Министерские шалости

Драко догнал Гермиону у самого камина. Грейнджер окинула взглядом невозмутимого Малфоя, при этом никак не выплеснув на него бушующие внутри эмоции или вслух не удивившись тому, что он последовал за ней, а не остался с Нарциссой. Малфой же, стоило заметить, ожидал чего-нибудь из этой оперы больше, чем: — Пойдем к тебе. — Что? — Я обещала сегодня с утра, что мы ночуем у тебя, — легко произнесла Гермиона. — Но… у тебя ведь даже нет с собой вещей, — нахмурившись, заметил Драко. — Не важно, — отмахнулась Грейнджер, ступая в камин. — Завтра с утра аппарирую домой и переоденусь к работе, а ты, надеюсь, не побрезгуешь одолжить мне для сна что-нибудь из твоей одежды. В голове промелькнула секундная фантазия с Гермионой в его рубашке на голое тело, но Драко лишь отмахнулся, нутром чувствуя, что сейчас не время для их типичных пререканий или пошлых шуточек. Малфой взял горсть летучего пороха из медного горшочка и шагнул за Грейнджер в камин, переплетая свои пальцы с ее и четко произнося адрес своей квартиры. Пару закружило в воронке перемещения, и через несколько секунд зеленое пламя расступилось, предоставляя вид на гостиную квартиры Драко Малфоя. Большой кожаный диван и два кресла по бокам от него, журнальный столик, ковер с высоким, наверняка мягким ворсом около камина, два деревянных шкафа, заставленных различными книгами, фотографиями и статуэтками, а между ними тумбочка, на которой стояло около десятка бутылок с различным алкоголем. Все было выдержано в дорогом аристократическом стиле и кремово-шоколадных тонах, а многоярусная хрустальная люстра с канделябрами лишь подчеркивала наличие немалого состояния у владельца этой квартиры. Гермиона, может, еще зависла бы на пару минут, осматривая всю эту красоту, но Малфой шагнул на паркет, снимая и откидывая пиджак на одно из кресел. ⠀ — Луччи! — позвал Драко, и с хлопком прямо перед ним материализовался домовой эльф, сразу склоняясь в низком поклоне. ⠀ — Здравствуйте, хозяин! — пропищало существо, выпрямляясь, и, завидев Гермиону, повторно сгибаясь пополам. — Добрый вечер, мисс Гермиона! ⠀ — Здравствуй, — не могла не улыбнуться домовому эльфу Грейнджер. ⠀ — Так, Луччи, — начал Драко, потирая переносицу большим и указательным пальцем, — через сколько ты сможешь подать ужин? ⠀ — Через сорок минут все будет готово, — подпрыгнуло от радости существо, хлопая в ладоши. — Вы будете ужинать в столовой или здесь? ⠀ — Здесь. ⠀ — Отлично, — закивал Луччи. — Приготовить гостевую комнату для мисс? ⠀ — Нет, она будет спать в моей спальне, но положи комплект полотенец в ванную. ⠀ — Что-нибудь еще? ⠀ — Нет. ⠀ — Хорошо, хозяин! — воскликнул эльф и исчез также быстро, как и появился. ⠀ — Вот только не надо опять делать такое выражение лица, — закатил глаза Драко, обращая внимание на Гермиону. ⠀ Грейнджер фыркнула и, обойдя Малфоя со спины, направилась к стоящей между шкафами тумбочке. ⠀ — Язык не отсохнет, если ты хоть раз поблагодаришь Луччи. ⠀ Драко ничего не ответил, но Гермиона была уверена, что он скорчил какую-нибудь гадкую рожицу за ее спиной, словно ребенок. Грейнджер встала у тумбочки с алкоголем и схватила первую попавшуюся хрустальную бутылку с округлой затычкой. — Будешь? — перевела тему Гермиона, оборачиваясь к Драко, все также стоящему посреди гостиной и буравящему ее взглядом своих серых глаз. Он медленно кивнул, и Грейнджер, наполнив еще один стакан чем-то смутно похожим на огневиски, направилась к Драко. Малфой, все еще странно оглядывая Гермиону, принял из ее рук бокал, и они расселись по разным концам дивана. Грейнджер, все еще находясь под эмоциями от недавнего скандала с миссис Малфой, пыталась придумать любую, даже самую незначительную тему для разговора, чтобы отвлечься, но в голову совсем ничего не шло. Ну разве что всего один вопрос, на который ответив, Драко бы успокоил гложущее Гермиону любопытство. «Почему он все-таки догнал меня, а не остался дальше ужинать с матерью? Неужели он и правда всерьез воспринимает мои планы на будущее?» Но Грейнджер так и не озвучила вслух свои мысли. Она перехватила полный недоумения взгляд Драко и вопросительно изогнула бровь. — Что? — Неужели примерные девочки пьют в будние дни? Гермиона поджала губы, недовольно взглянув на Драко, и резко опрокинула в себя половину налитой ею жидкости. — Сегодня был… тяжелый день, — сморщившись от ощущения жжения в глотке, ответила Грейнджер. — Ты так не думаешь? — О, да. Особенно для моей матери. Так, на моей памяти, ее никогда еще не ставили на место, — ухмыльнувшись, произнес Драко. Гермиона расстроенно простонала и откинулась на спинку дивана. — Ме-е-ерлин, не напоминай. Я себя и так ужасно чувствую. Видишь, даже пытаюсь запить это алкоголем. — В смысле? — нахмурился Малфой, покачивая в воздухе хрустальный бокал с золотистой жидкостью. Гермиона