На пути к счастью

8 глава. Я не стану описывать ту неделю, что следовала после этой пятницы. Перейду сразу на месяц вперед. Этого времени мне вполне хватило на то, чтобы загладить свою вину перед девчонками, Холдером и Самантой. Более того, я сдержала свое обещание, данное мне мной же. За этот месяц я ни разу не пила. Ходила по прежнему к Джонатану, танцевала, завела даже пару новых знакомств. Алкоголь же был, собственно, вычеркнут из списка. Иногда я пересекалась с мистером Греем. Мы вывели наши отношения на новый уровень: теперь я могла обращаться к нему на Ты вне института. Мы так же много разговаривали, и я узнала о нем много нового. Например, его любимый цвет как ни странно серый. По его мнению, он символизирует стабильность в его жизни. Ханс предпочитал больше собак, в то время как я любила кошек. Его любимая книга — 50 оттенков серого. Он никогда не хотел иметь отношение к журналистике, его основной мечтой была работа переводчиком. Он знал несколько языков и время от времени в его речи проскальзывал французский язык. Он называл меня «Bête blonde» или «fureur», что очень меня смешило, а не сердило. Он много путешествовал. И вообще… Грей открылся для меня совершенно с другой стороны. Он был веселым парнем, с правильным характером, свойственным настоящему мужчине. С ним от души можно было повеселиться и в то же время в любой момент попросить совета. С ним было бы неплохо дружить. Кстати говоря, он относиться к своему статусу преподавателя не серьезно. По его словам, на этом месте его ничего не держит, так что он позволяет себе дружбу со свойство учениками и легкий флирт с молодыми студентками. Что именно было в моей случае — флирт или все-таки дружба? — я не знала, но подозревала, что все сразу. Хм, что-то я заговорилась о нем, да? Нет, ничего такого я не хотела сказать. Возможно, он нравился мне, скрывать не стану, но в то же время я была рада такому другу, как он. Что касательно Холдера… Мой брат серьезно решил взять меня в руки, раз я, видите ли, сама не могла этого сделать. Первый делом он попросил отца заблокировать мой счет на карточке под предлогом того, что я нашла подработку. Вот мне и пришлось устраиваться в книжный. Теперь каждый понедельник, четверг и субботу я вынуждена была отсиживаться за прилавком и советовать покупателям что-нибудь, что ним бы подошло. Ведь все продавцы книжных умеют читать мысли человека и видеть их предпочтения. В общем, дел у меня появилось немало, совсем не было времени на отдых. Да еще и эти экзамены. Однако я все-таки выкроила для себя пару часов на вечеринки. Безалкогольные, разумеется. Джонатан устроил акцию: продержись без алкоголя один вечер и получи деньги в подарок. То есть, в тот вечер, когда Ханна и Хейзл были со мной, Джонатан был спокоен за гостей и мог так же развлекаться. Оказывается, получить приз хотели многие, так что практически никто не пил. Девчонки поговорили со мной и объяснили, что я поступаю неправильно. Алкоголь скорее добьет меня, чем спасет. Я поняла их и пообещала, что не буду больше злоупотреблять. Хотя руки ужасно чесались. Я познакомилась с Эбби и Льюисом. Потрясающие ребята. Эбби — девушка с длинными прямыми черными волосами, невероятно синими глазами, квадратной челюстью и выраженными скулами. Такая форма лица придавала ей остринку и она, конечно, была настоящей красавицей. Ее характер был не под силу слабакам. И кто говорил, что две змеи под одной крышей не уживутся? Льюис — симпатичный парень, не скрывающий своей ориентации. Да, ему нравятся мальчики, но он просто душка. У него карие глаза, белые волосы, он высокий и слегка накаченный. Он предпочитает носить розовые, фиолетовые и персиковые футболки и обтягивающие джинсы. Он веселый, умный, потрясающий. За словом в карман не полезет и с ним всегда есть о чем поговорить. Все-таки предпочтения у него, как у обычной девушки. Странно, конечно, было первое время обсуждать в его компании симпатичных парней нашего института, но за этот месяц я привыкла. В общем, жизнь