Сестра-близнец. Тайные открытия

      Морин не помнила, как добралась до Коукворта. Даже ужасная тряска в Ночном рыцаре не смогла её отвлечь от невесёлых мыслей. Что она имела в результате своего расследования? Её отец преступник, да ещё и не обычный, а впервые в истории магической Британии сумевший сбежать из Азкабана. И кстати, он не является отцом Гарри, хотя это было меньшим потрясением. Всё же об этом Эванс узнала ещё во время зимних каникул.       Дома девушка и слова не сказала об узнанном, хотя Гарри сразу просёк, что с Мор что-то не то. К возвращению Джулиет волшебница уже справилась с первым потрясением и ловко обходила неудобные вопросы. Вот только её увиливания не помогали понять, что ей делать дальше. Глубоко в душе Морин надеялась, что найдёт своего отца, что окажется нужной ему, но разве может быть нужен ребёнок убийце? Мор считала, что если и нужен, то в целях далёких от благих и родственных.       Апофеозом последних событий стали, неожиданно пришедшие, кошмары. Каждую ночь её кто-то звал, заманивал, а бывало, угрожал. Она постоянно чувствовала, что её преследуют, что за ней наблюдают и выжидают чего-то. Морин не раз снилось, как она бежала от тварей, которых белый свет никогда не видел.       В очередную из таких ночей метавшаяся до этого во сне девушка рывком села. Тяжело дыша, она не сразу поняла, где находится, а когда осознала, что за ней больше никто не гонится, всхлипнула. Прижав колени к груди и спрятав в них лицо, Морин беззвучно зарыдала. То, что она снова не одна, Эванс заметила лишь, когда смогла немного успокоиться. — Тебе должно быть это доставляет удовольствие, — обратилась она к Тому. — Можешь не сомневаться в этом, — мрачно ответил ей парень.       Перед каникулами девушка считала, что ночные встречи с Реддлом были настоящим кошмаром, но теперь она поняла, что ошибалась. Кошмары пришли сейчас. Том с ними и сравниться не мог. Надо ли говорить, что недосыпание стало её постоянным спутником? Ночи без погонь и ужасов были редки и напоминали глоток свежего воздуха. Словно ей дают возможность прийти в себя и оправиться перед новым забегом. Обычно в такие тихие сны Морин бродила по какому-то странному чужому миру. Он то напоминал ей родную реальность, то представлялся чем-то аномальным и неестественным. А в совсем редкие ночи девушке доводилось пообщаться с кем-то, кого на утро она никак не могла вспомнить. В принципе, она и сами разговоры не могла пересказать. Всё её попытки вспомнить сводились лишь к осознанию, что её учат. Вот только чему, если она всё равно ничего не помнила?       В некотором роде отдушиной для девушки стали вечерние эксперименты. Удивительно, но факт — до сих пор никто из домочадцев не спалил существование дневника Реддла и его периодические явления в форме бестелесного духа. Впрочем, даже будучи очень раздражённым и злым Том никогда не повышал голоса, разумно опасаясь, что если о нём узнает кто-то ещё, то от его крестража просто избавятся. Вот только Морин об этом даже не подозревала и продолжала доводить парня до белого каления. В один из вечеров она вспомнила, что страницы дневника впитывали в себя чернила, чтобы потом появился ответ, и задалась вопросом, что ещё может быть использовано для этой же цели.       На рисование цветочков акриловыми красками Реддл ответил привычно агрессивно-грубо. Когда Мор сменила акрил на гуашь, на странице появился вопрос «Ты что творишь?!» В ответ девушка воспользовалась простым карандашом и нарисовала рожицу с высунутым языком. И вот тут-то она и выяснила, что реакция шла только на то, что может впитаться в бумагу. Над нарисованным смайликом так и остался написанный красной краской вопрос Реддла. В качестве проверки Морин воспользовалась обычной шариковой ручкой и написала короткое «рисую».       Воплотившийся и гневно смотрящий на неё дух стал завершением первых испытаний, но довольная собой Эванс решила, что в следующий раз попробует цветные карандаши и фломастеры. — Я тебя ненавижу, — сказал ей Том, заметив нарисованную рожицу. — Я знаю, — ответила ему сидящая на полу девушка, отклонившись немного назад и оперевшись о пол руками. — Но ты ничего не можешь с этим сделать и будешь вынужден терпеть мою компанию, пока я либо не забуду про твоё существование, либо пока не найду способ обезвредить тебя раз и навсегда. — Либо пока не допустишь ошибку, которой воспользуюсь я, — Реддл усмехнулся. — Мечтать не вредно, Том, — Морин ответила на усмешку улыбкой. — Мечтать не вредно.       