Министерские шалости

«Драко, Прочитав сегодня утром новый выпуск «Пророка», я была сильно удивлена. Не знала, что я настолько плохая мать, раз новость о том, что мой сын нашел своего соулмейта, мне приходится узнавать из второсортной газетенки. Несмотря на твое невежество, я рада за тебя и надеюсь, что сегодня вечером вы с мисс Грейнджер соизволите посетить мэнор, чтобы отужинать со мной и все-таки рассказать подробнее о вашей жизни. Жду вас к семи часам. Надеюсь, воспитанную с малых лет пунктуальность ты не потерял, в отличие от совести. Твоя мать, Нарцисса Малфой».

Малфой в очередной раз пробежался по строчкам письма и тяжело вздохнул. «Ну замечательно! Вот чего мне в жизни не хватало, так это встречи мамы и Грейнджер». Конечно, Драко понимал, что этой встречи в принципе было не избежать, но… все это нагрянуло так внезапно, что Малфоя не покидало предчувствие — что-то обязательно пойдет не так. Не то чтобы он сильно переживал за женщин, Драко просто терзало ощущение, что в конце концов ему придется разрываться между матерью, которая не примет взглядов Гермионы, и Грейнджер, которая даже и не подумает сделать скидку на чистокровность Нарциссы и будет до конца стоять на своем. А Малфою совсем не хотелось участвовать в женских баталиях, которые всегда были чересчур эмоциональными и слишком преувеличенными. Да и не только это сейчас его угнетало. Сам Драко только-только начал принимать мысль, что теперь они с Грейнджер вроде как вместе, и его к ней вроде как влечет, и впутывать в это уравнение его маму, встреча с которой для любого мужчины была довольно серьезным шагом, Драко совершенно не хотелось. Так что в этом случае он оказался бессилен — забить на приглашение ему не позволяла любовь и уважение к Нарциссе, да и крайне негативные последствия в случае отказа. «Ну ничего, еще можно успеть подготовить к ужину Грейнджер и избежать ссор между двумя волевыми женщинами». — Ну-ка дай. Блейз выдернул из рук Драко письмо и с довольным видом начал бегать взглядом по листку бумаги, с каждым прочитанным словом улыбаясь все шире и шире. — Ой, — вздрогнул Забини, не скрывая насмешки на лице, — прямо услышал голос миссис Малфой на последних строчках. Смотрю, у тебя намечается интереснейший вечер! — Да иди ты, Забини! — поджал губы Драко, вырывая письмо из рук Блейза и кидая его на стол. — Тебе явно никогда не приходилось знакомить с довольно радикальной матерью своего соулмейта, обладающего всеми качествами нечистокровных семей. — Моей матери в любом случае было бы все равно. Она слишком увлечена охотой на нового муженька, — закатил глаза Забини, — хотя Панси ей вроде нравится. — С высококлассным умением Панси вылизывать чужие задницы, чтобы угодить нужным людям — это и не удивительно, — отмахнулся Драко. — А вот Грейнджер, я уверен, не будет лебезить перед моей матерью, да и нравиться она умеет только своим зазнайством, но… — Миссис Малфой не Макгонагалл. Оно и ясно, — Блейз положил ладонь на плечо друга, заглядывая в его глаза внимательным взглядом. — Так уж и быть, я посочувствую тебе и завтра непременно узнаю, как прошел ваш ужин в мэноре. Все-таки надо иногда поддерживать друзей. — Хочешь первым узнать о том, как мэнор, служащий домом для стольких поколений моей семьи, превратится в пыль из-за столкновения Грейнджер с моей матерью? — закатил глаза Драко, сразу разгадывая планы друга. — Ты попал в точку, — тут же рассмеялся Забини, смотря на Драко «а ты ожидал чего-то другого?» взглядом. — Хочу первым узнать, как ты облажаешься либо перед своей мамой, либо перед Грейнджер, ведь тебе придется встать на чью-либо сторону. — Что? Нет! Не буду я вставать ни на чью сторону! — Ох, Драко-Драко, — покачал головой Блейз. — Как мало ты в жизни видел! — Ой, а ты много, что ли? — Язык Панси тоже иногда устает вылизывать зад моей матушки, и тут уж, поверь, после этого нет ничего лучше, чем развести их по разным комнатам и ближайший день не давать видеться. Драко наморщил лоб, скептически оглядывая друга. «Ну я уж до такого точно не докачусь! Они взрослые женщины и, надеюсь, будут вести себя в рамках дозволенного. Я что им, нянька, чтобы успокаивать и мирить?» — Мистер Малфой? — Мэделин заглянула в кабинет, перед этим на удивление тактично постучавшись. — У вас еженедельное собрание через десять минут. — Хорошо, спасибо, Мэделин. «Ну хоть иногда она бывает полезна». — Тебе нужно идти? — уточнил Забини. — Да. — Я доеду с тобой до нужного этажа, так и быть. Драко взял документы, собранные им в папку еще с пятницы, и молодые люди вышли из кабинета. — А вообще, как вы с Грейнджер… м-м-м, уживаетесь? — поинтересовался Забини, рука об руку следуя за Драко по коридору его отдела. — Ну прошла только неделя с нашего тесного общения, и в принципе мы не переубивали друг друга, поэтому, я думаю, это успех, — усмехнулся Малфой. — Это связь вам так помогает сотрудничать? — Ха, ага, как же, — хмыкнул Малфой, — она лишь больше все усложняет на самом деле, — Драко не был настроен рассказывать Блейзу все тонкости их связи и свои чувства относительно этого в коридоре Министерства, где любой мимо проходящий подчиненный мог услышать его, а потому зайдя в лифт, блондин перевел тему. — Так, а ты чего тут делаешь? Основной поток работников Министерства схлынул, и в кабине, кроме них с Блейзом, находилось еще двое человек, которые были слишком увлечены своими бумагами и не обращали на них абсолютно никакого внимания. — Ну, во-первых, увидел тебя в газете и подумал, что мы очень давно не общались. — Это да. — А во-вторых… «Отдел регулирования магических популяций и контроля над ними», — послышалось из динамиков, и двери лифта раскрылись. — Грейнджер! — воскликнул Забини, завидев фигуру знакомой девушки. — А мы как раз про тебя говорили! Гермиона широко распахнула глаза, оглядывая