Different outcome

Пепел сгоревшей эпохи.

Странное место, странное время. И все же настала пора покидать его. Небольшое приключение с тотемом кончилось так же быстро, как и началось. Утром следующего дня Кассандра, как и обещала, отдала его местным. На первый взгляд могло показаться, что ничего в итоге не изменилось, но на деле эта маленькая авантюра дала команде толчок, необходимый, чтобы двигаться дальше. После недель тишины эта мелочь стала глотком свежего воздуха. Мелочь, заполнившая наконец образовавшуюся брешь во взаимопонимании команды. Корабль должен был прибыть к вечеру. Прошло всего полмесяца — далековато до полнолуния, — но Вэриан все равно испытывал страх перед отплытием. Шум волн напоминал о той самой ночи, и алхимик мог бы поспорить — не ему одному. Когда берег уже виднелся вдали, команда заскучала по острову — стало так холодно, что пришлось укутаться в сотни накидок и все равно чувствовать пробирающую мерзлоту. Земля покрылась инеем, небо побелело, а солнце перестало греть. Казалось, что еще мгновение, и с белесого полотна сорвется первая снежинка. — Зато здесь есть люди! — ликовал Юджин, тут же подходя поболтать с незнакомцами в порту. — О да, люди, вот же радость, — Кассандра ворчливо морщила нос и укутывалась в меховую душегрейку, отделанную бордовой тканью. Ноги её укрывала длинная плотная бежевая юбка, и Вэриан подумал, что будет скучать за жарой только по одной причине. Вскоре команда купила пару лошадей и фургон. Вместе с письмом из Короны пришла также выписка на небольшую сумму. Повозка, конечно, уступала прошлой по комфорту, но после нескольких недель проживания в условиях дикой природы, все вокруг казалось чем-то невероятно удобным. Карта снова увела их в леса. Камней в городе не видать, но стоило им только выехать за его пределы, как усеянная шипами дорога пронеслась под копытами лошадей, уходя вдаль. «Мы должны убить Адиру» — пропел голос. Кассандра дернулась и едва не выронила замерзшими руками поводья. — Что еще за «мы»? — опешенно спросила фрейлина сама у себя. Голос боле не пугал её. Возникая так часто, он прижился, притерся, стал своим собственным. Кассандра не могла вспомнить дни, когда не слышала колкости и пугающие советы в голове. «Ты пообещала себе не знать слез, а сама за последний месяц наревела больше, чем за всю свою жалкую жизнь» — напоследок бросил голос. Вдруг позади послышались смех и болтовня. Хьюго и Вэриан сели рядом, тут же начиная пихаться за место поближе к Кассандре. Та же, с присущей ей усталостью, вздохнула и посадила их по обе стороны от себя. — Ведете себя как дети, — фыркнула она. Хьюго за её спиной показал Вэриану язык. — Выходит, ты наша мать? Фрейлина закатила глаза. — Еще немного и я стану вашей надзирательницей, — Кассандра весьма однозначно намекнула, что она, вообще-то, числится в гвардии, а они — разыскиваемые преступники. Парни театрально испугались. — Хорошо, мам. Никакой болтовни, — Хьюго открыто забавлялся. Тут из окна в крыше показался Юджин. Мужчина свистнул, привлекая к себе внимание. — Эй, голубки, останавливайтесь где-нибудь на поляне, перекусим. Не успела Кассандра съязвить что-нибудь на тему его ненасытности, как Фицерберт скрылся. Спустя без малого полчаса фрейлина остановила лошадей. Поляна так и не нашлась; встали у более-менее свободного от непроходимого леса места. Пока команда размеренно делила обязанности, Кассандра, заметив откровенно отлынивающего от работы Хьюго, подозвала обоих алхимиков к себе. — Пойдемте-ка за мной, — девушка махнула рукой в сторону леса и принялась мечом расчищать путь. Вскоре деревья стали реже, землю покрыли пока еще не замерзшие кустарники. — Нам стоит так далеко отходить? — флегматично ворчал Хьюго. Кассандра прыснула. — Давай, колдун, собирай свои травы, а мы с Вэрианом пойдем дальше, наберем хвороста. Хьюго, с присущей ему элегантной растрепанностью, уселся меж кустов и принялся лениво обрывать мелкие листки неприятно пахнущей травы. Кассандра ушла вперед, Вэриан поспевал следом. Когда последний проходил мимо блондина, тот поднял шишку и швырнул её прямо мальчику в затылок. — Не потеряйся, Малой, — смеялся Хьюго, уворачиваясь от ответных бросков. Кассандра издалека прикрикнула, и парни перестали дурачиться. Вскоре Вэриан догнал фрейлину. — Слушай, извини, что мы так распыляемся, я