Приключения «золотой» девочки.

Следующие несколько дней я провела в раздумьях о случившемся. В голове всё перемешалось. Не получалось осознать случившееся. Со мной никогда не говорили о смерти. Нанни часто говорила мне: «Ты и без того привлекла её внимание своим рождением. Не зови её. Не думай о ней, тогда она пройдет мимо». Я ужасно завидовала слугам. Они могли спокойно и открыто обсуждать смерть Дженны, а мне приходилось только подслушивать чужие разговоры. Словно вернувшись в раннее детство, я на цыпочках пробиралась вечером на кухню и, тихо пряталась в кладовке с вёдрами и тряпками. Из подслушанных разговоров я сделала следующие выводы. Произошедшее — результат действия амулета, а не воздействия мага. Изольда не может быть причастна к смерти сестры. Её ни на минуту не оставляли одну. Она не умеет делать боевые амулеты. Семья боялась потерять влияние на девушку и не давала ей «опасных знаний». К тому же, как я и предполагала, в день помолвки её опоили успокоительными и блокаторами. Сначала заподозрили Энкира, но его нельзя привлечь к ответу, по крайней мере сейчас. Парень в шоковом состоянии и уже отправлен в дом скорбных духом. Слуги говорили, он всё время сидит и бормочет признания в любви. При этом постоянно теребит в руках ленту с нарисованным младенцем. Ту самую, которую ему вынесла из палатки Бинки. Прощание с Дженной пройдет завтра в имении Заячий Луг. Мне прислали соответствующую бумагу. Не знаю насколько прилично приезжать на похороны без дуэньи, но выхода у меня нет, уж очень хочется увидеть Изольду. Траур не позволяет принимать гостей, под этим предлогом меня не отпустят к подруге, а я чувствовала вину. Мне просто необходимо убедиться, что наш с Колманом поступок не стал причиной гибели девушки. Размышляя таким образом я сидела на подоконнике и пускала солнечные зайчики, пытаясь разбудить спящего на заборе кота. Со двора доносилась брань кухарки, а из–за поворота показалась карета графа. Я спрыгнула и тут же бросилась переодеваться. Нужно было быть готовой к приезду гостей. Хотелось верить, что приехал граф приехал с племянником. Когда в комнату вошла Нанни, я уже почти была готова, оставалось поправить прическу и потуже зашнуровать платье. Одежду я выбрала простую, но изящную. Легкое льняное платье бежевое с мелким цветочным рисунком было отделано широким кружевом. Целомудренный вырез едва открывал ключицы, а длинна позволяла увидеть туфельки и белые носочки. Няни переплела мне косу вплетая в неё ленту и цветочки которые вытаскивала из вазы. Мой веснушки снова проявлялись, но ещё робко и медленно. Сегодня утром я насчитала пять золотых пятнышек на своём носу. Я спросила кто приехал с графом, и разочарованно вздохнула услышав ответ. — С ним леди… средних лет… думаю, тебе нашли компаньонку. — Было бы не плохо. — Я отвернулась от зеркала и отправилась к гостям. Нанни немного задержалась, отдавая поручения слугам и догнала меня у входа в комнату. Я вошла первой. Гостиная встретила меня напряженной тишиной. В кресле у открытого окна сидела серьёзная дама средних лет. Всё в её облике внушало уважение и почтение. Темные волосы гладко зачесанные под вдовий чепец, чопорное старомодное платье с траурной розеткой у левого плеча, даже дорожные сапоги, не новые, но начищенные, до блеска. У ног леди стояла клетка с кошкой. Обычная с виду пушисто-серая зверюшка настороженно принюхивалась к запахам незнакомого места. На против неё сидел лорд Тер Гиллеан. Пройдя вглубь комнаты, мы устроились на кушетке и поздоровались. Нани завела светскую беседу, давая мне время подготовиться к разговору и составить впечатление о возможной дуэнье. Однако у графа не было желания ждать. Он бесцеремонно прервал беседу и обратился ко мне. — Леди Аманда. Ваш отец не счёл возможным сделать меня вашим опекуном на время своего отсутствия, но я