Acts & Results

Проснулась Сакура от противного, свербящего в горле ощущения. Кое-как продрав глаза, она подняла тяжелую голову с подушки, мутным взглядом находя часы. 06:58 Неоновые цифры слепили, и Сакура прикрыла сухие веки, мысленно обещая себе подняться через пару минут. Пара минут растянулась на десять. Приводя себя в порядок перед зеркалом, Сакура поймала отражение собственного уставшего взгляда. Огромный ком эмоций, разраставшийся внутри и угрожающий разорвать её на куски, теперь лопнул, словно мыльный пузырь, оставляя после себя пустоту. Смотря на Мадару из окна предыдущим вечером она не чувствовала ничего, кроме бесконечного раздражения. На что он надеялся, приходя к ней после всего, что сделал? Рассматривая его угрожающую фигуру, она упрямо поджала губы, заставляя себя развернуться лицом к ожидающему от неё ответа Сасори. — Всё нормально,— она выдавила из себя улыбку, надеясь на то, что он не заметит машину Мадары возле ворот,— ей хотелось избежать очередного скандала, которых в её жизни накопилось слишком много. — Выглядишь уставшей,— заметил он, плавными шагами отмеряя расстояние до неё,— Не стоило так рано возвращаться из отпуска. Да,— согласилась Сакура про себя,— не стоило. Спрятанный в ладони телефон обжег вибрацией,— Мадара, как всегда, не собирался сдаваться. — Тяжелый день,— пожала плечами Сакура, вслепую скидывая звонок. — Хочешь, сходим куда-нибудь? — он сделал очередной шаг к ней, пряча руки в карманы,— Отвлечёшься. Обсудим проект. Сакура, инстинктивно сжавшись в комок, тут же отступила назад, замечая, как лицо Сасори в миг помрачнело. — Не стоит,— она покачала головой, надеясь, что он не станет подходить ближе,— Мне просто нужно отдохнуть. Громкое дребезжание вибрации прижатого к стеклу телефона разрезало повисшую в комнате тишину, словно нож,— масло. Сакура подняла обречённый взгляд на Сасори, уже зная, куда он смотрит. — Ты его боишься? — она видела, как угрожающе напряглась линия его плеч,— Я могу с этим разобраться. — Нет,— Сакура ответила, пожалуй, слишком поспешно, выдавая собственное волнение,— Оставь его. Скоро ему надоест. В глазах Сасори можно было ясно прочитать ответ,— не надоест. Но все же он промолчал, коротко кивая. — Я знаю, что сейчас не слишком подходящее время,— ровным тоном начал Сасори, не отводя взгляда от фигуры Мадары снаружи,— Но ждать дальше бессмысленно. Сакура напряжённо замерла, в очередной раз сбрасывая звонок и боялась даже вздохнуть. Страшно было представить, что Мадара здесь устроил бы, не будь Сасори рядом. — Ты всю жизнь воспринимала меня как друга,— она прикрыла глаза, едва удерживая себя от того, чтобы не зажмуриться,— Но я всегда хотел большего. То, что через несколько секунд произнёс Сасори, навсегда разрушило иллюзию дружбы, которую Сакура так тщательно вокруг себя выстраивала. — Мне нужен всего один шанс,— он подошёл ближе, нежно приподнимая её лицо за подбородок, заставляя посмотреть ему в глаза,— Я этого достоин, Сакура. Кончиками пальцев скользя по щеке, Сасори почти невесомо обнял ладонями её шею, зарываясь пальцами в пряди волос на затылке. Сакура готова была поклясться, что он сейчас её поцелует, но он всего лишь притянул ближе к себе, укладывая подбородок ей на макушку. Глубоко вздохнув, она подавила рвущиеся из груди всхлипы. Она не могла так с ним поступить. Сасори был её лучшим другом. Сакура не умела разбивать сердца щелчком пальцев, как это делал Мадара. — Тебе нужно подумать,— это был не вопрос, но Сакура всё равно сдавленно кивнула в ответ,— Я всё понимаю. Но однажды ты уже дала шанс не тому человеку. Не повторяй своих ошибок, Сакура. Он отступил на шаг назад, позволяя ей снова развернуться к окну лицом. Ловя взбешённый взгляд Мадары и закрывая жалюзи, Сакура думала о том, что, возможно, это к лучшему. Может быть, считая что их с Сасори связывает что-то большее, чем дружба, он сможет её отпустить? Если это было единственным способом разорвать этот уже ставший порочным круг, то она готова была это сделать. — Мы с дедушкой останемся на ночь,— Сакура