моя стала помалу обретать какие-то краски. Я стала больше читать и решила отрастить себе волосы. Ну, это, должно быть, очень резкие перемены, но что поделаешь, раз у меня было такое настроение? О путешествиях по-прежнему не было и речи. Иногда мне удавалось выманить немного интересных фактов об окружающем мире у Ханса. Он с удовольствием делился историями о его каникулах заграницей. Особенно ему понравились русские девушки и французская кухня. Он не скрывал, что в свое время не пропускал ни одной юбки, но после смерти сестры он резко изменился. Больше мы ситуацию с Артуром не затрагивали. Все было замечательно. За исключением одной вещи: моя жизнь разделилась на день и ночь. Днем я смеялась, общалась, дурачилась, словом жила; а ночью я ненавидела. Я предавалась страху, ненависти и раздумьям о будущем. Я гадала, сколько еще продлится мое позитивное настроение и что будет после того, как все пройдет. Насколько меня могло хватить? Каждая ночь месяца была бессонной, полной мрака и монстров. Я выходила во двор и гуляла. Иногда стояла на крыльце и просто думала. Думала, думала, думала до потери сознания. Лишь вымученной от собственных наваждений я имела возможность заснуть. Папа осилил контроль после звонка Холдера. Признаться, все эти меры ни к чему. Они совершенно бесполезны. Никто из моих близких не подозревал, что на меня повлиял разговор с Самантой. Она, практически рыдая, умоляла меня прекратить. Она не то, чтобы на жалость давила, просто… она правда волновалась за меня. Я тогда почувствовала себя скунсом. Совсем скоро в нашем доме должен был появиться малыш, а я думала только о себе. Сколько нервов Саманта потратила на меня, сколько ругалась с Холдером. Вот тогда-то я и пообещала и себе, и ей, что к алкоголю не прикоснусь. И вообще стану проще. Я еще не рассказала о Нейте. Он извинился передо мной. Чуть ли не на коленях стоял. Я простила идиота, но осталась к нему холодной. Он все задаривал меня подарками, цветами да шоколадом, чтобы я перестала дуться. Но мне было все равно. Конфеты я отдавала Саманте, а розы раздавала парням, чтобы они подарили их своим девушкам. Мне не хотелось связывать себя с человеком, который сначала сделал, а потом испугался. Так многие поступают, переживая в следствии о своем благополучии, чем о затронутых чувствах тех людей, которых они обидели. Это ведь, по сути, и не справедливо, и не исправимо Мама так и осталась равнодушной к моей персоне. Она звонила, спрашивала как мои дела, но по большей части говорила сама. Ее постоянной темой были светские вечеринки, где к алкоголю притрагивались не меньше моего, если и не больше. Вот, пожалуйста, все, что я могу услышать от нее. Но я не жалуюсь, не думайте. Мне в любом случае очень повезло. Хоть родители мои и не очень любящие, зато они у меня есть, в то время как кто-то лишен их. Я просыпалась с одной единственной мыслью: «Господи, даруй мне силы прожить этот день, пожалуйста. Аминь» и все начиналось. Каждый божий день я крутилась, как белка в колесе. И была в меру счастлива. Мне одного только не хватало: любви. Как ни крути, я была лишена этой привилегии. Ну, не считая сюсюканий брата, конечно. Но мне хотелось собственного парня. Чтобы он обнимал меня. Целовал. Делал комплименты. Заботился обо мне. Я хотела Ханса. Ну, в смысле кого-то вроде него. Ведь с Греем мы просто друзья. В общем, я хотела влюбиться. Я хотела чувствовать дрожь в коленях от его взглядов. Я хотела мурашки по коже от прикосновений. Я хотела барабанную дробь в груди от звука его голоса. Я хотела влюбленную улыбку при виде него. Я хотела жить. Хотела делить с кем-то свет в полуночи. Я хотела посвящать ему стихи о своей любви. Хотела говорить о своих страхах. Хотела слушать его. Хотела просто молчать в его объятиях. Хотела поездки на мотоцикле по ночному городу. Хотела кататься на машине с музыкой и открытым окном. Я не хотела больше быть в одиночестве. Я не хотела больше плакать. Я хотела измениться. Стать мягче. Избавиться от яда. Я хотела снова стать