считаю себя ответственным за вас. — граф улыбнулся мне и продолжил — Ваш батюшка, перед отъездом, просил лорда Тер Тавонхара найти достойную леди способную стать вашей компаньонкой и старшей наставницей. Думаю, что только сильная занятость помешала ему выполнить свои обязанности. Как бы то не было, я взял на себя смелость найти вам дуэнью. — Он перевёл взгляд на сидящую рядом леди. — Позволь представить тебе — Леди Магда Фер Гриив. В ответ на его слова дама поднялась с кресла, церемонно поклонилась, села обратно и произнесла: — Приятно познакомиться. Ваше имя и обстоятельства мне известны, по-этому расскажу о себе. Я закончила пансион Джульетты двадцать один год назад. Отработала гувернанткой десять лет. В последствии вышла замуж и занялась преподавательской деятельностью. Учила детей из крестьянских семей грамоте и счёту. Так-же я воспитала достойными членами общества троих детей мужа. К сожалению, своих детей мне Богиня не дала. Год назад мой супруг скончался, и я решила сменить обстановку. Все необходимые бумаги я предоставила графу, а их копии переслала почтой вашему отцу. Если перед принятием решения вы пожелаете их увидеть, то они со мной. Всё это время она сидела сложив руки на коленях и смотрела на меня, лишь изредка бросая взгляды в сторону графа, как бы ожидая одобрения. Я не была уверена, что столь строгая леди впишется в мой быт, но её появление было так кстати. Завтрашняя церемония в тот момент казалась необходимой. Папа скоро приедет и тогда компаньонка мне не понадобится до отъезда в южную столицу. В нашей стране две столицы. Благодаря географическому положению Арласен напоминает гигантскую ящерицу, разлегшуюся вдоль восточного побережья Материка Людей. Северная столица зимой покрывается глубокими снегами, и светская жизнь перебирается к югу, оставляя город во власти юристов и банкиров. Эрия находится в более выгодном, относительно морозов, положении. При других обстоятельствах, лучшей столицы и пожелать нельзя, но в нашей стране все магические артефакты завязаны на наследие эльфов. А это наследие здесь. Однако я отвлеклась и моё молчание стало почти не приличным. — Менди? Если ты не готова принять такое решение, то леди Фер Гриив может остаться погостить у нас несколько дней. — слова Нанни оказались весьма кстати, но я не собиралась ждать. У гостьи и компаньонки разные права. Когда я скажу о желании посетить поминки, она не должна отказаться. — Уважаемая леди Фер Гриив. Ваше появление весьма своевременно. Если лорд Гиллеан счел вас подходящей мне кандидатурой, то я с радостью приму его решение. Мои слова понравились графу и он одобрительно кивнул. — К моему огорчению, я не могу долее пользоваться вашим гостеприимством. Дела требуют моего присутствия в столице. Прошу меня простить. Когда граф покинул комнату, я села на его место. Служанка принесла чай и сладости. Нам с моей новой компаньонкой нужно было многое обсудить. Нанни не стала мешать нашему знакомству, рассудив, что пообщаться с леди она ещё успеет. Мы сидели долго, почти до самого ужина. Магда оказалась не такой уж чопорной воблой, как казалось на первый взгляд. В её истории было много общего с жизнью мамы, которая тоже в юности работала гувернанткой. Я расслабилась и выболтала ей всю историю с помолвкой. Рассказала и про Колмана, конечно не упоминая о его работе. Наверное из моих рассказов получалось будто я влюблена в него. Было ли это правдой? Не знаю. Пожалуй, нет. Мужчина способный поставить девушку в ситуацию, когда её чести может быть нанесён урон, не герой моего сердца. Договорившись о планах на завтра, я показала леди её комнату. Она осталась в ней, а я пошла прогуляться в зимнем саду. В доме каждого аристократа нашей страны должны расти эльфийские растения. Это показатель статуса. Привередливые теплолюбивые цветочки могут полноценно расти