просто… — мальчик неловко теребил длинную прядь. Кассандра бросила на него короткий взгляд и отметила множество изменений. Еще в начале путешествия они точно так же шли по лесу. Каких-то полтора месяца, а Вэриан изменился до неузнаваемости: длинные волосы, все еще красный глаз, легкий загар и новая одежда. Одно неизменно — множество синяков. Почти заживший фингал, сотня царапин, ожог на тыльной стороне ладони. Тут же фрейлина подумала, что, как ни удивительно, все его нынешние увечья в большинстве своем достались ему именно от неё. Вэриан продолжал говорить, не обращая внимания на тишину со стороны собеседника. — Кстати, с помощью того зелья, о котором я тебе говорил утром, можно заставить стрелы светиться, а если такой стрелой выстрелить в кого-то, то и его тоже! Кэсси, ты слушаешь? Кассандра обнаружила, что все это время тупо пялилась на него. Девушка нахмурилась и кивнула. Её отношение к нему изменилось слишком сильно и слишком быстро. Всего полтора месяца назад фрейлина считала его жалким преступником. Но теперь она, вроде как, помолвилась с ним; Кассандра сама не до конца понимала специфику их взаимоотношений. В руках у обоих было уже достаточно ветвей, чтобы возвращаться обратно, но идти назад никто не хотел. Впереди виднелся странный просвет и, дойдя до него, пара обнаружила огромное поле с единственным стоящим деревом в центре на небольшом холме. Пара стоит у последних деревьев — эдакая граница между темнотой леса и ослепляющей ширью луга. Кассандра, привыкшая к холодной неприступности начинающейся зимы, отложила хворост на землю и сняла перчатки. В её глазах расцветало непонятное Вэриану чувство: эдакая помесь игривого огонька и стоического спокойствия. Девушка улыбнулась уголками губ. Она стояла напротив алхимика, будто собираясь завести разговор. Кассандре нравилось наблюдать за реакцией Вэриана. Как он отводит взгляд, как отчаянно пытается найти рукам место, как очаровательно краснеет. Но вдруг взор его направился за спину фрейлины, а лице вмиг исказилось ужасом. Кассандра завопила от боли, когда её по затылку дали чем-то тяжелым. Мальчик, коротко вскривнув, полез в карманы, но был тут же перехвачен. В одно мгновение их окружило по меньшей мере четыре — или все же пять? — человек. По виду Вэриан сразу сделал вывод — бандиты. Один из них грубо схватил потерявшуюся в пространстве после удара Кассандру за волосы и поволок в сторону холма. Вэриан невидящим взглядом пытался придумать: что же делать? — Что вам нужно от нас? — с толикой наивной надежды просипел Вэриан. Рослый, но довольно худощавый мужчина вел его впереди всей банды в сторону все того же холма. Одной рукой он без труда обхватил обе мальчишеских ладони у того за спиной. — Ты, щенок, если повезет, будешь шутом для нашего короля — больно уж страшный. Вэриан дрогнул. — А если нет, то попрошайничать пойдешь, — громила то и дело смеялся и похрюкивал. Недолго думая, мальчик пришел к простому выводу — деньги он будет сбывать явно не для себя. — А подружка твоя пойдет в мой бордель, — вмешался мужчина поменьше. На этой фразе глаза Вэриана с концами остекленели. Алхимик так закипел от страха, гнева и отчаяние, что почувствовал горечь на языке. Третий головорез заметил эти перемены в его лице. — Вот уж не волнуйся, щенок, шлюхи редко дохнут. А вот шуты часто. На том разговор и закончился. Вэриан на секунду радуется, что его не узнали. И это даже немного удивительно, ведь такие люди часто ищут тех, за кого полагаются большие деньги. Но, впрочем, здесь, вдали от Короны, люди могут и не знать его имени. И все это не имеет для Вэриана никакого смысла, ведь независимо от его дальнейшей судьбы, главным приоритетом оставалась безопасность Кассандры. А ту тащили за волосы, заставляя скулить от боли, и у мальчика сердце кровью обливалось от этой картины. Их останавливают только у самого дерева. Кассандру больше не держат. Она стоит на коленях, руки связаны за спиной, а взгляд направлен в пустоту. По лбу стекает мелкая дорожка крови. За ней никто не смотрит — все одно та не в состоянии даже сфокусироваться на чем-то. — У меня… У меня есть для вас предложение! — с напускной уверенностью начал Вэриан. Банда в один голос рассмеялась, создавая какофонию мерзкого чавканья. — Я… Я охотник за золотом. Недалеко отсюда у меня зарыт сундук с золотом, и я отдам