Дни сменяли друг друга, неумолимо приближаясь к концу лета, а заодно и каникул. Близнецы так и продолжали подрабатывать в кафе. Гарри несколько раз пытался узнать у сестры, что с ней происходит, но Морин отговаривалась тем, что плохо спит вот и не в настроении. В принципе, отчасти так оно и было. Она ведь и правда плохо спала из-за мучающих её кошмаров и не дающих покоя мыслей об отце.       В один из дней наступил тот момент, когда Джулиет вместе с внуками отправилась в Косой переулок за покупками. До конца каникул оставалась неделя, а потому близнецы заглядывали в лица прохожим, надеясь заметить среди них кого-нибудь из друзей. Стояли ясные, погожие дни. Юные волшебники с бабушкой бродили по магазинам. В аптеке закупились недостающими ингредиентами для зелий, посетили магазин мадам Малкин «Мантии на любой случай», чтобы приобрести новые мантии. После заглянули в одно из кафе, чтобы пообедать. А самое главное — покупку учебников, в том числе и для новых предметов, оставили на потом. Остановились они за одним из столиков под ярким зонтиком. Пока ждали свой заказ, Гарри и Джулиет стали обсуждать удивительный шар, что они заметили в одном из магазинов. Внутри этого большого стеклянного чуда была движущаяся модель нашей Галактики! Как сказал Гарри, купил — и на урок астрономии ходить не надо! Морин же в обсуждении не участвовала и рассматривала посетителей кафе, да прислушивалась к разговорам. — Глянь-ка, старина, какой я луноскоп приобрел — никаких лунных карт не надо, — хвастались покупками посетители.       Или обсуждали Сириуса Блэка: — Я не позволю моим детям выходить из дому, пока его снова не отправят в Азкабан!       Последнее заметно портило настроение девушки, но она старалась этого не показывать. Всё же брат с бабушкой до сих пор не знали об её походе в больницу Святого Мунго. Переведя взгляд на очередной из столиков, Морин встретилась взглядом с мальчиком немногим младше неё самой. Было в нём что-то знакомое, что Эванс никак не могла уловить, да и смотрел на неё он настолько пронзительно, что волшебница не усомнилась — они где-то встречались. — Мор, ешь, пока не остыло, — отвлёк сестру Гарри.       Оказалось, что пока Эванс пыталась вспомнить мальчишку, к их столику уже подлетел поднос с горячим обедом. Пообедали быстро. Всё же с покупками нужно было закончить не слишком поздно, чтобы успеть вернуться домой засветло. Перед тем, как уйти из кафе, Морин невольно оглянулась на столик, за которым сидел странный мальчик, но там уже никого не было.       Книжный магазин «Флориш и Блоттс» удивил с порога. Вместо толстенных, как кирпичи, тисненных золотом книг с заклинаниями там стояла большая железная клетка, а в ней сотня «Чудовищных книг о чудищах». По клетке летали рваные листья — книги сцепились в ожесточенной схватке и яростно щелкали переплетами.       Близнецы уже знали, что она была обязательным учебником по уходу за магическими существами. Как только они ознакомились со своими списками, им сразу стало понятно, почему Хагрид написал, что книга понадобится. — Если это такой креативный маркетинговый ход, то он не очень-то и удачный, — тихо заметила Джулиет.       Спутники вошли внутрь, и к ним тут же подлетел продавец. — Хогвартс? — выпалил он. — Новые учебники? — Да, нам нужно… — согласился Гарри и потянул список свой список из нагрудного кармана. — Посторонись, — продавец оттолкнул парня. Натянув толстенные перчатки, он взял большую узловатую трость и направился к клетке с чудищами. — Подождите, — заторопился Гарри. — У нас уже есть такая книга. — Уже есть? — продавец несказанно обрадовался. — Спасибо, что предупредил. А то меня пять раз за утро покусали… — О, зато нам она нужна! Да, Тео? — весёлым тоном в ту же секунду огорчил продавца чей-то звонкий голос.       Волшебники обернулись к говорившему, и Морин сразу опознала в нём того самого мальчишку из кафе. — Верно, Басти, — согласился с ним парень, в котором Эванс узнала Теодора Нотта. Заметив её взгляд, волшебник улыбнулся и сказал: — Привет. — Привет, — повторила за ним Мор и с вопросом посмотрела на его спутника. — Позволь представить, — правильно понял её взгляд Тео, — главная заноза в моей жизни, Себастьян Нотт. — Эй, я не заноза! — возмутился младший Нотт. — Да-да, — вторил ему Тео, и в его тоне девушка узнала уже знакомое «так я тебе и поверил». Подойдя ближе к ней, Нотт тихо пожаловался: — Мой младший брат. В Хогвартс через два года только, а уже изводит всех дома, как будто отправляется прямо завтра.       Под тихое возмущение Себастьяна «я всё слышу» Морин засмеялась. В следующую секунду от громкого треска едва не заложило уши: две «Чудовищные книги» перетягивали, как канат, третью. — Прекратите! Уроды зловредные! — вопил продавец, усмиряя книги тростью. — Никогда больше их не закуплю! Сумасшедший дом! Это даже хуже двухсот «Невидимых книг о невидимках»! Кругленькую сумму отвалили, а найти их так и не смогли!       