только под воздействием определенной магии. Высокая кровь даёт многое, даже мне, девице в которой эльфийского наследия на первый взгляд не видно. Мой голос успокаивает животных, растения лучше растут и плодоносят если я пою для них. Однако, если для меня необходимо музицировать в саду почти ежедневно, чтобы редкие лечебные травы цвели и плодоносили, то моей кузине всего раз в неделю. Говорят, будто принцесса своей песней заставляет расцветать даже засохшие деревья. Ежегодно с протальника по травень я каждый день провожу здесь по нескольку часов. Это называется — двигательная медитация. Я пою, пропалываю, сажаю и поливаю. Ненавижу это время. Когда-то я старалась вынудить папу отказаться от идеи привить мне любовь к растениям и саботировала уроки пения, но не помогло. Цветочкам без разницы как я издеваюсь над музыкой, а люди просто уходили подальше, оставляя меня наедине с мыслями. Ко мне не подходили, позволяя побыть в одиночестве. Я прогуливалась по дорожкам, качалась на качелях и напевала эльфийскую балладу о несчастной любви. Баллада была нудная, полная иносказаний и отступлений. Её достоинство было в сроке исполнения — ровно час. К тому–же, я знала её настолько хорошо, что могла петь не задумываясь над словами. Когда я в очередной раз проходила мимо куста облепихи, меня резко сдёрнули с тропинки и закрыли рот. Прежде, чем я успела что–либо сообразить, Колман зашептал мне на ухо: — Нам нужно поговорить наедине. Скажите где и когда. — Он убрал руку с моего лица и отпустил меня. По закону жанра мне полагалось выразить свои чувства и потребовать объяснений, но я просто продолжила выводить остановленные его появлением рулады. — Ооо Лиллия на чеердаке поосле закаата аа аа Тоолько там в тиишине наедиине эееее… До виконта дошла моя мысль, он поклонился и скрылся в ветвях. Нужно сказать его исчезновение было весьма кстати. Из–за поворота тропинки появилась Няни. Её уши были заткнуты новомодными берушами — ещё одним эльфийским изобретением. Похоже мои медитации скоро перестанут распугивать окружающих. Я остановила свои возвывания, пора было ужинать. Чердаки в домах бывают разные: пыльные, заброшенные, жилые и уютные, переделанные в художественную студию или оранжерею. В нашей усадьбе под крышей располагался склад. Аккуратные ряды шкафов и сундуков, подписанные и пронумерованные согласно находящимся в них предметам. Старые платья (я дарю их служанкам), деревянные игрушки, чайная посуда без пары, бисер, кружева споротые с маминых нарядов и многое другое, хранимое из бережливости или в следствие нежных воспоминаний. Папа ежемесячно проверял списки вещей, что-то дарил, что-то продавал, а что-то прибавлял к тому изобилию, которое хранилось наверху. Фер Гиллеан ждал меня в кресле–качалке рассматривая старые литографии. Родители приобрели их во время медового месяца в Суоне. Я часто перебирала их в детстве, мечтая побывать в столь экзотическом месте. Он улыбнулся и жестом показал мне на стоящую напротив полинявшую кушетку. — Добрый вечер. — я мило поздоровалась и присела. — Надеюсь, вы, наконец–то объясните мне своё поведение? В конце концов, данная встреча ваша идея. Виконт отложил картинки и сказал. — От дяди я слышал, будто вы неплохо поёте. Как понимать ваше выступление в оранжерее? Не обижайтесь, но по–моему, даже мартовские коты мелодичнее. — Не люблю ботанику и принудительные работы. К тому же, когда я так пою, ко мне никто не подходит. Можно отдохнуть от нравоучений или просто подумать. — О чём же вы думали сегодня? — юноша наклонился в мою сторону придавая нашему и без того неприличному свиданию ещё большую интимность. — О завтрашнем дне и вообще о Дженне. — Аманда. А поверите ли вы мне, если я скажу, что тоже весь день думал об этой леди. — он снова откинулся на спинку кресла и продолжил. — Меня назначили расследовать это