Умри за меня/живи за меня

Дьявол, дьявол, Умный дьявол, дьявол… Как быстро они продают свои души Ради удовольствия и богатства. Но дьявол не будет мной. Milck — Devil devil

The Case of the Satanists. Part 1

Erzgamma Star

      После лёгкого завтрака Сиэль наслаждался вкусом чая, по которому успел соскучиться за эту неделю, сидя за столом в малой столовой. Пред ним, покаянно склонив голову и преклонив колено, стоял дворецкий. Сам граф генерировал вокруг себя ауру недовольства и разочарования. Поскольку Себастьян догадывался о случившемся, то подробных объяснений происходящее не требовало, поэтому Фантомхайв лишь поделился своими ощущениями и тем, что видел внутри самого себя. — О, не стоит беспокоиться, господин, Ваши предположения были верны: то, что вас окружает — нити контракта и сама печать, в которой заключена вся Ваша ненависть и желание мести. Хм, возможно, оно свяжет и душу Вашей сожительницы, но только если она к нему прикоснётся. Хотя я не уверен… — протянул демон с самым невинным на свете выражением лица. — Пожалуйста, попросите её ничего не трогать. — Хорошо. С этим разобрались. — Граф, поджав губы, отставил звякнувшую о блюдце чашку в сторону, и, повысив голос, с нажимом воскликнул: — Приступим к следующему! — но продолжил уже спокойнее: — Я крайне огорчён твоей нерасторопностью, Себастьян. Ты же догадывался обо всём, так почему бездействовал? — Сиэль был очень недоволен всеми отговорками своего слуги, которые не вызывали доверия и лишь выводили мальчика из себя. — Прошу прощения, милорд, если бы я только понял с… — но дворецкий не успел закончить фразу, потому что в него был выпущен дротик. От снаряда Себастьян легко уклонился и перехватил пальцами возле самого уха, чтобы тот не вонзился в пол: — С самого начала, то успел бы прервать этот процесс, но потом, когда наконец осознал случившееся, то побоялся делать что-либо, ведь я мог навредить вам. — С самого начала? Что ты имеешь в виду? — состроив недовольную гримасу от того, что несколькими секундами ранее это бессовестное лицо уцелело, мальчик сложил руки в замок на колене и откинулся на спинку стула. — Я имею в виду, господин, что если бы я раньше понял, что происходит, то смог бы не допустить захвата Вашего тела сущностью мисс Бекметовой. Это, конечно, редчайший случай, но нечто подобное уже происходило на моей памяти, — последние слова Михаэлис протянул с явным сомнением на лице. — Однако Вы уже начали сцепляться между собой, и я не решился влезать, не зная всех нюансов. — Но ведь что-то ты знаешь об этом? — дворецкий показательно задумался и, чуть наклонив голову, опёрся подбородком о пальцы правой руки. Сиэль лишь сильнее помрачнел: дворецкий явно издевался над ним.       Послышался разочарованный вздох: — Прошу прощения, милорд, но это произошло настолько давно, что я уже и не помню деталей, — наигранно грустно проговорил демон, разведя руками. — Прошу дать мне несколько дней, я попытаюсь выяснить всё, что связанно с подобными случаями. — Один день, Себастьян. Не разочаруй меня снова, — строго приказал граф. — Как вам будет угодно, милорд, — демон с лёгкой улыбкой поклонился, — я могу идти? — и, получив кивком согласие, вышел из столовой.       За дверью послышался стук очередного дротика, вонзённого в дверь секундой после закрытия. Михаэлис устало вздохнул, ведь ему придётся заказывать новую дверцу вместо испорченной. Однако это вовсе не огорчало его, хлопот в поместье хватало всегда: одним больше, одним меньше — проблема невелика, важнее то, что все его догадки подтвердились, от чего демон с трудом сдерживал дрожь нетерпения, находясь пред очами своего господина, но сейчас, в пустоте коридора, он мог позволить этому чувству охватить его полностью, прижать руку к губам, чтобы скрыть проступающую на них безумно-дьявольскую улыбку. Со стороны казалось, будто дворецкий содрогался в приступе смеха и это было почти правдой, ведь он сдерживал себя, чтобы счастливо не захохотать от осознания сорванного куша. Пускай награду он получит не скоро, но демоны умеют ждать годами, если потребуется. И он подождёт. О, да, он с предвкушением будет ждать того момента, когда контракт наконец будет выполнен. Даже если после слияния главное желание его контрактора претерпит неминуемые изменения, сам контракт останется прежним — месть за чету Фантомхайв. Это не должно занять много времени, слияние душ — достаточно быстрый процесс в том случае, если они смогли ужиться в одном теле, а это как раз и произошло. Максимальный срок — полгода. При частом использовании связи или борьбе за первенство — и того меньше. Сами того не осознавая, они будут неминуемо двигаться друг другу навстречу, шаг за шагом, пока не столкнутся и один не поглотит другого. Это неизбежно. Это факт. Нужно лишь подождать… — Себастьян-сан, с вами всё в порядке? — Михаэлис чуть ли не до хруста сжал узкую ладошку Мейлин, схватившую его за плечо, отчего та испуганно вскрикнула и отшатнулась.       