Блейза, стоящего рядом с Драко, и шагнула в кабину. — Забини? Что ты тут делаешь? — Как раз твоему суженому и рассказывал, — ухмыльнулся Блейз, смотря на то, как Драко и Гермиона неловко переглянулись. — Так вот, я здесь за тем, чтобы пригласить вас на небольшую вечеринку-для-своих у меня дома. — О! — очень лаконично ответила Гермиона и перевела взгляд на Драко, который вопросительно изогнул бровь. — Вечеринка для своих? Это что-то новенькое. — Ну вообще-то нет, — пожал плечами Блейз, — просто… раньше у тебя не было пары, и такие посиделки в компании меня с Панси и Дафны с Тео были довольно странными. Ты постоянно бесился, что мы обнимаемся, и так далее, вот мы и стали собираться вчетвером, чтобы тебя не тревожить да и самим не чувствовать себя неловко. — О! — теперь была очередь Драко очень лаконично отвечать. — Так чего, придете? Если да, то я с остальными обсужу и пришлю сову с датой и временем. — Ну, — Малфой перевел неуверенный взгляд на Гермиону, не зная вообще, какого кентавра он смотрит на нее, будто спрашивая разрешения. — В принципе, можно, — неуверенно кивнула Грейнджер. — Да, мы придем, — подытожил Драко. — Ну и отлично! — ослепительно улыбнулся Блейз. «Отдел магического правопорядка», — опять провозгласил голос из динамиков. — А вообще я здесь еще по своим делам, — подошел к дверям лифта Забини, — так что до встречи. И, Грейнджер, метка на твоей шее выглядит просто изумительно. Блейз вместе с двумя работниками, присутствующими в кабине, ушел, оставляя пару в звенящей и отчего-то неловкой тишине. Малфой пристальным взглядом проследил за тем, как двери лифта медленно закрылись, а периферическим зрением заметил, как Гермиона переступила с ноги на ногу, теребя пальцами уголок папки с документами. Кабина пришла в движение, а Драко все так же пялился в одно место, понимая, что Блейз своим приглашением усложнил их ситуацию еще в большей мере. «То есть на этой неделе, помимо встречи с мамой, мне с Грейнджер надо пережить посиделки с друзьями, которые будут стремиться разузнать все грязные подробности о наших едва начавшихся отношениях. Спасибо, блин, Забини, свалил же ты на мою голову еще больше проблем!» Конечно, Драко понимал, что когда-нибудь все это пришлось бы пережить, но… не за одну неделю же! «А если я попытаюсь отговорить Грейнджер от встречи с моими друзьями? Наверняка подумает, что я ее стесняюсь, или еще чего похуже. Мне только скандала не хватало, как на выходных». «Отдел управления» — опять послышался электронный женский голос из динамиков, и двери разъехались в стороны, выпуская единственных волшебников, стоящих в кабине. — Где отчет? — поинтересовался Драко, решая, что сейчас точно не время обсуждать с Грейнджер встречу с его друзьями, а также сообщать о сегодняшнем ужине с его матерью. «Уж лучше поговорить обо всем наедине после собрания, а не перед тем, как мы должны сосредоточиться на деле». — Я еще с утра поручила Аманде оформить его и отнести сюда, — ответила Гермиона, обращая на Драко взгляд своих карих глаз. Голову вдруг прострелило воспоминание, в котором Грейнджер сегодня с утра подмигнула ему на прощание, и Малфой нахмурился, чувствуя, как неуместные в данный момент чувства вдруг вспыхнули в его сердце. «А вот это сейчас совершенно ни к чему. Дурацкая связь!» — Хорошо, — кивнул Драко и открыл дверь, пропуская Гермиону вперед. Хоть до назначенного времени и оставалось пять минут, но больше половины начальников отделов на своих местах еще не было, зато во главе стола сидел Бруствер, рядом с которым стоял не кто иной, как один из семейки Уизли. — Перси! — сразу воскликнула Гермиона, расплываясь в приветственной улыбке. — Как ты себя чувствуешь? Ты полностью выздоровел? Драко еле сдержался, чтобы не закатить глаза на такую материнскую заботу Гермионы, и плюхнулся на обычное место, доставая документы своего отдела из папки. — Гермиона, здравствуй! — тактично улыбнулся Перси. — Спасибо, со мной уже все хорошо, а у тебя… э-э-э, все в порядке? И Малфою даже не надо было смотреть на эту сцену, чтобы знать, как Уизли покосился на метку Грейнджер, а потом на Драко. «Будто я ее насильно связал с собой, ей-Мерлин!» — Да, все замечательно, — кивнула Гермиона и перевела взгляд на Кингсли, изучающего сделанный ими с Малфоем отчет. — Министр, здравствуйте! — Здравствуйте, мисс Грейнджер! — оторвался от документов Бруствер. — Мы с мистером Уизли изучили только половину вашей работы, но уже хотелось бы сказать, что это просто замечательно! Лучший отчет из мною виданных. Прости, Перси. — Да ничего, министр, — отмахнулся Уизли. — Я и сам все вижу. — И потому я хочу предложить вам с мистером Малфоем… — Бруствер нашел Драко взглядом, — мистер Малфой, доброе утро! — Здравствуйте, министр! Мистер Уизли, — поздоровался Драко, стараясь сделать тон более официальным и убрать из него добрую долю насмешливого сарказма. — Так что вы хотели нам предложить? — Мне бы хотелось, чтобы вы представили ежегодный отчет Министерства на официальном заседании, — широко улыбаясь, произнес Бруствер. — Все-таки вы так много сил и энергии вложили в него! «Ага, а еще этот проклятый отчет послужил причиной нашего тесного общения. И что из этого вышло?» Волна такой мощной и заразительной радости ударила Драко прямо в грудь, и улыбка против воли почти расплылась на его лице. «Слишком много эмоций. Слишком много эмоций, Грейнджер!» — Это… это, вау, министр, Перси, для нас будет честью обнародовать отчет! — произнесла Гермиона, едва ли не подпрыгивая на месте. «Почему из-за Грейнджер я постоянно подписываюсь на то, чего не хочу?» — Да, министр, мы будем только рады, — безразлично произнес Малфой и лишь для проформы улыбнулся. «Зато после этой новости обсуждение ужина с моей матерью будет всего лишь такой маленькой ложкой дегтя в бочку меда».

