Давай покончим с этим

      Как и было оговорено, отряд проснулся очень рано следующим утром.       - Когда ты сказал «встанем рано», я не думал, что ты имеешь в виду встать прям в потемках, - скулил Джисон, обиженно надувая щеки.       Хенджин неподалеку почти заснул стоя, и голос Джисона разбудил его.       - На этот раз я с тобой соглашусь, - сонно пробормотал он.       Кучкой они стояли у входа на территорию племени, ожидая Дрею и тех, кто захотел их проводить.       Чан, немного дремавши, мотнул головой.       - Тебе лучше проснуться побыстрее. Сейчас все становится серьезно, - предупредил он, наблюдая, как Дрея изящно скользит вниз по каменной лестнице, по той самой, по которой спускалась и во время прибытия отряда. Они могли только предполагать, что Дрея живет где-то на большом утесе. Позади нее Санха и Роки, тоже сонные, улыбались парням, вслед им медленно шли остальные.       Как только Дрея и следовавшие за ней достигли подножия каменной лестницы, Санха кинулся с объятиями на Чонина и Феликса.       - Не могу поверить, что вы уже уходите, - сетовал он, пока Роки со смешинками во взгляде наблюдал за ними.       - Не переживай, - усмехнулся Феликс, - Сынмин убедится, что все мы точно вернемся.       Дергая феликсовы пальцы, Санха отстранился и начал покусывать губы. Сделав глубокий вздох, он перевел взгляд на Чонина.       - Прежде, чем уйдете, у меня есть вопрос, - робко улыбаясь начал он.       - Дерзай, - кивнул Чонин.       Обменявшись взглядами с Роки, Санха со всем тем же немногим накопленным мужеством спросил:       - Я знаю, что ты контролируешь воздух. Почему же ты не попросил о встрече с племенем воздуха?       Чонин был ошеломлен этим вопросом, заставив Санху поволноваться.       - Боже! Прости, если обидел тебя! Я реш... - Чонин положил руки на чужие плечи.       - Санха, успокойся, - младший даже немного рассердился.       Как только тот выдохнул, Чонин начал объяснять:       - Это все потому, что я был очень похож на Чанбина, и это не та тема, которую я привык обсуждать, - пожал он плечами. - Мое племя было отделено от первоначального племени, хотя мы все еще были под его властью. Когда я заявил, что хотел хоть что-нибудь изменить, меня отвели к Дамеку.       Еще совсем молодой Чонин спотыкался позади пожилой женщины, пока его тащили в главному племени земли. Тревога сжала его сердце своими цепкими когтями, заставляя мерзкий холод сковывать щуплое тельце. Чонин знал, что должен молчать. Его заявление было воспринято как неуважение, а изречения о войне сделали только хуже.       Когда его подтолкнули к стене, полностью состоящей из лишайника, женщина резко повернулась к нему.       - Дамек ждет, - сказала как отрезала она.       Глаза ее выражали полную безалаберность, которую она испытывала к мальчику, толкая того через лишайник. Четырнадцатилетний Чонин пискнул, пытаясь восстановить равновесие.       Как и было сказано старухой, пожилой мужчина уже ждал, и пронзительный взгляд зеленых глаз изучал Чонина. Тот сглотнул и поклонился в знак уважения:       - Вы хотели меня видеть?       Перейдя сразу к делу, Дамек подозвал мальчишку поближе к себе.       - Чонин, ты же знаешь, что к войне мы здесь относимся серьезно? - спросил он. - И ты знаешь, что говорить о ней может быть опасно для общества.       Нервозность поднялась по груди выше и сковала горло ледяными когтями. Чонин не смог ничего ответить, только кивнул.       - Твои заявления о том, что хочешь положить конец этой войне, сынок, звучат очень свысока.       Сердце подростка в груди бешено колотилось; Чонин словно застыл.       - Ты должен знать, что мы здесь не можем говорить о войне, о подстрекательствах, бунтах или же каких-то стычках. Сейчас, на данный момент мы живем в мире.       Тяжелая мужская рука опустилась на тощее плечо Чонина.       - Мне нужно знать, что больше ты об этом не станешь говорить.       Худший страх воплотился в реальность; чужой голос звучал будто из-под толщи воды.       - Ничего не могу обещать, - опуская голову, прошептал Чонин, чувствуя, как плечо его сжали сильнее.       - Если не можешь жить по нашим правилам, то здесь ты больше не сможешь оставаться.       Чонин не поверил своим ушам и вперился в лицо Дамека, резко подняв голову.       - Раз уж хочешь быть частью этой войны, отправишься в отряды.       Ошеломленный сказанным, Чонин только и смог, что сжать кулаки.       - Насилие, кипящее в твоей груди, нетерпимо. Иди собирай вещи, - холодно велел Дамек.       