Пока волшебник разбирался с чудовищами, книга, которую он только что достал для Нотта, бодро поползла к одной из витрин. Тео проводил её скептичным взглядом и совсем тихо обронил: — Надеюсь, за порчу имущества нам не придётся платить. — Мы за неё ещё не платили, значит, нет, — также тихо сразу ответил ему брат. — Рада знакомству, Себастьян, — всё же заговорила с Ноттами Эванс и, заметив заинтересованный взгляд Джулиет, поспешила добавить: — И позвольте тоже вас познакомить с моими спутниками. Мой двойник, Гарри Поттер, но я думаю, его вы прекрасно знаете. И Джулиет Эванс, наша с Гарри бабушка. — Прекрасно выглядите, миссис Эванс. Рад знакомству, — тут же польстил женщине Тео, его брат ограничился лишь учтивым кивком. — Взаимно, юные джентльмены, взаимно, — Джулиет вежливо улыбнулась волшебникам и обратилась к внучке: — Морин, твой список при тебе? — Да, — сразу встрепенулась девушка и зарылась в сумку в поисках заветной бумажки.       Чудовищная книга Нотта таки успела изрядно потрепать несколько экземпляров, стоящих на самой нижней полке витрины. Продавец было дёрнулся, чтобы стребовать компенсацию, но стоило ему лишь посмотреть на сразу приподнявшего бровь старшего Нотта, как мужчина тут же сдулся. Вторя спискам, касса быстро заполнялась книгами. В конечном итоге перед волшебниками остались несколько стопок. Одна принадлежала Гарри, вторая с половинкой Ноттам, а последние две — Морин. — А не многовато у тебя книг, Мор? — спросил Гарри, скептично смотря на это великолепие. — Многовато, — согласилась с ним девушка и вздохнула. — Но я ведь всё же выбрала все дополнительные предметы. У меня здесь все по нумерологии, уходу за магическими существами, прорицанию, изучению древних рун, изучению маглов… — А есть и спать ты когда будешь? — спросил у неё Тео, посмотрев на неё, как на душевнобольную.       Гарри захихикал, а Морин неразборчиво забурчала. Похожий разговор уже имел место быть накануне дома, когда Поттер заметил, что список у близняшки заметно больше. Вот только если брата можно было куда-нибудь послать, не боясь, что он смертельно обидится на это, то с Ноттом Морин опасалась поступать также, а потому вздохнув, девушка ровно ответила на заданный вопрос: — В истории Хогвартса было около десятка волшебников, которые успешно сдавали все двенадцать СОВ. Думаете, они ради этого не спали и не ели? — Вот только я сомневаюсь, что они так же, как и ты, параллельно ещё и обычную школу учили, — разумно заметил Гарри. — Обычную школу? Магловскую что ли? — заинтересовался Себастьян. — А зачем? — Чтобы было образование в обоих мирах, — пояснила ему Мор. — Диплом Хогвартса равносилен магловскому образованию, — сказал в противовес её слов Теодор, наблюдая, как Джулиет расплачивается за книги и ведёт непринуждённую беседу с продавцом. — Вот только он не даёт самих знаний, — резонно заметила Эванс. — Ну что, молодые люди? С покупками закончили? — спросила у волшебников вернувшаяся к ним миссис Эванс. — Так точно, мэм, — ответил за всех Тео и сразу же спросил: — Думаю, вам нужна будет помощь, чтобы перенести все покупки домой, не так ли? — Насколько я помню, здесь было совиное отделение, в котором можно заказать доставку на дом. — Я могу отдать приказ домовику, чтобы он сразу перенёс и покупки, и всех нас. Это сэкономит вам и время, и деньги, мадам. — Что ж за такую услугу мы обязаны угостить вас чаем с пирогом, — Джулиет улыбнулась, отметив про себя, насколько разные личности общаются с её внуками. — Вот только родители не потеряют? — Отец сейчас в Америке. Мы с братом предоставлены сами себе и присмотру со стороны слуг.       Джулиет кивнула, принимая информацию к сведениям и отмечая, что юноша не упомянул свою мать. Минуту спустя знакомое внешне для Морин и Гарри существо одним щелчком пальцев перенесло их всех на задний двор дома номер семнадцать по Цветочной улице. Нотты осмотрелись, отмечая мрачность обстановки, но ничего не сказали об этом. В доме, не разбирая покупки, Морин вместе с Джулиет сразу отправились на кухню накрывать на стол. — Уютно у вас тут, — сказал Тео Гарри, чтобы сгладить тишину между ними. — По сравнению с улицей в целом вообще красота, — согласился с ним младший брат и удосужился укоризненного взгляда от Теодора. — Что? Правда же! — Коукворт живёт благодаря заводу, но расположен так, что облагораживать участки нет никакого смысла. Разве что только с помощью магии, — пояснил гостям Гарри, отмечая, что младший Нотт всё больше и больше ему нравится как личность. — Но без чар скрывающих и участок, и дом это будет настолько явным нарушением Статута о секретности, что можно даже не рассматривать этот вариант, — дополнила его слова, вернувшаяся в гостиную, Морин. — У нас с ба всё готово. Пойдёмте за стол.       