***

— Твоя мать чего? — Пригласила нас сегодня на ужин в мэнор. У тебя со слухом, что ли, какие-то проблемы? Гермиона в удивлении распахнула глаза, застывая посреди своего кабинета. Когда после собрания Драко сказал, что проводит ее до кабинета, она не придала этому значения, все еще пребывая в состоянии эйфории после предложения министра и проигрывая в уме это самое заседание, на котором они с Малфоем будут отчитываться для прессы и деловых личностей о проделанной Министерством работе. Но вот сейчас, когда только захлопнув дверь ее кабинета, Драко поведал о письме от Нарциссы, сжимающее сердце вдохновение испарилось. Естественно, Гермиона знала, что когда-нибудь ей пришлось бы встретиться с миссис Малфой, но, честно говоря, она совершенно не предполагала, что это случится настолько быстро! Они ведь с Драко даже полностью не завершили формирование связи, и она не могла быть уверенной в том, что при малейшем разногласии с его матерью он ее поддержит. А то, что разногласия наверняка возникнут, тут уж и прорицаниями не нужно до седьмого курса заниматься. Она ведь маглорожденная девушка, цель в жизни которой является стать министром и по своему усмотрению улучшить волшебный мир совсем не в том направлении, которое могло бы понравиться Миссис Малфой. «И наверняка у нее дома куча домовых эльфов!» И если из-за встречи с друзьями Драко Гермиона в принципе не сильно волновалась, все-таки она знала их еще со школьных времен, а потому была уверена, что выдержит любые нападки бывших слизеринцев, то вот из-за сегодняшней — Мерлин, сегодняшней! — встречи с матерью Драко медленно начинала паниковать. — А нельзя перенести этот ужин? — О, поверь, я бы тоже этого хотел, но моя матушка и так была не в восторге от того, что она узнала о нашей связи из Пророка, а если мы ее продинамим, то следующая встреча будет более напряженная, чем сегодняшняя. Уж свою мать я знаю, — ответил Драко, расхаживая по кабинету взад-вперед. Гермиона уже было открыла рот, чтобы предложить Малфою одному отправиться на ужин, но ее львиная гордость вдруг с разбегу зарядила ей по нижней челюсти, не давая словам сорваться с языка. «Если Драко пойдет один, то Нарцисса может воспринять это как знак неуважения или наоборот излишнего страха, а потому лучше сразу встретиться с ней лицом к лицу». — Надо одеться как-то по особому? — спросила она вместо того, что изначально хотела. — Нет, ужин назначен на семь. Я думаю, отправимся сразу после работы, — Драко оглядел Гермиону с ног до головы, будто впервые за день оценивая ее деловое одеяние: брючный комбинезон в пол нейтрального кремового цвета и туфли на устойчивом каблуке. — Выглядишь вполне сносно для моей мамы. — О, премного благодарна, — ответила она с сарказмом, прислонившись ягодицами к своему столу и скрестив на груди руки. — Ладно, — Драко глубоко вздохнул и сделал несколько шагов к Гермионе, застывая в метре от нее. — Я понимаю, что все это очень неожиданно, и тебе крайне некомфортно… — Какой же ты внимательный! — язвительно вставила Гермиона. — … поэтому давай обсудим некоторые моменты. Во-первых, моей матери лучше не знать, что ты хочешь сделать всех домовых эльфов свободными и запретить их передавать из поколения в поколения в чистокровных семьях. — Я не собираюсь скрывать... — Грейнджер, — строго перебил ее Драко, — позже как-нибудь при удобном случае можешь ее этим обрадовать, но давай не при первой встрече, а я, так уж и быть, с порога не скажу твоим родителям, что мой отец желал смерти всем магглам. — Ладно, — закатила глаза Грейнджер, — но ты все равно не сказал бы этого, потому что иначе мнение о тебе в глазах моих родителей поравнялось бы с мнением о тебе Рональда. — Во-вторых, — проигнорировал высказывание Грейнджер Малфой, — если хочешь, чтобы все прошло гладко, то отвечай на вопросы моей матери кратко, по делу и без твоих этих магловских выражений и терминов. — Ага, а еще будет лучше, если я сольюсь со стулом за обеденным столом, как призрак, и при любом удобном случае стану нацеловывать тебе зад, чтобы твоя мамочка была довольна, — фыркнула Гермиона, чувствуя, как паника смешивалась с упрямством и превращалась в раздражение. Она понимала, что Драко правда хотел сделать как лучше, но ее воспаленный новостями последнего часа мозг не давал адекватно думать. На этом фоне даже небольшое раздражение от статьи в «Пророке» казалось чем-то неважным. — Грейнджер, прекрати перегибать палку. Я всего лишь хочу, чтобы встреча прошла тихо и мирно. — Ты, главное, это своей маме тоже сообщи, а то вдруг она упомянет при мне о том, что в вашем подвале пытали магглов, и мне бы надо до туда прогуляться, — опять выдала Гермиона первое, что пришло в голову. Драко закатил глаза и понял, что пора смириться с мыслью, что вечер и правда мог закончиться взрывом мэнора и разрушением его семейного особняка до основания.