недоверчиво взглянула на Драко, проверяя, не придуривался ли он... но нет. Было видно, что Малфой искренне не понимал чувств Грейнджер относительно сложившейся ситуации, а потому, отпив еще немного огневиски, Гермиона все-таки решила объяснить Драко причины своего расстройства. — Я нагрубила твоей матери, показала себя совсем не с лучшей стороны, а в конце, ко всему прочему, как последняя истеричка, оповестила ее о своем законопроекте в защиту домовых эльфов. — Да уж, ты бы видела ее взгляд после того, как ты ушла, — неожиданно улыбнулся Малфой. — Она, наверное, и забыла — как это, когда твоего мнения не слушают с притворно-вежливым обожанием. Гермиона выпила оставшийся огневиски из стакана и спрятала лицо в ладонях, потому что слова Драко совсем не помогали. Она чувствовала себя просто ужасно. Различные неутешительные мысли кружили в ее черепной коробке, лишь сильнее подталкивая Гермиону к самобичеванию. — Твои предыдущие девушки наверняка так и делали. Даже если и имели свое мнение, то молчали в тряпочку. «Ведь могла же промолчать и проигнорировать ее слова! Она все-таки взрослая женщина со своими моральными устоями, а я тут со своими правилами в чужой монастырь лезу, так сказать! Ну вот что мне стоило перевести разговор в другое русло!» — Ну, хм, — пожал плечами Драко. — С ней была знакома лишь одна девушка, но она, поверь мне, своего мнения не имела, да и моей девушкой я бы ее и не назвал. Так, недолгое увлечение, которому по случайности пришлось столкнуться с моей мамой в мэноре, когда я еще жил там. Мысли в одно мгновение замерли и понеслись в совершенно другом направлении, явно подталкиваемые связью. — Я ее знаю? — Думаю, да. Астория Гринграсс, сестра Дафны. — Ах, да. Она была на несколько курсов младше нас. — Гермиона поджала под себя ноги и заинтересовано посмотрела на Драко, отвлекшись от своих неутешительных мыслей. Алкоголь, да еще и на голодный желудок, ей явно развязал язык, и теперь спрашивать что-то личное не было неудобно, а даже наоборот. — Так вы с Асторией… встречались? — Ох, ну это, знаешь ли, слишком громко сказано, — скривился Драко. — Так, проводили иногда вместе время, а она пыталась все это выдать за самые настоящие отношения. — И твоей маме она нравилась? — Ну, я полагаю, да. Напрямую она никогда об этом не говорила, но Астория ведь соответствовала всем ее параметрам о будущей Леди Малфой, — поморщился Малфой, пожимая плечами. — Поэтому я думаю, что Нарцисса считала Асторию хорошей партией для меня. — Ох, ну естественно. Астория ведь не угрожала твоей матери забрать домовых эльфов и заставить ее саму готовить и убирать в мэноре. Драко покачал головой, до конца опрокинул в себя огневиски и поставил стакан на журнальный столик. Ему казалось смешным глупое самобичевание Грейнджер. Все же дело уже сделано, и свои слова она обратно не заберет, так какой тогда во всем этом смысл? И все же что-то, наверное, то самое чувство, которое заставило его после ухода Гермионы заступиться за нее перед матерью, подсказывало, что надо как-то успокоить своего соулмейта. — Но также Астория не горела желанием заниматься чем-либо по жизни, кроме распространения глупых сплетен и организации званых вечеров для чистокровной элиты магической Британии. Она оказалась пустышкой, с которой мне было интересно разве что в постели, и то, когда и туда просочились разговоры о платьях, украшениях и замужестве, я просто дал ей понять, что она меня не интересует, — Драко, голодный организм которого тоже оказался под властью алкоголя, начав говорить, теперь не мог остановиться. — Уже тогда я понял, что мне не по душе типичные ведьмы чистокровных родов. И, как оказалось, судьба посчитала так же, — хмыкнул Малфой, краем сознания надеясь, что его кто-нибудь остановит от такой на удивление чувственной речи, а то того гляди он мог бы признаться Грейнджер, что его к ней влекло уже не только из-за связи. «Стоп. Я сейчас серьезно об этом подумал?» Но впасть в ступор Драко не дали. В гостиной с хлопком оказался Луччи, прерывая и речь Малфоя, и его мысли относительно недавнего осознания. — Готовы отужинать? — Да, Луччи, — улыбнулась Гермиона домовому эльфу. Существо щелкнуло пальцами, и на столе материализовалось несколько подносов с едой, а также тарелки и кубки для напитков. — Спасибо большое! — Гермиона поблагодарила Луччи, зная, что хорошего слова от Драко все равно не дождешься. — Ну что вы, мисс Гермиона! Это всего лишь моя работа! Приятного аппетита, — пропищало существо, покрываясь румянцем, и испарилось, оставляя пару наедине. — Так что ты хотел сказать? — обратилась Грейнджер к застывшему Драко, который в последнюю секунду все же успел убрать с лица выражение полнейшего недоумения. — А, ну, — прочистил горло Малфой. — Я просто рад, что мой соулмейт не похож на глупых ведьм, желающих заполучить