Дворецкий тут же выпустил её из плена и нацепил на лицо самое невинное выражение. Хватит ему и того, что, пребывая в сладостных мечтаниях, он не заметил подошедшую к нему горничную — этот факт неслабо ударил по его демонической гордости — и напугал ту своим резким жестом. — Да, Мейлин, все просто прекрасно, возвращайся к работе, — губы демона расплылись в лживой подбадривающей улыбке, но девушка не заметила этого, смущённо потупившись и поспешив в прачечную с кипой белого постельного белья.       Себастьян — один из сильнейших демонов Преисподней. Не Ангел, падший с Люцифером, но и не менее древнее создание — один из первых демонов, созданных Сатаной. И, конечно же, он отчётливо помнил тот день, когда появился первый человек, который смог ужиться с неупокоенным призраком, — так, будто это произошло вчера. Это событие всколыхнуло тогда не только Ад, но и Рай, ведь то был просчёт жнецов — чья-то упущенная душа. Сам Ангел Господень по такому случаю спустился с небес, однако разделить этот симбиоз было уже невозможно без летального исхода, да и сами души успел связать контрактом один ушлый демон, автоматически выводя их из-под юрисдикции небес. Не прошло и недели, как этот же демон (далеко не сильнейший по их меркам, но чрезвычайно хитрый) поглотил их, подняв свою силу до недоступных ему при обычной эволюции высот, перейдя из обычных в разряд Архи. Сильнее, чем Себастьян сейчас. Сильнее, чем он мог бы стать, потому что Михаэлис уже достиг своего потолка. Это ранило его самолюбие сильнее, чем подчинение шести Ангелам и Создателю! *       Чашка, которую Себастьян насухо вытирал белым полотенцем, в руках дворецкого раскрошилась, отчего тот поморщился и глубоко вздохнул, успокаивая разгоревшуюся в груди ненависть, и принялся убирать осколки.       Это хитрый трус и возгордившийся отброс ещё получит своё, когда Данталион* эволюционирует. Сейчас он второй после этого по силе среди обращённых в демонов, оттого его сила после поглощения души его господина и девушки взлетит буквально до небес. Ни один падший ангел больше не будет властен над ним. А там… кто знает, может, и Создатель не так идеален, как все говорят?       «Данталион — правитель Преисподней, хех, — дворецкий жёстко усмехнулся, — ещё ни один демон не смел даже мечтать о подобном… не имея весомого козыря в рукаве».       Именно поэтому Себастьян просил отсрочку, правда, получил меньшую, чем рассчитывал: у него оставался лишь один день, за это время связь не укрепится. Впрочем, никто ведь не помешает ему соврать. И даже если Фантомхайв прикажет ему говорить правду, он ответит, конечно же, предельно честно, что процесс необратим. Ведь Сиэлю неоткуда узнать, что он будет необратим лишь через несколько месяцев?       Михаэлис плотоядно улыбнулся и провёл языком по губам. Эта проскользнувшая в разум его господина крыса принесла ему большой куш на блюдечке и пришлась как нельзя кстати.

***

— Это трусливое бегство! — Кхм, нет, это тактическое отступление, — пробормотал Сиэль и, кажется, ещё сильнее слился с темнотой нашего общего подсознания. — О, неужели наш сиятельный граф не может справиться даже с собственной невестой? — иронично поинтересовалась я, крепко сжимая новенькую, только из магазина, трость в руке, борясь с желанием также позорно слиться, оставив тело валяться без контроля, ибо Лиззи… такая Лиззи! — Не боишься оставлять меня с ней? Я ведь могу раскрыться. — Хм, прошёл уже месяц, ты узнала достаточно, чтобы не упасть в грязь лицом, на незначительные ошибки она и внимания не обратит, просто придерживайся образа и не молчи, в конце концов! — Да ты чёртов джентльмен, Фантомхайв!       Собрав всё своё мужество в кулак, я невозмутимо «вернулась» в реальность и обняла накинувшуюся на нас с удушающими объятиями девчушку в ответ. Несмотря на то, что многим она не нравится или не нравилась до того зомби-круиза, я с самого начала считала её единственным лучиком солнца в жизни графа. Посудите сами: из милого, доброго мальчика Сиэль вдруг становится гордой и холодной колючкой, кого это не встревожит? Элизабет лишь боялась, что Фантомхайв закроется от всех насовсем, потому и проводила Лизотерапию время от времени, встряхивая застоявшееся болото: поместье и самого графа. Я считаю, что если бы не она, то Сиэль и вовсе растерял бы оставшиеся в нём крохи человеколюбия и доброты. Потому приезда Мидфорд я ждала с нетерпением — чувствовала: мы подружимся. — Кья-а! Я так скуча-ала-а! — ещё бы она не бултыхала меня во все стороны… Воздуха мне… — Мисс Элизабет? — послышался сбоку спасший меня от мучительной смерти голос дворецкого. — Ой, Себастьян, добрый день! — девочка выпустила меня из пленительных объятий и присела в грациозном реверансе перед дворецким. — Благодарю, что почтили нас сегодня своим присутствием, — демон склонился в ответ, и… мне показалось, или он злорадно сверкнул в нашу сторону глазами? — А у меня и для тебя есть подарок! — Э…? — о, а как занервничал-то, как занервничал! Ах, мы с Сиэлем просто наслаждались его выражением лица, стоя на безопасном расстоянии: всё же я такой чепчик себе не хочу… — Вот так! Ня-я, как ми-и-ило! Ты всегда в чёрном, вот я и решила, что надо добавить цвета! — девушка с наисчастливейшим выражением лица прижала руки к груди, чуть крутанувшись на пятках. — Пф… — Не ржать, не ржать, нержатьнератьнержать….       «Пх-хаха-ха!» — Сиэль, пока никто его не видит, во всю хохочет (кто там говорил, что он не умеет смеяться? Враки-враки!), а я, распаляемая его задорным смехом, старалась держаться стойко, словно оловянный солдатик… но я ведь не железная! — Пф-ф, бха-ха-хаха-ха! Аха-хаха! — я не смогла сдержаться и согнулась, шлёпая по коленке и обхватив живот руками. Нет, ну это просто невозможно! Его лицо — бешеная смесь негодования, шока и смирения. Как унизить демона, способ первый: наденьте ему розовый чепчик. Но будьте осторожны: если вы не Элизабет Мидфорд, то данное мероприятие может закончиться для вас летальным исходом!       В тот момент даже многообещающий зырк Себастьяна не мог меня остановить.       Лиззи, приведённая в восторг тем, что смогла рассмешить Фантомхайва, ещё какое-то время щебетала, таская меня по разным комнатам и показывая, как и где она что украсила: «Смотри-смотри, какой ми-и-илый бальный зал! А поскольку я так постаралась всё это украсить, то давай устроим сегодня бал! Ах, я буду танцевать со своим женихом! Надень костюм, который я купила для тебя, в нём ты точно будешь ми-ил! Ах, Сиэль в костюме, который я ему подобрала будет танцевать со мной… Мечта! Я должна выглядеть безупречно!» — а потом вприпрыжку убежала переодеваться в праздничное платье, утащив с собой Мэйлин.       С облегчением вздохнули все, а Бард и вовсе помахал им вслед белым платочком.       Как бы я ни любила Элизабет, но вечная болтовня и фонтанирующие эмоции утомили даже меня, поэтому небольшая передышка за чашечкой чая пришлась как нельзя кстати. — У тебя просто чудесная невеста, Сиэль. Такая милая девочка. — Это сарказм? — Ха-хах, ну что ты, совсем нет, она замечательная, и красавица к тому же, тебе с ней повезло. Только не бросай меня больше одну, ладно? Я чувствую себя так, будто побывала в пасти аллигатора… — Хех, я просто хотел, чтобы Вы познакомились поближе, она же пришлась тебе по душе, разве нет? — он иронично рассмеялся, явно довольный своей подставой.       У-у, жук! Но губы всё равно растянулись в счастливой улыбке. Я действительно была рада видеть Элизабет — живую, яркую и неугомонную, особенно в свете последних событий. Проблема была не только в нашей связи, что крепчала день ото дня, но и в произошедшим в этот месяц событии, которое сгладило мой вечно непримиримый к насилию характер. — О, кстати, Себастьян, свяжись с тётушкой Френсис, я уверен, что Лиззи вновь сбежала от своей служанки*. — Да, милорд.       На следующий день после смерти Дэмиана мы с графом… знатно посрались, тьфу-тьфу, если он услышит от меня подобные словечки… И я повела себя совсем не как взрослый в нашем дуэте. Я была возмущена, обижена и разбита, не разговаривая с Сиэлем целую неделю! Впрочем, он, по-моему, был даже рад долгожданной тишине. И я же потом перед ним извинялась, понимая, что мальчишка на контакт первым точно не пойдёт. «Ты ведь не думаешь, что это доставляет мне удовольствие? Такова моя, Цепного Пса королевы, работа. От этого никуда не деться, просто смирись: со мной ты увидишь ещё множество смертей. Мне жаль».       Я чувствовала, что толика сочувствия в его голосе была искренней, но ответить ему мне было нечего — разговор в тот день завял сам собой, а я тяжело вздыхала, действительно пытаясь смириться с тем, что ждало меня на протяжении всей оставшейся жизни. Смерть была мне противна, но она преследовала Фантомхайва по пятам, потому мне оставалось только заткнуться и взять волю в кулак. Оставлять ребёнка одного в этом дерьме? Как бы не так! Только через мой труп! Пускай у меня нет своего тела, да и сама я, вроде как умерла… Но не будем о грустном. В тот день я твёрдо решила поддерживать его во всём — что бы ни случилось и что бы тот ни натворил, — потому что видела: ему было очень тяжело от очередного надгробия на кладбище за спиной.       