***

Стук в дверь оторвал Гермиону от заполняемой ею документации, и, вскинув голову вверх, она увидела в дверном проеме Малфоя. — Готова? Грейнджер, задержав дыхание, перевела взгляд на часы и с тяжелым вздохом откинулась на спинку кресла, осознавая, что до встречи с Нарциссой Малфой осталось меньше получаса. Конечно, завалить себя делами так, чтобы не вспоминать об этом до вечера, у Гермионы получилось замечательно, но сейчас все переживания, которые она откладывала на потом, обрушились на нее с новой, еще большей силой. «Готова ли я? Ха, спроси что попроще!» — М-м-м, ага, пойдем. Гермиона нехотя встала из-за стола, подхватила с дивана свою сумочку и, взмахнув волшебной палочкой, потушила свет. Ноги не желали шевелиться с места, но Грейнджер, собравшись с духом, вышла из кабинета за Драко. Гермиона столько всего по-настоящему ужасного и безумного преодолела за всю свою жизнь, что никогда бы не подумала, что до дрожи в коленях будет бояться официального знакомства с матерью своего соулмейта. Конечно, Грейнджер понимала, что она не то чтобы прямо боялась этого. Скорее, Гермиона просто дико, до скручивающихся кишок в животе, волновалась — все-таки по ее мнению Нарцисса Малфой не была самой радушной женщиной мира. Гермиона видела ее пару раз издалека на платформе девять и три четверти, и миссис Малфой при встрече с сыном ни разу его не обняла, а также она помнила Нарциссу на битве за Хогвартс, когда та, гордо вскинув голову, удалялась под руку с Драко и Люциусом, не обращая внимания на разворачивающееся за ее спиной сражение. Еще, конечно, было закрытое заседание Визенгамота, на котором решалась судьба семьи Малфой, но даже там, когда Гарри встал на сторону Драко и Нарциссы, рассказав, что на самом деле они помогли стороне добра победить в войне, женщина, кроме сдержанного кивка головой, никак не выказала благодарность Поттеру. Гермионе ни разу в жизни не удалось понять, что на уме у Нарциссы Малфой, и, наверное, как раз-таки именно поэтому она дико нервничала, ведь ориентироваться на банальные человеческие эмоции в общении с этой женщиной не получится. Грейнджер обычно знала, как можно понравиться кому-либо, хоть и редко пользовалась этим, не желая вести себя как подлизы-слизеринцы, выискивая больше выгоды для себя, но в данном случае, когда все же надо было использовать все свои таланты, в голове стояла полнейшая пустота и паника, ведь впервые в жизни Гермиона Грейнджер могла облажаться. — Все хорошо? Голос Драко вырвал Гермиону из собственных мыслей, а его ладонь, вдруг переплетенная с ее, подействовала довольно успокаивающе. Приятный холодок прошел по метке и остудил усердно работающий мозг Гермионы. Сейчас их спокойное, без лишних препирательств общение и такое повседневное действие, как держание за руки, ощущалось как-то иначе. Грейнджер еще в воскресенье заметила эти перемены, которые не могли не радовать, и старалась не думать обо всем этом так упорно и серьезно, чтобы не накручивать себя и не обнадеживать. Но Гермиона все же не смогла удержаться от мыслей о том, что у них с Драко и правда получалось. Получалось быть парой, получалось стать кем-то большим друг для друга и получалось вести себя как те адекватные парочки, которые всегда импонировали Гермионе. Она даже сейчас ощущала, что Малфой, несмотря на свое показное безразличие, пытался ее поддержать. «И правда, мы будто нормальная пара! Если, конечно, закрыть глаза на тот факт, что с начала наших отношений прошла всего неделя, и движется все слишком быстро, но... лучше пока это не анализировать». — А ты как думаешь? — решила ответить вопросом на вопрос Гермиона, чтобы, не дай Мерлин, не начать выплескивать на Драко свои бушующие эмоции. Вряд ли он оценит, да и его желание разговаривать с ней иссякнет. Несмотря на явный прогресс в их отношениях, Гермиона считала, что Малфой к такому был еще не готов. Двери лифта, в котором они ехали, открылись, и пара ступила на мраморный пол Атриума, который в это время суток пустовал. — Предполагаю, что ты слишком себя накрутила и теперь не можешь успокоиться, ведь моя мать представляется сущим монстром, которому ты не можешь придумать, как понравиться, — пожал плечами Драко. «Он слишком близок к правде. Может, я свои мысли вслух произнесла и не заметила?» — О, замечательно. После твоих слов мне стало легче, — ответила Гермиона, решая не отрицать и не соглашаться с его предположением. Малфой, изогнув бровь, оглядел Грейнджер и насмешливо фыркнул. Драко не был дураком, а потому понимал, что Гермиона, как любой нормальный человек, волновалась перед таким важным событием, но вот что настолько, чтобы перенимать его привычку язвить на нервной почве, до Малфоя дошло только сейчас. — Грейнджер, ты меня расстраиваешь, — произнес Драко, пытаясь придать словам безразличие с небольшой ноткой поддержки. Все-таки Драко, даже если бы хотел, не смог бы придумать ничего подбадривающего для своего соулмейта. Для этого он был слишком Малфоем, сыном своей крайне безэмоциональной на людях матери. — Где твои хваленые храбрость