Уже когда все расселись за стол, Джулиет поинтересовалась у гостей: — Вы так уверенно держитесь. Должно быть, часто приходится оставаться одним? — Отец много работает, — Тео пожал плечами. — Обычно когда его командировки совпадают с нашими каникулами, то мы отправляемся все вместе, но в этот раз он вернётся в Англию только к концу сентября. Бывает и такое. Вы увлекаетесь астрономией? Я заметил у вас профильные книги в гостиной и звёздную карту на стене в холле. — Мой покойный муж профессионально занимался ей. Я бы даже сказала, что он дышал астрономией, — женщина улыбнулась при воспоминании о супруге. — Книги остались, так сказать, в наследство внукам. Раньше Морин с Биллом могли часами смотреть в телескоп по ночам. — Это объясняет, почему она так легко вошла в тройку лучших по этому предмету в Хогвартсе, — Тео улыбнулся и сделал вид, что не заметил лёгкого румянца на щеках однокурсницы. — Было бы странным, будь оно иначе, если я помню наизусть половину звёздной карты, — заметила Морин. — Кто-нибудь хочет ещё пирога? — Можно кусочек побольше? — верным взглядом смотря на неё, спросил Себастьян. — Обожаю яблочные пироги. — Басти, — шикнул на брата Тео. — Без проблем. Мы целый лист испекли. Можем даже с собой отрезать, — улыбнулась в ответ девушка и встала из-за стола, чтобы принести добавки. Джулиет ушла следом, чтобы помочь упаковать часть пирога в бумагу, чтобы братья могли сразу взять его, когда соберутся домой. — Если ты решишь когда-нибудь на ней жениться, то я поселюсь на вашей кухне, — радостно сообщил брату Себастьян громким шёпотом. — Я утоплю тебя в пруду, — пообещал ему заметно более тихим шёпотом старший Нотт, — если ты сейчас же не перестанешь меня дискредитировать.       Сидящий справа от него Гарри прыснул в чашку с чаем. — По секрету скажу, Мор готовит обалденно вкусные стейки, — сообщил он Ноттам. — О, вот и для отца нашли плюс в невесте, — хихикнул Басти и тут же ойкнул, когда Тео пихнул его в бок локтём. — Больше никогда не пойду с тобой куда-либо, — вздохнул парень, игнорируя возмущённый взгляд брата. — Благодарю за гостеприимство, но нам пора, — сообщил он, когда Морин с Джулиет вернулись за стол. — А как же добавка? — захлопала на него ресницами младшая Эванс.       Лишь один Себастьян мог догадаться какая страшная борьба шла в этот момент у Теодора в мыслях, и парень всё же сдался, проклянув в мыслях свою добродетельность и болтливость младшего брата: — Хорошо, ещё по кусочку и потом уходим. — Вот и славненько, — улыбнулась в ответ Мор.

***

      Неделя пролетела совсем быстро и вот настала пора снова собираться в Хогвартс. С Уизли и Грейнджер близнецы встретились на магловской стороне барьера. Пока миссис Уизли и миссис Эванс обменивались новостями, Морин сдержанно со всеми поздоровалась и обратилась к Перси. — Здравствуй, Перси. Поздравляю с назначением. — Рад тебя видеть, Морин. Благодарю, — поприветствовал её в ответ парень и деловито уточнил: — Надеюсь, у тебя всё в порядке? — Спасибо, всё хорошо, — уклончиво ответила девушка, наблюдая, как близнецы разыгрывали явное представление вокруг Гарри.       Подошедший к Поттеру Фред поклонился и воскликнул, что тот отлично выглядит. Вторящий ему брат оттолкнул своего близнеца и, схватив руку Гарри, затряс её. Перси нахмурился. Морин закатила глаза, догадавшись, кого парадировали близнецы Уизли, и покачала головой. — Всё, хватит, — одёрнула Фреда и Джорджа миссис Уизли. — Мама! — воскликнул Фред, словно только увидел её. — Как это потрясающе — тебя видеть… — Я сказала, хватит, — отрезала миссис Уизли, и обратилась к Поттеру: — Гарри, дорогой, здравствуй! У нас замечательное событие, слышал? — она показала на новый сверкающий серебряный значок на груди у Перси и преисполненным гордости голосом произнесла: — Второй староста школы и лучший ученик в семье! — И последний, — шёпотом добавил Фред. — Не сомневаюсь, — помрачнела миссис Уизли. — Никого из вас старостой факультета не назначили. — А зачем это нам? — пожал плечами Джордж. — Чтобы лишить нашу жизнь всяческих удовольствий?       