Танцы на битом стекле

— Слышал, ты переезжаешь. Вещички собрала? — только распахнув дверь в библиотеку, сразу задал самый интересующий его вопрос гость. Если и была хоть одна комната в доме, которую ты любила, то вот она: маленькая, тёмная, непредназначенная для чтения, но хранящая пару стеллажей с книгами и ещё пару с документами родителей. Ты притащила сюда матрас, лампочку, плед и таким образом когда-то давно создала место, в котором тебе было спокойнее всего на планете, где ты пряталась от ран и людей, что ранили. Сейчас лежишь на потрёпанном временем и твоей привычкой есть за чтением матрасе, просматривая предложенные Намджуном варианты квартир. А в дверях стоял, возможно, твой единственный друг. Минимум, товарищ. Честно говоря, ты никогда точно не могла сказать, какие именно между вами были отношения. Ему просто когда-то, как сонбе, поручили группу новеньких студентов ознакомить с университетом, ты тогда ещё увлекалась медиа-деятельностью, поэтому в другой раз вы встретились в клубе, и ещё пару раз, и ещё. И вот ты и не заметила, как он начал подсаживаться к тебе в столовой и в библиотеке. Потом стало привычным находить его в толпе взглядом и слать на ночь сообщениями свои размышления о мире бренном. В ту ночь ты бы сбежала к нему, но парень был в Тайване, поэтому ты и не нашла места, где можно было бы спрятаться. Возможно, будь он в Корее, ты бы так и не согласилась на помолвку. Ты старалась не думать об этом раньше, но сейчас, когда друг стоит, оперевшись на дверной косяк, оглядывая захламленную тобой комнату сквозь стёкла тёмных очков, от противных мыслишек не отделаться. — Слышала, ты вернулся. Как тебе солнышко в Тайване? — отвечаешь, не отрываясь от телефона. Если бы да кабы — эти слова указывают на условные предложения, в английском языке ты бы даже отнесла их к предложениям третьего типа, а значит сожалеть не о чём, ибо о невозможном не грустят. — Когда слышала? — юноша искренне удивляется, широко распахивая глаза и высоко приподнимая брови. — Минуту назад, когда ты вошёл в комнату, — ты всё же поднимаешься, улыбаясь а-ля чеширский котик, объевшийся сметанки. Всегда приятно видеть лицо хорошего знакомого. Ким бросил дорожную сумку на пол и придвинул для себя стул, усмехаясь, ему пришлась по вкусу твоя шутка. Он сильно загорел, но не выглядит отдохнувшим, скорее уставшим и обеспокоенным, ты бы предложила ему чай с молоком, однако, кажется, юноша не просто так зашёл к тебе, не заехав домой. Чай подождёт. Тебе нравится, что он обычный, самый настоящий, после общения с Джином и Намджуном Тэхён кажется наипрекраснейшим молодым человеком на свете. Он не делает вид, не скрывает эмоции, говорит, что думает, и делает, что хочет. Таких людей сейчас раз, два и обчёлся, даже ты сама не такая, но признаёшь, что подобный тип не любить невозможно, с ними ведь легко. С ними не надо ждать подвоха, они на такое не способны, в худшем случае просто скрыть это не смогут. Они часто очень экспрессивные, но яркие, тут же захватывающие своей атмосферой. Вы и не заметите, как проходя мимо, окажитесь по уши втянуты в их жизнь. А ещё этот тип людей из ранимых. Их легко разбить, поэтому они тяжело подпускают к себе. Они кажутся дружелюбными, милыми, такие и есть, однако, по-настоящему открываются единицам, чувствуя, насколько неустойчивая почва под ногами. И когда открываются, то обнаруживаешь в них наравне с прямолинейностью и светом много страхов, комплексов, а отсюда и неуверенности. — Где мои сувениры? — ты усмехаешься, понимая, что в последнее время всё твоё окружение состоит из одних Кимов. — В Тайване. Захочешь — сама съездишь и купишь, это у тебя денег куры не клюют, а не у меня, — молодой человек скривился. — Не мои деньги, моих родителей, — поднимаешься и начинаешь разминать затекшую шею, её хруст слышно, наверное, на южной границе Кореи. — Тогда у женишка попроси, он теперь обязан каждую твою прихоть до скончания века выполнять, разве нет? — прекращаешь хрустеть шеей и принимаешься заламывать руки, разминая их. — Откуда ты про свадьбу знаешь? — С мамой твоей поговорил, она мне даже приглашение обещала прислать, — громко цокаешь. — Такое ощущение, что это она замуж выходит, — ты не кричишь, не кривишься, но Тэ всё равно понимает, что сдерживаешься, дабы не начать ворчать. — Чего злишься? — Я уже не злюсь, — выделяешь «уже», показывая: юноша пропустил тот момент, когда ты реально злилась. Ты не стараешься его задеть, но делаешь это, ему противно, что не смог помочь тебе тогда, когда должен был. — А мне ты даже ни разу не позвонил. — Как и ты. Вроде, мы никогда не созванивались, нет? — Но с моей мамой ты по телефону болтаешь, не так ли? Надо же, как ты ей нравишься, думаю, будь я за границей, она бы и меня не