и ум? Во-первых, я прямо физически чувствую, как у тебя поджилки трясутся, а во-вторых, если ты реально так думаешь о моей матери, то я завтра же пущу слух, опровергающий твою независимость от чужого мнения. — Ну я посмотрю на тебя, когда мои родители соберутся с тобой встретиться, тогда и сравним, у кого что больше тряслось и… а как, по-твоему, я должна думать о Нарциссе? — задала волнующий ее вопрос Гермиона. — Так, значит, я угадал? — Гермиона поджала губы, испытующе сверля его взглядом, и Малфой, закатив глаза, пожал плечами. — Ну, у такой матери, как она, получился же такой прекрасный экземпляр мужчины, как я. — Ага, то-то я смотрю сотрудники от тебя в страхе разбегаются, а коллеги обходят стороной, а уж после твоей речи в лифте… — Ну, знаешь ли, это все какие-то частности, — отмахнулся Драко. — Ага, а в школе-то ты был прямо сущим ангелом и ни разу никого не обозвал или не затевал что-то мерзкое! — Думай, как хочешь, — заявил Драко, — мне тебя все равно не переубедить, да я и не собирался, но, поверь мне, моя мама тоже человек, — произнес, не веря своим ушам, Малфой, все-таки поддаваясь инстинктам утешения, которые пробуждала в нем связь, — а людям свойственно чувствовать и проявлять эмоции. Хоть в обществе она себя и ведет как истинная аристократка, но, поверь мне, наедине с семьей она совсем не такая, и именно с ней я люблю поскандалить. — Ах вон оно что! — рассмеялась Гермиона. — Ну, если именно с ней ты частенько ведешь себя как истеричка, тогда, конечно, мне не следует переживать. Слова Драко каким-то образом тронули в глубине души Гермионы частичку, ответственную за веру в лучшее. Ряды каминов распростерлись перед парой, но Грейнджер чувствовала себя уже более уверенно, чтобы не сжаться при одной мысли, что через несколько минут она окажется в Малфой-Мэноре. Малфой, сам того не ведая, умудрился успокоить своего соулмейта и заставил Гермиону поверить, что все может пройти очень даже хорошо — если, конечно, миссис Малфой хоть на немного приоткроет перед Грейнджер свою завесу аристократичности. Поэтому когда она попала в пункт перемещений, где их ожидали еще ряды каминов, Гермиона на твердых ногах последовала за Драко к камину, который должен был перенести их в мэнор. — Ну что, готова? — Драко набрал летучий порох в одну ладонь, а другой опять крепко взял Гермиону за руку. — Да, — уверенно ответила она, улыбаясь Малфою в ответ. Теперь Гермиона и правда была готова.

***

Первым делом по каминной сети пара оказалась в гостиной Малфой-Мэнора, которая с первых мгновений произвела на Гермиону неизгладимое впечатление. Все же она была не частой гостьей в старинных, богатых особняках, а потому только лишь размер комнаты и большая многоярусная хрустальная люстра, свисающая с высокого потолка, заставили Грейнджер приоткрыть рот от изумления. Засмотревшись на стены, украшенные лепниной и картинами, Гермиона не заметила, как перед ней с Драко материализовался домовой эльф. — Хозяин Драко с возлюбленной! — воскликнуло существо, сразу же согнувшись пополам в низком поклоне. — Как Марти рад вас видеть! Вы так давно не появлялись в отчем доме! Гермиона уже по привычке оглядела эльфа на предмет издевательств или ущемления прав, но по его белому мешковатому одеянию с вышитым гербом Малфоев на груди и счастливому блестящему взгляду, которым он одарил Драко, миссис Малфой нельзя было обвинить в насилии над домовиками, а вот слово «возлюбленная» резануло по слуху так, что Гермиона еле сдержала нервный смех. — Да-да, Марти, — небрежно кинул Малфой, выпуская ладонь Гермионы из своей. — Моя мать нас уже ожидает? — Конечно-конечно, хозяйка уже спускается в столовую! Вас с мисс… — Зови меня Гермионой, — улыбнулась Грейнджер, отмечая, что Марти нисколько не выглядел запуганным или опечаленным. — Вас с мисс Гермионой проводить? — расплылся в широкой улыбке домовой эльф. — Нет, Марти, отправляйся на кухню. Я сам прекрасно помню дорогу. Домовой эльф раскланялся, утыкаясь носом в ковер у камина, и щелкнул пальцами, растворяясь в воздухе. Гермиона же зыркнула на Драко, одаривая его недовольным взглядом карих глаз. — Ты не мог быть с ним повежливее? — Грейнджер, я тебе вроде сказал, чтобы свои приступы защитницы несчастных эльфов ты оставила за пределами мэнора, хотя бы на сегодня, — раздраженно произнес Драко, направляясь на выход из гостиной. — Ты сказал не говорить об этом при твоей матери, а про тебя ни слова не было, — фыркнула Гермиона, следуя за Малфоем. Выйдя из гостиной, пара оказалась в длинной оранжерее с большими окнами до пола. Малфой уверенно шел вперед, скучающе смотря себе под ноги, а Гермиона только и пыталась, что не отставать от него, семеня за Драко на высоких каблуках. Несмотря на то, что мэнор поражал элегантностью и красотой, Гермиона чувствовала себя неуютно. Габариты комнат заставляли ощущать себя крохотной, а легкий холодок, который даже в такую невыносимую летнюю жару, исходил от стен, будто намекал, что Грейнджер здесь не место. Зато впереди идущий Драко, по мнению Гермионы, в рабочем