дело. Сейчас я опрашиваю свидетелей. Вас тоже следовало бы опросить в установленном порядке, но дядя запретил даже приближаться к вам. Он считает наше общение излишним, мне же вновь нужна ваша помощь. — юноша вздохнул. — Леди Дженна была крайне склочной особой. Мне никто не говорит о ней беспристрастно. Родители хвалят и оправдывают, остальные поливают грязью и говорят гадости. Вы ведь её хорошо знали? Сможете рассказать о погибшей, отбросив личную неприязнь или, наоборот, излишнее восхищение её предприимчивостью. На этот раз вздыхать пришлось мне. Я замолчала собираясь с мыслями… — Что вас интересует? — Всё что вспомните, важной может оказаться любая мелочь. — Тогда не будет ли наглостью попросить вас о том же. Расскажите как проходит расследование? — смущенная собственной смелостью, я продолжила. — Конечно, если это не тайна. Ну хоть что–нибудь? Виконт сделал задумчивый вид, а потом кивнул. Тогда я начала. — Дженна старше нас с Золей на три года. Взрослые считали нас друзьями, заставляли общаться и совместно проводить порою целые дни. Ей было скучно, и она развлекалась как могла. Любимым делом леди Вилмы Фер Сирэтасар является распускание слухов. Пока она оккупировала мою Нанни, с целью выведывания столичных новостей, Дженну оставляли присматривать за нами. Она подначивала нас на разные авантюры, придумывая порою гениальные шутки. Её не ловили никогда. Все шишки сыпались на нас. Что значит слово шести-семилетнего ребенка, не способного ещё на связный рассказ, когда история Дженны логична и понятна. Она умела придумать способ реализации любого, даже самого несбыточного плана. Она была яркой и живой, но думаю никто не знал чего она хочет на самом деле. Знаешь, не удивлюсь если у неё был дневник. Девушкам нужно кому-то доверять, а в Заячьем Лугу у неё не было близких людей. Она считала свою родню мелочными бездельниками, помешанными на своём великом прошлом. Ей было противно прозябать вдали от развлечений и богатства столицы. У неё должен быть план как выбраться из бедности. Думаю Изольда должна, знать где может находиться тайник сестры. — я замолчала ожидая реакции Колмана. Он встал и прошелся по чердаку. — Я от тебя за десять минут получил больше полезной информации, чем за прошлые два дня. Ты сокровище! Хочешь верь, хочешь нет, мне пересказали почти каждый день её жизни. Я узнал, чем она завтракала, какие платья ей сшили к помолвке сестры, сколько раз за день скандалила с домочадцами, но про её характер сказали только одно: ненавидела всех. Изольда вообразила будто убить хотели её, а сестра пострадала по ошибке. Она то плачет, то порывается расторгнуть помолвку, то вообще заявила: «Уйду в монастырь. Буду служить Матери — искупать грехи предков». Даже успокоительные не помогают. Виконт сел на кушетку рядом со мной и шепотом сказал. — По-секрету могу сказать, дело на контроле у государя. Тут ведь почти международный скандал. При инциденте присутствовали двое представителей эльфийской делегации. Они заинтересовались как проходит следствие, а нам нечего предоставить, кроме сошедшего с ума парнишки и отчетов мага. Кстати, что можешь рассказать об этом Энкире? Я отодвинулась от юноши, а затем и вовсе, перебралась в оставленное им кресло. — Ну… ты ведь его видел. Можешь представить как ему жилось в детстве? Его мама была кузиной лорда Ланца. Прочти девочкой она забеременела. Отца ребёнка не назвала, но неоднократно пыталась избавиться от плода. Однажды её обнаружили в купальне, она била себя по животу кулаками и кричала. Энки родился еле живым, а леди скончалась. Его отдали в деревню, ожидалось, что он вскоре разделит судьбу матери. Говорят, он был такой страшненький, словно крысёнок. Ему не смогли найти кормилицу и следить за младенцем взялся священник. Семья узнала о мальчике когда тому было лет пять. Они забрали его в