огнем. Разморозиться. И простить Артура. Я хотела человека, способного меня понять. По сути, я хотела Ханса. Да. Вернемся к середине мая. Прошло чуть больше месяца после всех этих изменений. В четверг я по обычаю собиралась в институт. В этот день была журналистика, и я с нетерпением ждала ее начала. Да, правду говорят: вещь меняет не смысл, а человек. Я надела на себя юбку и легкую зеленую блузку, так как было уже жарко. Волосы мои уже доросли до плеч. Они были не прямые, а от природы волнистые, мягкие и тонкие. Челку я так же не носила, так что всего лишь прошлась по волосам расческой. Оглядев себя в зеркале, я улыбнулась. Я снова стала похожа на эту девочку, которой была в школе. Эх, летит же время. Холдер уехал за Самантой, так что дома я была одна. Странное волнение перед началом учебного дня напрочь отбило аппетит. Но я все же запихала в себя пару вафельных блинчиков с джемом и запила это кофе. До института я решила добраться пешком, так как чувствовала себя, как никогда легкой. Боже, это действительно я?! Перешагнув порог своего кабинета, я тут же оглядела его. Никого, кроме меня здесь не было. Странное дело. Я рано что ли? Точно розовый снег пойдет. Я присела на свое место и стала просто ждать. Нервная дрожь то и дело сотрясала тело. Да что ж это такое? Нужно как-то пресечь рвение к этому человеку. Поубавить его, что ли. Хм… а это идея. Пропустить парочку лекций, снова отлежаться во дворе на лавочке… Я соскользнула со своего места и поспешила в коридор. Было еще совсем мало народу, так что мне ничего не мешало совершить побег. Спрятавшись в кустах на всякий случай, я присела на скамейку. Отсюда меня, конечно, видно было, но нужно же было проявить хоть какую-то конспирацию. Сложив ногу на ногу, я откинула голову на спинку скамьи, а руки сложила на колени. Кожу приятно прижгло солнечными лучами, и я мечтательно улыбнулась. Просидела я так некоторое время, пока на телефон не пришла смс-ка. Мне не хотелось знать, от кого она и что в ней написано, однако рука сама полезла в сумочку. «Где ты?!», — интересовались Серые Глазки. Я сильно закусила губу, сдерживая улыбку. Поставив телефон на беззвучный и убрав его в сумку, чтобы не отвлекаться, я решила потренировать силу воли и не проверять сообщения до конца первой лекции. Время шло. Солнце пекло, рука сама тянулась к сумке, то и дело хотелось сорваться с места и вернуться в кабинет. «Да успокойся ты, — осек меня внутренний голос. — Сиди на месте, наслаждайся мгновеньем и лучше представь, как он зол сейчас». Я улыбнулась и успокоилась. Это, наверное, большая редкость, когда внутренний голос сотрудничает с хозяином. Где-то хрустнула ветка. Я редко выпрямилась и, поправив волосы, взглянула в сторону, ожидая увидеть Ханса. Фух, пронесло. Какого-то парня занесло сюда. Я снова откинулась на спинку скамьи и закрыла глаза. — Прогуливаешь? — усмехнулся бархатистый тембр. По коже прошли мурашки и я, подивившись такой реакции, поежилась. — Ммм, — утвердительно промычала я, вяло кивнув. Парень присел рядом, но я на него даже не взглянула. — Какой предмет? — спросил он. — Журналистика, — ответила я, улыбнувшись. — А ты? — я приоткрыла один глаза и повернула голову к парню. Наши лица оказались очень близко. Мы в раз сглотнули и перестали улыбаться. — Физкультура, — ответил он. — Да ты смельчак, — мои губы растянулись в вялой ухмылке. — Типа того, — рассмеялся он. — Дерек, — он протянул руку. Я ее пожала. — Софи, — представилась я. — Ты на каком курсе? — спросил он и между нами завязался долгий разговор. Пока он говорил, я разглядывала его. Черные кучерявые волосы, синие глаза, крепкое телосложение. Характер у него непростой, это видно. Его так же бросает то в жар, то в холод. Он вспыльчивый, но если все хорошо — спокойный. Семьянин, любит стабильность. И деньги. В нем есть что-то, что меня привлекает. Может, самостоятельность, которой парни в наше время так редко обладают. Он не любит спорт, но занимался им, чтобы поддерживать себя в форме. И вообще в