костюме вписывался в атмосферу Малфой-Мэнора как влитой, что, естественно, было не удивительно. Хотя у Грейнджер все же проскользнула мысль, что дело было не во внешнем виде Малфоя, а в выражении его лица, походке и манерах. Сунув руки в карманы, Драко легко ступал по блестящему паркету, устремив взгляд своих серых глаз вперед. Он казался таким вальяжным и непоколебимым, что Гермиона, глядя на Малфоя, медленно выдохнула, стараясь расслабить верхнюю часть тела, чтобы выглядеть подобно ему — спокойно и безмятежно, а не так, будто ей вместо позвоночника вставили железный прут. Но повернув за Драко из одного коридора в другой, Гермиона увидела впереди еще одну большую комнату с длинным столом, которая по ее подозрениям и была столовой, в которую они и направлялись. Ранее упомянутый железный прут четко примостился внутри позвоночного канала, и Грейнджер почувствовала, как корпус ее тела застыл на месте, не желая расслабляться, а нервозность схватила ее за горло и перекрыла доступ кислорода. «Все будет хорошо. Все будет хорошо. Никто же меня не съест, да к тому же, если я и не понравлюсь Нарциссе — что и так ожидаемо — ей все равно от меня никуда не деться, так же, как и мне от нее. Все равно придется контактировать в будущем, нравится нам это или нет». От собственных подбадриваний легче не становилось, а совершенно безэмоциональный Драко, идущий впереди, нервировал еще больше. Дверной проем в столовую неуклонно приближался, и в одно мгновение Гермиона все же перешагнула его вслед за Малфоем. Эта комната, как и гостиная, была такой же величественной. Длинный дубовый стол, накрытый белой кружевной скатертью, и стоящие по периметру большие резные стулья, конечно, завораживали, но Гермиона лишь мельком обратила на все это внимание. Ее больше волновала широкая лестница, ведущая на второй этаж, с которой наверняка к ним и выйдет Нарцисса. Внутренности стали медленно и противно сворачиваться в узел, а на ладонях выступила холодная липкая влага. — Грейнджер, помнишь все то, что я тебе посоветовал? — вдруг обернулся Драко к Гермионе, задавая вопрос тихим и вкрадчивым голосом. — Не упоминать мои законопроекты о домовых эльфах, отвечать кратко, по делу и без оборотов, связанных с маггловскими вещами, — отчеканила Гермиона, кивая каждому слову и начиная нервно теребить кольцо на пальце. Малфой несколько секунд внимательно оглядывал Грейнджер и вдруг вскинул бровь, подходя ближе. Гермиона подняла на него вопросительный взгляд, не понимая противоречия в его выражении лица, но вдруг все стало понятно. Драко переплел их ладони вместе и мягко сжал девичью руку. — Расслабься, Грейнджер, — тихо произнес он, гипнотизируя ее взглядом. — Час посидим с моей матерью, ответим на ее вопросы, поужинаем и уйдем. Ты же в таких переделках была с Поттером, а это что, не переживешь? — Да знаю я, — закатила глаза Гермиона, пытаясь скопировать непоколебимое выражение Драко, которое еще несколько секунд назад красовалось на его лице. — Тогда прекрати так явно нервничать, иначе моя матушка учует это и покусает тебя словно дикая змея, — прищурив глаза произнес Малфой. — Что? — пискнула Гермиона, расширяя глаза до нереальных размеров. — Ничего, шучу я, — поджал губы Малфой, пытаясь удержать хитрую ухмылку, которая так и грозилась расплыться на его губах. — Неужели тебе так важна эта встреча с моей матерью? Она знает о зубрилке-Грейнджер с первого курса и, поверь мне, ее мнение о тебе сможет лишь улучшиться, а не наоборот. — Наверное, то, что она знает обо мне со слов одиннадцатилетнего Малфоя, меня и напрягает, — пробормотала Гермиона. — Драко! — послышался женский голос, и пара обратила взгляд к лестнице, по которой, как и в воображении Гермионы, спускалась Нарцисса Малфой с гордо поднятой головой. Грейнджер сразу обратила внимание на ее длинное темно-синее бархатное платье, которое богато переливалось в свете люстры, и поежилась, чувствуя себя в офисном комбинезоне ущербнее, чем хотя бы минуту назад. «Хотя с ней любой человек, не разодетый как на бал, будет себя так ощущать». — Мама, — произнес Драко, подходя к Нарциссе, которая уже остановилась у подножия лестницы. — Рад встрече, — Малфой вежливо поцеловал ее руку, и Гермиона заметила, что они друг другу даже краем губ не улыбнулись. «Если бы это увидела миссис Уизли, ее бы хватил инфаркт». — О, сын, кому угодно можешь ездить по ушам своими манерными фразами, но я-то знаю, что если бы не мое письмо, ты бы еще долго здесь не объявлялся. — От тебя ничего не скроешь, мама, — с нотками язвительности произнес Малфой. Гермионе показалось, что на фразу Драко Нарцисса хотела закатить глаза, но ее взгляд неожиданно нашел застывшую посреди столовой Гермиону. — Мисс Грейнджер, — произнесла миссис Малфой, следуя к столу. — Наконец-то я увидела избранницу моего сына своими глазами. Драко был так любезен, что даже не удосужился сообщить мне о таком важном событии в его жизни. Думаю, я могла бы и умереть в одиночестве, а он бы и не узнал. Гермиона почувствовала, как сотни мыслей взорвались у нее в