обернулась на звук его голоса, сдавленно кивая,— В гостевых комнатах. Спокойной ночи. Только после того, как за ним почти беззвучно закрылась дверь, Сакура дала волю слезам. А теперь, стараясь скрыть следы бессонной ночи, пыталась понять, что ей делать дальше. Первые лучи рассвета разрезали чернильную темноту ночи за окном, и Сакура, небрежно собрав волосы в хвостик на затылке и кутаясь в халат, направилась к шкафу. Не долго думая, достала белое кашемировое платье-свитер, в котором она всегда чувствовала себя максимально уютно. Одевшись, и покидав все, что нужно в сумку, Сакура засеменила к выходу, надеясь ни с кем не пересечься. — Доброе утро,— Сасори поймал её почти на выходе, протягивая бумажный стаканчик с кофе,— Латте с мятой. Как ты любишь. — Спасибо,— она приняла из его рук напиток, вежливо улыбаясь,— Я думала, вы уже уехали. — Дедушка — да, — он распахнул перед ней дверь, галантно пропуская вперёд,— А я решил дождаться тебя. Сакура поёжилась от мазнувшего по коленкам холодного ветра. Влажный и морозный воздух, застывший на траве полупрозрачными кристалликами инея, тут же проник в лёгкие, вызывая едва уловимую дрожь после тёплого помещения. — Не стоило, — она вышла наружу, подтягивая лямку сумки на плече. — Тебя подвезти? Ямато уже должен был подготовить машину,— Сасори кинул задумчивый взгляд на наручные часы, следуя за ней. — Нет,— Сакура покачала головой, краем глаза замечая, как едва заметно нахмурился Сасори,— Я сегодня не в универ. Она безжалостно прогуливала пары на кануне сессии, но сейчас это волновало её в последнюю очередь. Учеба больше не приносила былого удовольствия. Все вокруг будто потеряло свою значимость, и Сакура совсем не представляла, что ей с этим делать. — Как пожелаешь,— Сасори пожал плечами в ответ. Она была рада, что он не напоминает о произошедшем предыдущем вечером. Сасори ждал от неё взаимности много лет, подождать ещё пару дней явно не составило бы для него труда. До ворот они добрались молча. Ямато, должно быть, уже отогнал из гаража машину Сасори, раз он так уверенно следовал за ней. Кивнув охраннику, она, ожидая пока металлическое ограждение отъедет в сторону, пыталась найти в себе нужные слова прощания для Сасори, но, подняв взгляд со своих ботинок, едва не захлебнулась ужасом. Напротив, скрестив руки на груди и откинувшись на капот собственной машины, стоял Мадара. Очень злой Мадара. Сакура, подавив в себе желание развернуться и бегом удрать обратно в дом, обернулась к Сасори. — До завтра? — она с надеждой заглянула ему в глаза, молясь о том, чтобы он уловил в её взгляде,— последнее, чего она сейчас хочет — это скандалить. Сасори всегда понимал её не просто с полуслова,— у них была какая-то неуловимая ментальная связь. Покорно кивнув и поцеловав её на прощание в макушку, он невозмутимо двинулся к собственной, уже стоящей возле ворот машине, оставляя Сакуру с Мадарой наедине. Без истерик. Без ругани. Без скандала. Будь Мадара таким же,— у них, возможно, что-то получилось бы. Но он не был. Дождавшись, пока Сасори заведёт машину и развернётся, чтобы уехать, она сделала шаг вперёд, почти пересиливая собственный страх. — Ты что, здесь ночевал? — она едва ворочала языком, стараясь не поднимать на него глаз. Иначе она пропала. Мадара, внешне поразительно спокойный, не двинулся с места. Внимательно окинув взглядом её фигуру, он остановился на тонких, подрагивающих кончиках её пальцев, сжимающих стакан с давно остывшим кофе. — Сядь в машину,— он видел, как она пыталась спрятать ладони в рукавах пальто от холода,— Нужно поговорить. — Нет. Мадара закатил глаза, поражаясь её упрямству. Даже осла было бы проще уговорить, чем Сакуру. — Не заставляй меня применять силу. — Мадара видел, как она поджала губы, стискивая пальцами стаканчик с кофе сильнее и думал только о том, как сильно он хотел её коснуться. Прямо сейчас. Сию же секунду. — Ты мне ничего не сделаешь,— уверенно произнесла она, наконец поднимая на него глаза, почти обжигая яростным взглядом,— Я тебя не боюсь. Конечно, боишься, принцесса,— усмехнулся