Джинни хихикнула. — Какой ты подаёшь пример сестре! — возмутилась миссис Уизли. — Мама, у Джинни есть и другие братья для подражания, — надменно молвил Перси. — Джинни Уизли — величайшая укротительница драконов! — Морин хихикнула, заметив направленный на неё недовольный взгляд Перси. — Ничего личного, Перси. Просто сам представь, как это будет выглядеть. И как гордо звучит! — Морин, — осадила внучку Джулиет. — Молчу-молчу, — покладисто послушалась Эванс, подняв руки в жесте «сдаюсь-сдаюсь» и подмигнув покрасневшей и разулыбашейся Джинни. — Ну, хватит разговоров. Поезд скоро отправляется, — напомнила всем миссис Уизли.       Разбившись на пары, волшебники стали пересекать магический барьер. Попрощавшись и обнявшись напоследок с Джулиет, Гарри и Морин также вместе пробежали через барьер. Мгновение — и преграда позади, они на платформе с номером девять и три четверти, а вон и «Хогвартс-Экспресс». Алый паровоз пускал клубы дыма, окутывавшего платформу, полную детей и провожавших волшебников.       Позади близнецов появились Перси и Джинни, оба тяжело дышали, видимо, тоже преодолели барьер бегом. — Пенелопа! — заметив девушку с длинными кудрями, Перси покраснел, пригладил волосы и зашагал ей навстречу, выпятив грудь, чтобы она непременно увидела сверкающий значок.       Гарри с Джинни не выдержали и, отвернувшись, прыснули. Морин же на них только головой покачала, считая такое поведение ребячеством, а в следующую секунду заметила знакомую макушку блондинистых волос. — Ханна! — крикнула девушка подруге и обернулась к брату. — Всё я побежала. Увидимся в поезде или в замке. До свидания, мистер и миссис Уизли!       Пообнимавшись с друг другом, Эванс и Аббот отправились на поиски свободного купе. В этом году Ханну провожал её отец, который помог девушкам поднять чемоданы в поезд. Лишь когда они расположились, Морин вспомнила, что бутерброды и какао для перекуса убрали в её рюкзачок, и побежала искать брата, чтобы отдать ему его долю. В одном из вагонов она встретила Теодора и Блейза. — И долго ты вздыхать по ней собираешься? — спросил у Тео Забини, не замечая, что их разговор слышит Морин. — Мерлин, — протянул Нотт. — Блейз отстань со своей инициативой. Мы почти не знаем друг друга. — Ну, так подойди и узнай, — напутствовал Забини и, стоило ему заметить невольного слушателя в лице Мор, как он с усмешкой обратился к ней: — Эванс, привет! Как смотришь на то, чтобы вместе поехать? — Привет, мальчики, — улыбнулась им девушка. — Мы с Драко хотели поехать вместе. Приходите, если хотите. Третий вагон шестое купе. — Обязательно придём, — пообещал ей Блейз и многозначно посмотрел на приятеля.       Гарри с друзьями нашёлся в следующем вагоне в самом его конце. Кроме известной троицы в купе был ещё один пассажир. Незнакомец был одет в поношенную, штопаную–перештопаную мантию. Болезненного вида и измождённый, но совсем ещё не старик, светло–каштановые волосы едва тронуты сединой. Морин не стала задерживать на нём взгляд и протянула брату кулёк с бутербродами и второй термос. — Совсем забыла, что мы убрали всё ко мне, — пояснила она. — Да ничего. Миссис Уизли приготовила сэндвичей с запасом. Думаю, даже тебе тоже достанется. Присядешь? — предложил ей Гарри. — Меня ребята в купе ждут, — отказалась девушка и собиралась было уже уйти, но Поттер опередил её. — Я должен вам рассказать кое-что о Блэке. Это важно, Мор.       Морин словно подкосили. Она шумно упала на сиденье чуть в стороне от дремавшего мужчины и приготовилась к неприятному разговору об отце. И как только Гарри узнал об этом?! Она ведь даже не намекала никому на своё родство с преступником! И бумаги из Мунго сразу спрятала в самую неинтересную книгу — Историю магии!       Не заметивший состояния сестры, Гарри всё им поведал о том, что узнал о Блэке от мистера Уизли, включая его предупреждение. Рон сидел будто громом поражённый, Гермиона прижала руки к губам и, немного погодя, сказала: — Значит, Сириус Блэк из-за тебя убежал из тюрьмы, Гарри… Ты должен быть очень… очень осторожен. Не ищи себе неприятностей. — Я их не ищу, — буркнул Гарри, не сводя глаз с застывшей на месте сестры. — Это они меня ищут.       Морин словно кочергу проглотила. Сидела с неестественно прямой спиной и смотрела в одну точку. Что она там считала апофеозом расследования? Ночные кошмары? А как вам вариант, что её отец ищет её брата, чтобы убить? Финиш! — Надеюсь, у Гарри хватит ума не выслеживать этого психа, — сказал всё ещё не пришедший в себя Рон. — Блэк ведь хочет его убить.       Друзья восприняли известие хуже, чем ожидал Гарри. Испугались, похоже, не на шутку. Во всяком случае, гораздо сильнее, чем он. А его смелая умная сестра и вовсе до сих пор и слова не сказала об услышанном! — И как это он сбежал? — поёжился Рон. — Из Азкабана? При такой-то охране? Ведь он сверхопасный преступник! — Его должны поймать, — голос Гермионы был твёрд. — Я слышала, сейчас поднята на ноги даже полиция маглов. — Что это? — вдруг насторожился Рон. Откуда-то донёсся слабый звенящий свист.       