голове, пытаясь найти лучший вариант ее дальнейшего поведения, а язык тем временем преспокойно прилип к небу, не давая и слова вымолвить. — Мама, перестань. Я бы непременно тебе сообщил, только чуть позже. Нарцисса одарила сына ледяным взглядом и сурово поджала губы, чем-то напоминая проявлением своих чувств профессора Макгонагалл на занятиях в Хогвартсе, поэтому язык вдруг отлип от неба, а желание говорить снова ожило в Гермионе. «Такое чувство будто собираюсь баллы для Гриффиндора зарабатывать, ей-Мерлин». — Миссис Малфой, извините Драко, он нисколько не хотел вас обидеть, просто все произошло так внезапно. Мы еще сами не поняли, что случилось, а статью о нас уже опубликовали в «Пророке». — Ах, да. Ваша связь, — Нарцисса впилась взглядом в метку на шее Гермионы, останавливаясь у стула во главе стола. Грейнджер внутренне поежилась, пытаясь внешне не реагировать на такое пристальное внимание со стороны миссис Малфой. — Очень занятно. Драко отодвинул стул для матери, давая ей сесть, а потом так же галантно выдвинул стул и для Гермионы, которая удивленно взглянув на Малфоя-джентельмена — который для нее все еще был за пределами чего-то реального — села на место, кусая изнутри щеку от волнения. — И как же так получилось, что вы оказались связаны? — продолжила тему разговора Нарцисса, когда Малфой занял место между ней и Гермионой. — Ты и сама прекрасно знаешь, что для этого нужно поцеловать своего соулмейта, — непоколебимо произнес Драко. — Так я и спрашиваю, как вы поцеловались, ведь, если мне не изменяет память, Драко, ты был о мисс Грейнджер невысокого мнения. Гермиона тяжело сглотнула, пытаясь найти нужные слова, чтобы объяснить Нарциссе, как они, не перенося друг друга на дух, умудрились поцеловаться. «Он просто прижался ко мне вставшим членом, тем самым сделав так, что я проиграла спор, а потом попросил его поцеловать в качестве моего проигрыша. Лучше истории и не придумаешь». — Министр попросил нас заняться ежегодным отчетом. И так слово за слово мы начали общаться, а потом поцеловались, — легко ответил Драко, пожимая плечами. Миссис Малфой внимательно оглядела сына, а затем застывшую на стуле Гермиону, и изогнула бровь, точь-в-точь как это делал Драко. — Допустим, что все так и было. Только когда это произошло? — На той неделе, — ответила Гермиона и тут же осеклась, понимая, что надо было соврать. — И сколько же вы общались перед тем, как… — Какая разница? — перебил мать Драко. — Мне просто интересно узнать немного больше о жизни собственного сына. — «Немного больше» — это не значит, что надо лезть в самые глубины этой самой жизни, — раздраженно заметил Малфой. — Главное, что теперь мы связаны, а когда это произошло, значения не имеет. Нарцисса никак не прокомментировала выпад сына, щелкнув пальцами, а вот Гермиона конкретно так напрягалась от небольшой перепалки между Драко и Нарциссой. Рядом с миссис Малфой с хлопком материализовался Марти, опять низко кланяясь и касаясь заостренным носом паркета. — Накрывать на стол, хозяйка? — Да, Марти, будь добр. На секунду показалось, что она перенеслась в Хогвартс, Гермиона всего лишь моргнула, но когда ее веки распахнулись, стол уже ломился от яств на больших серебряных подносах. От еды шел просто божественный аромат, но Грейнджер, несмотря на то, что с утра почти не ела, чувствовала, как ее желудок начал протестовать. Нервный спазм сжал желудочно-кишечный тракт, не давая даже подумать о том, чтобы она съела хоть один кусочек этой прекрасной и наверняка наивкуснейшей еды. — Тебе что-нибудь положить? — Драко вдруг ворвался в личное пространство Гермионы, нагибаясь к ней. — Нет-нет, спасибо, — попыталась улыбнуться Грейнджер, но вышло явно не очень, потому что Драко тут же нахмурился и, тяжело вздохнув, поджал губы. — Так хотя бы поинтересоваться, как вам быть связанными, можно? — спросила Нарцисса, отпивая из хрустального бокала. Драко с Гермионой украдкой переглянулись, и Грейнджер, тоже сделав глоток вина, все же решилась ответить, чтобы не казаться совсем уж какой-то молчаливой куклой. — Довольно… сложно. — Почему же? — М-м-м, связь с самого начала заставляет нас быть ближе, чем мы привыкли пускать людей в свое личное пространство. А если мы ей не подчиняемся, то она начинает физически воздействовать на нас через метки, — ответила Гермиона, нервно выдохнув, и немного расслабилась от воздействия большого глотка вина на голодный желудок. Вдруг тело Грейнджер прошибло электрическим током, заставляя ее едва заметно вздрогнуть, и ладонь Драко опустилась на ее бедро. Он мягко сжал его, и метку опалило приятным теплом поддержки. — Как занимательно, — ответила Нарцисса. Беседа прервалась на несколько минут, а комнату наполнил стук вилок о тарелки. Гермиона пыталась сделать вид, что активно ест, хотя на самом деле могла лишь кромсать еду вилкой и иногда маленькими порциями подносить ко рту, тут же запивая вином. Кусок в горло не лез от атмосферы нервозности, но ладонь Малфоя на ее бедре все же придавала уверенности. — Мисс Грейнджер, — вдруг начала Нарцисса, откладывая