мое состояние и сидеть дома. Мне, как бы это странно ни было говорить, по душе твоя точка зрения относительно жизни и отношений, да и лишний раз посмотреть, как кто-то так жестко опускает принципы моей матери, я буду не против. «Он и правда только что сказал, что поддерживает мои взгляды на жизнь?» Гермиона хмыкнула и покачала головой, накладывая еду в тарелку и пытаясь скрыть свои настоящие эмоции по поводу его слов. Было довольно приятно слышать такое из уст Драко, и Грейнджер ощущала, как ее чувства к Малфою и без мощного воздействия связи вдруг вспыхнули в сердце. Драко же не спешил принимать свои чувства так быстро, а потому попытался убрать на задворки сознания мысль о том, что Гермиона ему могла нравиться не только из-за связи, а просто потому, что она и правда интересная девушка с подходящей ему жизненной позицией, так что решил продолжить их разговор. — А что насчет тебя? — О чем ты? — Гермиона непонимающе воззрилась на Драко. — Что насчет твоих бывших? — А что с ними? — Помнится, на седьмом курсе вы с Уизли были счастливой парой, которой все пророчили светлое будущее, а дальше… Я ничего и не знаю. Гермиона неуверенно закусила нижнюю губу, подмечая хитрое выражение лица Драко. Она медленно прожевала кусок мяса, отпила из кубка и, обдумав, стоило ли что-либо рассказывать ему или нет, все же начала говорить: — С Роном мы расстались сразу после последнего года обучения в Хогвартсе, потом... я устроилась в Министерство и столкнулась с Дэвидом Лангхансом, когда только приступила к работе. Ты, может, слышал о нем. — Да-да, у него свой бизнес в ювелирном деле, — кивнул Драко, намекая своим тоном, что он ждал продолжения. — Ага, ну вот с ним я провстречалась полгода, а в прошлом году стала общаться с Мейсоном Эдисоном из аврората, с которым нас, естественно, свел Гарри, но и с ним не сложилось, — пожала плечами Гермиона. — А поподробнее? — Что? — Мне интересно, почему ты расставалась со своими парнями. — А ты мне расскажешь так подробно о всех своих девушках? — скептически спросила Гермиона. — Пф, — закатил глаза Драко. — Паркинсон была в школе, ты и сама знаешь, расстался я с ней, так как узнал, что она нравилась Блейзу. После Хогвартса была Астория Гринграсс, с которой бы у меня не было никаких отношений, если бы, как ты, думаю, поняла, она не встретилась в мэноре с моей мамой. А с ней, я уже сказал почему, мы расстались, на радость Дафны, которая изначально не хотела, чтобы мы общались, ведь по ее словам «мы слишком разные». И… это последние серьезные отношения. Остальные так. Случайные встречи и секс на одну ночь, — пожал плечами Драко, испытывающе глядя на Гермиону. При упоминании бывших парней Гермионы Драко стало как-то не по себе, хотя он и понимал, что повода вроде не было, но все же… внутри что-то противно сжалось. — Ладно, — выдохнула Гермиона, осознав, что ей не отвязаться от этого разговора, который все равно когда-нибудь произошел бы, и в принципе лучше поговорить о ее бывших, чем думать о сегодняшнем ужине в мэноре. — Ну отношения с Роном не оправдали моих ожиданий, — Драко открыл рот, чтобы что-то добавить, но под раздраженным взглядом Гермионы помахал головой, давая ей продолжить. — С ним мы и правда оказались довольно разными. Ему нужна была женщина, слишком похожая на его мать, а я, увы, совсем не подхожу на роль домохозяйки с целой кучей детей и домашних забот. — Ну ты это очень обстоятельно сегодня донесла до моей матери, — как бы между делом заметил Драко, поглощая еду. — С Дэвидом вначале все было замечательно, — проигнорировав замечание Малфоя, продолжила Гермиона, желая поскорее закончить с этим разговором, — но потом меня начала бесить его скупость и жадность до денег. Закончилось все тем, что перед днем всех влюбленных он сказал, что не будет тратить деньги на подарок в какой-то там праздник, да и я могу сама себе купить все, что захочу, ведь я работаю. Дальше он заявился ко мне домой именно четырнадцатого февраля, заявляя, что несмотря на то, что подарками мы обмениваться не будем, я должна — ты понимаешь, я? — м-м-м, ублажить его в честь праздника. — Я надеюсь, он после этого далеко летел в указанном направлении твоим коронным хуком справа? — О да, — хмыкнула Гермиона, чувствуя, что расслабилась. Отчего-то смешные замечания Малфоя успокоили ее и раскрепостили, давая без тени смущения рассказывать своему вроде-как-нынешнему о своих бывших. — Дальше… как его там? Майкл, Менсон? — Мейсон, — поправила Грейнджер. — Ну он был обыкновенным среднестатистическим волшебником. Все было очень… мило, мы медленно переходили с одной ступени отношений на другую, при этом он лишь тормозил этот процесс — и это должно было, наверное, как-то дать понять мне, что что-то явно не так. — Так что случилось? — Ну… — замялась Гермиона. — Я застала его в аврорате полураздетого с