предупредила о моей помолвке, — стараешься не смотреть на Кима, чтобы не испортить первую встречу после разлуки своей вспышкой ярости. Он ведь не виноват, что ты из этой чёртовой семьи, он не виноват, что ты носишь фамилию Сон. Парень перехватывает твою руку, останавливая, и поднимается, тут же оказываясь на две головы выше. — Почему ты согласилась? — он просто задал вопрос, но ты слышишь: настроен Тэхён далеко не на душевный разговор. — Думаешь, я согласилась? — шипишь обиженно, разочаровываясь в том, насколько хорошо он тебя знает, и всё равно отводишь глаза. Неуютно. Неуютно, потому что в первые минуты разговора он поднял тему твоего замужества, потом что сжимает локоть сильно и одними глазами обвиняет. Ты знаешь Тэ, знаешь, что он плохо сдерживает свои эмоции при тебе, но это в любом случае обижает, особенно потому, что ты не можешь понять причину его гнева. — Почему не написала? Почему не позвонила и не рассказала, что происходит?! — из вас двоих именно ты скрытная, привыкшая оставлять мысли и чувства при себе. Люди либо учатся ощущать тебя, либо так никогда и не поймут ничего о тебе. Тэ из первых и ты немного ошарашена его поведением, поэтому поддаёшься парню, делая пару шагов назад. — Мы вроде никогда не использовали друг друга, как спасательный круг по вызову. — Это другая ситуация! Ты же… Идиотка, — голос парня перестаёт звенеть, и ты моментально оказываешься в его объятиях. Ким знает лучше всех, как ты всегда боялась такой вот помолвки. Не по любви, по договору, по желанию родителей. А ещё он знает тебя, понимает, что тебе действительно нужно, видит, как ты стараешься быстро и вдруг стать взрослой и сильной, но ты до сих пор девочка, многого не знающая, не умеющая, и не желающая снимать розовые очки. Наконец-то рядом оказывается кто-то, кто ничего не требует, просто утешает поглаживаниями по спине. Он и сам за тебя переживает, и ты вцепляешься отчаянно руками в синюю рубашку, вдыхая знакомый запах. Ким часто меняет одеколоны, но вот волосы у него всегда пахнут одинаково. Тебе нравится этот карамельный почти запах, как у детских шампуней, связанный в основном с приятными воспоминаниями, хочется самой такой приобрести, потому что с Тэхёном рядом появляется уверенность, которой так не хватает в обычные дни. Нужно всего лишь пара минут, которые ты не получила сразу после известия о свадьбе, пара минут, чтобы прийти в себя и высвободиться из капкана сильных рук, касаниями благодаря за то укрытие, что парень предоставил. — Я скучала, хорошо, что ты вернулся, — садишься снова на свой матрас, а Тэ мнётся, не знает, куда деть опустевшие руки, цепляет ими воздух и глубоко вздыхает. — Говоришь, что твоя мама любит меня, но, видимо, недостаточно, раз выбрала не меня, а кого-то другого на роль твоего жениха, — парень не смеётся, медленно говорит то, что просится с языка, и обречённо падает на стул. — Как будто ты бы смог на мне жениться? Ты бы выгнал меня из дома спустя день из-за того, что я трогала твои наушники. Ты не понимаешь, шутит он сейчас или нет, говоря о вас двоих в подобном амплуа. Между вами никогда не проскальзывала и толика романтики, так что слова молодого человека сбивают с толку. С другой стороны, ты понимаешь, что Тэ уделяет тебе чересчур много внимания, как для простого друга или знакомой. Но ведь вы вместе — это смешно! Он старше, у него за плечами горы девчонок, что бегают по пятам, а тебя он всегда называл неуклюжей и мелкой. Мог ли он видеть в тебе девушку? — Нет, я бы потерпел такое, — Тэ продолжает угрюмо смотреть, сжимая руки в кулаки. — Она бы выбрала, будь у тебя деньги, — ложишься на матрас, прикрывая глаза, не желая раздумывать о причине поведения парня дальше. Можно хотя бы об этом не думать сегодня? И так голова пухнет от тяжёлых мыслей. К тому же, если он и видит в тебе девушку, если ты и нравишься ему в какой-то из нереальных параллельных вселенных, играет это теперь роль? И дело не только в нём, но и в тебе: кто он для тебя? Не знаешь, и не желаешь ломать над этим голову, потому что после может прийти ещё большая боль от осознания, что свадьба забирает у тебя состоявшуюся любовь. — Ты кажешься более спокойной, чем я предполагал, — произносит лишь спустя пару минут гость, не дожидаясь больше никаких слов с твоей стороны. — Просто уже выпустила весь пар, ты же знаешь, что я не умею рвать и метать долго. — Поверить не могу, что ты просто пойдёшь на эту свадьбу, а потом родишь мужу трёх детей, двое из которых будут мальчиками и продолжишь жить, как хорошая домохозяйка. Ты, конечно, не бунтарь, но и не амёба, Т/и. Не надо притворяться передо мной. Что ты на этот раз задумала? — эти его слова заставляют тебя улыбнуться, поворачивая голову к парню, застывшему с серьёзным лицом. — Кое-что.