Acts & Results

Казалось, все встало на свои места.   Когда Мадара уезжал в офис, Сакура готовила завтрак, приплясывая и покачивая головой в такт музыке. Когда возвращался — сидела в гостиной, обложившись холстами и блокнотами. Рисовала что-то с таким усердием, что Мадара даже боялся её отвлечь — готовилась к сессии. Свою он уже благополучно сдал и решить осталось только вопрос с дипломом.   С баскетболом все оказалось несколько сложнее — бросать команду почти у финала сезона не хотелось, и он решил отложить собственный уход как минимум до последней игры.   Теперь все было... нормально?   Это выкручивало ему нервы и заставляло чувствовать себя не в своей тарелке, не на своём месте, не в своей жизни. Он постоянно ждал, что Сакура встанет, молча развернётся, соберёт вещи и уйдёт. Ждал подвоха, очередной вспышки истерики, тотальной катастрофы — но ничего не случалось, и от этого становилось невыносимо.   Они почти не говорили. Мадара за те пару дней, что они провели в одной квартире, успел привыкнуть даже к её вечно орущему и шипящему коту — ошибке природы, не иначе. Но не к тому, что Сакура теперь была рядом всегда.   Ему не нужно было бороться, постоянно чего-то добиваться от неё, контролировать и следить. Теперь все было так, как и должно было быть с самого начала.   Но Сакура умело держала между ними дистанцию. Спала в отдельной комнате, старалась реже пересекаться с ним и оставаться наедине. Мадара списывал это на то, что ей нужно больше времени — и медленно сатанел от мысли, что они съехались, но в отношениях не сдвинулись друг другу навстречу ни на шаг.   Медленно подкрались выходные. Конан тактично напомнила о вечере кино сообщением, и Мадара, не раздумывая, подтвердил — они с Сакурой будут. Вместе. Но Мадара не был бы самим собой, если бы не привык держать под контролем всё. И ему даже не пришлось ничего делать — звонок Мэй застал его как раз перед выходом.   — Заедешь за мной? — её голос звучал так буднично, будто это не он вышвырнул её из своей квартиры пару дней назад,— На улице ледяной ливень.   — Мэй, мне кажется или ты забыла,— Мадара намеренно выдержал небольшую паузу, — Тебя никто не приглашал.   Она хрипло рассмеялась на другом конце провода, и он набрал в грудь побольше воздуха чтобы не выругаться в голос.   — Это она тебе так сказала? — явная насмешка в голосе не предвещала ничего хорошего.   — Это я тебе так сказал, Мэй,— Мадара грубо одёрнул её, бросая взгляд на наручные часы,— Чтобы духу твоего там не было, поняла?   Угрюмое молчание в трубке начинало раздражать. Мэй, умеющая портить все, к чему прикасается, буквально по щелчку пальцев, в этот день не должна была приблизиться к дому Нагато и Конан даже на километр.   — Я не слышу, Мэй.   — Да каким же ты стал занудой,— протянула она, наигранно вздыхая,— В конце концов, они такие же твои друзья, как и мои.   Мадара прикрыл веки, мысленно сосчитав до пяти — Мэй иногда умела быть поразительно настырной.   — Чтобы я не видел тебя там, ясно? — он раздраженно выплюнул слова, напоследок добавляя,— Найди себе другое развлечение на вечер.   Сбросив звонок, он тяжело вздохнул — вот и все. Мэй знала его достаточно хорошо, чтобы понять — на этот раз он вполне серьезен и не стоит пересекать подведённую черту.   Запихнув телефон в карман темных джинс, Мадара вышел из комнаты, прикрывая за собой дверь и прислушиваясь.   Отчетливо различалось шуршание на первом этаже — значит, Сакура уже спустилась и вряд ли могла услышать его разговор. Не то, чтобы он особо пытался скрыться — но все же, старался упоминать о Мэй при ней как можно реже.   Будто заранее старался загладить собственную вину.   Сакура действительно обнаружилась на первом этаже — собирала разбросанные по столу листки с калькой. Кажется, у неё не получалось что-то с проектом, но Мадара не хотел вмешиваться — его самого бесило, когда лезут под руку с советами.   — Ты готова? — за эти несколько дней он мастерски научился держать ровный тон,— Если хочешь, можем подъехать позже.   — Нет, можем выходить,— она покачала головой, пряча смятые листки в папку,— Нам нужно... купить что-нибудь как гостям?   Сказано это было таким неуверенным тоном, что Мадара позволил себе на секунду приподнять уголки губ в улыбке.   — Нет, я думаю, все уже готово,— проклятая шерстяная скотина, будто специально, потерся боком о его ноги, оставляя приличный ком шерсти на темной ткани брюк,— Я буду ждать в машине, хорошо?   