новым парнем-стажером, так что… Драко сначала застыл, хлопая глазами, а потом раскатисто засмеялся, заставляя Гермиону убийственно взглянуть на него. — Значит, не буду тебе больше ничего рассказывать. — Да ладно, ха-ха-ха, Грейнджер. Просто… ну, — никак не мог успокоиться Драко, хватаясь за живот. — Ох, ладно, прости. Но правда, как ты не заметила, что твой парень — гей? — Ну знаешь ли, у меня не так много знакомых с нетрадиционной ориентацией, — огрызнулась Гермиона, отворачиваясь от Малфоя и начиная усердно пережевывать мясо. Драко покачал головой, громко выдыхая и отпивая тыквенного сока из кубка. После повествования Гермионы о ее бывших, ком, неожиданно появившийся внутри Драко, растаял, так как Малфой понял, что среди бывших Гермионы у него не было ни одного соперника. «О чем я только думаю, Мерлин?» — опять удивленно пронеслось в голове Малфоя. Он перевел взгляд на Гермиону, которая, обиженно насупившись, поглощала еду, гордо вскинув подбородок, и уголок его губ пополз вверх. «Она такая смешная, когда сердится, — пронеслось в голове, и Драко замер. — Ну вот опять. Что за бред?» — Грейнджер, — позвал Малфой, опять надеясь отвлечься от своих мыслей. Гермиона даже бровью не повела, продолжая смотреть в свою тарелку. «О Мерлин, ну почему все девушки всегда такие обидчивые?» — Грейнджер, — опять попытался Драко, но встретился лишь с очередной волной игнорирования. — Ладно, — тяжело вздохнул Малфой. — Если я тебе расскажу какую-нибудь свою смущающую ситуацию из жизни, ты прекратишь вести себя, как истеричка? — Я думала, истеричка у нас тут ты, — поддела его Гермиона. — Сейчас в это слабо верится, — сквозь зубы произнес Драко, зная, что если он начнет распаляться, только лишь подтвердит слова Гермионы да и в очередной раз поругается с ней. — Ну ладно. Рассказывай, что там у тебя, — наконец повернулась к Малфою Грейнджер. Драко нехотя отложил тарелку на журнальный столик и потер большим и указательным пальцем переносицу. Предложить что-либо рассказать он предложил, но вот рассказывать совсем не хотелось. В его жизни, на самом деле, было много неловких моментов, в основном благодаря Блейзу и его желанию отрываться на полную, но вот выбрать наименее смущающую ситуацию было еще той задачей. — Дело было в Хогвартсе, — все-таки решился начать Драко. — Я тогда встречался с Панси, и в один из выходных, когда мы что-то отмечали привезенным Блейзом огневиски, а в подземельях было слишком много людей, мы решили уединиться в одной комнатке, которую не так давно обнаружили. Панси сказала, что ей надо срочно припудрить носик, ну и я решил, что буду ждать ее там. Состояние у меня уже тогда было, мягко говоря, не совсем адекватное, поэтому я даже не помню, как туда добрался. В комнате было совсем темно, а использовать Люмос как-то не хотелось, да и мой язык так заплетался, что, боюсь, даже такое простое заклинание я бы не произнес, — хмыкнул Малфой. — Стою, значит, жду, прислонившись к стене, и тут дверь открывается. Я сразу кидаюсь вперед, обнимаю и целую Панси, честно говоря, вообще плохо понимая, что происходит. И тут… резкая вспышка света вместе с тем, как мой желудок решает, что последний стакан огневиски был явно лишним. — Ну и? — начала уже хихикать Гермиона, широко раскрытыми глазами взирая на слегка сконфуженного Драко. — В общем, меня вырвало прямо на человека, которого я целовал, и которым оказался не менее пьяный Тео, а девочки воспользовались колдографом, думая просто заснять наш подстроенный поцелуй, а получилось все еще более… успешно для них. — Мерлин, — заливисто засмеялась Гермиона. — Чем вы так насолили девушкам? — Я обещал тебе только одну историю, — отрезал Драко. — Теперь ты рада? — недовольно спросил он. — Конечно, без второй истории не очень, но ладно, так уж и быть. Оставим на следующий наш разговор «по душам», — произнесла Гермиона все ещё посмеиваясь. — Кстати о комнатах. Ты ведь понимаешь, что мы теперь дольше можем находиться друг без друга? — Ну да, — непонимающе ответил Драко. — Так почему ты сказал Луччи, что мы будем спать в твоей спальне? — Оу, ну, — замялся Малфой, осознавая, что он и правда даже не подумал о том, что они с Грейнджер вполне могут целую ночь провести в разных спальнях, а если уж связь и всполошится, то прийти друг к другу не будет проблемой. — Я просто, видимо, привык, что у тебя мы спали вместе и… — Ну у меня дома одна кровать, — пожала плечами Гермиона, — а у тебя... мы можем немного дать друг другу личного пространства. — Да-да, конечно. Наконец-то, — закивал Малфой, осознавая, что и правда сглупил. — Так, выделишь мне что-нибудь из своей одежды для сна? — поинтересовалась Гермиона. — Я бы уже хотела принять душ и лечь в кровать. День был долгим и насыщенным. — Конечно, — встал с дивана Драко, надеясь поскорее прекратить этот неловкий момент. — Пойдем. Заодно покажу квартиру.