вам все, если вы отпустите нас. Это была плохая ложь по меркам Вэриана, но для этих истуканов — самое то. Шайка задумчиво примолкла, и по глазам каждого алхимик мог понять, что интеллект и вес у всех них совпадает. — Да он же врет! — А если нет? На деньги с ребенка и шлюхи даже сапог не купишь! — Заткнись, мы не можем рисковать, мне семью кормить. — Да плевать всем на твою семью, дубина. Свора принялась ругаться и спорить, а Вэриан сверлил взглядом Кассандру, точно моля, чтобы она пришла в себя. — Так не пойдет, щенок. У нас есть план получше. Ты идешь с нами и уж на месте порешим, чего с тобой делать, — деловито заявил местный главарь, судя по всему. Вэриан полагал, что это и так очевидно, но виду не подал. — А что насчет неё? — Так уж и быть, пусть идет… — Вэриан облегченно выдохнул. — Но перед этим ты лично выдавишь ей глаза, чтоб она нас не сдала. Что? Парень опешенно поднял голову, посмотрел на бандита и сразу возненавидел этого на удивление рослого статного красавца. Вэриан знал таких людей, у них на лице написано — садист. Лишить её зрения они могли бы и сами, но заставлять Вэриана делать это — очевидная издевка. И, несмотря на все это, для пары это было самым лучшим раскладом. В голове зрел план. — Я согласен. Бандит развязал ему руки, толкнул к Кассандре. Вэриан опустился перед ней. — Можно хоть попрощаться? — спросил он через плечо. Мужчина фыркнул и махнул рукой. — Можете пообжиматься. Только недолго. Мальчик кивнул. Одной рукой он обхватил девичье лицо, другой — обнял за плечи и шепнул: — Кэсс… Кэсси, ты как? Сможешь? Девушка в ответ слабо кивнула: — Вроде бы… Вэриан ловко достал из-за ремня припасенный обломок лезвия, аккуратно разорвал путы и вложил фрейлине в руки орудие. Сам же сразу полез в карман. — Кончайте! Чего ты там копаешься? — вскрикнул оборванец, заметив действия Вэриана. Алхимик резко встает и швыряет склянку с цветастой жидкостью. Весь холм покрывается розовым туманом, а Вэриан, умело уклоняясь от летающих тут и там мечей, продолжает кидать бутыльки. Туман рассеивается — все бандиты обезврежены. Кто-то получил порцию кислоты в лицо, кто-то просто-напросто прилип к земле. Мальчик вздохнул полной грудью и помог Кассандре подняться. Та сильно пошатывалась, а из-за полузакрытых век скатывались редкие слезинки. — Все хорошо, — шепнул он на ухо. Вдруг раздался боевой клич. Из-за дерева выскочил тот самый красавец с садистскими наклонностями. В руках его блестел кинжал, что со стремительной скоростью несся в сторону Вэриана. Алхимик за малым успел оттолкнуть Кассандру и уклониться от удара. Вэриан тут же полез в карман и с ужасом обнаружил — козыри кончились. Острие вновь пронеслось у самой макушки. Мальчик едва успевал уворачиваться. Шнырял туда-сюда вокруг дерева, пытаясь поднять с земли меч, будто бы он мог бы помочь — сражаться Вэриан все равно не умел. Мужчина наконец догнал его. Вэриан вновь попытался перекрутиться, пролезть между рук, ускользнуть, и у него это почти получилось, как вдруг бандит схватил его за руку и прислонил ладонь к дереву. Раздался крик. Вэриан не успел понять, что произошло. Невидящим взглядом он посмотрел на свою руку. Из той в три ручья лилась кровь; её проткнули кинжалом насквозь. Пригвожденный к дереву мальчик едва ли мог шевельнуться. Каждый вздох отдавался болью. — Добегался, урод? — разъяренно орал бандит. Взгляд его безумно бегал, он улыбался, показывая черные зубы. Сразу после этого мужчина беспомощно охнул и упал. Кассандра ударила его тыльной стороной меча и тут же подбежала к Вэриану. — Отдала должок? — грустно улыбнулась она, сунула в рот мальчику свою перчатку и резким движением вытащила острие из его руки. Вэриан поморщился и замычал от боли. Они оперлись о плечи друг друга и хромая побрели в сторону лагеря. Каждый шаг тяжело давался им обоим. Кассандра, как ни старалась, все равно была готова зареветь от боли, приносимой по всей видимости рваной раной где-то на затылке. В густеющих сумерках заходящее солнце мазнуло золотой кистью по верхушкам деревьев и на миг облегчило их страдания. Хьюго по пути не встретился; видно, уже ушел. Они подошли к костру, игнорируя обескураженные восклицания команды. Сели поближе к огню, все так же держась друг за друга и просидели до самой ночи, пока Рапунцель с Хьюго вертелись вокруг, залатывая раны.