На пути к счастью

рались спилить это дерево, собирали документы, а теперь вот уже поздно. Эдвард ободряюще сжал ее плечи. - Не переживай, дорогая, наши дети вырастут из этого домика уже через несколько лет. Она хохотнула. - Ага. А собака вот на всю жизнь. В общем, как вы поняли, сюрпризам были рады все. Особенно родители именинников, ахахах... Экхм. Дети быстро обследовали пока еще пустой домик. - Вечером привезут мебель (пару стульев, столик и диванчик), а еще баллончики с краской. Вы сами разукрасите ваш домик. Конечно, с помощью родителей, но это уже потом. Так, вы нас позовете к праздничному столу или как? Я закатила глаза. А Эдвард с Маргарет рассмеялись. - Конечно, пойдемте. Там уже все стоит. Только дождемся гостей. Должны прийти моя сестра со своим мужем и детьми. Вечером еще придут друзья Тейт и Кэла. В общем, день будет интересным. Кстати, а куда собаку? Эдвард вздохнул. - Маргарет не любит собак. Она протестующе стукнула его по плечу, да так, что он ойкнул. - Не правда! Я люблю собак. Просто у нас был уже пес. Очень хороший. Но заболел и умер. Тейт погладила Спотти за ушком, но тот особо не был в восторге. - А я не помню, что у нас была собака. Маргарет усмехнулась. - Да потому что вас в планах еще не было. Так, пошли мыть руки и за стол! Собственно, мы все помыли руки и сели за стол. Через минут 15 пришли еще гости. Такая же рыжеволосая женщина, но с тонкой талией и ангельским характером - сестра Маргарет, Лидия. Ее сопровождал высокий, худощавый мужчина - муж, которого звали Чарли. И их дети - тоже близнецы, Кортни и Эван. Они были не рыжими, а черноволосыми и по внешности были больше похожи на отца. По словам Маргарет, это редкий случай, поскольку кровь ее семьи очень сильная. И практически у всех ее братьев и сестер родились близнецы. А Эдвард упомянул, что и по их с Хансом отцовской линии есть близнецы. Я взяла это на заметку. В общем, посидели хорошо. Ребят хватило на час, потом они все ушли с щенком на улицу. Маргарет и Эдвард пару раз проверяли их, но было это совсем не обязательно. Где-то часов в 7 вечера позвонил Холдер и велел, цитирую: "тащить свою задницу домой, поскольку домашний арест еще действителен". Пришлось собираться и идти. Да и, честно говоря, я хотела домой. Конечно, в обществе своей начальницы, ее детей, друзей и семьи хорошо, но дома как-то спокойнее. Поэтому я даже спорить не стала. Попрощалась, еще раз поздравила детей, погладила Спотти, дала совет по уходу за ним и ушла. Ханс предложил проводить, но я вызвала такси. Эдвард, который так же провожал меня до ворот, шепнул на ухо, что нам нужно поговорить. Я предложила провести встречу в понедельник, после смены в книжном. Как только мои голые ступни коснулись прохладного пола, я облегченно простонала. Ненавижу каблуки. Кое-как доплелась до своей комнаты и переоделась. Домочадцы скучали перед телевизором. Я плюхнулась на кресло и выдохнула. - Я живая! Я смогла! Это достижение. Холдера не проняло. - Ты должна была быть дома еще час назад. Я развела руками. - Ну извини. Сегодня суббота, таксисты тоже хотят отдохнуть. И вообще, до каких пор будет продолжаться этот арест? Братец не раздумывая ответил: - До сентября. А там каникулы на носу, сессия. Все равно не до гуляний будет. Я возмущенно насупилась - Отлично. Просто замечательно. Саманта вздохнула. - Ничего не поделаешь. Он непоколебим. Лучше расскажи, как прошел день. И я все рассказала, начиная от подарков и заканчивая тем, как я села в такси. Конечно, о том, что в понедельник у меня встреча с Эдвардом, я упоминать не стала. Крепче спать будут. В воскресенье я отрабатывала смену в книжном. Работать пришлось с Джинджер, об этом и говорить нечего. В понедельник в универе я встретилась с Эбби и Льюисом. Они