Они огляделись. Морин словно опомнилась и тоже осмотрелась, после чего сказала: — Гарри, это у тебя в чемодане.       Рон встал, потянулся к багажной полке и извлёк из-под мантии карманный вредноскоп. Он вертелся у него на ладони, как сверкающая юла. — Вредноскоп? Как интересно! — Гермиона тоже поднялась, чтобы получше рассмотреть. — Это самый дешёвый, — пояснил ей Рон. — По-моему, он плохо работает. Я стал его привязывать к лапе Стрелки, а он как завертится. Это мой подарок Гарри на день рождения. — Может, ты делал в этот момент что-то плохое? — предположила Гермиона. — Да нет! Хотя, впрочем, нельзя было посылать Стрелку… Ну, ты же знаешь, ей эти перелёты уже не под силу. Но как я ещё мог отправить Гарри подарок?       Вредноскоп свистел не умолкая. — Убери его в чемодан, — посоветовал Гарри. — Ещё разбудит нашего соседа.       Он покосился на профессора Люпина. Пока друг убирал вредноскоп обратно в чемодан, хорошенько пряча его в носках, Гарри обратился к сестре: — Что думаешь об этом всём? — Что год обещает быть очень… запоминающимся. И тебе действительно нужно быть осторожным. Я попробую узнать о Блэке больше. Если он действительно был правой рукой того самого, то думаю, кое-кто должен знать о нём немного больше чем простая общественность, — Рон на её словах отчётливо фыркнул. Хоть Мор и не сказала прямо, но всем было понятно, что собирать информацию она собирается у слизеринцев, среди которых было достаточно детей и родственников Пожирателей смерти. — Пойду я, пожалуй.       Когда Морин вернулась в купе, Драко со своими верными спутниками, Крэббом и Гойлом, уже были там. Новым лицом стала и Сьюзен Боунс, с которой Эванс до этого тоже не пересекалась. Ответив на приветствие друзей лишь кивком, она закинула рюкзачок на верхнее сидение и села между подругами. — Выглядишь неважно, — озвучил общее мнение Крэбб. — У меня, по-моему, голова скоро взорвётся от новостей и переживаний, — неожиданно для себя призналась Морин. — Странно это слышать от человека, способного за два вечера проглотить толстенный том чего-нибудь узкоумозамороченного, — заметила Ханна, обеспокоенно смотря на подругу. — Расскажешь, что случилось? — Только строго между нами, — предупредила Эванс, строго посмотрев на каждого из присутствующих и дождавшись от каждого согласного кивка (ещё бы! Такие сплетни намечаются!), задала вопрос: — Что вы знаете про Сириуса Блэка? — Полагаю, тебя интересует информация, о которой в газетах не пишут, верно? — верно понял её Драко. — Да. Это правда, что он был правой рукой Тёмного лорда?       Слизеринцы невольно дружно переглянулись под внимательным взглядом Эванс. Ханна ахнула, а Сьюзен нахмурилась. — Едва ли, — тихо возразил Драко. — Мама говорила, что он был лучшим другом вашего с Поттером отца. Да и дома… его никогда не упоминали в таком контексте. — Тётя как-то говорила, что Сириус был одним из лучших авроров, — также тихо рассказала Боунс, и все взгляды скрестились на ней, из-за чего девушка поёжилась. — Не верится, что он мог настолько убедительно бороться со сторонниками Того-кого-нельзя-называть и в то же время всей душой поддерживать их идеи и взгляды. — Вот только доказательств никаких нет. Суда над Блэком не было. — Не было? — переспросила Морин, ещё больше нахмурившись. — Как так? — Он без конца твердил, что это он виноват, поэтому его сразу сочли виновным, — ответила на её вопрос Сьюзен. — Морин, но почему он тебя так интересует? — задала куда более важный вопрос Ханна. — До меня дошли слухи, что в Министерстве считают, будто он сбежал, чтобы убить Гарри. И он… — девушка опустила взгляд на собственные колени и прикусила губу, не решаясь рассказать друзьям о своём родстве с Блэком. — Он что? — подтолкнула её к продолжению Ханна.       Морин медленно выдохнула, закрыв глаза. Потерев виски, она вдруг ощутила огромную усталость. Бессонные ночи, бесконечные мысли об отце и варево в собственных переживаниях без возможности с кем-нибудь эту ношу разделить заметно истязали девушку. Ещё раз вздохнув и открыв глаза, но, так и не подняв взгляд на друзей, она совсем тихо заговорила: — Помните, я спрашивала про тест на родство? — спросила она у сидящих напротив парней. — Я подрабатывала летом в кафе, чтобы заработать на него, и всё же посетила Мунго. — Но вы ведь с Гарри близнецы, — возразила Ханна, понимая, на что намекает подруга. — У вас же должны быть одни родители! — Такое встречается редко, но всё же возможно. Я не смогу сейчас правильно объяснить. В общем, тест показал, что Сириус Блэк приходится моим кровным отцом.       