В тот день я решила, что стану ему опорой, той самой тростью, которую он везде за собой таскает. Ведь кто, если не я? Себастьян? Он первым столкнёт его со скалы. Слуги? Как бы граф ни был радушен с ними, они лишь прислуга и никогда не будут браться в расчёт. Элизабет? О, нет, её он точно в это не втянет, даже наоборот — постарается оградить от возможной опасности. И в итоге он остаётся один — король на шахматном поле, чей ход всего лишь одна клетка. Но может быть так, что Сиэль столкнётся с сильным противником, который сможет провести свою пешку через всё поле и сделать её ферзём, когда Фантомхайв будет наиболее уязвим. Кто поможет ему в тот момент? Демон — королева — не всегда может быть рядом. Вот тут-то я и пригожусь. Тень короля… Если говорить о предназначении, то это ли ни оно? Ведь не могла же я попасть сюда просто так? И если это причина моего здесь пребывания, то какова же цель и кому это выгодно? Ох-х, прошло чуть больше месяца с моего попадания, вопросы копятся, а ответов на них всё нет! Не верить же тому, что сказал этот прохиндей-Себастьян? Блудная душа, тоже мне! Будь я из этого мира, даже если бы из будущего или прошлого, то точно бы поверила. Но я изначально-то нездешняя, о чём уж никак не мог знать Михаэлис. И я даже не знаю, хорошо это или плохо? Он говорил, что знаком со случаем, подобным нашему, значит, и о других мирах может что-то знать? В таком случае, если и говорить с ним, то только тогда, когда заснёт граф, я бы не хотела, чтобы он начал задавать неудобные вопросы, потому что раскрывать его будущее я не намерена, иначе своими действиями он похерит все мои планы. Канон в таком случае может повернуть в гораздо более худшую сторону, чем если его буду контролировать только я. Моё вмешательство пока минимально, и это затишье меня устраивает, но спасение Даллес станет той самой отправной точкой, когда известная мне история начнёт разрушаться. Что ж, похоже мне пригодятся все мои знания и хитрость, чтобы не отстать от Фантомхайва в будущем, ведь изменить канон — это всё равно что сдвинуть русло реки в одиночку, имея при себе лишь лопату. — Что за мрачные мысли витают в твоей голове? О чём ты думаешь? — полюбопытствовал мальчик. — М-м? — видимо, я слишком сильно задумалась, пропустив тяжёлые эмоции в «эфир». — А! Я думаю о том, что ты совсем не умеешь танцевать. Ну надо же, какой стыд, граф, — довольно протянула я, вспомнив этот забавный факт, ведь в самом начале он действительно не умел танцевать. — Угх. Откуда ты…?! А, забудь, — чертыхнувшись вслух, Сиэль тяжело вздохнул и угрюмо уставился в чашку с чаем. Кажется, он был немного смущён.       Тот побег тактическое отступление было мимолётной слабостью. Граф просто был не готов к внезапным обнимашкам, потому, когда Лиззи налетела на нас, в панике отшатнулся — и не только телом, но и душой, — выпихнув меня на своё место. А сейчас вновь вернулся, морально готовый к капризам невесты, которые определённо последуют. Хех, какой он всё-таки ещё мальчишка! Все они терпеть не могут нежности в этом возрасте и лет так до пятнадцати точно. Помню, мой брат… Впрочем, не важно. — … Поэтому просто скажу ей, что у меня скопилось много дел на этой неделе. Ты слушаешь меня вообще? — М? А, да, конечно, и я в корне не согласна! Она же твоя невеста, вы и так видитесь не часто, удели уж ей минутку своего королевского внимания, — я насмешливо подтрунивала над ним и его… О, Боже! Смущением! — Да ты стесняешься её! — Неправда! — он тут же вскинулся, воскликнув вслух, но моментально стушевался, вспомнив, что в последнее время мы легко читаем эмоции друг друга. — О-о, подумать то-олько, наш сиятельный граф стесняется собст… — Я не стесняюсь! Я просто… — Фантомхайв явно и слушать не хотел о своих слабостях, хех. — Да-да, ты просто стесняешься, я поняла, можешь не объяснять! — перебила я подростка в ответ. Если я не сделаю этого сейчас, он точно вывернет всё наизнанку, а я в итоге останусь в дураках! Этот хитрый мальчишка каждый наш спор так делает! — Неделю тебе воли не видать, — протянул Сиэль, явно довольный своей властью надо мной. — Ч-чего? Это беспредел! Тиран! Самодур! — отомстил так отомстил! — И просто Сиэль Фантомхайв, сиятельный граф, Цепной Пёс, миллионер… — парень приосанился, одёрнул воротничок и горделиво выпятил грудь. — Пф, филантроп*, — забыв про вспыхнувшую обиду, я уже хохотала вовсю, проводя параллель между небезызвестным персонажем Марвел. — Не без это, — Сиэль театрально махнул рукой, ещё выше вздёрнув подбородок, но не выдержал и широко улыбнулся, откинувшись на спинку кресла. Себастьян, следящий за нами, лишь вздёрнул бровь, привыкнув за этот месяц к неожиданным сменам настроения, беспричинным движениям и разговорам графа «с самим собой». — Ух, граф Фантомхайв и шутки: кому скажу — не поверят! Совсем испортился, а таким хорошим был мальчиком, — притворно причитала я, счастливая от осознания того, что парень всё меньше похож на взрослого в теле ребёнка — это всё же моя прерогатива. — Ты плохо влияешь на меня, — последовал незамедлительный ответ. — Ха, слышали? Я плохо на него влияю. Клевета!        Весь этот месяц был плодотворным: Сиэль почти достроил новый завод в Бруклине, открыл ещё одну кондитерскую, пожертвовал некоторые средства в несколько благотворительных фондов, побывал на паре приёмов, принимал собрание акционеров корпорации «Фантом» в своём поместье и немного сдружился со мной. В целом мы чувствовали себя просто прекрасно, легко уживаясь вместе (мне даже разрешили гулять!), если не считать некоторых… неприятных моментов, без которых всё-таки не обходится ни одна жизнь. Всё ведь не может быть радужно, верно? И я вам, пожалуй, об этом расскажу.