снова разговаривали друг с другом и ходили всюду вместе. Но в глаза не смотрели. Это как если бы фотографию разорвали на две части и попытались склеить наклейкой. Место разрыва четко обозначалось, от былой идиллии и целостности остались только воспоминания. Но я сделала вид, что все, как раньше. Мы снова друзья и снова вместе. - Эбби, есть мелочь? Я все свое растратила на собаку. Ужасно хочу кофе. Подруга покопалась в сумке и протянула несколько монеток. Я забросила их в автомат и выбрала себе любимое кофе. - Спасибо. С меня шоколадка. - Смотри мне, ты знаешь, как я отношусь к сладостям. Я хохотнула. - Вполне себе. С таким не шутят, не беспокойся. Льюис встал у окна и глубоко вздохнул. - Погода такая непостоянная. То дождь, то палящее солнце. Я взглянула на него и хмыкнула. Ему ли обращать внимание на непостоянство природы? - Август всегда такой. Впереди еще морозный сентябрь. Промозглый октябрь. И беспощадный ноябрь. Эбби фыркнула. - А в декабре, я так понимаю, мы все помрем? - Нет. Почему? В декабре зима еще мягкая, это в январе стоит беспокоиться. Подруга пихает меня в бок, и я хохочу. Льюис щурится, улыбаясь. - А теперь посмотри на свою юбку. Эбби опустила взгляд и ойкнула. Пятно от кофе расползлось по синей ткани прямо посередине. Я залилась громким смехом. Подруга снова пихнула меня в бок. - Смейся, пока можешь. А не твой ли парень сейчас стоит и смотрит на тебя влюбленными глазами? Ой, кажется, наша новая экономичка идет прямо к нему. Улыбка мгновенно растаяла. Я сунула в руки Эбби стаканчик. - Пожождите-ка. Я быстро дошла до него, занимая все его внимание. - Здравствуйте, мистер Грэй. А каким у нас ваша пара? Расписание куда-то делось. Ханс задумчиво склонил голову. - Моя пара у вас начинается через двадцать минут. А расписание разрисовали какие-то...шутники, его вывешают только завтра. А какая последняя пара знаешь? Я со вздохом взглянула ему за спину. - Ага. Знаю. Мисс Крид безразлично улыбнулась мне и с придыханием кивнула Хансу. - Добрый день, мистер Грэй. Он растянул губы в улыбке. - Привет. - Ну, как, помог вчера мой брат? Я уткнулась носом в телефон и прислушалась к их разговору. - Да, помог. Ребята очень обрадовались. Спасибо. - Да что ты! Ему совсем не тяжело. Скитается со своими по всему городу, а тут хоть детям помог. - Да, верно. - Слушай, Ханс, может, посидим сегодня где-нибудь? Такая погода хорошая. Неизвестно, что будет завтра, солнце или ураган. Она рассмеялась своей шутке. Я не сдержалась и громко фыркнула. Тут ее взгляд упал на меня. - Софи? Тебе что-то нужно, может, я отвлекла вас? Я покачала головой. - Нет, нет. Я просто... Она вдруг перебила меня: - Кстати, а кто вы друг другу? Ханс насторожился. - - В смысле? - Я часто вижу вас вместе. Вы родственники? Я на секунду задумалась. А, правда, кто? В универе мы: - Никто. Мы с ним никто. Развернулась и ушла, прекрасно зная, что вызвала замешательство у обоих. Я забрала у Эбби кофе и залпом выпила его. Обернулась к Хансу, который что-то объяснял Крид. Наверняка то, что наши брат и сестра встречаются. Скомкав стаканчик, кинула в урну и попала. Подруга несколько ошарашенно проследила за этим. Я язвительно ухмыльнулась. - Учись. Она выгнула идеальную бровь, защищаясь. - Не надо! Бумага и пластик - разные материалы. Она даже не дрогнула. Вспомнила, но отнеслась к этому с шуткой. Словно тот день, когда ей было плохо и она решила все свои мечты - просто страшный, бессмысленный сон. Льюис подошел к нам и хмыкнул. - Понятия не имею о чем вы, но пластик действительно тяжелее бумаги. Я ухмыльнулась. Ага, тяжелее. И поэтому в их паре Льюис - пластик, а Эбби - бумага. Виктория Ноговицына Виктория Ноговицына 17:35 После пары Ханса я задержалась по его просьбе. - Ну чего