имение то ли из жалости, то ли опасаясь слухов, а может хотели загладить старые грехи. Знаешь, я чувствую вину перед ним. Мы дружили в детстве. До того как ему объяснили, что он урод и ублюдок. Он был добрый, веселый. Потом, нас с Изольдой заставили выбирать между дружбой с Энки и собственным спокойствием. Мы тогда предпочли уйти в сторону, отказать ему в поддержке и защите друзей. Он остался совсем один… С самого детства Энкиром двигали две страсти — лошади и любовь к Дженне. Она его за человека не держала, а он всё прощал и оправдывал. Он знает все её тайны, но даже не пытайтесь спрашивать о чём-то. Не скажет… Умрёт, а не скажет. Уже проверяли. Родители заподозрили Дженну в недостойном поведении, якобы на свидания в лес убегала. Подступили к Энки что да как? Его тогда чуть до смерти не запороли, только Золька спасла. Колман встал передо мной на колени, заглянул в глаза и сказал. — Давай, ты после совершеннолетия поступишь в стражу? Нельзя зарывать в землю такие таланты. Ты только что сэкономила мне сутки времени. Я собирался звать ментального мага для допроса… но уже поздно. Тебе нужно выспаться перед поездкой. Встретимся в Заячьем Лугу. От его слов я смутилась, покраснела. Хотелось сказать ему что-то или сделать, но он не стал ждать пока я приду в себя. Виконт поклонился мне поцеловал руку и вылез через окно на крышу. Я ещё немного посидела в кресле подумала о случившемся. Можно ли считать наше рандеву моим первым свиданием или нет. Утром не выспавшаяся и растрепанная я с трудом выносила такое же сонное пыхтение Нанни. Они с леди Магдой проболтали почти до утра. Всё таки обучение в одном пансионе сближает. Нашлись общие знакомые, какие-то шалости которыми промышляли юные воспитанницы, и прочие мелочи. К завтраку мы вышли уже в траурных платьях. Год назад скончалась мать нашего короля. Событие ожидаемое и не удивительное, тем более леди было уже за три сотни лет. Вся столица на месяц погрузилась в глубокий траур. Чёрные кареты, флаги, даже цветы на прилавках. Тогда многие пошили себе приличествующие случаю наряды. Супер модные вечерние и даже бальные платья, строгого антрацитового цвета, были актуальны весь прошлый сезон. С трудом заставив себя проглотить пару ложек омлета я отправилась ждать отъезда на улицу. Погода сегодня была в меру хороша. Свежий ветерок нес по небу легкие облачка, солнце уже потерявшее летнюю жаркость, весело сияло, а из далека доносился пастуший рожок. Самое время для визитов к соседям. Мирно проспав всю дорогу, в Заячий луг я прибыла бодрой и готовой к подвигам. Вопреки моим ожиданиям, мне думалось, на прощание приедет больше народа, дом был тих, и нигде не было заметно привычной суеты. Выяснилось, что приглашенные приедут позже, сразу к злосчастному озеру, где и состоится поминальная служба. Меня же позвали заранее для успокоения расстроенной Изольды. Она нашлась в саду у засохшего фонтана. От нежной феи, поразившей меня в день помолвки не осталось и следа. Осунувшееся лицо, запавшие глаза и обветренные губы. — Привет. Как ты? Держишься? — мои слова показались глупыми и банальными. Золя кивнула и грустно улыбнулась. — Не думала, что наша встреча произойдет при таких обстоятельствах. Извини, я не могла даже пригласить тебя в гости. Ты ведь знаешь мою семью. — она вздохнула и похлопала по бортику фонтана приглашая меня сесть. — Поэтому и спрашиваю. Судя по поступкам, новые родственники не лучше. Бинки говорила, история с помолвкой тебе не понравилась… Хотя, намой взгляд, молодой Аэррен не плохая партия. — Сложно сказать. Слишком уж быстро всё случилось. Я не собиралась вступать в брак до окончания обучения магии. У меня даже нет женских дней. Мне не о парнях надо думать, а об экзаменах. Через месяц поступление в академию, а у меня резерв маловат, и заклинания сбоят. Ещё год такой жизни я просто