того, она предупредила меня, что если я снова попытаюсь очаровать её, мне запретят посещать библиотеку в течение многих лет, и повелела уйти. У меня есть способность очаровывать других своей волей, но у библиотекаря была исключительно сильная воля, обычно встречающаяся у тех, кто не терпит дураков или глупостей любого рода. Что бы я ни сказал, старая кобыла не передумает. Есть определённое оскорбление, которое существа с руками любят давать, когда они очень сердиты, что включает в себя один палец. Если бы у меня были руки, я бы сделал этот жест библиотекарю, когда уходил.***
Даже сейчас я не могу понять, как мне удалось вернуться домой и не начать ругаться в метро и на улице. Я принял горячую ванну, чтобы успокоить нервы, закрыл глаза и погрузился в почти кипящую воду, обдумывая свои варианты. С одной стороны, я был уверен, что единороги когда-то превратились в другой вид. Но с другой стороны, любая информация о таких вещах была скрыта надёжнее, чем Тартар. Правила имели смысл: было бы опасно позволить любому существу войти внутрь и использовать заклинания, которые там хранятся. Но как насчёт тех, кто просто хочет улучшить себя? Я не диктатор, который хочет контролировать время и пространство или свергнуть королевских особ. Всё, чего я хотел — это стать таким же, как они. Я пытался понять, как двигаться дальше, но у меня было не так много вариантов. Путешествие в Кантерлот, вероятно, приведёт к тому же результату, потому что их Запретная секция, вероятно, будет больше и попасть туда будет ещё труднее. Единственным другим вариантом было поступить в академию и провести там следующее десятилетие, работая учёным. Но я не собирался тратить свою жизнь на изучение книг. У меня был ещё один выбор: я читал о магазинах в Кантерлоте, где хранятся чрезвычайно редкие магические предметы. Один из таких магазинов приобрёл немалую известность, продав амулет аликорна Трикси Луламун несколько десятилетий назад. Кто сказал, что в других магазинах нет запрещённых рукописей, которые я мог бы использовать? Но и с этим путём была проблема: пройдя по магазинам Манехаттана, я понял, что если хочешь самого лучшего, нужно собрать много кусочков. Правда, у меня было достаточно денег, чтобы прожить год, но мне нужно было больше, если бы я хотел купить что-нибудь, что могу использовать. Отпросившись с работы, я вернулся в продуктовый магазин с новым планом: накопить достаточно денег, чтобы посетить Кантерлот и посмотреть, какие сокровища скрыты в его переулках. Это было целенаправленно и достижимо, но сомнения начали закрадываться с течением недель. Как и все пони в Эквестрии, я знал историю принцессы Твайлайт Спаркл, самой ценной ученицы Селестии. Она также была одной из немногих пони, которым был дарован дар трансформации, как принцессе Каденс. Мои родители были маленькими, когда произошла трансформация, и сказали мне, что это было событие, не похожее ни на какое другое в истории Эквестрии. У Твайлайт Спаркл более высокий социальный статус, чем у обычного пони вроде меня. Я могу это принять. Я также знал, что она не может просто сидеть и расслабляться, поскольку будучи принцессой дружбы и одним из носителей элементов гармонии, она всё эти годы была занята, занимаясь одним кризисом и проблемой за другой. Интересно, завидовала бы Твайлайт Спаркл моей простой жизни? Но хотя я и не завидовал обязанностям Твайлайт, я завидовал её дарам. В её распоряжении были магия и полёт, любовь и обожание миллионов. После Селестии и Луны она была самой почитаемой пони во всей Эквестрии. Обо мне никто не знал. Никто не знал о моих желаниях. И если нужен был аликорн, чтобы стать одним из них, то какие у меня были шансы?***
Проходили месяцы, и я продолжал хранить то, что мог. Жизнь продолжалась своим чередом. И вот однажды, когда я вытирал пролитую воду в морозильной камере продуктового магазина, меня словно молнией пронзила мысль. Будучи публичным пони, жизнь Твайлайт Спаркл открыта для всеобщего ознакомления через различные источники, такие как газеты, книжные статьи, интервью и сплетни. Однако одна статья, которую я прочитал много лет назад, всегда оставалась со мной. В этой статье обычные пони спрашивали о том, что они думают о звёздном ученике Селестии. И один из них был отставным охранником из Кантерлота. — Твайлайт? — сказал он. — Она замечательная девушка. Всегда вежливая и пунктуальная, с ней легко ладить. Хотя однажды она вела себя немного странно. Я дежурил в зале записей Кантерлота ночью и видел, как она вместе с друзьями тайком пробиралась куда-то. Я предположил, что они веселятся или, может быть, репетируют для игры или чего-то в этом роде. В статье никогда не уточнялось, что именно делала