Она коротко кивнула, и Мадара, брезгливо отряхнув штанину, направился к выходу. Стоило дать ей немного времени для того, чтобы собраться с мыслями. Вечер с его друзьями, наверное, казался ей чем-то неотвратимым и неизбежным — такой растерянной Сакура выглядела.   На улице действительно проливной стеной стоял ледяной, тёмный ливень. Поджимая голову к плечам, Мадара в два шага добрался до машины, завёл двигатель, достал спрятанный в багажнике зонтик и так же быстро вернулся к подъезду — зная Сакуру, она выскочит в лёгком пальто под проливной дождь, будто так и нужно.   Мадара не ошибся. Она действительно всего лишь накинула светлое пальто нараспашку, под которым шёлковой тканью облегала тонкую фигуру невесомая блузка.   Молча раскрыв перед ней зонтик, он проводил её до машины, дожидаясь, пока она удобно устроится на переднем пассажирском сиденье, и только после, складывая в пару движений зонт, сел за руль. Если бы кто-то ещё пару месяцев сказал ему, что он будет вести себя как джентельмен, наплевав на собственный комфорт — Мадара рассмеялся бы этому человеку прямо в лицо. И для надежности отправил к психиатру.   Но теперь в его жизни появился человек, о котором он готов был заботиться гораздо больше, чем о себе. Даже если она не слишком это ценила.   Дом Нагато и Конан — небольшой, но довольно уютный, встретил их светлой прихожей и шумным смехом дурачащихся Кисаме и Хидана.   — Эй, мы думали, вас ливнем смыло,— протягивая ему руку для рукопожатия, Нагато широко улыбнулся,— Добро пожаловать.   Конан лебедем выплыла из светлеющей в конце коридора кухни, хитро улыбаясь.   — Как всегда опаздываешь,— она потянулась к нему за объятиями, но, заметив осевшую на ворсе пальто влагу, тут же отпрянула,— Так, живо все гостиную. Сакура, мне нужна твоя помощь с попкорном.   Мадара перевёл взгляд на Харуно, замечая, как неуверенно она улыбнулась, кивая. Помог ей стянуть с плеч пальто для того, чтобы убрать гардероб. Прихожая была узкой и совсем небольшой — но это не делало её менее уютной.   — Эй, а что за фильм вы выбрали? — Хидан пытался перекричать смех Нагато, но конец фразы остался едва различим,— Надеюсь, не французскую драму. После той, что мы смотрели в прошлый раз, мой мозг просто не...   — Иди, Мадара,— Конан кивком головы указала на дверной проем в гостиную,— Я её не съем.   С этим он мог бы поспорить. Но не хотел. Сакура, казалось, в компании Конан чувствовала себя более уютно, чем в его. Это раздражало, но не настолько, чтобы пресекать их общение в принципе.   Разваливавшиеся на диване Нагато и Кисаме что-то бурно обсуждали, когда он вошёл в гостиную. Скользя взглядом по парочке удобных кресел по бокам дивана, журнальному столику из тёмного стекла, матовой поверхности экрана телевизора и полкам, уставленным всякой всячиной, Мадара внимательно осмотрел комнату.   Здесь всё было подобрано с любовью. Нагато готовил этот подарок с особой тщательностью, и он был уверен — Конан просто в восторге. В мыслях тут же возникло воспоминание о непроницаемом лице Сакуры, впервые оказавшейся в их квартире.   У них никогда не будет так, как у нормальных людей — Мадара с этим почти смирился. Но легче от этого не становилось.   — У вас, вроде, все зашибись? — Хидан  поднял на него настороженный взгляд, тщательно подбирая слова,— В норме?   — Ага.   Да, лучшего описания для их застывших в наигранной прозаичности отношений Мадара и сам бы не придумал. В норме.   — Классный дом, Нагато. Ты молодец. — похвалил он, и друг в ответ благодарно кивнул, но в следующую секунду выражение его лица тут же сменилось на удивлённое.   Потому что дом оглушительно сотрясло внезапным эхом прозвеневшего звонка.   — Не знал, что мы кого-то ждём,— Нагато уже собирался встать для того, чтобы открыть дверь, но громкий оклик Конан с кухни его остановил.   — Сакура откроет, это, наверное, курьер!   Напрягся сидящий рядом Хидан. Повисло неловкое молчание, а Нагато безучастно пожал плечами, откидываясь лопатками на мягкую спинку дивана. Интуиция Мадары стянула внутренности в тугой узел, и он почти инстинктивно дёрнулся в сторону коридора, — маниакальное желание контролировать все, что связано с Сакурой, не отступало ни на секунду.   Но он не успел.   — Прошу прощения за опоздание,— от глухого, насмешливого и совсем знакомого голоса по спине пробежала судорога, и Мадара в два шага добрался до прихожей, безошибочно находя взглядом застывшую фигуру Сакуры напротив распахнутой двери,— Надеюсь, вы не начали без меня?   Мэй Теруми уверенно шагнула через порог, и теперь Мадара был уверен — вечер превратится в настоящий кошмар.  