***

Простояв около двадцати минут под душем, пытаясь выкинуть не слишком приятные мысли из головы и насладиться привычным одиночеством, Гермиона вышла из ванной комнаты. Душ, конечно, принес облегчение, но желаемое спокойствие так и осталось за гранью реальности. Грейнджер все еще глодало чувство вины из-за сорванного ужина в мэноре. Да уж, ее первое знакомство с родителями молодого человека прошло просто ужасно. Безусловно, Грейнджер понимала, что не стоило сожалеть о содеянном, ведь маховика времени у нее все равно не было, но противное, сжимающее горло чувство не собиралось испаряться само по себе. Гермиона взяла с кровати рубашку, одолженную ей Малфоем, и тут же натянула на себя, подворачивая рукава до локтей. Конечно, это было не самой удобной одеждой для сна, но все же лучше, чем спать совершенно обнаженной в чужой квартире. Гермиона промокнула волосы полотенцем и оглянулась по сторонам, вдруг вспоминая, что волшебная палочка так и осталась в гостиной. Грейнджер посмотрела на себя в зеркало, радуясь, что рубашка Драко достаточно длинная, чтобы прикрыть ягодицы и не слишком стесняться передвижений по его квартире в таком виде. Гермиона по уже изученному коридору прошлась до гостиной, услышав звук льющейся воды из еще одной ванной. Сердце екнуло, когда фантазия вдруг подкинула Грейнджер картину того, как Малфой, полностью обнаженный, стоит под струями воды, но Гермионе пришлось немедленно замотать головой. «Сейчас не время думать о таком». Волшебная палочка, как и предполагалось, ждала свою хозяйку на диване именно там, где она ее и оставила. Гермиона взмахнула ею, заставляя поток теплого воздуха закружить из кончика палочки, и направила на волосы, словно маггловский фен. Взгляд упал на колдографии за стеклом шкафа, и Грейнджер приблизилась к нему, рассматривая запечатленные моменты из жизни Малфоя, которые, видимо, были ему дороги, раз уж он поставил их на такое заметное место. На одной из колдографий примерная семья Малфоев стояла у рождественской елки и, как ни странно, широко улыбалась и переглядывалась друг с другом. Драко по виду было годика три, и он, еще не подхватив от своих родителей надменное выражение лица, смеялся, сидя на руках у Люциуса. На другой колдографии Драко на метле летал в небе, пытаясь угнаться за снитчем, а дальше Гермиона увидела, как Малфой со своей свитой друзей сидели на лавочке в красивом саду и представляли из себя настоящих наследников древних родов, а потом, после секундного серьезного вида, начинали смеяться. Гермиона хмыкнула, разглядывая эту фотографию дольше всех и подмечая, что здесь рука Драко по собственнически лежала на плече Панси, которая в то время наверняка являлась его девушкой. В груди неприятно кольнуло, и, поджав губы, Гермиона перевела взгляд на следующую колдографию. Внезапно сзади послышался шум, и Грейнджер в испуге обернулась, направляя палочку в сторону источника звука. — Добрый вечер, мисс Грейнджер, — произнесла Нарцисса, элегантно подхватывая подол своего богатого платья и ступая из камина на паркет гостиной. Рука дрогнула, и Гермиона медленно опустила палочку, чувствуя, как внутри все опустилось и упало до самых пят, заставляя ее сжаться под пристальным взглядом голубых глаз. — Здравствуйте, — промямлила Грейнджер, начиная в панике одергивать рубашку Драко и мечтать о внезапном разломе во вселенной, который засосал бы ее внутрь и избавил от этого позора. — Драко, он… он в душе, но я могу... «Этот день решил меня просто добить, судя по количеству неловких ситуаций». Мало того, что сегодня она и так показала себя не в лучшем свете перед матерью своего соулмейта, так теперь еще и предстала перед ней в одной его рубашке на голое тело. Румянец начал жечь щеки и шею, а холодок пробежал по позвоночнику, не предвещая ничего хорошего. — Я надеялась вас здесь застать. — Что? — резко вырвалось у Гермионы, не ожидавшей такого поворота событий. — Давайте присядем. Нарцисса, все также сохраняя на лице маску холодной сдержанности, сделала несколько шагов вперед и изящно села на одно из кресел. Гермиона, немного заторможенно проследив за миссис Малфой, медленно двинулась с места, обходя диван, и аккуратно, так, чтобы рубашка не задралась слишком высоко, заняла свободное кресло. Атмосфера повисшей неловкости, которую, казалось, чувствовала только Гермиона, начала давить ей на виски, но Грейнджер не могла понять, стоило ли начинать разговор или нет. Конечно, надо было бы извиниться за сорванный ужин и проявленное ею неуважение, но Нарцисса ведь сама пришла и… — Мисс Грейнджер, — «слава Мерлину и Моргане, мне не надо самой заводить разговор», — я бы хотела… извиниться. — Что? — опять вырвалось у Гермионы, которая уже начинала думать, будто она тихо-мирно спала в постели, а это все какой-то невероятный