Твайлайт, но слово «тайком» засело у меня в голове. Что бы она могла делать тайком? Она что-то искала? Может быть, какой-то магический артефакт или заклинание? Что бы это ни было, это, по-видимому, сработало, так как вскоре она стала аликорном. Мои мысли быстро сменяли друг друга: если Твайлайт Спаркл пробралась внутрь в поисках запрещённого предмета и преуспела, помогло ли это ей стать аликорном? Если она нарушила какие-то правила, возможно ли, что кто-то другой тоже может это сделать? Я мог бы? Заманчивая мысль. Я наслаждался ей несколько секунд, но потом понял, что это глупая надежда. Нарушать правила неправильно, не говоря уже о том, чтобы вламываться в чужие дома, чтобы получить желаемое. Я не был настолько отчаянным. Отбросив эту мысль, я вернулся к работе. Но вскоре я понял, что не могу так легко избавиться от этой мысли. Она возвращалась ко мне снова и снова в течение следующих нескольких недель, несмотря на все мои усилия игнорировать её. Я не хотел нарушать закон, чтобы получить то, что хотел. Об этом не может быть и речи. Нет, ни за что. Но эта мысль не давала мне покоя. Она раздражала. Она отказывалась уходить, пытаясь измотать меня, как вода камень. Одна капля не имеет никакого эффекта, но миллион может вырезать даже самую сильную гору. Сделаю ли я то, что сделала Твайлайт? С каждым днём мне становилось всё труднее сопротивляться этой мысли. Я готовился к следующему этапу своей мечты, но чем больше думал об этом, тем меньше верил в успех. В Эквестрии, где я живу, после инцидента с Трикси Луламун были введены строгие ограничения на магические артефакты. Принцесса Селестия хотела избежать того, чтобы благонамеренные пони непреднамеренно сеяли хаос среди населения, получив заклинание смерти или что-то подобное. Поэтому она не хотела, чтобы пони могли получить магию уровня аликорна, которая позволила бы им летать. Возможно, существовала рукопись, которая давала такие способности тому, кто был достаточно храбр, чтобы искать её... но это было маловероятно. Репрессии принцессы Селестии распространялись и на книги. Удивительно, как концентрация на негативе может так быстро сломить вас. День за днём я понимал, насколько безнадёжны мои поиски. Мысль о том, что я не смогу достичь своей мечты, пустила корни в моём сознании и безжалостно росла. Моя производительность на работе начала падать. Энтузиазм угас, а фальшивая улыбка исчезла. Дни уборки, чулок и упаковки слились в ужасную скуку. Иногда мне приходилось прислоняться к стене, чтобы продержаться ещё один долгий день, выполняя одну и ту же проклятую работу снова и снова. Даже выходные не приносили утешения. В Седловой Ланке я часто находил душевное спокойствие, гуляя среди деревьев и травы. Но не в Мэйнхэттене, даже в его огромном парке. Мой менеджер начал замечать, что я не справляюсь. Будучи пони, который сосредоточен не только на том, чтобы заработать как можно больше битс, он предложил мне взять трёхдневные выходные, чтобы попытаться расслабиться. Он предложил попробовать посетить развлекательный район, если я хочу освежить своё настроение. Вместо этого я провёл эти три дня в своей комнате, глядя в окно и наблюдая за городом, пока он занимался своими делами, не подозревая, что я вообще существую. Мне хотелось пойти в парк развлечений или в театр, но мой менеджер не понимал, что, хотя я могу избежать своих проблем в течение нескольких дней, они всё равно будут там, когда я вернусь. Моя проблема была не в скуке. Я знал, что мечта всей моей жизни может оказаться недостижимой.***
В последнюю ночь трёхдневных выходных я никак не мог уснуть. Я лежал на спине и смотрел в потолок, понимая, что стою на распутье. У меня было два пути: отказаться от своей мечты и провести остаток жизни, работая продавцом в продуктовом магазине и изредка публикуя свои произведения (если, конечно, мне удастся найти работу писателя), или же стать академиком и потратить следующее десятилетие или два на попытки пробиться наверх. Оба варианта казались мне тупиковыми. Я не собирался сдаваться и тратить бесчисленные годы на то, чего не хочу. Ответ на мои вопросы находился в запретной секции. Единственная дверь отделяла меня от моей мечты. Крошечные глазки маленькой Селестии смотрели на меня. Я долго размышлял. Эта мысль приходила мне в голову и раньше, но на этот раз я не смог от неё отмахнуться. Твайлайт Спаркл хотела стать аликорном и пробралась в запретное место, чтобы получить то, чего хотела. Я мог бы сделать то же самое. Маленькая Селестия продолжала наблюдать за мной, словно ожидая, что я сделаю. У меня не было ответа для неё. Я лежал до поздней ночи и думал о том, как далеко я готов зайти, чтобы получить то, что хочу.