не выдержу… Ты не представляешь себе мой день. Каторжники в каменоломнях меньше работают. — Золя вскочила и стала нервно расхаживать перед моим лицом. Она мяла в руках платок, а её голос то затихал до шепота, то срывался на крик. — Учёба и работа ежедневно с рассвета до заката. По средам посещение имения твоего дяди и занятия с лордом-магом. По пятницам, работа в больнице. Воскресенье отдано зарядке накопителей на продажу. Постоянный контроль и нытьё о неблагодарности. Великая миссия возрождения рода не для меня. Я хочу свободы! Тер Аэррен насели на родителей с дурацкой помолвкой, и не менее идиотскими требованиями по опекунству. Я, видите ли, плохо воспитана. Патришечке нужна более утончённая невеста. Они мне ещё и уроки этикета всунули в график. Даже смерть Дженны не стала поводом дать мне передышку. Утром я пью кофе, заедаю его таблетками от нервов, и весь день хожу, как снулая рыба. Выпустив пар Зина снова села рядом. Я взяла её руки в свои и попыталась утешить. — Осталось не много. Ты станешь Леди-магом и все их желания не будут иметь значения. — Поэтому я и тороплюсь в академию. Студенты находятся под покровительством короны. Родню я буду видеть только летом и на праздники. Единственное, что меня огорчает — они могут заставить меня согласиться на брак до получения диплома. А я ведь уже начала строить планы на свою жизнь. Хотела уехать в Фардею работать на горный курорт. Я рада твоему приезду. Мне давно не с кем поговорить. Мы обнялись как раньше, словно ещё были закадычными подругами. — Золя, помнишь на помолвке я везде ходила с молодым человеком? — она кивнула. — Он занят расследованием гибели твоей сестры. Ты должна с ним поговорить. Расскажи ему всё, что тебе известно. — Я с ним уже говорила. –Значит он не нашел в твоих словах необходимых знаний. Мы с ним разговаривали, и я предположила, что у Дженны был дневник. Ты не знаешь где она могла бы его хранить? Подруга задумалась, а потом пригласила меня осмотреть комнату сестры. Дом рода Сирэтасар был старым и давно не вмещал в себя всех членов большого семейства. В комнатах селили по двое, по трое жильцов. До недавнего времени, у Изольды своей комнаты не было. Она жила с Бинки и ещё двумя девочками их дальними кузинами. У Дженны своя комната появилась лет в десять. Она просто выживала любых других женщин со своей территории. Спальня погибшей встретила нас беспорядком и затхлостью. Подруга объяснила мне это следствием подготовки к помолвке. — Стража, здесь конечно всё осмотрела, но они ничего не трогали. Такой разгром могла устроить только сестра. Когда она собирается «блистать», то превращается в фурию, не видит ничего кроме своей цели. Не видела. Теперь уже всё в прошлом. Мы вошли в комнату и закрыли дверь. Нас не должны были увидеть и услышать другие домочадцы. Я осторожно пробиралась через развалы одежды и бижутерии. Большинство платьев были новые, из нынешней или прошлогодней коллекции. Не богатые, но сшитые в хорошей мастерской. Заинтересовавшись не разбогатели ли её родители за последнее время, я услышала довольно странную историю. Дженна сама сшила эти платья. Она познакомилась в замке моего дяди, куда ходила за компанию с Изольдой, с милой белошвейкой. Девушки подружились, и пока будущая магичка грызла гранит науки, её сестра постигала портновское мастерство. Папа Ланц оплачивал только ткань. Нужно заметить, дома мастерица не только не работала, но и отказывалась шить для других. «Пусть сами учатся. Я за даром не работаю». Я взяла рассмотреть одно из платьев. Швы были выполнены безупречно. Концы нитей убраны именно таким способом, как это делала Веся — дядина портниха. Я сомневалась в таланте Дженны, но вполне верила, что та могла выдать работу Весении за свою. Я так и сказала подруге. — Возможно, но для чего тогда она таскалась за мной в замок? Фринеллин