сон, навеянный сегодняшним провальным ужином в мэноре. — Мне не следовало при первой же встрече так наседать на вас. Вы с Драко, конечно же, только начали узнавать друг друга, и всякие разговоры о будущем надо было отложить на потом, но я, сказать честно, с самого утра находилась в таком смятении, что не смогла как следует подготовиться к нашей встрече, — Нарцисса перевела дух и отвела взгляд, а Гермиона тем временем, даже забыв о том, что старалась натянуть рубашку как можно сильнее на бедра, застыла, пытаясь осмыслить слова женщины. — Новость о том, что у моего сына есть соулмейт… поразила меня до глубины души. Вы наверняка знаете, что уже давно чистокровные волшебники не находили своих соулмейтов, ведь судьбу молодых людей всегда решали родители. Первой, помеченной судьбой за долгое время, была моя сестра Андромеда, которая, как вам тоже известно, вышла замуж за магглорожденного мага. А потом наше общество потрясло известие о Дафне Гринграсс и Теодоре Нотте. И… я, как любая мать, хотела только лучшего для своего сына, а потому совсем не пыталась, как остальные мои знакомые, найти ему кого-то в жены. Я знаю, каково это — жить с тем, к кому не лежит душа. Гермионе казалось, что прямо на ее глазах Нарцисса Малфой менялась, представая перед ней совсем в другом свете. Маска холодной черствости медленно таяла, давая проявиться настоящим эмоциям, а радужки небесного цвета приобретали небывалое сияние и мягкость. Грейнджер вспомнила, как Малфой сегодня перед ужином упоминал о том, что его мать совсем не такая, какой ее видели посторонние. И сейчас Гермиона в это целиком и полностью поверила. — Когда так получилось, что Драко представил мне Асторию Гринграсс, я начала присматриваться, надеясь увидеть у них метки или еще какие-то намеки на связь, ведь знала, что если у Драко и появится соулмейт, то я узнаю об этом последней. По вине моего почившего мужа у меня не было возможности растить Драко в любви и ласке так, как хотелось бы. Люциус всегда желал, чтобы наш сын был его абсолютной копией, таким же жестким и целеустремленным. Но без «всех этих нежностей», — язвительно произнесла Нарцисса, — как любил говорить муж, сердце моего мальчика очерствело. Я не научила его принимать и показывать свои чувства, да и сама пыталась вести себя при нем как можно сдержаннее, чтобы угодить мужу, и сама поплатилась за это показным безразличием собственного сына к себе. Нарцисса замолчала, задумчиво смотря вперед, а Гермиона вдруг увидела, насколько эта женщина на самом деле несчастна, имея, казалось бы, все то, о чем мечтали сотни ведьм. — Так вот… — вернулась к своему рассказу миссис Малфой. — Драко общался с Асторией, и это были его единственные долгие отношения на моей памяти. Несмотря на то, что мне эта девушка дико не нравилась, я надеялась, что судьба все же не обделила моего сына своим вниманием, — Нарцисса печально ухмыльнулась. — Но они расстались, и я на самом деле выдохнула, радуясь, что судьба не подкинула Драко одну из этих девушек, желающих лишь повыгоднее выйти замуж и всю жизнь сидеть у мужа на шее. — А Драко сказал, что вам она была по душе, — все-таки решилась вставить свои пять кнатов Гермиона. — Ох, Драко, как типичный представитель мужского пола, плохо видит дальше, чем ему показывают, — мягко улыбнулась миссис Малфой. — В общем, шло время, Драко переехал из мэнора, совсем перестал появляться у меня, и я уже не знала, что делать, как наладить с ним связь, ведь от каждого моего появления в квартире он кривился, а от писем отмахивался, отвечая как всегда сухо и по делу, а сегодня… из газеты я узнала о том, что судьба-таки не обделила и моего мальчика, — голос Нарциссы дрогнул на последнем слове, и Гермиона заметила, как ее глаза заблестели. — Я, конечно, была рада, безумно счастлива за него, но то, как я об этом узнала, разбило мне сердце. Сущность Гермионы порывалась подойти к миссис Малфой и обнять, но Грейнджер понимала, что Нарцисса точно не оценит такого проявления эмоций от девушки, которая еще сегодня осмелилась перечить ей. Сердце Гермионы сжалось от жалости к матери Драко, и она закусила губу, понимая, что сама готова расплакаться. «Этого точно нельзя делать. Жалость к себе миссис Малфой точно не оценит». — Поэтому сегодня, когда я увидела вас вместе, увидела, несмотря на ваши еще не раскрывшиеся чувства, как вы взаимодействуете друг с другом, я поняла, что могла бы так и оставаться в неведении. Я могла бы пропустить то, как мой сын строит отношения с его родственной душой, и узнать обо всем, только когда вы поженились бы, если бы не эта глупая газетенка, которую я зачем-то читаю каждое утро изо дня в день. Меня просто переполняли радость за сына, задетая, оскорбленная материнская любовь и… наверное, совсем немного зависть, — Нарцисса наконец-то обратила взгляд на Гермиону, заставляя