тебе? Он прижал меня к двери и закрыл ее. - Уже неделю мы не можем побыть вдвоем. Я соскучился. Он прошелся губами по моей ключице. - Я не хочу создавать проблемы на пустом месте, но я все больше ощущаю холод между нами. Я судорожно усмехнулась, но промолчала. Его руки забрались под мою юбку. - Носишь чулки? Я промычала: - Угу. В колготках жарко. Да и под юбкой не видно, если не наклоняться. Ханс, а это точно безопасно? Он обхватил мои бедра, приподнял и перенес на стол. - Более чем. Сегодня в этой аудитории больше не будет лекций. Нас не спохватятся. И если мы будем тихими, то никто нас не услышит. Он прижал меня к себе, встав между моими широко раздвинутыми ногами. Я обвила руками его шею и отдалась поцелую. Его ладони ласкали мои бедра, что вызывало у меня тихие стоны. До следующей пары оставалось всего полчаса, поэтому Ханс решил не медлить. Словом, эти полчаса мы провели с жаром. *** Он расчесал мои волосы так, чтобы со стороны они не выглядели потрепанными. - Так, с прической мы разобрались. А что делать с этим? Я указала на шею и выразительно взглянула на Ханса. Он рассмеялся и поцеловал меня. - Подумаешь, маленький синячок. Зато как он появился. И снова поцелуй. Такой быстрый, что я не успела ответить. - Ладно. Живи, пока я добрая. Но в следующий раз. Тебе не избежать моего гнева. Он притянул меня за талию к себе и властно поцеловал. Затем отстранился и лукаво улыбнулся. - Учту. После звонка я выскочила из кабинета. Я правда думала, что никого нет. Совсем никого. Но услышав тихий стук каблуков, поспешила спрятаться за угол. Мисс Выдра-Крид остановилась у того же кабинета, где Ханс был совершенно один. Женщина опасливо осмотрелась и вошла внутрь. А я продолжила выжидать. Но ни он, ни она не вышли. Ни через минуту, ни через две, ни через десять... Вот же гадство. Покинув второй этаж, я спустилась на первый и нашла свою аудиторию. Заглянула внутрь, готовясь извиняться за опоздание, но вспомнила, что лекция по экономике...и где задерживается преподша. Села за свою парту и невидящим взглядом уставилась на доску. Через пять минут все справились с сестры и поспешили к выходу. Я непонимающе уставилась на них. - Куда это вы? Джастин, парень с вечно кудрявой головой, крикнул мне, на ходу надевая рюкзак и направляясь к двери: - Правило пятнадцати минут. Я хмыкнула. Когда учителя нет 15 минут, ученики вправе уйти. Многие до сих пор думают, что такое правило действительно существует. Я обычно его не приветствовала и ждала до последнего. Но сегодня не раздумывая ушла. Потому что все эти пятнадцать минут она была с ним. В книжный я пришла раньше. Сменила ребят, которые обрадовались возможности пойти домой, и занялась делами. Энергично протерла пыль, прошлась по списку купленных книг, на всякий случай пересчитала выручку. А потом пришел Нейтон. Он-то и отвлекал меня все время. Его удивленный взгляд прошелся по мне. - Ты уже здесь? - Угу. Пораньше отпустили. - А домой почему не пошла? - А ты почему не пошел? - Так у нас только что пары закончились. А время уже рабочее. - Ясно. Обслужишь первого покупателя? Мне надо позвонить? Он быстро сбросил свою сумку в комнате отдыха и встал за кассу. В эту секунду как раз зазвенели колокольчики. Звон эхом раздался в голове. Динь-динь-динь. Ханс-Ханс-Ханс. Я закрыла за собой дверь и набрала смс, после чего отправила его прежде, чем вспомнила. "Ты где? Купер все еще с тобой?". Да, я была зла. Я ревновала. Потому что боялась. И совсем забыла за всем этим, что Ханс в моем телефоне, на самом деле Нейтон. - Черт! Опустилась на диван и закрыла лицо руками. Даа, нелегко будет. Ой как нелегко. Когда я вышла из комнаты, Нейтон задумчиво смотрел в экран телефона. Покупателя уже не было. Я хмыкнула, проходя мимо