На сборы Чонину дали день, прежде чем за ним пришел Дамек. Чонин стоял рядом с высоким мужчиной; в радужке глаз мальчишки пылала ненависть, а тонкие руки крепко сжимали кожаную книгу.       - Это мой сын, Хенджин. Он присоединится к тебе, когда вы войдете в состав отрядов, - прогремел голос Дамека. Чонина и Хенджина передали под руководство мужчины с ярко-красными волосами. - Это G-Dragon, командир отрядов. Будьте послушны.       Не имея выбора, Хенджин с Чонином ушли с этим мужчиной.       - Что за идиот, - бормотал себе под нос мужчина, пока подростки шли чуть позади него. - Вот так просто отдать двух детей!       Но тут же повернувшись к ним, он тепло улыбнулся:       - Добро пожаловать к отряды! Здесь вы пройдете специальное обучение, пока не будете потенциально переданы в свои собственные отряды, - пока он объяснял, глаза его начали ярко гореть, а игривая ухмылка не сходила с губ: - Надеюсь, пребывание здесь вам понравится.       Глаза Санхи были широко распахнуты.       - Тебя изгнали?       Чонин кивнул, но тут же яркая улыбка окрасила его губы, несмотря на печальный рассказ.       - Если мы сможем положить конец войне, то это уже не будет иметь значения. Я смогу жить со своей семьей там, где захочу, - пожал он плечами. - Кроме того, так я встретил Хенджина.       Надежда и решимость, которыми было пронизано его предыдущее заявление, заставили Феликса усмехнуться.       - Ладушки, нам пора идти, - вмешался он. - Было очень приятно познакомиться со всеми вами.       В теплых чувствах распрощавшись с Санхой и Роки, которые отказывались их отпускать, Чонин с Феликсом вернулись к отряду.       Уджин и Чан как раз в этот момент прощались со своим новым другом Генри. Хенджин, Минхо и Феликс успели попрощаться с Тэмином. Дрея была последней, с кем они тепло распрощались. С мягкой улыбкой она желала им удачи в оставшемся пути. Феликс в этот момент понял, что даже не задумывался о том, сколько времени прошло с начала их путешествия. Оглядываясь на прошедшие события, он прикинул, что прошло примерно три недели с начала пути. Конечно же, это было не так.       Чан наконец собрал всех вместе.       - Все, пора выдвигаться, - приказал он, и глаза его запылали решимостью.       Отряд покинул лагерь и направился на север. Идти через последнюю, самую опасную часть леса было тревожно, но парни были уверены, что справятся. У них не было выбора: они должны были это сделать. Сейчас они зашли уже слишком далеко, чтобы поворачивать назад. Стараясь избегать всякого человеческого духа, отряд двигался в глубь быстро и незаметно, стараясь держаться ветра.       Ко времени, когда солнце начало потихоньку садиться, парни были уже полностью потными.       - Как думаете, сколько нам еще топать до конца вот этого? - стонал Чанбин, поднимаясь на большой валун, преграждавший путь.       - Плюс-минус час, - зачесывая мокрую челку, что лезла в глаза, ответил Сынмин. Потянувшись, он присел на корточки и помог остальным взобраться на скалу. Хенджин был последним, и грудная клетка его ходила ходуном, когда его затащили на относительно ровную поверхность.       Его бледная кожа и дерганое поведение не скрылось от внимания мага воды.       - Джини, ты в порядке? - вопрос был пронизан беспокойством.       Прежде чем Хенджин смог вымолвить хоть слово, он рухнул на своего парня.       - Боже мой! Хенджин! - ахнул Сынмин, пытаясь удержать парня.       Уджин первым бросил к нему:       - Что случилось?! - спросил он, помогая Хенджину опуститься на горизонтальную поверхность. Опустив ладонь на чужой лоб, Уджин почувствовал, как тот горит.       - Я не знаю что с ним! - испуганно крикнул он.       Уджин почувствовал, как страх пузырем скапливается в его животе, когда он прижал другую руку к шее Хенджина. Закрыв глаза, он увидел перед собой картины происходящего. Резко открыв глаза, он тяжело выдохнул, переворачивая Хенджина, и немного поколебался, прежде чем поднять рубашку.       - Срань господня, - прошептал он, широко раскрыв глаза.       - Что с ним такое? - громко спросил Чан, вместе со всеми пытаясь взглянуть на спину Хенджина.       Уджин трясущейся рукой поднял рубашку еще выше, открывая вид на большой темного цвета порез с тошнотворными темно-зелеными полосами, расходящимися от пореза по всей спине.       - Это что за чертовщина?! - прикрывая рот рукой, испуганно спросил Джисон.       Минхо поморщился, нахмурившись.       - Это цена лекаря, - мрачно пробормотал он.       - Почему? Почему он ничего не сказал? - паникуя, Сынмин задавал этот вопрос снова и снова.