Acts & Results

Сакура едва видела, куда шла,— перед глазами все плыло, смазываясь в единое бесформенное пятно. Это было невыносимо. Сакура никогда не считала Мадару святым человеком, но то, на что он был готов ради того, чтобы привязать её к себе не просто пугало. Это заставляло её испытывать дикий, почти первобытный ужас. Кое-как добравшись до машины, она села в салон, пытаясь сконцентрировать внимание. Мокрые кончики волос,— на улице крупными хлопьями шёл снег,— неприятно прилипали к шее, и, стянув с запястья резинку, она собрала пряди на затылке. Первичный шок наконец отпустил разум, и Сакура, до того не замечавшая, насколько она продрогла, поёжилась и включила печку. Крупные капли от подтаявшего снега медленно прокладывали мокрые дорожки по лобовому стеклу, и она задумчиво проводила одну из них взглядом. Мадара был прав. Ей действительно было не все равно. Поселившиеся внутри после разговора с Саске эмоции разъедали её, словно кислота. Сакура едва способна была дышать,— потерянная и разбитая, она не придумала ничего лучше, чем отпустить таксиста, тут же позвонить Ино и дрожащим голосом попросить приехать в мастерскую. Подруга примчалась через полчаса,— запыхавшаяся, румяная и очень взволнованная. Что-то тараторя, Ино накинула на плечи вытянувшейся струной в кресле Сакуре плед и, непонятно каким образом отыскав обогреватель, тут же его включила, пододвигая поближе. — Рассказывай,— поставив табуретку прямо напротив Сакуры, Ино выжидающе окинула её взглядом,— Что ты опять натворила? — Здесь был Саске,— она закусила губу, отводя взгляд. Яманака не знала о том, что Мадара — не первый Учиха, с которым её связывали отношения. — В смысле? — Ино нахмурилась, едва заметно дёрнув подбородком,— Мы с тобой об Учиха Саске говорим сейчас? Когда-то он ей нравился. Загадочный и неприступный красавец,— он притягивал взгляды многих девушек их университета. Конечно, только тех, кто не был заинтересован в Мадаре. Со временем симпатия растворилась. Ино даже не заметила, как перестала грезить о Саске, заменив его образ более рутинными вещами,— тренировками, тусовками, болтовнёй с Сакурой. Саске Учиха больше её не интересовал. — Они, похоже, не слишком ладят с Мадарой,— Сакура пожала плечами, делая вид, что она удивлена не меньше. Яманака не узнала об их неудавшихся отношениях с Саске по чистой случайности. Когда они только начинали общаться, Сакура не видела смысла выкладывать все подробности своей личной жизни едва знакомому человеку. А говорить об этом после уже не было смысла. Сакура утешала себя тем, что на самом деле не врёт,— просто немножко не договаривает. Даже у самых лучших друзей могут быть секреты друг от друга. — Ещё бы,— фыркнула Ино в ответ,— Два индюка. Что он тебе наговорил? — Что Мадара женится,— конечно, это ей рассказал не совсем Саске, но таких подробностей вспыльчивой Яманака знать не стоило. — Неужели,— Ино дёрнула бровью, откидывая тяжёлый хвост золотистых волос за спину,— На ком интересно? На той швабре с журналистики? Сакура пожала плечами, пряча взгляд. Скребущее внутри ощущение подбиралось к горлу, и ей захотелось хорошенько прокашляться и выплюнуть его. Это ревность, Сакура,— подсказал ей внутренний голос. — Не говори мне, что ты из-за этого так расстроилась,— Ино, встав с табуретки, поставила чайник,— Ты же сама его бросила. В чем дело? Сакура не могла ответить на этот вопрос. Разумом она понимала, что решение уже было принято, но сердце всё ещё терзали сомнения. — Если бы я знала,— тяжело вздохнув, она приняла из рук подруги горячую кружку,— Может быть, это просто привычка? Она с надеждой посмотрела на Яманака, но, получив в ответ сочувствующий взгляд, совсем скисла. — Знаешь, что я думаю? — Ино присела напротив, большим глотком отпивая чай из своей кружки,— Идеальных отношений не существует. Все мы чем-то жертвуем друг для друга. Вопрос в том, чем ты готова пожертвовать ради Мадары. Я видела, как он смотрит на тебя,— поверь мне, просто так такое не проходит. — Видимо, проходит, Ино. — С чего вообще Саске решил, что тебе будут интересны сплетни о новой пассии Мадары? — Яманака