***

      В комнате царила напряжённая атмосфера: на столе стояли нетронутые чашки чая, Сиэль сидел, подперев голову, напротив него — Артур Рэндалл и неизвестный мне ранее мужчина, представившийся как Джейме Лофтрод — тот, кто ведёт дело о сатанистах. — И Вы хотите, чтобы я помог вам? — с напускным равнодушием поинтересовался Фантомхайв, рассматривая ногти на левой руке. Весь его вид выражал пренебрежение и скуку, а сознание горело самодовольством. — Да, — сквозь зубы процедил комиссар, — если бы мы могли справиться своими силами, то не стали бы беспокоить вас, граф. — Мужчина тяжело вздохнул и устало прикрыл глаза: — Мы бьёмся над этим делом уже полгода и всё без толку! Определённо, их покрывает кто-то сверху, но у нас нет ни улик, ни зацепок — ничего!       Они пришли рано утром, почти нарушив все писаные и неписаные правила приличия, как раз через пару минут после завтрака. Такие люди, как комиссар и офицер полиции, просто так по утрам в гости не ходят, поэтому Сиэль, долго не раздумывая, пригласил их в кабинет, велев Себастьяну принести по чашечке чая.       Мы оба ожидали просьб о помощи: я — с волнением (эй, это не по сценарию! Откуда они, чёрт возьми, взялись?), Фантомхайв — с предвкушением: всё-таки, зачем им ещё приходить, если не по делу? И были правы, но, если честно, я бы и вовсе не желала их видеть в это чудесное утро (мы только помирились, дела пошли в гору, а они приходят к нам с такими плохими вестями! Где совесть у этих людей?), потому что рассказанное ими на минутку повергло в шок графа и минут на десять меня.       Как оказалось, в Лондоне в конце апреля они устроили облаву на группу сатанистов, которую до этого выслеживали около двух месяцев. Троих последователей Люцифера повязали, молодую девушку, жертву ритуала, спасти, увы, не удалось — та скончалась буквально у них на руках от обильного кровотечения из множественных ножевых ранений в брюшной полости. Казалось бы, вот оно, всё, справедливость восторжествовала, люди снова могут спать спокойно, но не прошло и двух недель, как нашли очередную изуродованную жертву с вырезанным на спине знаком сатаны. Недавно пойманную тройку допросили, но ничего дельного от них так и не узнали, кроме: «Он идёт! Он идёт! Наш господин прибудет в полночь! Двенадцать! Двенадцать! Он закончит дело!» Одним словом — бред. Жертв находили ещё и ещё: по две в месяц. Все тела были зверски изувечены и распяты на крестах, которые устанавливали глубокой ночью, чтобы не было свидетелей, преимущественно на площадях и в местах большого скопления людей. Их, конечно, старались убирать до того, как встанет солнце, но удавалось это не всегда, поэтому в городе назревала паника. Скотланд-Ярд скрипел зубами в бессильной злобе, начальство — в бешенстве. Единственное, что ещё спасало их от увольнения — королева оставалась в неведении. — Мы пришли к выводу, что двенадцать — общее число необходимых им жертв, — в разговор вступил Лофтрод. — Осталось всего двое. Следующая жертва будет найдена через десять-двенадцать дней. Если всё так пойдёт и дальше, преступники останутся безнаказанными, а мы их так и не сможем отыскать! Вы обязаны помочь нам, граф. Рано или поздно, но Её Величество узнает об этом и отдаст Вам приказ, только когда это случится? К тому моменту ритуал будет уже завершён, где Вы станете их искать? Люди умирают в муках, граф! — мужчина взбудораженно вскочил с кресла, сам он весь трясся от ярости. По его сурово поджатым губам и нахмуренным бровям было видно, что он сделает всё возможное, чтобы раскрыть дело. Даже если ему придётся переступить через свою гордость и просить о помощи. И кого! Зелёного юнца! — Мы ведь возьмёмся? Сиэль? — мой голос дрожал из-за с трудом сдерживаемых слёз. Подобные зверства болезненно сковали сердце, а пылкий офицер с непоколебимой решимостью на лице заразил праведным гневом. — Конечно, я не оставлю подобного без внимания. Никто не смеет нарушать закон на моей территории, — Фантомхайв ответил вслух всем присутствующим не сразу, холодно, сжав руками подлокотники кресла. Эта история всколыхнула в памяти его самый страшный ночной кошмар — как он сам, будучи совсем мальчишкой, лежал, пристёгнутый цепями, на алтаре в кругу пентаграммы. — Это дело полностью переходит под мой контроль, передайте все имеющиеся у вас материалы моему дворецкому, — мальчик мотнул головой вбок, где из-за его правого плеча сделал несколько шагов вперёд демон. — Арестанты ещё живы? — он дождался согласного кивка комиссара. — Отлично, подождите с ними пока, я желаю сам допросить их. А теперь можете быть свободны, я свяжусь с вами позже, — сказав это, Сиэль откинулся на спинку кресла, прикрыв глаза. В ответ, чуть поднапрягшись, я пустила по его телу волну тёплой энергии в знак поддержки. Мы оба понимали, что Фантомхайву нужно немного времени, чтобы вернуть спокойствие душе.       Лофтрод и Рэндалл лишь скрипели зубами на столь явное пренебрежение, но с самого начала прекрасно знали, к какому человеку они обращались за помощью, и были готовы к тому, что от дела их отстранят, пускай и не ожидали, что настолько резко.       