нем много противоречий. В общем он нормальный, но в меру странный. Он пытался выведать у меня хоть немного информации обо мне, но мне настолько было день говорить, что Дереку пришлось довольствоваться односложными ответами. — А ты не из общительных, я вижу, — вздохнул он, проведя ладонью по волосам. — Да нет, — пожала я плечами. Его взгляд заставил меня рассмеяться. — Что? Сегодня просто такой день, — я прищурилась и посмотрела на небо. Дерек повторил мою позу и тоже посмотрел вверх. — Согласен, отличный день, — и мы принялись разглядывать облака. — Смотри, это похоже на подушку, — он ткнул пальцем в небо. Я рассмеялась. — Которое? Они все на подушки похожи. — Ну да, ты права, — он вздохнул. — А вон то похоже на балерину, — он снова указал наверх. Я присмотрелась. — Ага. Только если у балерин есть хвосты. — А тебе не угодишь, я вижу, — он посмотрел на меня с усмешкой. — Это точно, — ответила я, поворачивая к нему голову. Наши носы были в сантиметрах десятый друг от друга. Это было… очень странно. Его взгляд будто намеревался заглянуть мне в самую душу, так что я отвернулась и начала рассматривать зелень, растущую по обочинам дорожки. Мы еще долго сидели вот так, молча, думая каждый о своем. Да с ним большего было и не надо. Но было в этой тишине что-то тягостное; что-то требующее слов. В общем, черт с ним. Когда двор начал заполняться студентами, мы с Дереком направились в здание. Первая пара закончилась благополучно, осталось пережить еще три. Но все-таки отчего-то было жаль, что мы с Хансом сегодня не увидимся. «Увидитесь, — усмехнулся внутренний голос. — Гляди-ка, вон он тащится. Так! Хватит лыбиться, взяла себя в руки и состроила равнодушие». Так я и сделала. Серые Глазки прямо-таки метали молнии. Он остановился возле нас. — Что за черт? Где ты была?! — Ханс упер руки в бока и только тогда посмотрел на Дерека. — А ты что здесь делаешь, Бакер? Или тебе мало было в прошлый раз? — Ханс злобно, я бы даже сказала, ревниво сверкнул взглядом. — Вы вместе что ли прогуливали? — он сощурился. Я закатила глаза. — Какая разница вместе мы были или нет? — проворчала я. — Да, в общем-то, мне без разницы, — он осекся и почесал нос. — Бог с вами. А с тобой, — Ханс злобно сощурился и ткнул в меня пальцем. — Мы поговорим после второй пары. А теперь живо по кабинетам! Оба! — взревел неуравновешенный, и мы разбежались в разные стороны. Не то, чтобы Ханс меня напугал, я скорее удивилась. С чего бы ему так нервничать. Ах, да. Я же прогуляла его пару. Дааа, а я уже размечталась… Пока я глаза в свой кабинет, Дерек снова догнал меня. — Какой-то он сегодня шибко злой, — он потеря подбородок. — Что это с ним? — Заработался, — пожала я плечами. — Берегись, он сейчас у вас вести будет, — я сочувственно поджала губы и похлопала парня по плечу. Он облизнул губы и насторожено посмотрел на меня. — Эм, у нас сейчас миссис Эйр, — он склонил голову, и его губы растянулись в насмешке. — Расписание то поменялось. — Что?! — я взвизгнула. — Нет! — Да! — Дерек начала безудержно смеяться. Я ударила его по спине, затем стукнула себя по лбу. Вот инфузория! Расписание-то действительно поменялось. А я забыла! Нас еще убедительно просили не опаздывать. — Твою мать, — проныла я. — Прогульщица от бога, — Дерек выдвинул большой палец правой руки. — Поговорить мне тут еще! — я нахмурилась. Но потом все поняла и мои губы растянулись в мстительной улыбке. — Если расписание поменялось, то, значит, физкультура будет только сейчас. А прошлая лекция была мистера Ритча, — произнесла я нараспев. Теперь Дерек перестал смеяться. Он схватился за голову одной рукой, а вторую упер в бок. — Твою мать, — выдохнул он и я рассмеялась. Я оглядела его синий костюм и оценивающе хмыкнула. — Иди, переодевайся. Вот увидишь, с тебя три шкуры сдерут за одно занятие, — я ухмыльнулась. — Говори-говори, язва, пока можешь. Не забывай, что тебе еще с мистером Греем отношения выяснять, — не остался в долгу Дерек. — Значит так, сейчас расходимся и, если доживем до конца