нахмурилась, продолжая,— Тебе не кажется это как минимум подозрительным? Сакура тяжело вздохнула, пожав плечами и сожалея о том, что не может рассказать подруге всю правду. Для её же душевного спокойствия,— убеждала себя она, но липкое ощущение тревоги не покидало,— ложь всегда остаётся ложью. Они просидели в мастерской до позднего вечера. Уютные стены будто придавали Сакуре сил, будили внутри что-то полузабытое и стёртое. Уходить не хотелось, но, заметив как Ино потихоньку начала клевать носом, она, улыбнувшись, предложила ей поехать домой. — Завтра будет тяжёлый день,— заметила Яманака, туго оборачивая шею шарфом,— Ты уверена, что справишься? Коротко кивнув, она потянулась к подруге за прощальными объятиями. — Не позволяй ему манипулировать тобой,— напоследок сказала Ино, прикрывая за собой дверь. Её совет вылетел из головы Сакуры, как только она приехала домой и открыла ленту новостей. Рассматривая очередную порцию фотографий Мадары с его девушкой, она пыталась убедить себя в том, что он делает все это специально. Издевается над ней или мстит,— иначе объяснить то, что происходит она не могла. Тебе все равно,— она повторила про себя эти слова несколько раз, словно мантру. Хватит метаться. Вышвырни его уже из своей жизни окончательно. От злости, — на себя, на гребаного сующего везде свой нос Саске, на Мадару, который по какой-то непонятной причине стал значить для неё больше, чем того хотелось,— она едва не зарычала. Откинув телефон в сторону, Сакура, укутавшись в одеяло, прикрыла веки. Проснулась она от тихонько скрипнувшей двери в комнату. Открывать глаза не хотелось и, поворочавшись, она зарылась носом в подушку, уже не слыша мягкие шаги прикрывающего за собой дверь отца. На утро всё встало на свои места. Буря внутри, казалось бы, улеглась, и теперь Сакура не видела никакой трагедии в том, что Мадара с кем-то сошёлся. Да и чёрт бы с ним. Сакура решила быть выше этого. Достала из ящика тумбочки коробочку с кольцами,— они ей не нужны были и тогда, сейчас — тем более. Она просто вернёт их и пожелает счастья. Да, именно так она и сделает. В дороге до универа, Сакура думала только о том, что не стоило давать Мадаре призрачный шанс. Она знала с самого начала, что ничего не выйдет,— не потому что он ей не нравился, а скорее, потому что Сакура Харуно просто не была создана для отношений в принципе. У неё были любящие родители, лучшая подруга, творчество, да, в конце концов,— кот. Ей больше никто не был нужен. Она,— сама по себе. И вряд ли когда-нибудь найдётся человек, который сможет принять её такой. На парковке её встретили свистящим шёпотом за спиной, но Сакура больше не обращала внимания на развлекающихся за счёт чужой личной жизни студентов. Казалось бы, её репутация не могла пострадать ещё больше. Одним слухом больше,— одним меньше, какая разница. В последнее время Сакура даже серьезно начала задумываться о том, что было бы неплохо перевестись в другой университет. Может быть, в другой город. Останавливала только мысль о Яманака, которая оставалась здесь её якорем. Расстегнув пальто и ослабив шарф, Сакура, уверенно петляя между студентами и пытаясь пробить себе дорогу до гардероба, совсем не заметила уже знакомую девушку напротив. Их столкновение было таким же неизбежным, как столкновение Титаника и айсберга. Сакура, больно ударившись плечом об стену, зашипела, и подняла взгляд на агрессора. — Прощу прощения,— Наоми, кажется так её звали, округлила глаза в притворном изумлении,— Без Мадары тебя совсем не заметно. Сакура нахмурилась, медленно начиная закипать. Манерами эта девица была явно обделена. — Ты все никак не угомонишься?