Спустя полчаса после ухода полиции граф приказал дворецкому принести в кабинет стенд с картой Лондона и отметить на нём точки, в которых были найдены тела убитых. После тщательного изучения оставленных документов и приложенных к ним (какая мерзость!) фотографий, мы втроём стояли перед картой, усиленно размышляя: кто мог бы быть причастен к подобным зверствам, где могли совершаться убийства и где оставят следующий труп? — Позволите высказаться, милорд? — начал слуга и, дождавшись кивка, продолжил: — Если это организованная группировка, то, как и сказал лорд Рэндалл, во главе стоит кто-то состоятельный. Вы знаете всех аристократов Лондона, есть ли у вас подозрения, господин? — Да, — задумчиво протянул мальчик, сложив руки на груди, — Каролина Авеньичи, Адриан де Бург и Генри Кавендиш — этих проверь в первую очередь, остальных позже. — Вы хотите проверить кого-то ещё? — Всех. — Сиэль мельком бросил взгляд на Себастьяна. — Где они были на момент нахождения убитых и днём ранее; перерой всю их корреспонденцию; проверь, с кем они имели дела за последние полгода и не появлялись ли в бедных районах. — Всех аристократов Лондона? — уточнил дворецкий. — Даже Мидфордов? — Абсолютно. Живущих в городе и за его чертой; тех, кто был на момент убийств в Лондоне и тех, кто не был. — Как прикажете, милорд, — демон склонился в поклоне и буквально… растворился в воздухе! Ну ничего себе! Сколько здесь живу, но до сих пор не могу привыкнуть к этим его штучкам! — А почему именно они? — Эти люди имеют психические отклонения. Пускай они лечились в психиатрических больницах и признаны вменяемыми, но вполне возможен рецидив. — Оу, вот как…       Пошло уже минут двадцать после ухода дворецкого, но Сиэль всё так же стоял у карты, заложив руки за спину. Не знаю, о чём думал он, но я всё никак не могла зацепиться за какую-то явно важную мысль и, когда уже было отчаялась и хотела бросить это гиблое дело, меня вдруг осенило: — Сиэль, я поняла! — Что? — в противовес моему звонкому, голос графа звучал глухо и задумчиво. — Позволь выйти на минутку, я покажу.       Если после того инцидента, произошедшего неделю назад, он согласится — это будет прорывом в наших отношениях, жестом доверия. Я прекрасно понимала, почему граф не торопится с ответом и не желает снова выпускать меня на волю: даже если мы помирились вчера, напряжение между нами всё ещё витало.       Фантомхайв, поколебавшись немного, глубоко вздохнул и кивнул в знак согласия.       Тело, ненадолго покинутое, чуть пошатнулось, но когда наши глаза вновь открылись, у руля была уже я и, быстро восстановив равновесие, долго ждать не стала — кинулась к столу за карандашом, а потом обратно к карте, соединяя точки между собой чуть кривоватыми из-за волнения линиями. — Вот! Вот, видишь? Ты не заметил сразу, потому что точки располагаются вразброс, но, если соедини-ить… вот! — я довела последнюю линию и отскочила за стол, открывая более широкий обзор. — Видишь? — с надеждой переспросила я. — Точно, это же…! — Ага, додекаграмма*. Она самая, — я довольно упёрла руки в бока. — Правда, она довольно необычная: один луч через один больше, другой меньше, но это, наверное, от расположения людных мест зависит, да и не закончена, двух лучей не хватает. Но эта она, — кивнув в подтверждение своим мыслям, я вернулась к карте и уставилась на тот район города, где должны были образоваться новые лучи. — Ох, и что же будет следующим?  — Меняемся, — резко приказал мне мальчик, чуть помолчав, а вернувшись, тут же принялся чертить.       Он прекрасно знал этот город, в отличие от меня, а потому сразу отметил две недостающие точки, соединив их с остальными. — Пересечение линий — сердце, видимо, там их убежище, но… в таком случае, разве жертв не должно быть тринадцать? — Двенадцать точек — двенадцать жертв, а тринадцатая для завершения ритуала, да? — Именно, но арестованные сектанты не знают об этом, они лишь инструменты для достижения цели, над ними есть кто-то очень влиятельный. Не удивлюсь, если каждый раз эти «подарочки» оставлял кто-то новый, что-то вроде оказанной чести самым ярым приверженцам культа, — Сиэль кивнул и в задумчивости уставился в середину, которая указывала на Royal Docks в восточном Лондоне, совсем недалеко от центра города. — Королевские доки… Чего они хотят этим добиться? Дело рук конкурентов? Месть Фицкларенсу? — А кто это? — живо поинтересовалась я, но Фантомхайв всё продолжал бормотать что-то, поглаживая подбородок пальцами, — Сиэль? — М? — отозвался парень и, тяжело вздохнув, принялся объяснять: — Дело в том, что доками управляет несколько конкурирующих компаний. Я знаю этих людей, и дела они ведут достаточно жёстко. Не удивлюсь, если Эдвард кому-то из них серьёзно насолил — середина додекаграммы как раз указывает на подвластные ему территории. — Хочешь сказать, что все эти зверства ради того, чтобы кого-то запугать?! — Я была до глубины души возмущена его умозаключением. Все эти жертвы ради мести? Какое чудовище на это способно?! — Запугать? Не-ет, скорее подставить. Любой дурак, отметив точки на карте, даже если не будет знать будущие места, в которых найдут тела, сможет понять, где проведут финальный ритуал. Если бы Скотланд-Ярд пораскинул мозгами, то нагрянул бы в эти доки с проверкой, и, конечно же, они бы нашли там и алтарь, и сатанинские знаки, и кровь. После этих неоспоримых доказательств Фицкларенса повязали бы и без лишних проволочек казнили, а его компанию поглотили бы конкуренты. — Какой ужас! Разве так можно?! Сделать всё это ради простой наживы?! — Я пребывала в смятении и просто не могла поверить, что человек, не страдающий какими-либо психическими отклонениями, способен провернуть настолько грязную операцию лишь для того, что бы на ком-то нажиться. — Это лишь теория, у нас нет доказательств. Дождёмся Себастьяна с отчётом, а там — посмотрим.       Граф ещё долго раздумывал над этим делом, строя и опровергая теории, пока его размышления не прервала появившаяся на столе словно из ниоткуда папка, на которой лежала маленькая записочка: «Дорогой господин, Вся интересующая вас информация находится в этой папке, а я приступаю к следующему Вашему заданию. К моему большому сожалению, я потрачу на это больше времени, чем рассчитывал, поэтому не смогу подать вам обед лично, но не тревож… »       Не дочитав до конца, Фантомхайв откинул бумажку в сторону и раскрыл достаточно пухлую папку, углубившись в изучение. Даже думать не хочу, какой по размерам будет следующая.