него. - Что-то важное, Нейтон? Он приподнял бровь, взглянув на меня. - Что-то случилось? Я промолчала. А он продолжил допытывать. - Это как-то связано с твоим бывшим? Я настороженно замерла. - С чего ты взял? - Обычно девушки такие злые из-за своих бывших. Какой проницательный, однако. - Нет, дело не в этом. Просто неудачный день. Он проследил за тем, как я вырываю из своего блокнотика листочки. - Ну да, заметно. Я выбросила их в урну. - Слушай, я сейчас не в лучшем настроении, поэтому давай без шуток. Просто работаем. - Ну, ладно. Пол блокнота с зарисовками профиля Ханса в урне. Такой себе процесс успокоения, но он сработал, надо заметить. Теперь моя голова варить, и я с упованием понимаю, как же замечательно, что сообщение это никогда до Ханса не дойдет. К концу рабочего дня голова кипела. Нейтон был тому виной. Все приставал, спрашивал о личной жизни. Вот нравится же ему играть дурачка. В общем, замоталась я его отшивать. Поэтому как только пришло время, я взяла свои вещи и пошла домой. Там меня, естественно, ждал брат с ремнем в руках. В буквальным смыслом. - Где была? Я опасливо покосилась на ремешок. - Эй, ты чего? Я в книжном была. - Да? А мне известно, что последнюю пару ты пропустила. Я хмыкнула. - Ханс доложил? Да, я пропустила пару. Экономичка не пришла. Но я сразу в книжный отправилась. Убери ремень, а. Он посмотрел на свои руки и захохотал, вдевая ремень в штаны. - Дурочка! Буду я еще руки о тебя марать. Я хмыкнула. - Ну спасибо за очередной приступ нежности. Очень приятно. Я пронеслась мимо него по лестнице в свою комнату. Саманта вздохнула. - Ты идиот. Хватит к ней цепляться. Ответа брата я не услышала, так как громко хлопнула дверью. Села на кровать и шумно выдохнула. Бесит-бесит-бесит. Как же бесит. Телефон зазвонил. Я не глядя ответила и почему-то вспомнила про Незнакомца. - Алло. - Софи. - Эдвард, привет. Как поживает Спотти? - Неплохо. Дети возятся с ним весь день, иногда мне его даже жалко. Я сухо рассмеялась. - Ясно. Ты что-то хотел? - Мы ведь договаривались о встрече. Я мысленно простонала. - Ммм, может, завтра? Голова болит. - Правда? Как хорошо... э-э, я хотел сказать, просто мне сейчас некогда. Но завтра обязательно встретимся - Да. До завтра. И он отключился. В дверь постучались. Холдер просунул голову. - Мы с Самантой уходим. А ты чтоб дома сидела. Я сжала ладони в кулаки, чтобы не показать ему средний палец. - Конечно. А про себя добавила: конечно нет. А когда они ушли, то переоделась в свитер и джинсы (погода ухудшилась), и отправилась на набережную. Порыв холодного ветра ударил в лицо, и я задохнулась. Свинцовые тучи нависли над городом, сделав семь часов вечера практически ночью. Я расхаживала по мостовой и наблюдала за тем, как плещется вода. Бурные волны вздымаются и рассекают воздух. Как взбесившийся слон в цирке. Ревут, бьются, вырываются. Минутное очарование охватывает с головы до ног. На секунду я представила, как страшно было бы находиться среди беспощадной стихии. Как пытаешься плыть, а тебя резкими рывками уносит все глубже. Как пытаешь вдохнуть в себя воздух, но вместо этого тебя вливается мертвая вода. Как паника и помутнение рассудка мешают понять важную вещь: пощады не будет. Вместо спасения ты пойдешь ко дну. Вода, что дает нам жизнь, убивает. Достаточно всего-то сделать один шаг с мостовой вперед и все, конец. Артур не убивал, это сделала вода и шторм, но он был беспощаден. Он позволял им падать, задыхаться, захлебываться, мучаться. И умирать. Наверное, та же учесть ждала и меня. Если бы только на мостовой никого не было. Но люди были. Поэтому он использовал машину, ведь это логично? Он не собирался щадить меня. Просто мне повезло. И не этим ли везением я обязана жизни? Отдать свой долг, устранив