ее замереть. — Я на самом деле завидую вам, мисс Грейнджер. Вы имеете все то, что мне в молодости так хотелось. Вам, наверное, тяжело будет поверить, но верхом моих мечтаний была не жизнь в четырех стенах мэнора. Я хотела быть кем-то большим, хотела найти себе по душе занятие, но Беллатриса и моя мать смогли убить на корню это желание, выдав замуж за властного мужчину. Так что я отреагировала на ваши цели и желания крайне… резко и совсем не так, как хотела бы. Я, увы, бываю крайне вспыльчивой, поэтому прошу прощения за свое поведение и хочу сказать, что полностью поддерживаю ваше желание приносить пользу волшебному миру. — Спасибо, — тихо произнесла Гермиона, не зная, что лучше сказать и как на это реагировать. Получить похвалу от Нарциссы Малфой и услышать из ее уст о зависти к ней было настолько неожиданно, насколько вообще возможно. — И я рада, что именно вы родственная душа Драко, — продолжала Нарцисса. — Вы именно та, с кем бы я хотела его видеть. Сильная, независимая девушка, которая не гонится за богатством или замужеством. Драко нужно добиваться вас, а это для него повод стать лучше и избавиться от тех черт характера, которые привил ему жесткий отец, и поверьте, за сегодняшний ужин я успела увидеть, что он и правда становится другим. — Вы так считаете? — вдруг вырвалось у Гермионы, которая в глубине души много раз задавалась подобным вопросом. — О да, — ухмыльнулась Нарцисса, — обычно он ведет себя с девушками, как последний неандерталец, — Гермиона закусила губу, пытаясь сдержать смех от крайне неожиданных слов миссис Малфой. — А сегодня он по-настоящему оберегал вас, конечно, печально, что от меня, но… такого я ни разу не видела. Драко двигался синхронно с вами, пытаясь каждым своим действием сделать так, чтобы вам было комфортно. Он еще никогда не вступался за своих бывших девушек передо мной, а я, как вы поняли, бываю резка на слова, что он и унаследовал от меня, а сегодня после того, как вы спешно покинули столовую, он сказал, что на стороне своей настоящей второй половинки. И Драко сказал это так уверенно и чувственно, что я… я поняла — именно вы, мисс Грейнджер, ключ к совершенствованию моего сына. Огромный ком искрящегося жара прошелся по нутру и достиг сердца, наполняя его непередаваемыми эмоциями. На глаза вдруг навернулись слезы, а метку закололо тысячами иголочек. — Оу. — Не говорите ему, что я все это вам рассказала. Вряд ли он будет доволен моими откровениями. — Х-хорошо. Гермиона застыла, не зная, что сказать на такое огромное количество важной информации, буквально вываленной на нее, а миссис Малфой тем временем пришла в себя, опять натягивая холодную маску безэмоциональности. — Ну что же. Мне пора. Надеюсь вы приняли мои извинения и… — встала с кресла Нарцисса. — На самом деле, — вскочила следом Гермиона. — Я… я тоже хотела извиниться перед вами. Мне не стоило так остро реагировать на ваши слова, а потом еще в конце говорить о своем законопроекте по защите эльфов. — Ох, об этом не волнуйтесь. Даже если вы освободите эльфов — от, как вы называете, «рабства»? — они все равно останутся жить в наших домах, просто потому что… А что им еще останется? — пожала плечами Нарцисса. — Мисс Грейнджер, я нисколько не пытаюсь вас переубедить, но подумайте, чем будут заниматься несчастные существа, столько веков подряд привыкшие служить волшебникам, жить в их домах и не задумываться по поводу поиска пропитания. Просто… поразмышляйте над этим. Гермиона закусила губу и отрывисто кивнула, не находя сейчас слов, чтобы что-либо возразить миссис Малфой. — В общем, я повела себя по-детски, и прошу за это прощения. — Не стоило. Но я рада, что у соулмейта моего сына есть манеры и чувство такта, а вспылить иногда… что ж, я думаю, это позволяется, — вдруг тепло улыбнулась Нарцисса. Миссис Малфой взяла горсть летучего пороха и встала в камин, приподнимая подол длинной юбки. Гермиона неловко замялась, не зная, что следовало сказать на прощание, но вдруг идея сама по себе пришла в ее голову. — Вы не против еще раз поужинать со мной и Драко? Может, на следующей неделе или этих выходных? Нарцисса обратила на Грейнджер взгляд в мгновение потеплевших голубых глаз. — Да, было бы замечательно. — Отлично. Драко пришлет вам письмо с сообщением о наших планах, — заверила Гермиона миссис Малфой, начиная теребить подол мужской рубашки. — До свидания, мисс Грейнджер. — Вы не против называть меня Гермионой? — решила еще раз рискнуть Грейнджер, неуверенно закусив губу уже в который раз. Нарцисса на мгновение замерла, оглядев с ног до головы напрягшуюся Грейнджер, а потом очередной раз за вечер тепло улыбнулась. — Будь по-твоему, Гермиона. — До свидания, — произнесла Грейнджер, чувствуя, как ее губы сами по себе растянулись в широкой улыбке. Зеленое пламя вспыхнуло, и Нарцисса пропала в огне