***

      Время уже приближалось к пяти часам, когда Себастьян наконец почтил нас своим присутствием, грациозно выплыв из-за кресла. — Господин, я закончил.       «Тьфу ты, чёрт!» — я не удержалась от испуганного восклицания, которое наверняка было готово сорваться с языка вздрогнувшего графа. — Докладывай, — мальчик незаметно перевёл дух и устроился в кресле поудобнее. — Как Вы и приказывали, милорд, я проверил оставшихся аристократов Лондона, и вот что мне удалось узнать: все из рода Тосни имеют абсолютное алиби, потому что последние шесть месяцев для них были достаточно насыщенными. И в день совершения преступлений, и днём ранее они находились в постоянных разъездах: на балах и приёмах — или же принимали гостей сами, как и несколько остальных семейств, с которыми они общались большую часть времени: Маршалы, Мидфорды, Монтгомери, Говарды, Блаунты, Сомерсетты и Стенхоулы. Я проверил всю их корреспонденцию и… — Хватит, — внезапно оборвал его граф, — мне не нужно всё это, отвечай коротко и по делу: кто мог быть причастен? — Хм, в таком случае, — дворецкий на секунду задумался, — Абсалон Грей, Ричард Клэр, Брендон Биго, Эдвард Фицкларенс и Фабрис Жиффар. — Как я и думал, — Сиэль утвердительно кивнул головой своим мыслям. — Ну хоть кто-нибудь объяснит мне — почему?! — Демон и граф продолжительное время молчали, а я, хоть убей, не могла понять, почему подозрения пали именно на этих людей, среди которых я знала только Эдварда. — Ох, ладно, слушай. И ты, Себатьян, тоже… — Парень быстро пересказал дворецкому свою теорию, а потом принялся пояснять мне: — Клэр, Биго и Жиффар — главные конкуренты Фицкларенса. — А-а, теперь ясно. Но кто тогда этот Абсалон? — Его племянник. Не больше года назад в лондонской квартире его дяди случился пожар, в котором погибли жена и два сына маркиза Грея. Первое время мужчина был убит горем и только полгода назад начал выходить в свет. Также его часто замечали гуляющим в бедных районах города, тогда как все жертвы как раз и были из низшего сословия. Грей по сей день ненавидит Фицкларенса и считает, что в их смерти виновны его конкуренты, которые хотели убить самого Эдварда и устроили поджог, только его в тот день на квартире не оказалось, появились внезапные дела и буквально за полчаса до трагедии тот уехал в компанию. Выглядит это всё крайне подозрительно, так что вполне возможно, что он действительно виновен — знал обо всём, но никому не сказал. — Это звучит просто ужасно, мне очень жаль Грея. Если всё так, как ты говоришь, то я бы, наверное, тоже очень хотела отомстить… И всё же, почему сам маркиз в подозреваемых? — я всё продолжала задавать очевидные вопросы, чтобы разобраться в ходе мыслей графа, — разве это не глупо — подставлять самого себя, если, как ты говоришь, любой дурак бы догадался соединить точки? — Нельзя исключать возможность его сумасшествия или недальновидности. Он мог не ожидать того, что кто-то догадается, потому что считал себя умнее остальных, или же вовсе быть помешанным сатанистом, которого не волнуют эти мелкие детали. — Мальчик замолчал, что-то обдумывая, а потом хмыкнул: — Хм, если это так… Скажи-ка мне честно, Себастьян, эти жертвоприношения… Можно ли этим ритуалом призвать демона? — и испытующе уставился на дворецкого, безучастно разглядывавшего карту. И что-то было в его глазах такое, с чем бы я не желала сталкиваться. Презрение? Ненависть? Страх? — Думаете, что убийца преследует бóльшую цель, чем месть? — мужчина чуть поджал губы и исподлобья уставился на нас. — Вы правы, господин, этим ритуалом можно призвать демона, но совсем не простого, — от низкого голоса слуги даже по мне пробежали мурашки. Сам он, словно хищник, неспешно подошёл к столу и навис над нами: — Убийца собирается призвать Архидемона. — Что?! — Что?! — наши восклицания слились в один голос. — Он сумасшедший?! — граф пробормотал это скорее для себя. — Очень даже, милорд, но безумие не мешает ему мыслить здраво. — Мыслить здраво?! Да он потёк крышей! Призвать Архидемона в мир! Он же от Лондона камня на камне не оставит! — я ударилась в панику и не без причины: Архидемон — это же сильнейший после Сатаны, или как там было? Этот самоубийца думает, что сможет его удержать?! И я даже не говорю о «подчинить»! — Что это значит? — Фантомхайв нахмурился, нервно отстукивая по столу. — Подумайте сами, если взять в качестве предполагаемого убийцы хотя бы маркиза Грея, который, по моему мнению, больше всех подходит на эту роль, то каковы его мотивы? Зачем он идёт на столь большие риски? Я думаю, что — кроме мести — он хочет воскресить свою семью. Иначе зачем призывать Архидемона, ведь достаточно и обычного? Однако на воскрешение способен только Бог, но маркиз Грей этого, видимо, не знает. — Хм, — Сиэль задумался, — то есть, он подставит своего дядю, якобы все эти убийства совершал он, а после завершения ритуала продаст душу за воскрешение своей семьи? Как глупо, факт их смерти известен всем, как он собирается их легализовать? Но даже если и так, то как ему поможет демон, если он не может воскрешать? — Вы, люди, считаете нас всесильными. Считаете, что мы можем исполнить любое Ваше желание, но это далеко не так: мы не можем обернуть время вспять — ни высший демон, ни Сатана. Однако мы можем обмануть вас, обвести вокруг пальца, используя големов. — Что это? — граф недоумённо нахмурился. — Наши слуги, искусственно созданные высшими демонами существа без лица и личности, достаточно лишь придать им нужный облик и отдать приказ, тогда ни один человек не признает в нём