про себя Мадара, замечая, как она нервно кусает губы. — Тебе — нет,— тут же согласился он, кривя губы в усмешке,— Но подумай о других. О тех, кто будет расплачиваться за твои ошибки. — Ты мне угрожаешь? — она презрительно сощурилась, бросая в его непроницаемое лицо яростный взгляд. — Я тебя предупреждаю,— Мадара осадил её, заполненную до краев клокочущей злостью, стальным тоном,— Я прошу тебя последний раз, Сакура. У тебя есть пять дней на принятие правильного решения. Он протянул ей распахнутую ладонь, на которой, тускло поблескивая вязью из розового золота вместо традиционного ободка, лежало кольцо. На этот раз с чёрной жемчужиной вместо бриллианта,— очень похожей на ту, что она все ещё носила на шее. Сакура зло рассмеялась в ответ, а Мадара, изголодавшийся по эмоциям с её стороны, был согласен даже на это,— презрение, злость, ярость,— что угодно, но главное, не безразличие. — Ещё раз со мной это не прокатит,— всё ещё улыбаясь, она продолжила,— Ты же сам понимаешь, что не можешь мной управлять. — Но я действительно могу,— он подарил ей снисходительный взгляд, склонив голову на бок, добавляя про себя,— и я буду. — Хватит, Мадара,— Сакура устало вздохнула, проходя мимо,— Я не хочу это слушать. Я от тебя устала. Он почти дернулся, чтобы перехватить её, крепко сжать в объятиях, убедить,— нет, заставить остаться, но вовремя осадил себя. Ещё не время. — Тебе его совсем не жаль? — Сакура чувствовала насмешливый взгляд, щекочущий лопатки, и едва сдерживала рвущуюся из груди истерику. Конечно, он говорил о Сасори. Который, впрочем, совсем не нуждался в её защите. Мадара просто не способен был ему навредить. — Мне жаль тебя, Мадара. — она глубоко вздохнула и продолжила, не оборачивалась,— Мне жаль, что я не смогла дать того, что тебе было так нужно. Жаль, что мы не смогли вовремя остановиться. Прости меня за то, что я не могу переступить через себя. Прости и отпусти. — Нет, принцесса,— протянул он, скалясь в почти безумной ухмылке,— Поверь, я умею убеждать. И я буду предлагать до тех пор, пока ты не согласишься. Отсчитывая секунды под глухое цоканье собственных каблуков о брусчатку, Сакура уходила. И уже тогда знала, что Мадара рано или поздно добьётся своего. — Пять дней, Харуно,— он усмехнулся, провожая взглядом её идеально прямую спину, последний раз напоминая ей условия. Сакура, страдающая привычкой сильно его недооценивать, едва ли понимала, что Учиха Мадара,— тот самый зверь в клетке, которого она дразнит палкой, не замечая, что клетка не заперта. И она, блять, действительно доигралась.

***

Холодный ветер щипал морозом щеки, бросая в глаза выбившиеся из хвостика прядки. Полупустая в это время года набережная встретила её блеклым серым небом и беспокойным океаном. Добравшись до любимой лавочки, Сакура, плотнее кутаясь в просторное пальто, уселась, не отводя взгляда от лижущих грязно-коричневый песок прибоем волн. Ближе горизонту небо выцветало до бледно-серого, почти сливаясь с океаном. Она, долго всматриваясь в бесконечную даль, через некоторое время едва не перестала различать,— где верх, а где низ. Прямо как в её жизни. Сначала Сакура хотела прийти сюда просто порисовать. Окутавшая город промозглая серость на самом деле даже могла вдохновлять,— было в этом времени года что-то тоскливое. Но теперь желание браться за карандаш окончательно пропало, и она, задумчиво вглядываясь в океан, копалась в себе. Пытаясь разобраться, где именно она ошиблась. — Вы не против? — Сакура, очнувшись, подняла на незнакомца взгляд, не сразу понимая, что обращаются к ней,— Не ожидал увидеть здесь кого-то ещё. Коротко кивнув, она снова перевела взгляд к горизонту. Говорить не хотелось. Ничего не хотелось. Внутренности будто покрыла тонкая корка льда, вызывающая болезненный треск от каждого движения. — Я вас знаю. Сакура удивленно уставилась на собеседника, пытаясь вспомнить, могла ли она действительно быть с ним знакома. Обладающая безупречной памятью на лица, она могла со стопроцентной уверенностью сказать, что не видела его