Спутники девушки поражённо молчали, пытаясь осмыслить сказанное ей. Прошло несколько минут, прежде чем Драко кашлянул и невозмутимо сказал: — Что ж, тогда раз мы с тобой оказывается кузены, то по-родственному скажу ещё кое-что. Только помни, что у меня нет доказательств ни подтверждающих эту информацию, ни опровергающих. Существует мнение, что Поттеры скрывались от Тёмного лорда под чарами Фиделиуса и хранителем тайны был Блэк. Считается, что это именно он выдал их лорду, обрёкши этим Поттеров на верную смерть.       Морин в ту же секунду подняла глаза на ещё одного новоявленного родственника. Какое-то время внимательно на него посмотрев и переварив полученную информацию, она медленно кивнула и сказала: — Спасибо, Драко. Это действительно важно знать.       Малфой хотел было что-то сказать в ответ, но дверь в купе неожиданно открылась, явив на пороге Блейза и Теодора. — Вечер добрый! — бодро обратился к присутствующим Забини и критично осмотрел купе, оценивая, каковы у них с Ноттом шансы уместиться тоже на нижних сидениях.       Тео только рукой махнул, скользнув взглядом по лицам однокурсников и задержавшись на бледном лице Морин. Этой секундной замешки хватило Блейзу, чтобы нагло потеснить парней к окну и усесться рядом, а после посмотреть на друга с победным выражением лица. Нотт только глаза закатил, на что Ханна вдруг хихикнула, заметив схожесть этого простого движения у Тео и Морин. Парень отреагировал на это приподнятой бровью и цепким взглядом. Из коридора послышался голос волшебницы, продающей сладости. — Ой, я ведь про бутерброды забыла, — вспомнила Морин и вскочила на ноги, чтобы снять с верхнего сидения рюкзак с провизией.       Этого хватило, чтобы Забини успел жестом показать девушкам, чтобы они сдвинулись друг к другу. Ханна нахмурилась, заподозрив в этом какую-то махинацию, и переглянулась со Сьюзен. Боунс пожала плечами и потеснила подругу ближе к выходу. Сидя около окна, она заметно продрогла. Всё же погода на улице стремительно портилась. Заметивший эту рокировку, Нотт с укором посмотрел сначала на пуффендуек, а затем и на друга, но всё же занял освободившееся место у окна. А закончившая доставать перекус, Морин недоумённо посмотрела на подруг, не понимая причин их нежелания сидеть рядом с парнем, пожала плечами и села между Тео и Сью. — Угощайтесь, — пригласила она всех, взглядом указав на бутерброды и термос с какао.       Под непринуждённую беседу с обсуждением того, у кого как прошли каникулы, перекус умялся быстро. Дождь за окном усилился, а «Хогвартс-Экспресс» мчал всё дальше на север. Окна закрыл густой туман. Стемнело. По всему вагону и над багажными полками загорелись лампы. Стучали колеса, по окнам барабанил дождь, завывал ветер. — Скоро должны приехать, — заметил Тео, даже не пытаясь что-то разглядеть в тёмном окне.       Не успел он закрыть рта, как поезд замедлил ход. Нахмурившись, Нотт бросил взгляд на свои наручные часы. — Не настолько... Странно. Если смотреть по времени, то нам нужно ещё минут тридцать ехать, — сказал он. — Тогда почему мы останавливаемся? — спросила Ханна.       Поезд ехал всё медленнее. Шум двигателя утих, зато ветер и дождь за окном как будто усилились. Забини, находившийся ближе всех к двери, выглянул в коридор. Из других купе тоже высовывались любопытные. Поезд дёрнулся и остановился. Судя по звукам в вагоне, с полок посыпались вещи. Неожиданно погасли все лампы, и поезд погрузился в кромешную тьму. — В чём дело? — раздался позади него голос Драко. — Не знаю. Может, авария? — ответил Блейз и сел обратно.       Морин вдруг почувствовала, как напрягся рядом сидящий Теодор. Парень не сводил глаз с окна, и девушка искренне не понимала, как он в нём хоть что-то видит. — Там что-то движется, — сказал неожиданно Нотт. — Знаете, что-то у меня предчувствие плохое. Схожу-ка до Гарри. С ним в купе новый профессор ЗОТИ ехал, — тихо сказала Эванс. — Тихо! — шикнул на неё Теодор и поймал за руку, не давая сдвинуться, но в ту же секунду замялся и отпустил её. — Прости. Показалось, что что-то услышал в коридоре. — Ничего, — успокоила его Морин и взмахнула палочкой, уверенно произнеся заклинание: — Люмос!       Она не спеша поднялась, держа перед собой палочку с огоньком света на конце, и пошла к двери, но та, опередив её, медленно открылась. Дрожащий огонёк Люмоса осветил упиравшуюся в потолок фигуру, закутанную в плащ. Лицо пришельца было полностью скрыто капюшоном. Морин сглотнула, с ужасом смотря на существо. Из-под плаща высунулась рука: лоснящаяся, сероватая, вся в слизи и струпьях, как у долго находившегося в воде утопленника. То, что было под капюшоном, протяжно, с хрипом не то взвыло, не то вздохнуло, словно хотело засосать не только воздух, но вообще всё вокруг. Присутствующих обдало стужей. У Морин перехватило дыхание. Мороз пробирался под кожу, в грудь, в само сердце.       