там не было. С кем она проводила время? — А кто там был? — Зина на минуту задумалась и стала загибать пальцы. — Мой наставник, портниха, горничные, слуги, герцог, но его мы не видели, потом ещё управляющий и прочая челядь. Перед моим лицом проплывали знакомые лица, я пыталась понять кто мог вызвать интерес девушки. Когда я дошла до управляющего, то поняла — мы нашли. Нурий Фер Роцциэн — был довольно привлекательным и амбициозным молодым мужчиной. На дядю он работал уже лет пять, за это время ему пришлось пережить влюблённость в себя всех служанок и даже самой Фринн. На что только не шли очарованные работницы замка. Порой управляющий сбегал от них ночевать в гардероб герцога, а однажды его загнали на крышу. Я не стала делиться с подругой своими догадками. Не зачем осложнять жизнь хорошему человеку. Мой дядя не станет участвовать в истории с убийством. Он уволит Нурия без объяснений. Поблагодарив подругу за помощь, предложила продолжить осмотр. Из книг в комнате были только пара любовных романов. Зато почему-то везде лежали листки бумаги. Продырявленные с одной стороны. Такие листы используют для специальных папок на гнутых гвоздях. Гвозди входят в отверстия на бумаге и не требуется ещё как-либо их сшивать. Я взяла один листок и помахала им в воздухе. — Не видела у неё папку для бумаги. — Ой! А точно! Листы я видела, она иногда на них что-то писала. Только, что именно не знаю. Подходишь к ней бывало, сидит, старается, а заглянешь, листок спрячет и нахамит. Папа спрашивал о чём пишет, так Дженна говорила, будто всякие дела на завтра придумывает чтоб не забыть. Мама считает, что сестра пишет… писала любовный роман. Вот только исписанных листов никто не видел, хотя девочки всё здесь перерыли. — Значит искать бесполезно. Дневник у неё был, но хранила она его где–то ещё. Мы покинули комнату. В главном зале нас перехватила леди Магда. Пришло время отправляться на озеро. Дорогой я сказала леди Гриив о своём желании навестить дядю. Поводом стало моё скорое шестнадцатилетие, на которое я хотела бы его пригласить. А заодно показать самой леди замок построенный в эльфийском стиле. На месте пикника не осталось следов произошедшего несчастья. Там где планировалось устроить танцы сейчас стояли полукругом ряды скамеек. Перед ними на помосте возвышались статуи Отца и Матери. Выполненные из железного дерева фигуры были привезены из центрального храма столицы, для проведения церемонии прощания. Наверное Аэррен уже начинают жалеть, что связались с Фер Сирэтасар. Больно дорого выходит. Пришедших проститься с Дженной было мало, ну кроме родственников. Они то как раз прибыли все. Включая младенцев и немощных стариков. Для меня неожиданностью стало увидеть здесь свою кузину. Раньше знакомством с жителями Заячьего луга она брезговала. Её появление на помолвке ещё объяснимо, но какая причина заставила её посетить данное скучнейшее мероприятие, для меня загадка. Тем более, то Фринн вырядилась как на великосветский приём. Я точно знаю, у кузины есть траурное платье для визитов, такое же как моё, только более взрослого кроя. Она же нацепила на себя вечернее платье, пусть и положенного цвета, но явно не подходящее для осенней прогулки. Мы с Магдой подошли к лорду и леди Сирэтасар выразили положенные случаю соболезнования, я представила им свою компаньонку и уже собиралась пройти сесть на скамью, когда меня окликнул Колман. Я обернулась и увидела Его. И речь вовсе не о моём знакомом. Он — Совершенство. Он — причина приезда моей кузины, и моего глупого вида. Я замерла совершенно неприлично уставившись на подошедшего юношу. В адекватное состояние меня привела Изольда. Она радостно поприветствовала подошедших и представила мне красавца. — Позволь представить тебе, ещё одного моего будущего родича, наследника герцога Риз Зальес — Бертрана Тер Аэррен. Это, как