перемещения, оставляя Гермиону в одиночестве гостиной. Мысли роились в ее голове, не поспевая друг за другом, пока Грейнджер, выйдя из большой комнаты, следовала по коридору. «Нарцисса Малфой оказалась очень заботливой матерью, мудрой женщиной и прекрасной собеседницей. Кто бы знал!» Рассказ миссис Малфой задел Гермиону за живое, заставил пересмотреть свои взгляды на жизнь и окружающих людей. Ведь она и правда никогда не задумывалась о том, как было тяжело многим чистокровным девушкам, которых выдавали замуж за выращенных в строгости и жесткости мужчин. А помимо этого ее мысли теперь занимали слова Нарциссы о Драко, его поведении и его последних словах. «Так он заступился за меня?» Конечно, Драко сегодня уже сообщил о том, что поддерживал ее точку зрения, но то, что он сказал об этом и своей матери, оказалось еще значимее для нее. Метку опять начало покалывать, а в груди возник этот палящий жаром шар чувств, заставляя Гермиону признаться себе, что теперь Драко не был для нее кем-то чужим. За эту неделю он стал неотъемлемой частью ее жизни, и Грейнджер осознавала, что совершенно не против этих перемен. Еще никто никогда не заставлял ее чувствовать себя настолько женственной, красивой и совершенно нормальной в своем желании познавать и менять мир. Гермиона остановилась перед дверью в спальню Малфоя и постучала, сразу услышав «Входи». Дернув за дверную ручку, Гермиона ступила внутрь и увидела Драко, лежащим в своей огромной кровати и читающим книгу. — Что такое? — оторвался от книги Малфой, вопросительно изгибая бровь. На нем были одни лишь боксеры, отчего Гермиона на секунду почувствовала, как сознание пошатнулось от резкого желания запрыгнуть на кровать и поцеловать его. «Ох, не время. Совсем не время». — Твоя мама, м-м-м, приходила. — Что? — нахмурился Драко. — Она пришла через камин и… мы с ней поговорили. — О чем? — Она извинилась за свои слова… я извинилась за свое поведение, и… — Гермиона пристально взглянула на него, стараясь следующую свою фразу сказать максимально проникновенно. — Драко, навести ее завтра. — Что… Как это вообще связано? — непонимающе спросил Малфой, откладывая книгу на прикроватную тумбочку. — Чего ты там застыла? Иди сюда. Гермиона медленно приблизилась к кровати и села на ее край, чувствуя, как температура тела вдруг начала подниматься, а мысли теряться за внезапно нахлынувшими фантазиями. — Так ты ответишь? — А ты мне ответишь, почему сторонишься своей матери? — Я ее не сторонюсь, я просто… — Драко пожал плечами. — Мне казалось, что все так и должно быть. Я вырос, и теперь мне не нужна поддержка родителей. Отец с детства твердил мне, что я должен быть самостоятельным, что я не должен держаться за мамину юбку, ведь это не по-мужски. Гермиона вздохнула, опять вспоминая слова Нарциссы о том, что Люциус не давал ей проявлять свои чувства относительно Драко. — Ты, может, и не нуждаешься в матери, но… пойми, что она… — Гермиона опять завладела его взглядом, пытаясь передать всю важность ее слов. — Она нуждается в тебе. В твоей заботе и любви. Ведь твоя мама находится целыми днями одна в пустынном мэноре и чувствует себя никому не нужной, а особенно ее родному сыну. — Я… я не думал над этим с такой стороны, — признался Драко, вдруг стушевавшись. Гермиона заметила, как его плечи слегка поникли, а взгляд забегал. «Он что, правда прислушивается ко мне?» — Поэтому навести ее завтра. Поинтересуйся ее делами, и даже если не можешь сказать ей о том, что любишь ее, просто обними на прощание. Хорошо? Малфой поднял на нее взгляд, явно чувствуя себя некомфортно от глубины их разговора. — Ладно. — А еще, — неловко начала Гермиона, — я пообещала, что мы с тобой поужинаем с ней на выходных или на следующей неделе. — Так вон оно как! Я не присутствовал лишь при одной вашей встрече, а вы теперь с ней… подруги? — хитро сощурив глаза, спросил Драко. — Что? Нет, конечно! — Ты смотри, а то еще познакомишь ее с женушкой Поттера, втроем как начнете зажигать. Чистокровное общество, боюсь, не переживет такого удара. — Ох, после сегодняшнего выпуска «Пророка» оно и так находится почти что в коме, поэтому ему не привыкать, — хмыкнула Гермиона и перевела взгляд с Малфоя на прикроватную тумбочку, вспоминая о своем недавнем интересе. — Что читаешь? Драко перевел взгляд на книгу, потом на Гермиону и, немного помявшись, все же произнес: — «Властелин колец». — Что-о-о? — подпрыгнула Грейнджер на кровати. — Ты читаешь маггловскую книгу? Неужели где-то сдохла стайка фестралов? — Я нахожусь с тобой в одной кровати уже который день подряд, Грейнджер. Фестралы тогда в принципе должны уже вымереть, прихватив с собой и гиппогрифов. — Так, а ну гиппогрифов не тронь! — А то что? — А то тебе будет обеспечен очередной хук справа. Надеюсь, твой нос еще не забыл, каково это, когда по нему проезжается кулаком девчонка.