этого дня, встретимся у входа сразу после последней пары. Договорились? — он вопросительно посмотрел на меня. — Договорились, — кивнула я, и мы разошлись. — Здравствуйте, садитесь, — поздоровался Ханс. Его взгляд пошарил по столам в поисках меня и, когда наши взгляды пересеклись, он мстительно улыбнулся. Все мое нутро непроизвольно сжалось. В течение лекции он мучил меня, как мог. Его два орлиных глаза зорко следили за каждый моим движением и вздохом. Он то и дело заставлял меня выравнивать спину, пересказывать его слова, отвечать на каверзные вопросы, выслушивать обидные насмешки. Я с трудом сдержалась, чтобы не показать ему язык и не запыльнуть в него что-нибудь тяжелое. Однако к окончанию лекции он немного поостыл. Больше стал уделять слов и времени теме и, в конце концов, вовсе перестал замечать меня. Я практически лежала на парте и могла даже не слушать его речей. Однако отчего-то его поведение очень задело меня. В конце концов, не его же пару я прогуляла! Или он настолько переживание за коллегу? Ну, ничего. Мистер Финли еще обязательно должен был поиздеваться надо мной. Заслужила же. Всех распустили. Но я ведь не все. Ханс складывал бумаги в папку и даже не смотрел на меня, когда я подошла к его столу. На нем была синяя рубашка и черные джинсы. Он выглядел очень… в общем, как всегда неотразимо. Взгляд его серых глаз прожог меня. Он был зол, до сих пор. — Вы что-то хотели, мистер Грей? — я состроила невинную рожицу. — Не паясничай, — одернул он меня. Я нахмурилась и скрестила руки на груди. — Я что-то не пойму, — произнесла я, задумчиво облизнув губы. — Где это я провинилась именно перед вами? — Во-первых, — он упер руки в бока и окинул меня враждебным взглядом. — Ты прогуляла лекцию моего коллеги. Во-вторых, с тобой был Дерек. И, в-третьих, ты не очень-то раскаиваешься, — он повысил голос. Псих! — Да что я сделала? — разозлилась я. — Неужели что-то противозаконное? Как будто ваши лекции все посещают! — А что, нет? Мои лекции не пропускает никто! — Ханс шлепнул ладонями по столу, и я вздрогнула. Его ноздри расширились, а глаза метали льдом. — Сомневаюсь! — фыркнула я. — Боюсь, не все люди, знающие вас, в состоянии пробыть с вами в одном помещении больше часа. — Лучше б я тебя вообще не знал, — прошипел он себе под нос и быстро начал собирать портфель. — Свободна, — он даже не взглянул на меня, когда указал на дверь. А я задела его за живое. Молодец, ничего не скажешь. Ну что за наказание? Почему кто-то вечно стремится испортить хороший день? Как он мог злиться на меня? Ладно, я была не правда, пропустив пнрвую пару. Ну, ладно, я не считаю это таким уж ужасным проступком. Но, черт бы его побрал, какого лешиго он кричит на меня?! Это уже какой-то бред. Так, а Дерек здесь причем? Да, он был со мной. Да, он прогулял его пару. Однако я сомневаюсь, что Ханс стал бы отчитывать Дерека. Так, погоняет по вопросам и отстанет. Я, выходит, самая крайняя? Переведя дыхание и успокоившись, я поняла, что у него что-то случилось. Ему было плохо, а я просто попала под горячую руку. Всю лекцию он цеплялся ко мне не потому, что я была объектом его злости, просто он воспользовался поводом выплеснуть эмоции. Я бы не сказала, что у него были глобальные проблемы, возможно, это связано с работой или он поссорился с кем-нибудь. Черт его знает. Я снова начала злиться. Мне до боли хотелось помочь ему и это выводило из себя. Ну, на что мне это надо? Капаться в чьих-то проблемах и при этом остаться виноватой? Ну его нафиг, лучше не буду попадаться ему на пути. Как и договаривались, мы с Дереком встретились у главного входа. Он широко улыбался мне с выражением собственного достоинства на лице. Он явно пережил эту физкультуру. И, судья по всему, довольно-таки неплохо. — Ну как? — спросил он, когда я подошла. Мы двинулись на улицу и неспешно пошли, куда глаза глядят. — Если не учитывать журналистику, то день был неплохим, — вздохнула я. Дерек усмехнулся. — Что, влетело? — А, — я махнула рукой. — Перебесится. Вот так