ты поняла, старший брат моего жениха. — Приятно познакомиться. — Я сделала книксен и покраснела, искренне жалея, что сегодня тётушка не дала мне воспользоваться волшебным эльфийским кремом. — Я так же весьма рад. Мой друг — он перевел взгляд на виконта — очень хорошего о вас мнения. — Леди Аманда, сейчас не время для беседы на отвлеченные темы, но я вынужден просить вас уделить мне минуту приватного разговора. Колман подхватил меня под руку и отвел в сторону. Я шла за ним и еле удерживалась от желания обернуться, чтобы вновь увидеть прекрасного герцога. Из короткого разговора я поняла только одно, сегодня на чердаке меня ждёт подробный допрос. Наверное я могла бы передать полученные мной сведения прямо сейчас, но мысли путались и на вопросы я отвечала односложно и, похоже, невпопад. На обратной дороге, то и дело ловила на себе разочарованные взгляды виконта. Мне досталось крайне удачное место. С него я отлично видела предмет своего восхищения. Ему же меня загораживала тучная тетка из дальних родственников покойной. Я вновь и вновь бросала осторожные взгляды на юношу, пытаясь запомнить его образ. В чертах его лица были неуловимо и изящно сплетены признаки обеих рас. Глаза чуть шире эльфийских, но той же неповторимо благородной формы. Губы, по–девичьи пухлые и нежные, имели почти неприлично розовый цвет. Брови широкие и густые достались от ему отца, а пепельные локоны, спадающие до середины спины, напоминали о том, что их обладатель на четверть эльф. На этот факт так же указывали слегка заострённые вверх ушки, по-человечески лопоухие и такие очаровательные. Фигура у моего идеала была атлетическая. Такие плечи и руки вполне управятся не только с арбалетом, но и с двуручным мечом. Возможно я в своих мечтах дошла бы и до ног, но начали петь гимны и вставшая, в порыве вдохновения, тетка перекрыла мне обзор. Все таки хорошо, что мы с Дженной не родственницы — мне не нужно выражать свою скорбь столь истово и нарочито. Я стала осматривать остальных провожающих в надежде заметить знакомых. Взгляд скользил по рядам лишь слегка задерживаясь на наиболее интересных экземплярах. Фриннелин лицемерно утирающая несуществующую слезинку, делала вид будто поёт, но сама искоса поглядывала на юного герцога. Меня пронзила зависть, ёй его было лучше видно. Кроме неё и компаньонки присутствует здесь и Весения. Подтверждая мои выводы, она не сильно огорчена смертью подруги. Расстроенная Золя не поднимает глаз от земли, а вот Бьянка поёт с ярко выраженным удовольствием. Музыка её конёк, малышка напевает постоянно. Аэррен сидят с постными лицами, но скорее не от скорби, а от моральной усталости. Притворяться дружелюбными к семейству Сирэтасар тяжелый труд. Папа возвращается из поездок в Заячий луг уставший, сильнее, чем когда ругается с наджурскими поденщиками на полях… Наконец официальная часть закончена, мы получаем сверток с поминальным колокольчиком и возвращаемся домой. В дороге наваждение вызванное юным герцогом прошло. Я с трудом понимала своё поведение. Возможно — это те самые гормоны о которых пишут в дамском журнале. В таком случае, я наконец-то взрослею. Моё девичество наступило всего два месяца назад. Папу оно, наверное, огорчило. Он хотел бы ещё какое-то время видеть во мне ребёнка. Для девочки не нужно шить две дюжины платьев в сезон, не нужно вывозить её на балы и представлять ко двору. Пока твоя дочь — ребёнок, за ней не бегают охотники за приданным и престарелые ловеласы. Никто не пытается её соблазнить, да и сама она не желает этого. Страшно представить, что я подобно кузине, стану мечтать о ком-то, внезапно полюблю дамские романы, полные романтического бреда. Эти размышления окончательно испортили моё настроение. Дома я хотела лечь и отдохнуть… Однако, мне не повезло. На встречу экипажу выбежала Нанни с грандиозным сообщением.