— она поправила сползающую лямку сумки на плече. Продолжать конфликт не хотелось, но, попытавшись пройти мимо, Сакура снова встретилась с чужим плечом. — Это ты никак не угомонишься,— Наоми ткнула в неё пальцем, заставляя изумленно попятиться,— Зачем ты нас преследуешь? Оставь Мадару в покое, ты ему не нужна. — Что, черт возьми, такое ты несёшь? — до Сакуры медленно, но верно начинало доходить, что задумала эта девица. На них уже начала обращать внимание толпа, расступаясь и открывая лучший обзор. Она играла на публику. Достаточно эффектно для того, чтобы люди, верящие любой сплетне, её поддержали. Только публичной травли Сакуре и не хватало. — Не строй из себя дуру,— Наоми скрестила руки на груди, внимательно оглядывая её с головы до ног,— Ты теперь,— его прошлое. А я — настоящее и будущее. Поэтому будь добра, не вставай у меня на пути. Язык Сакуры будто онемел. Откинув волосы за спину, Наоми, кажется предельно гордая собой, прошла мимо, звонко цокая каблуками. Сакура проводила её пустым взглядом. И лучше бы она этого не делала. Мадара, расслабленной походкой идущий по коридору напротив, её не замечал. Сакура видела, как вцепилась в его руку Наоми, растягивая ярко накрашенные губы в улыбке. Видела, как легко она переплетает свои пальцы с его. И она не могла перестать смотреть. Студенты, быстро потерявшие интерес к её персоне после ухода Наоми, обступили со всех сторон, скрывая из поля зрения Мадару и его новую подружку. Сакуре вдруг стало нечем дышать, и, судорожно пытаясь сделать хотя бы глоток воздуха, она пыталась добраться до уборной. Приступ сухих рыданий отпустил её спустя несколько минут. Умывшись холодной водой, Сакура внимательно смотрела на своё бледное лицо в зеркале. Уйти достойно оказалось сложнее, чем она думала. И пусть это глупо и по-детски, но прежде, чем сжечь все оставшиеся мосты, она должна была подобающе попрощаться. А дальше все закрутилось, как в калейдоскопе. Откопав в сумке коробочку, она собрала в горсть все кольца, тут же выкидывая её в мусорку. Ты теперь прошлое,— напоминала себе Сакура. А значит и терять тебе нечего. Острые грани бриллиантов больно впивались в кожу ладони, но она едва обращала на это внимание. Ей хотелось кинуть их прямо ему в лицо, сказать что-нибудь кислотно-ядовитое, такое, чтобы он запомнил на всю свою оставшуюся жизнь. Но сил хватило всего на одно слово. «Поздравляю» А потом он растоптал её. Сакура видела, как торжеством горят угольки его чёрных глаз. Ей хотелось расхохотаться и поаплодировать ему,— браво, Мадара. Великолепная игра. Но Сакура, соскребав с пола остатки гордости, ушла. Теперь не осталось ни ревности, ни злости. Только жалость. К Мадаре с его душащей, больной привязанностью. К Наоми, чьё сердце он разбил без колебаний. И к себе. Мечущейся, ищущей спокойствия и совершенно запутавшейся. Заводя машину, Сакура думала только об одном. Как же ей хотелось домой.

***

Мадара не торопился. Медленно, почти нехотя накинув на плечи пальто, он ленивой походкой направился к машине. Когда это началось? В тот момент, когда он заметил её с другим в клубе? Когда он увидел их с Саске на парковке? Или же Мадара был обречён с самого начала, с первой их встречи? Благословение это было или проклятие, но Харуно Сакура теперь стала центром его вселенной. И Мадару тянуло к ней силой гравитаций, никак не меньше. Заводя машину, он двинулся по давно изученному направлению,— к ней домой. У Сакуры было достаточно времени, чтобы принять неизбежное. Больше ждать он не мог. Предвкушение жаром разливалось по венам. Истосковавшийся по её присутствию рядом, Мадара вдавил педаль газа, набирая скорость. Как оказалось, заглянуть к ней в гости решил не только он. У ворот с дежурной вежливой улыбкой его встретил Ямато,— неужели предупредила? Усмехнувшись, Мадара вышел из машины, протягивая ладонь для рукопожатия. — Мне жаль, господин Мадара, но дальше я вас пропустить не могу,— Ямато кинул ему извиняющийся взгляд, а Мадара в ответ едва не расхохотался. Неужели Сакура думала, что это его остановит? — Господин Харуно сегодня принимает гостей и распорядился, чтобы посторонних не впускали. — продолжил Ямато, отступая на пару шагов назад,— Я сообщу о том, что вы приезжали. Мадара равнодушно кивнул, переводя взгляд ему за спину. В окнах горел свет, а на втором этаже, в комнате Сакуры, едва заметно можно было различить два силуэта. — Пожалуй, я сообщу сам. Спасибо, Ямато. Достав телефон, он набрал знакомый номер, и, не отрывая взгляда от окна, слушал механические гудки. Обычно Сакура закрывала в своей комнате жалюзи,— любимые