злодея. И пасть, как героиня. Но готова ли я? Честно говоря, трудно ответить. Скорее нет, чем да. Но в то же время меня ничего не держит. Незаменимых нет. Сама ведь знаю, что поболит первое время от утраты близкого человека, да пройдет. Гораздо больнее осознавать, что не так уж ты нужен в этой жизни и твоя смерть не такая уж трагедия. Жестокий ход мыслей, согласна. Но это то, что является жестокой правдой. - Я думал, ты не любишь набережные. Я резко обернулась. Нейтон стоял позади меня и смотрел на горизонт. Я приобняла себя за плечи, отворачиваясь. - Почему нет? Мне нравится. Он облокотился о мостовую, всей своей позой изображая задумчивую небрежность. - Чарующе, не так ли? В этой жизни много пленительного. Человек по натуре собой падок до развлечений и удовольствия. Порой за это приходится платить. Я не поняла куда он клонил, а, может, не хотела. Но все же стало неловко. - Человек совершает преступления во время минутных слабостей, осознавая это только после того, как все заканчивается. Но это не повод держать его на свободе. Все должны нести наказание за содеянное. Нейтон удовлетворенно хмыкнул. - А ты понимаешь, о чем я. Значит, все-таки я не ошибся. Мой брат успел причинить боль многим людям. И я, в свою очередь, натерпелся. Ну, ты знаешь. Укрываю его от властей, делаю грязные делишки. Это опасно и также наказуемо. - Я не понимаю, о чем ты. Он закатил глаза, рассмеявшись. - Да ладно тебе! Я знаю, что он сделал. Что он делал. И что делает. И, поверь, даже то, что собирается сделать. В нем не мало жестокости. И многие пострадали от этого. Ты ведь тоже. Я поежилась под его пристальным взглядом. Нервы напряглись, голосовые связки сжались, отчего в горле запершило. - Не понимаю, о чем ты. Он покачал головой, возвращая взгляд к линии горизонта. - А ведь ты не знаешь, зачем я говорю об этом с тобой. И, скорее всего, я должен объясниться. Ты ведь знаешь, что все сообщения, что ты шлешь Хансу, приходят ко мне? Я промолчала. Он кивнул. - Значит, да. И когда мне пришло то сообщение сегодня, я понял, что в ваших отношениях с Хансом...некоторые разногласия. Назовем это так. Я подумал отвлечь тебя, потому что... Он замолчал. Я повернула к нему голову. - Зачем? - Тебе нужны силы. Я непонимающе нахмурилась. Он вздохнул. - У меня есть девушка, Жасмин. Ну, это ты и так знаешь. Я очень люблю ее. Но так вышло, что нам недолго осталось быть вместе. Мне вообще недолго осталось. А мой брат уничтожает то немногое хорошее, что у меня есть. Жасмин все знает. И о моей семье, о моей трудной жизни. И даже о всех бывших. Но, главное, ей многое известно об Артуре. Это очень опасно, поскольку Жасмин к нему своей неприязни не скрывает и всегда говорит, что от Артура нужно избавиться. Я боюсь, как бы он не прознал об этом. И тогда он убьет ее. Пойти против него я не смогу. Понимаешь? Он может забрать у меня ее. Как делал это с другими. - Чего же ты хочешь от меня? От резкости моего тона, Нейтон так же дернулся, будто напугался. - Я знаю, что ты решила кое-что. Но боишься. Страх мешает тебе довести дело до конца. Ты начала это несколько лет назад и не закончила до сих пор. Иногда достаточно шага до конца. Ведь об этом ты думала, склоняясь над пропастью? Я отвернула голову в сторону, чтобы спрятать слезы. - Да. Но что ты хочешь? Чтобы я его убила? Нейтон с отчаянием прошептал, будто боялся этих слов: - Да. Я хочу этого так же, как и ты. Он ведь рушит и твою жизнь. Ты хоть и выжила, но он по-прежнему не дает тебе покоя. Душит. Неужели ты не чувствуешь, как твое горло сжимается каждый раз, когда слышишь, произносишь его имя? Чувствую, конечно. Но признаваться я не хотела. А он продолжил спокойным, уверенным голосом. - Софи, я правда не могу это сделать. Тогда все