вилку в сторону. — Чем вы занимаетесь в Министерстве? — Я глава отдела регулирования магических популяций и контроля над ними. — О, вы на такой высокой должности. Вам не будет обидно вскоре покидать ее? — Что, простите? — нахмурилась Гермиона, не понимая к чему Нарцисса клонила. — Ну как же. Вы с Драко поженитесь, заведете детей, и, как положено Леди Малфой, вы должны соответствовать статусу примерной хранительницы домашнего очага. Гермионе показалось, что звук, с которым ее челюсть приземлилась о дорогущий паркет, услышали все присутствующие, потому что все вокруг вдруг пришло в движение. — Мама! Мы только как неделю связаны! Какая свадьба и дети? Ты о чем вообще? — сразу воскликнул Малфой и обратил на Нарциссу раздраженный взгляд, выпрямляясь на стуле и сильнее сжимая ладонь на бедре Гермионы. — Если я тебя воспитала порядочным мужчиной, то ты в ближайшие недели сделаешь мисс Грейнджер предложение, ведь, насколько мне известно, ваша связь должна завершиться половым актом, который… — Мама, прекрати! Мы взрослые люди и сами решим, что делать с нашими отношениями, это во-первых. А во-вторых, твои взгляды на жизнь в браке давно устарели и не надо навязывать ни мне, ни ей правила, установленные несколько веков назад какими-то сумасшедшими чудиками! — Я, видимо, что-то упустила в воспитании своего сына, но вы, мисс Грейнджер, ведь понимаете, что я права? Драко откинул вилку в сторону, заставляя прибор со звоном упасть на стол, и откинулся на стуле с тяжелым вздохом. Гермиона же, чувствуя на себе пронизывающий до костей взгляд Нарциссы, понимала, что мозги отказывались работать и осознавать, что вообще происходит. «Она сейчас пытается убедить меня, что, выйдя замуж за Драко, я должна сидеть дома как одна из тех аристократок, которые никогда в жизни не работали и с шеи родителей перепрыгнули на шею мужа?» — Я не очень понимаю, что вы имеете в виду. Нарцисса отпила из бокала и сухо улыбнулась, все также окидывая Гермиону пристальным взглядом. — Мисс Грейнджер, я понимаю, что вы маглорожденная, а значит, не осознаете всю важность традиций рода Малфоев. Конечно, до замужества вы должны делать то, что считаете нужным, но после ваше место не в этом гнилом Министерстве, а рядом с мужем, то есть с Драко. Вы должны будете жить ради него и ваших детей, а не ради каких-то сомнительных изменений в магическом мире. Гермиона почувствовала, как внутри вся нервозность вдруг начала расти в груди в геометрической прогрессии и в мгновение сменилась искрящимся жаром тысячи драконов. Внезапно появившаяся злость, а также ущемленное чувство свободы ударили ей в голову, заставляя, не думая, высказать все то, что генерировал ее обиженный мозг. — Извините, миссис Малфой, но я не одна из тех глупых девчонок, которые считают, что жизнь удалась, если тебя взяли замуж, отвалили половину немыслимого состояния и разрешили сидеть дома, лишь бы мужу было хорошо. В моих планах первоначально стоит должность министра магии, принятие придуманных мною проектов по улучшению магического мира, которые вы назвали сомнительными, не имея даже понятия об их сути. И только после всего этого я, может быть, займусь семьей и детьми в частности. — Мисс Грейнджер, вы ведь понимаете, что я не могу пожелать вам в этом удачи, — Нарцисса одарила Гермиону холодной улыбкой. — Мне это совершенно не по душе и... — Я не спрашивала вашего мнения, миссис Малфой, — расплылась в похожей улыбке Гермиона, чувствуя, как от собственного яда в голосе сводит скулы. — Это моя жизнь и мой выбор. И ни вам, ни Драко или ни кому бы то ни было решать, что делать со всем этим. Спасибо за ужин. Гермиона встала из-за стола, прилагая нехилую силу, чтобы отодвинуть стул. — Мисс Грейнджер! — воскликнула Нарцисса, прищуривая глаза в негодовании. Гермиона направилась к тому коридору, из которого они с Драко пришли, но на полпути остановилась и обернулась к столу, вгрызаясь взглядом в миссис Малфой. — Ах да, а еще я всеми силами пытаюсь продвинуть законопроект, который давал бы свободу всем домовым эльфам! — заявила Грейнджер с высоко поднятой головой и, взмахнув волосами, покинула столовую под стук собственных туфель о паркет. Драко выдохнул сквозь зубы и потер большим и указательным пальцем переносицу. «Вот чувствовал же, что не может все пройти легко и просто! Мама, блин! Чуйка у нее на то, о чем лучше не разговаривать с людьми!» — Замечательно, матушка, — язвительно протянул Малфой. — А ты еще удивляешься, почему я тебя так редко навещаю. — То есть, ты еще и на ее стороне? На стороне твоего бывшего врага? — сухо произнесла Нарцисса. Драко покачал головой, чувствуя, как сердце громыхает в груди, и встал из-за стола. — Я на стороне моей настоящей второй половинки, у которой есть желание следовать поставленным целям, несмотря ни на что, заниматься своим карьерным ростом и узнавать что-то новое, а не сидеть дома и изображать из себя идеальную Леди, мама. И, окинув миссис Малфой холодным взглядом под стать всему их роду, Драко широким шагом удалился из гостиной вслед за Грейнджер.