ею панорамные окна открывали ясный обзор на то, что происходило внутри. Особенно, если стоять к ним достаточно близко. Видимо, на этот раз она решила, что скрывать ей нечего. Наблюдающий за ним Ямато хотел было что-то сказать, но Мадара заставил его проглотить свои слова одним взглядом. На звонок ему, конечно же, никто не ответил. «Подойди к окну» Он, одним движением отправив сообщение, теперь не отрываясь смотрел на второй этаж. Харуно умела быть поразительно упрямой, когда это нужно было меньше всего. Мадаре не сложно было набрать её номер ещё раз. Если Сакура хотела проверить, насколько он терпелив, он предоставит ей эту возможность. Если она, конечно, готова к последствиям. — Господин Мадара,— Ямато, доставший своей вежливостью, снова окликнул его,— Вам лучше уехать. — Я сам решу, что мне лучше делать,— Мадара обрубил его стальным тоном, всё ещё не отвод взгляда от окон. И она вышла. Сакура Харуно, сжимая телефон в руке, подошла к окну. Мадара, растянув губы в ухмылке, помахал ей ладонью, перебирая пальцами в воздухе. За её спиной угадывался ещё один силуэт,— достаточно высокий для того, чтобы не быть её отцом. Мадара, наблюдающий за ней исподлобья, прикусил щеку, чувствуя во рту металлический вкус крови. Если она сейчас же не ответит, он разнесёт весь дом к чертям, но доберётся до неё. Сакура, упрямо поджав губы,— он знал всю её мимику наизусть,— демонстративно сбросила вызов, оборачиваясь к собеседнику. Это было ожидаемо. Тёплый свет, заполняющийся её комнату, ярким бликом блеснул на рыжих волосах, и Мадара мгновенно узнал во второй фигуре Сасори Акасуна. Достаточно предсказуемо. К кому ещё она могла побежать за помощью и защитой? Мадара видел, каким взглядом смотрел на неё Сасори. Так бездомный пёс смотрит на человека, проявившего к нему каплю ласки. Он был готов идти за ней на край света, ловить крупицы надежды на большее, жалостливо брошенные ею под ноги. Мадара узнавал в этом взгляде себя. Но он не хотел больше быть верным бездомным псом, ожидающим подачки, согласным плестись за ней хуй знает куда в любое время дня и ночи. Он просто хотел забрать своё. Хватит с него её метаний. Если она не может выбрать сама,— он сделает так, что выбора у неё не останется совсем. «Может, пригласите меня на свою скромную вечеринку?» Отправив сообщение, Мадара остановил взгляд на её фигуре, скрестив руки на груди. Харуно знала его достаточно хорошо, чтобы понимать, что он не остановится. Ни сейчас. Никогда. Он видел, как Сакура прочитала сообщение. Видел, как она порывисто ответила что-то Сасори,— наверное, на вопрос. Ему интересно было бы послушать, как она оправдывается. Это было... Забавно. Но, что было удивительно, ревность не сжигала его заживо. Прятала уродливую голову под рёбрами,— до подходящего момента. Который наступил ровно через несколько секунд. Слушая очередные гудки в телефоне, Мадара видел, как обнимает её за шею ладонями Сасори, нежно перебирая волосы на затылке. Внутри него что-то заныло, скручивая внутренности не в узел,— в мессиво, дробя кости, танцуя белыми пятнами перед глазами,— ярость, толкающая к пропасти. Будь он сейчас рядом с ними,— убил бы рыжего, не задумываясь. И если мог бы,— воскресил, и ещё раз убил. Ни капли не пожалев. Мадара, чувствуя, как горит внутри бешеным огнём злоба, заставляя сердце гнать кровь по телу быстрее, слышал собственное тяжелое, сбитое дыхание. И смотрел, смотрел, смотрел. Ловил взглядом каждое движение совсем не сопротивляющейся Сакуры. Видел, как она в очередной раз сбрасывает звонок. И, зарычав, словно раненный зверь, ебнул несчастный телефон об асфальт так, что посыпалась стеклянная крошка, мерцая в полумраке. Мадара едва не потерял разум, видя, как она снова поворачивается к нему лицом. Медленно опускающая жалюзи Сакура скрывала от него свою фигуру, оставаясь с Акасуна Сасори наедине. А вот это было больно. Её упрямость превосходила все ожидания Мадары. И она очень ошибалась, если думала, что сможет спрятаться за спиной Сасори. Если Сакура не готова была расплачиваться за свои ошибки сама, значит, за неё это будут делать другие.