откроется и меня посадят. Но, знаешь, что самое главное? Я же не убью его. Он предотвратит свою смерть. И случится так, что он, человек, заслуживающий смерти, как никто другой в этой дрянной жизни, останется жить. А я, умирающий, нет. Я буду лишен последнего счастья. А я ведь уже забыл, что это такое. Поэтому знай, что мешать я тебе не буду. Пусть останусь подонком из-за того, что не помогу, но и мешать не буду. Я почему-то уверен, что у тебя все получится. А я вов уверена не была. Но кое-что поняла. - Ты болен? Он не ответил на мой вопрос прямо, но сказал другое. - Знаешь, зачем он делает это все? У него была девушка в колледже. Кажется, Касандра. У них были необычного рода отношения. Они увлекались ролевыми играми, использовали всякие мерзкие игрушки. Это доставляло им удовольствие. Такая БДСМ любовь. Я этого не приветствую, но Артур более...грубый, более неадекватный. И когда Касандру убили, он окончательно с катушек съехал. Ее поймали какие-то парни на мостовой и прижали. Она, конечно, с извращениями, но насилия, как и другие, не любила. Поэтому добровольно спрыгнула в реку, через мост. У нее были белые волосы, зеленые глаза, тонкая талия и большая грудь. Никого не напоминает? Так вот он был так убит горем, что запил. Как мать с отцом. Это было ужасно. Я спохватился, устроил его в школу учителем журналистики. Но я не знал, что все будет так. Когда появились первые жертвы, я был в полном неверии. Я не мог понять, что с ним не так. Но и остановить не мог. До последнего глаза закрывал. А девушек, маленьких, невинных, находили у берегов. Просто тело за телом пришвартовывало. Каковой была моя радость, когда он начал переезжать. А когда обосновался в твоем городе, то забрал меня. Я думал, он завязал. Но потом появилась ты. И он снова свихнулся. Ты напомнила ему Касандру. И в этой нет твоей вины. Это все его поехавшая крыша. Я тем временем маялся от головных болей, не было сил разбираться с Артуром. В день суда у меня была операция. А когда я очнулся, один друг сказал, что моего брата посадили на 8 лет. Это так мало, но доказать то, что он совершил все те убийства было практически невозможно. Иначе пожизненное заключение обеспечено. И тут его просто выпустили. И все началось снова. Убийства, головные боли. Брат забирал жизни у девушек, а теперь забирал ее у меня. Он посмотрел на меня. - Я тебя загрузил, да? Прости. В общем, я пойду. И так сказал слишком много... Он развернулся. Я схватила его за рукав свитера, контакт с кожей был сейчас нежелателен. - Это все правда? - Да. Абсолютная. - Я никогда не думала что скажу это, но...спасибо. Он кивнул и улыбнулся. А потом ушел. Он не сказал этого, но я поняла, что заканчивать историю уже пора. А раз пора, значит, пора. Я достала из кармана телефон и набрала нужный номер. - Эдвард? Я передумала. Давай встретимся в Вишне прямо сейчас. Это очень важно. Он вздохнул. - Ладно. Сейчас буду. Я поспешила в кафе, на которое вообще-то наложила запрет. Но это был особый случай. Эдвард уже ждал меня. Я потерла холодный нос и села за его столик. На нем уже стоял горячий чай. Я обхватила ладонями кружку, греясь. - Спасибо. - Да не за что. Так что случилось? Мне понадобилась всего секунда, чтобы решиться. Я начала с разговора с Дереком, продолжила общими сведениями и закончила разговором с Нейтоном. Все, что я знала об Артуре. И в довершении сказала: - Основываясь на всем этом, нужно придумать план. За пять дней. - День встречи? - Воскресенье. Это воскресенье. - Ты уверена? - Да! Это все слишком затянулось, неужели не видишь? Хватит прятаться в кустах. Эдвард взял мои ладони в свои руки. Я замерла. - Софи, ведь можно обойтись без убийств? Мы можем продумать все так, чтобы его забрали в тюрьму. Там ему будет еще