Существо приблизилось к лицу застывшей колом волшебницы. Позади кто-то выругался и схватил девушку за руку, пытаясь затащить её обратно в купе. Однако безуспешно: дементор опустил руку на плечо Эванс и крепко сжал его, удерживая ту на месте. Морин снова сглотнула, но страж Азкабана не спешил что-либо делать с ней. Сама не понимая, что творит, волшебница повела плечом, пытаясь стряхнуть чужую, неприятную ладонь, и хриплым от ужаса голосом приказала: — Пошёл вон.       Дементор дёрнулся и… отпустил её. Морин успела лишь заметить, как тёмный силуэт поплыл в сторону, и дверь в купе с грохотом захлопнулась, а сама она оказалась сидящей на полу у кого-то на ногах. Медленно оглянувшись назад, девушка увидела такого же бледного Нотта, широкими глазами смотрящего на неё. — С ума сойти, — прохрипел парень. — Ты одним простым словом прогнала дементора.       В окошке двери мелькнула голубоватая вспышка. Неожиданно загорелся свет, и поезд тронулся дальше. Волшебники словно опомнились и стали подниматься на ноги. Морин колотило крупной дрожью от пережитого. Бледный Малфой, казалось, был в прострации и смотрел в одну точку. Сьюзен успокаивала всхлипывающую Ханну, прижав ту к себе и гладя по голове. На удивление самым соображающим оказался Забини. Окинув всех взглядом, он обронил что-то про помощь и скрылся за дверью купе. Следом за ним умчался и Гойл.       Когда некоторое время спустя что-то громко треснуло, и все вздрогнули. Оказалось, что это профессор Люпин, которого привели слизеринцы, разломал на части большую плитку шоколада. — Держите, — он положил шоколад на столик. — Съешьте, и станет полегче.       Волшебники послушно, но вяло потянулись за угощением. Драко, всё также не осознавая, что происходит, механически принял кусок шоколада у Крэбба и отправил его в рот. Морин же, когда Тео предложил другой кусочек ей, мотнула головой в стороны, отказываясь. Кусок в горло не лез. Вот только Нотт оказался настойчивым и всё же смог уговорить её, откусить хотя бы маленький кусочек. Убедившись, что здесь всё в порядке, профессор покинул их. — Ты сказал, что это был дементор, — обратилась к Тео Морин, когда за мужчиной закрылась дверь. — Да, он. Страж Азкабана. Самая отвратительная тварь из возможных. Ешь ещё, — ответил ей парень и протянул новую дольку сладости. — Ужас какой! — всё также всхлипывая, не своим голосом воскликнула Ханна. — Когда это вошло сюда, вы почувствовали холод? — Мне показалось, что он явился с того света, — Сьюзен передернуло. — Такой страх, как будто никакой радости никогда в жизни больше не будет.       Никто не ответил. Переглянувшись с другом Тео трансфигурировал оставшуюся обёртку шоколадки и фольгу в пару пледов. Один из них Забини накинул на плечи Ханны и Сьюзен, а во второй Нотт укутал всё также дрожащую Эванс. Морин смогла лишь ответить благодарным взглядом и послушно позволила себя прижать к груди. Парни пришли в себя быстрее девушек и выглядели мрачными. И это будет охранять школу весь год!       О происшедшем больше не вспоминали. Поезд прибыл на станцию Хогсмид. Высаживались долго и шумно. Крошечная платформа после дождя обледенела. Нотт ни на шаг не отходил от Морин. — Первокурсники, сюда! — громыхнул знакомый голос лесничего.       Он собирал первокурсников, чтобы переправить, согласно традиции, через озеро. А вот всем остальным предстояло ехать до замка в карете. На грязной, в колдобинах, дороге их было не менее сотни. Выйдя из поезда, Морин дёрнулась лишь с одной целью — найти в толпе брата. Тео опередил её и успокоил, что Поттер хоть и выглядит бледным, но вполне жив и здоров. Из-за этого до кареты девушка шла, не смотря по сторонам. Она даже не обратила внимания на то, кто запряжён в неё.       Ехали впятером. Тео и Морин на сидениях с одной стороны, а Блейз, Ханна и Сьюзен напротив с другой. В карете попахивало навозом и соломой. После шоколада все чувствовали себя лучше, но слабость ещё никого не отпустила.       Карета подкатила к великолепным чугунным воротам, слева и справа высились каменные колонны, увенчанные крылатыми кабанами, рядом стояли два дементора, с ног до головы укутанные мантиями. Морин вздрогнула при виде тварей и невольно прижалась к не ожидавшему этого Нотту. Пока ворота не остались позади, она не открывала глаз. Карета покатилась по длинному извилистому подъезду к замку. Вот они и прибыли.