фальшивку. — Хм-м, и маркиз об этом, конечно же, не догадывается. Но разве этот демон откликнется на зов обычного человека? — О, да, он давно мечтает посетить землю, но дело в том, что без круга призыва, который, как все думали, был утерян, это невозможно, потому что его сила слишком велика для мира людей. — И как тогда он о нём узнал? — скептически поинтересовался граф. — Послал своих подручных, конечно же, — Себастьян выпрямился и миленько улыбнулся. — Низшие и обычные демоны, вроде меня, без проблем могут посещать Ваш мир. А остальное лишь дело времени — найти слабого человека и внушить ему мысль, что это его инициатива. — Но почему сейчас? — я в недоумении пожевала губу — этот вопрос сильно беспокоил меня. Всё это точно неспроста: моё здесь появление и эти сатанисты, которые вылезли словно из ниоткуда. Их ведь не было в каноне! — Что ему здесь нужно? — Я не уверен, но, думаю, он собрал достаточно войск, чтобы развязать войну, — дворецкий поморщился и пробормотал что-то похожее на «алчный идиот». Э? Мне же не послышалось? — Ваал* очень горделив и самовлюблён, как и все демоны, потому давно мечтал подчинить себе Ваш мир и вынудить Ангелов спуститься с небес на землю, вступив в противостояние. — Один высший демон, пускай и с армией, думает победить небесный легион? — граф насмешливо хмыкнул. — Вы правы, это очень глупо, но не заблуждайтесь на его счёт, он очень хитёр. Я уверен, что у него есть хорошо продуманный далекоидущий план. — Дворецкий немного помолчал, задумавшись, а потом неожиданно сказал: — Это лишь отвлекающий манёвр, полноценная военная кампания начнётся намного позже, и, боюсь, что он не единственный высший, который собирается пробраться в мир людей. — Но разве приход настолько могущественной сущности не привлечёт Ангелов? Разве они не спустятся в критический момент, чтобы недопустить его призыва? — К моему счастью, господин, небесное воинство не спускалось на землю со времён Иисуса, им нет дела до смертных. Однако геноцида человечества, который обязательно произойдёт, если Ваал вступит на подлунные земли, они не пропустят точно, — дворецкий лукаво усмехнулся. Кажется, мысли о предстоящей войне немного забавляли его. — Если всё так, как ты говоришь, то это очень скверные новости. Ты сможешь сразится с ним, если мы провалимся? — граф говорил серьёзно, проникновенно смотря в глаза своего слуги. — Разве Вы не сможете остановить их раньше, милорд? — Себастьян больше не улыбался, он также был серьёзен и, кажется, немного напуган, чего уж я точно не ожидала от от такого, как Михаэлис. — Никогда нельзя исключать возможности худшего исхода событий. — Если Вы прикажете, я сделаю это. — Ты сможешь сразиться с ним? — с нажимом повторил Сиэль. Дворецкий молчал.       Тикали настенные часы, комната постепенно погружалась в вечерние сумерки, все мы были напряжены и, казалось, даже воздух загустел и с трудом протискивался в лёгкие. Лицо демона словно омертвело, лишилось последней капли крови. Не то чтобы он отличался румяностью, но теперь Михаэлис больше был похож на застывшую восковую статую. — Я умру, — его резкие слова, больше похожие на шепот, с трудом прорезали тишину. — Ты даже не сможешь его задержать? — Сиэль вытянулся в кресле и поджал дрогнувшие губы. — Не на долго, — бросил дворецкий, — но Вы же понимаете, что моя жизнь для меня важнее. Каким бы не было наказание за невыполнение контракта, оно не смерть. И если так случиться, что Ваала призовут в мир людей, я вам буду не помощник. Единственное, что я могу — спрятать вас в безопасном месте, в противном же случае… на мою поддержку Вы можете не рассчитывать, — к концу речи его интонация стала жёстче, а слова хлестали словно плети. Я чувствовала, что, как бы Сиэль не опасался Себасятьяна, он всё равно был расстроен его ответом, пускай и не дал ни одной эмоции проскочить на своём лице.       Взгляд демона, который, кажется, прекрасно разобрал чувства мальчика по глазам, на удивление, стал чуть сожалеющим. Видимо, за всё это время он тоже немного привязался к Фантомхайву, и не только как к еде. — Я понял тебя… — пробормотал граф, вертя перо в руках. — Что ж, для начала, будем работать с тем, что есть, а именно: нельзя сбрасывать со счетов конкурентов Фицкларенса, проверь их дополнительно, исходя из новых предположений. Как бы там оно ни было, нам нужно остановить это. Постарайся закончить побыстрее, я хочу навестить этого Абсалона Грея в ближайшее время — он подозреваемый номер один. — Мальчик быстро взял себя в руки и принялся отдавать приказы. — О! И проверь по остальным городам, не было ли там похожих случаев. Если, как ты говоришь, Ваал собирается нас посетить не один, то кругов призыва должно быть больше. — Как прикажете, господин, — слуга ненадолго замер в поклоне, а затем ловким движением вынул из кармана часы на цепочке и беззаботно воскликнул: — Ох! Уже так поздно, если я не потороплюсь, то опоздаю с ужином. Позвольте откланяться, — и, снова склонившись, выскользнул за дверь, оставив нас обоих с поганым чувством предательства на душе.       Впрочем, чего ещё стоило ожидать от демона?       «Вот дерьмо». __________________________________________________________________________________________________       Здравствуйте, дорогие читатели. У меня тут поднакопилось кое-чего, поэтому я решила создать сообщество, в котором вы сможете найти не только арты и небольшой бонус к работе, но и музыку, которая упоминалась, будет упоминаться или просто подходит под этот фанфик. Милости прошу: https://vk.com/club186347639