хуже. Он никогда больше не побеспокоит тебя. Я покачала головой. - Нет! Все, что он сделал - все для него останется безнаказанным. Нам всем будет проще жить без Артура. - Но что ты можешь против него? - У меня есть план. Давай его разработаем. Пять дней, этого хватит. Пожалуйста. Он нехотя вздохнул и поморщился. - Это опасно. - Да нет же! Выслушай мое предложение! И я пересказала ему свой план. Он внимательно слушал, то кивая, то хмурясь, то закрывая глаза и качая головой. Но в конечном итоге сдался. - Хорошо. Ты и правда все продумала. Давай начнем обдумывать шаги. Но...как? Твой брат держит тебя под арестом. Я фыркнула. - Холдер не проблема. Куда больше мне страшна его реакция, когда в воскресение все вскроется. Эдвард долго всматривался в мое лицо. - Ты выбрала воскресение, потому что... - Угу. Потому что оно от слова "Воскрес". Он прикусил кончик пальца. - Ты ведь и об этом подумала, не так ли? Я кивнула, отвернувшись к окну. - Конечно. 99%-ная часть плана должна сработать в мою пользу. Но этот 1%... - Боже мой, пусть до этого просто не дойдет. - Да, пусть. Он допил чай и взглянул на мою полную кружку когда стало ясно, что на сегодня этот разговор окончен. - А куда ты сейчас? Домой? Я могу довести. Я покачала головой. - Нет, не домой. Я хочу к Хансу. Эдвард хмыкнул и достал из кошелька деньги. Я села на переднее сидение и пристегнулась. Эдвард завел машину и мы тронулись. - Это кафе действительно его? Я кивнула и вдруг рассмеялась, осознав, что мы готовили заговор против него в его же владении. Если хоть один человек услышал наш разговор и доложит Артуру, всему плану придет конец. - Да. Я не поняла, что Дерек говорил о фирменном коктейле...Он вызывает привыкание и доставляет людям беспричинную радость. Что в него такое добавляют? Радугу единорога? Эдвард хмыкнул. - Почти. Наркотики. Это просто отличная информация. У нас против него много чего есть, нужно только доложить, куда надо. Тогда может обойдется и без русской рулетки. Я небрежно пресекла его идею. - Не-а. Все эти проверки, допросы персонала, заставят его насторожиться. И тогда все сотрется в пух и прах. - Точно. А Ханса ты подключишь? - Нет! Ни в коем случае! Даже думать об этом не смей! Он все испортит. - И снова ты права. Ладно, что-нибудь придумаем. Голова кипит. - Да, как же она кипит... Мы остановились. Этот город на машине можно за день объехать. Такие у нас масштабы. Я поблагодарила Эдварда, мы договорились о встрече и попрощались. Когда он уехал, я посмотрела на дверь Ханса. Ждет ли он меня? Что будет, если я просто постучусь и попрошусь к нему? Холдер будет зверствовать. Но мне настолько все равно, что я просто подхожу и стучусь. Он открывает сразу же. - Софи? Ты чего? Я улыбнулась. - Просто соскучилась. Он протянул руку и затащил меня в дом. После чего крепко прижал к себе и поцеловал в макушку. - Я люблю тебя, ты же помнишь, так? Вместо ответа я поцеловала его сначала в ямочку на подбородке, а потом в губы. Если бы об этом знала Крид, если бы он сам верил в это так сильно, чтобы никогда не отпускать. Если бы я верила, все было бы куда проще. А пока я теплилась в его объятиях, судорожно вдыхая успокаивающий запах его шампуня. Такой родной, практически домашний, что в своих мечтах я вижу две кабинки для душа в одной душевой, его зубную щетку вместе с моей в пластмасовом стаканчике и его шампуни, которые я использовала бы тайком от него. Одно полотенце на двоих, его кофе в моей кружке, его рубашки на моем теле, наши вещи в одном шкафу, его портреты в моем блокноте, одна фамилия на двоих. Одна жизнь на двоих. И две любви, сплетающиеся в одну большую, крепкую, вечную любовь. Поэтому я так отчаянно цепляюсь за него. Потому что каждый божий день с ним для меня - Воскресение.