мы и шли, беседуя обо всем и ни о чем сразу. Дерек оказался веселым и остроумным парнем. С ним на самом деле было приятно общаться. В нем отсутствовали те пошлые задатки, которыми обладало нынешнее мужское поколение. Он относился ко всему с юмором и честно признался, что не любит нытиков. — Человек может все. Если у него что-то не выходит, значит, он просто не старается, — говорил он, и я была с ним согласна. Я напрямик спросила у него, каким человек он меня видит. — Ну, — он почесал за ухом и задумчиво хмыкнул. — Ты ледышка. Любишь причинять людям боль, но ненавидишь, когда больно делают тебе. Подозреваю, все дело в том, что однажды ты уже прошла через огонь. Сейчас ты… заморозилась, — произнес он и, увидев выражение моего лица, осекся. — Ты привлекаешь парней тем, что в тебе есть загадка. Сама того не осознавая, ты раздаешь импульсы. То есть, люди тянутся к тебе по знакам, которые посылает язык твоего тела. Уверен, любой из парней мечтает оказаться с тобой в одной постели. — Экхм, — я смутилась и покраснела. — Может, ты скажешь мне, какой я человек? Какая я девушка, я и сама прекрасно знаю, — нервно усмехнулась. Дерек рассмеялся. — Ну да, конечно. Какой ты человек…- он посмотрел вдаль. Я закусила губу и опустила голову. — Ты верный друг. Это видно по твоему румянцу на щеках. Значит, у тебя доброе сердце. Значит, ты не умеешь предавать. Ты вообще не такая, какой кажешься на первый взгляд. Настоящая ты, я имею ввиду, — он как бы невзначай коснулся моего плеча. — Знаешь, я обычно не завожу новых знакомств вот так, во дворе института во время прогуливания лекций, но я, безусловно, рад, что мы встретились, — он смущенно улыбнулся. «А Ханс жалеет об этом», — подумала я, сразу поникнув. — Что ж, приятно слышать, — улыбнулась я, покраснев. — Я тоже очень рада знакомству с тобой. Дерек проводил меня до самого дома. Оказывается, он жил недалеко от меня. Он даже признался, что иногда ходил на вечеринки Джонатана и пару раз видно меня. Уже тогда он хотела познакомиться со мной. — Знаешь, — я ухмыльнулась. — Я начинаю сомневаться в том, что наша встреча была случайной. — Знаешь, — рассмеялся Дерек.- Я не стану отрицать очевидное. — Знаешь, — я удивлено вскинула брови. — Это походит на то, что ты меня преследуешь. — Знаешь, — он понизил голос, и его лицо стало серьезным. — Ты разгадала мою тайну. — Знаешь, — я пугливо отшатнулась от него. — Я, пожалуй, пойду. — Знаешь, — Дерек перехватил мой локоть и удержал на месте. Он наклонился к моему лицу и, понизив голос, с серьезным и решительным лицом произнес: — Я пошутил. — Знаешь, — я рассмеялась и стукнула парня по плечу, когда он рассмеялся и отодвинулся от меня. — Ты дурак! — Знаю, — он рассмеялся. — Тоже мне открытие Америки, — он улыбнулся. Мы неуверенно потоптались на месте. Что ж, пришло время прощаться. — До завтра? — спросила я, протягивая руку. — До завтра, — он пожал ее, будто мы вовсе не прощались. Хм, пусть это будет нашей фишкой. Наши взгляды пересеклись и в груди у меня что-то перевернулось. Он с нежеланием развернулся и ушел. Пройдя пару метров, он помахал мне через плечо. Я рассмеялась и тоже помахала ему. Уже у себя в комнате я думала о том, что все это очень странно. Мне, вроде, нравился Ханс, но и Дерек мне в душу запал. Это вообще возможно, чувствовать тягу сразу к двум парням? Если нет, то кто же из них все-таки мне нравится больше? Хотя сложно пока делать какие-то умозаключения о Дереке. Мы ведь знакомы всего ничего, даже меньше суток. Но Ханс… С ним еще сложнее. В случае с Греем я совсем запуталась. Чувства к нему либо есть, либо их нет. Середины тут не дано. И к чему именно склонялось мое сердце оставалось загадкой даже для меня. Одно я знала точно: близились большие перемены. Говорят, что верный способ узнать, что ты чувствуешь к человеку, это представить, будто его в твоей жизни не было, нет, и не будет. И я пришла к выводу, что Ханс значит для меня многое. Уже ночью я снова стояла на улице, смотрела на луну и вспоминала его глаза.