ни разу в жизни. Но все же, какие-то черты его лица были неуловимо знакомы. Как будто бы он кого-то ей напоминал. — Меня зовут Изуна Учиха,— он улыбнулся, замечая, как пристально она его разглядывает, но в этой улыбке Сакура не увидела ни намёка на приветливость,— Младший брат Мадары, если вы не знали. Ну конечно. Наверное, он заметил, как помрачнело её лицо и напряглась фигура, потому что он тут же поспешно добавил, заставляя Сакуру остаться на месте: — Это не он меня подослал. Сакура с сомнением окинула его фигуру взглядом,— но, в самом деле, не мог же Мадара заставить своего младшего брата следить за ней? Это было дико даже для него. — Чистая случайность,— Изуна пожал плечами, разводя ладони в плотных кожаных перчатках в стороны,— Или, если хотите, судьба. Она фыркнула в ответ, но в груди зажегся маленький огонёк интереса. Кто рассказал ему о ней,— Мадара или Саске? — Вы здесь от Мадары прячетесь? — будничным тоном спросил Изуна, с прищуром всматриваясь вдаль,— Что он натворил на этот раз? Сакура едва не рассмеялась от комичности ситуации,— ей, по всей видимости, просто невероятно везло на Учих. — А что ты здесь делаешь? — Изуна вряд ли был многим старше неё и она позволила себе более свободное обращение,— Тоже от него прячешься? Изуна хрипло усмехнулся, переводя взгляд темных зрачков на неё. Он не был человеком, которому она готова была довериться,— в конце концов, это же Учиха,— но любопытство брало верх. — Тебе ли не знать, что спрятаться от моего брата,— не самая простая задача,— Изуна ухмыльнулся, и ветер взъерошил его темные волосы, спутывая пряди,— К счастью, я к этому не стремлюсь. Всего лишь прихожу сюда подумать. Можешь считать меня шизофреником,— но шум прибоя успокаивает мысли. Сакура кивнула, удовлетворённая ответом. Это было похоже на правду. — И ты даже не попытаешься убедить меня в том, что отказывать Мадаре,— не самая лучшая идея? — она улыбнулась, заправляя прядь волос за ухо. — Ты сама это прекрасно знаешь,— Изуна пожал плечами, не отводя взгляда от горизонта,— Я бы на твоём месте спросил что-нибудь поинтереснее. Сакура насмешливо вскинула брови, разворачиваясь к нему корпусом. — Например? — Почему он не может тебя отпустить? — Сакура проглотила эти слова, словно стеклянную крошку, но продолжала внимательно слушать отвечающего на свой собственный вопрос Изуну,— Мадара был таким с детства. Эмоции в чистом виде, без примесей,— это про него. Если он ненавидит, то так, что дьявол в аду завидует его ненависти. А если любит... — Лучше бы ненавидел,— сдавленно прошептала она, уже жалея, что позволила этому разговору состояться. — Мне очень жаль,— Сакура усмехнулась, прекрасно зная, что Изуна испытывает к ней в лучшем случае безразличие,— Но ты сама виновата. — Я знаю,— она покорно кивнула, чувствуя, как горло сжимает истерикой,— Я никогда не была уверена в своих чувствах к Мадаре. Никогда не знала, что мне на самом деле нужно. Что я должна делать, а что нет. Это не было похоже ни на одно чувство, что я испытывала прежде,— и тем сильнее меня это пугало. Каждый раз уходя от него, я хотела остаться... и в то же время не хотела. Изуна, до того внимательно всматривавшийся в её лицо, мрачно усмехнулся. — Теперь ты уже не сможешь ничего изменить,— с неба мелкой крупой посыпался снег, оседая на его чёрном пальто ледяными песчинками,— Смирись. Мадара не отпускает тебя не потому что не хочет. А потому что не может. Сакура грустно улыбнулась, доставая из кармана телефон и продрогшими пальцами находя в контактах нужный ей номер. Как только трубку на другом конце провода сняли, она потрескавшимися губами произнесла: — Я на набережной. Забери меня, пожалуйста. Сакура Харуно ушла не прощаясь, оставляя Изуна Учиху на скамейке одного, уверенного в том, что она приняла правильное решение. Холодный ветер подталкивал её в спину, забирался под одежду, заставляя кровь стынуть в жилах, но она упрямо не ускоряла шаг, будто мучая себя за то, что она только что сделала. К последствиям принятого в этот момент решения не был готов никто.