***

  — Прекрати ходить за мной по пятам, Мадара,— Сакура раздраженно закатила глаза, когда он в очередной раз двинулся за ней,— Все в порядке.   Все нихуя не было в порядке.   Мэй, вручая бутылку вина и перехваченную у курьера пиццу Конан, которая материализовалась буквально из воздуха — наверное, почуяла её печенкой или хуй знает чем еще — уверенно прошла в гостиную, минуя шокировано застывшего Мадару.   Гребанная упрямая дрянь.   — Мэй, мне показалось или тебя никто не приглашал? — нахмурившись, он в два шага нагнал её, стараясь держать собственное раздражение под контролем.   — О, ты не в курсе? — она изогнула бровь в псевдоудивлении, и уголки её губ насмешливо дернулись,— Меня Хидан позвал.   Мадара тут же перевёл тяжёлый взгляд с неё на друга. Хидан, замявшись, пожал плечами и пытался оправдаться, мямля: — Мы давно не собирались все вместе. Я не хотел обижать Мэй.   Обижать Мэй? Он хоть сам понимал, какую чушь порет?   Мадара уже собирался высказать всем присутствующим, что думает о сложившейся ситуации, но его остановило мягкое прикосновение к локтю.   Сакура едва уловимо покачала головой, и слова застряли у него в горле.   — Рада тебя видеть, Мэй,— она перевела на неё взгляд, спокойно проходя мимо,— Ты как раз вовремя, у нас уже все готово.   Мадара не понимал, как у неё это получалось — злость будто растворилась по щелчку пальцев. Но скрытая угроза, исходящая от Мэй, не давала ему расслабиться.   Теперь, стоя перед ней и чувствуя себя тотальным идиотом, Мадара пытался придумать достаточно логичное оправдание собственной паранойе.   — Я не хочу, чтобы ты оставалась с ней наедине,— на ум ничего более правдоподобного так и не пришло, и он просто решил признаться — врать сейчас не было смысла,— Дай мне.   Перехватив у неё из рук парочку бумажных корзин с попкорном, Мадара освободил проход к выходу из кухни.   Тяжело вздохнув, она подняла на него настороженный взгляд.   — Никаких скандалов, Мадара,— Сакура поджала губы, склоняя голову в предупреждающем жесте,— Я не хочу портить твоим друзьям вечер.   Кстати, о друзьях. Стоило устроить Хидану промывку мозгов и выяснить — какого хуя он, собственно, творит. Но Сакура, твёрдо намеренная провести это вечер спокойно, одним взглядом заставила отложить планы на разборки на более подходящее время.   — Ты так и не сказала, что за фильм выбрала,— Конан благодарно кивнула, принимая из его рук корзинку с попкорном, — Мы скоро лопнем от любопытства.   Удобно устроившись на другом от них с Нагато конце дивана, Сакура загадочно улыбнулась.   — Это сюрприз,— Мадара, присев рядом, протянул ей попкорн,— Я думаю, всем понравится.   — Надеюсь, мы его ещё не смотрели,— Мэй, пристроившись в кресле по правую от него руку, оказалась ближе, чем он рассчитывал,— Сколько лет этой традиции?   — О, это была моя идея,— Конан скривила губы в ухмылке, откидываясь затылком на подставленное Нагато плечо,— Она тебе, кстати, всегда не нравилась. Так что я удивлена, что ты все же решила присоединиться к нам сегодня.   Мадара усмехнулся, переводя взгляд с неё на пристроившегося во втором кресле Хидана. Его поведение все ещё вызывало огромное количество вопросов — но по непроницаемому лицу друга сложно было что-то прочесть.   — Да врубайте уже, сколько можно! — возмутился Кисаме, усевшийся прямо на пол, укрытый мягким светлым ковром с длинным ворсом.   Сакура пощёлкала кнопками на пульте, переключая режимы и, повозившись, устроилась поудобнее у него под боком, поджимая под себя ноги и переставляя попкорн к нему на колени. И только от этого Мадара был почти счастлив.   Но вовремя опустил себя на землю — Сакура ведёт себя так только при его друзьях. Когда они вернутся домой, она снова запрётся в своей комнате, игнорируя его существование.   — Ого, «Облачный атлас»? — Мэй, закинув ногу на ногу, игриво покачивала повисшей на носке ступни туфлей,— Хороший выбор. Я смотрела.   Мадара предупреждающе обжег её взглядом. Мэй, казалось, совсем потеряла страх, если позволяла так вести себя.   — Спасибо. — Сакура ответила прохладно, и Мадара подтянул её ближе к себе, укладывая ей на затылок подбородок.   Это было чем-то невообразимым. Она не отталкивала его, не шипела и не вздрагивала от каждого прикосновения. И, когда Сакура щекой прислонилась к его груди, устраиваясь поудобнее, Мадара забыл, как дышать.   Если Мэй испортит все сейчас — он разорвёт её вклочья собственными руками. Любого, кто посмеет испортить этот момент, он уничтожит.   Фильм оказался действительно интересным. Его друзья, обычно шумно комментирующие просмотр, теперь, притихнув, не отрывали взгляда от экрана.   И только Мэй нарушала хрупкое спокойствие, вставляя собственные замечания и пытаясь обратить на себя внимание.   К середине фильма она задолбала Мадару настолько, что он все же решил высказаться, но Сакура, уложив тонкую ладошку ему на грудь, опередила его: — Если тебе не интересно, ты всегда можешь уйти,— Мадара мог только позавидовать её невозмутимому тону,— Я с удовольствием тебя провожу.   В глазах Мэй мелькнуло что-то такое, от чего он моментально напрягся — она не умела проигрывать. И, зная Мэй, ожидать можно было всего, чего угодно.   — Нет, я просто хочу высказать своё восхищение,— хитрый прищур заставил Мадару выпрямиться и крепко сжать челюсти, чтобы не выпалить что-то в ответ,— Ваши с Мадарой вкусы так различаются, и все же, вы вместе. Поразительно.   То, что она сделала дальше, заставило его подскочить с места, не сильно заботясь о реакции присутствующих. Плавно выгибая ступню, Мэй закинула ногу ему на колено, предвкушающе ухмыляясь.   — Ты доигралась, Мэй,— подхватив за предплечье, он дёрнул её наверх, заставляя подняться на ноги,— На выход. Проваливай нахуй, я сказал.   — Эй, это не твой дом,— она рассмеялась, и в голосе можно было услышать нотки подступающей наигранной истерики,— Ты не имеешь права меня выгонять.   — Да? Неужели? Конан, ты, блять, что-то имеешь против?   Он обернулся к подскочившим вслед за ним друзьям.   — Я не слышу.   — Мэй, тебе правда, пора,— в глазах Конан не было ни капли сожаления, но она все же выдавила из себя извинение,— Прости.   — Да что с вами со всеми такое? — визгливый вскрик заставил его поморщиться,— Я тоже ваш друг. Раньше таких проблем не было, почему ты так ведёшь себя?   Вопрос был явно адресован ему. Доведённый до точки кипения, Мадара готов был собственными руками вышвырнуть её из дома, но держался из последних сил.   — Потому что ты, блять, все портишь. Исчезни, я сказал.   Представление дошло до своей кульминации, и, всхлипнув, Мэй дала волю слезам. Размазывая тушь по щекам, она трясла головой, кривя губы в отвратительной гримасе.   — Я же ничего не сделала. Я просто... просто... мы же всегда...   — Закрой. Свой. Рот. — терпение окончательно лопнуло, и Мадара забыл даже о застывшей в изумлении за спиной Сакуре,— Мэй, никто в этой комнате твоим слезам не верит. Тебе пора.   Подхватив брошенные в кресле вещи, Мадара впихнул ей их в руки и грубо подтолкнул её к выходу.   — Хватит, Мадара,— Сакура возникла перед ним внезапно, сверля его решительным взглядом,— Хватит над ней издеваться.   Приплыли, нахуй. Она её защищала. Нет, он не ослышался и Сакура действительно за неё вступилась.   — Ой, не делай вид, что ты ничего не понимаешь. Это она издевалась над тобой весь вечер.   — Серьезно, Мадара, ты перегибаешь,— подавший голос Хидан её поддержал,— Давайте просто сядем и спокойно досмотрим фильм.   Рядом с Мэй при всем желании он не смог бы находиться ни секунды, не рискуя прибить её. Фыркнув, Мадара, крепко подхватив Сакуру за ладонь, бросил: — Мы уходим. Приятного просмотра.   Крик оглушил. Мадара сначала не понял, кто кричал, но, когда пальцы сжатые в замке с ладонью Харуно, сковало противное липкое ощущение, Мадара очнулся.   Рука Сакуры кровила. Первая мысль ударила по мозгам, словно кувалда — это он сделал?   Конан тут же встала между ними живой стеной.   — Это что? — Мадара тупо уставился на свою окровавленную ладонь.   — Я в порядке,— дрожащий голос Сакуры вывел его из оцепенения,— В порядке, Конан. Это просто небольшие порезы.   Ее гребанная ладонь была исполосована длинными, но тонкими порезами, и Мадару затошнило.   Могла ли она сделать это сама? Сакура ничего ему не говорила, даже виду не подавала что что-то случилось.   Как он мог это пропустить?   — Мадара, подождёшь на улице,— ледяной тон Конан не терпел пререканий,— Хидан, проводи.   Очнулся он только когда вышел на воздух — ледяной ветер забирался под рубашку, и Мадара судорожно вздохнул, пытаясь осознать случившееся.   К такому финалу вечера никто не был готов.  

***

  Рассматривая собственные подрагивающие пальцы, сжимающие до посинения кожаную обивку руля, Мадара пытался привести мысли в порядок.   Мэй исчезла из дома быстрее ветра — и что-то ему подсказывало, что не просто так. Хидан, угрюмо проследовавший за ним к машине, занял переднее пассажирское место, теперь терпеливо ожидая, пока он заговорит.   — Что это за хуйня была? — собственный хриплый голос раздирал горло вклочья,— О чем ты думал, когда звал Мэй?   — Хотел, чтобы ты перестал обманывать себя.   Чего, блять? Мадара не мог понять, на кого злился больше — на себя, не захлопнувшего дверь прямо перед носом Мэй и позволившего ей все испортить или Хидана, решившего поиграть в добродетель.   — И в чем же, позволь узнать, я обманываю себя? — Мадара, стиснув челюсти, развернулся корпусом к другу,— Мне просто интересно, почему ты постоянно лезешь куда тебя не просят.   — Хватит, Мадара,— стальной тон Хидана его даже слегка удивил,— Хватит биться лбом в глухую стену. Хватит принимать желаемое за действительность. Хватит мучить себя и всех окружающих.   Мадара думал, что знал, к чему клонит друг. Но он ошибался.   — Это Мэй должна была приехать с тобой вместе,— Хидан бросал слова ему в лицо, словно хлесткие пощечины,— Это её место. Она заслужила.   Бедняга Хидан. Как всегда хотел сделать как лучше,— и Мадаре не в чем было его винить. Кроме как в том, что он крупно проебался.   — Чем? — жутко усмехнувшись, он перевёл взгляд на дорогу,— Не знаю, зачем ты это сделал — из жалости или благородства, но ты ошибся. С Мэй не будет ничего даже близко похожего на то, что есть с...   — Она тебя любит. — Хидан внезапно перебил его, пальцами цепляясь за переносицу,— А Сакура нет. Этого достаточно.   Бессилие и обида вперемешку с яростью душили и скручивали внутренности. Хидан озвучил то, в чем Мадара все это время боялся себе признаться. И он был прав.   Но показавшаяся напротив фигурка Сакуры, кутающейся в легкое пальто, моментально отрезвила разум.   — И что? — Мадара глухо усмехнулся, взглядом следя за её приближающимся силуэтом,— Это нихуя не твоё собачье дело, Хидан. Не лезь, понял?   Друг рвано кивнул, и, резким движением открывая дверь машины, выскочил.   Но Мадара успел добавить напоследок: — Чтобы я тебя больше рядом с ней не видел.   Дверь за ним захлопнулась. Втянув голову в плечи, Хидан стремительными шагами направился к дому Нагато и Конан.   Теперь осталась только Сакура.