- Что же это такое? - спросил Чан, присев на корточки, чтобы лучше рассмотреть рану. Уджин сжал челюсти, отдергивая рубашку вниз.
- Это объяснимо, только сейчас нам нужно доставить его в безопасное место, чтобы подлатать.
Минхо тут же взял Хенджина на руки, аккуратно спустившись с другого края валуна. Как только все последовали его примеру, Минхо закинул руку Хенджина себе на плечо, Джисон подхватил его таким же образом с другой стороны.
Феликс шел прилично впереди их, оглядывая местность на наличие пещеры или чего-то, что подходило бы как укрытие. В пути было тихо, никто не осмеливался заговорить. Как командир Чан чувствовал панику, что пузырем давила где-то в животе. Это то чувство, которое Бан Чан испытывал каждый раз, когда случалось что-то действительно плохое. Когда Феликс впереди замер, поднимая голову, а после повернулся к ним, Чан отбросил мысли, что терзали его разум.
- Здесь наверху есть пещера. Она вполне подойдет, - доложил Феликс громким голосом. Отряд поспешил добраться до безопасного места как можно скорее. Уже будучи в пещере, Минхо с Джисоном аккуратно опустили Хенджина на мягкую, влажную землю, стараясь не сделать больнее. После так же бережно его перевернули на живот, чтобы Минхо и Уджин смогли внимательнее рассмотреть рану главного лекаря отряда.
Минхо раскрыл свою кожаную сумку и вытащил давно приготовленный сверток с запасом трав и лекарств. К удивлению Чана все эти припасы были отложены в сторону, а сам Ли принялся рыться в своей, казалось, бездонной сумке. Чуть погодя, когда Минхо вывернул все содержимое сумки, он вытащил маленькую бутылочку, наполненную жидкостью серебряного цвета. Вид этой бутылочки вызвал у Уджина и Минхо тошноту.
- Давай покончим с этим, - Уджин вздрогнул, когда Минхо открутил крышку.
Немного потряся жидкость в пузырьке, Минхо понял, что все его мышцы сильно напряжены.
- Лучше прикрой уши, - посоветовал Уджин настолько серьезно, что остальные парни отошли подальше от тройки лекарей. Нависнув над раной, Минхо опрокинул бутылку, проливая содержимое на темнеющую рану. Хенджин издал оглушительный крик, изгибаясь телом.
Как бы ему ни было больно, Уджин удерживал содрогающееся тело.
- Что вы с ним делаете?! - воскликнул Сынмин, наблюдая, как его парень корчится в муках боли в захвате Уджина. Вопрос остался без ответа, пока Минхо не повернулся к парням:
- Чан, там снаружи есть что делать, так ведь?
Улавливая намек, Чан выпроводил оставшихся ребят из пещеры наружу. Что, кстати, было сделать довольно сложно, так как Сынмин отказывался оставлять своего парня. Что быстро надоело Уджину.
- Сынмин! - Уджин грозно глянул в его сторону. - Тебе лучше выйти.
Сжав кулаки, маг воды задержался взглядом на Хенджине и вышел к остальным. Спустя несколько минут адской боли Хенджин смог, пускай не очень уверенно, но сидеть. Уджин, не отводя внимательно взгляда с него, сидел рядом. Тот не сказал ни слова и продолжал сидеть тихо, опустив голову.
- Хенджин, это очень серьезно.
- Думаешь, я этого не знаю? Я здесь главный целитель, черт побери!
Уджин прищурился.
- Тогда почему? Ты же знаешь, что черная магия - это не то, с чем можно играться! Ты это должен знать, как никто другой!
Глаза Хенджина потемнели.
- Не смей! Не смей себя так вести со мной, - голос его был полон яда, но ни эмоции не было на лице.
Это было время ужина, когда тринадцатилетний Хенджин накрывал на стол. Из кухни донесся нежный, мелодичный голос:
- Джини, сходи за братом, пожалуйста!
Мальчишка хихикнул.
- Да, мам, - ответил он и бросился по лестнице наверх, в самый конец коридора. Дойдя до двери он постучал.
- Хенни, меня мама послала за тобой! - он снова постучал, но ответа не последовало. Не думая об этом, Хенджин без предупреждения ворвался в комнату брата.
- Хен... - начал он и тут же умолк, видя, что перед ним: его старший брат, его кумир, его лучший друг висел под потолком спальни; когда-то загорелая кожа юноши сейчас была тошнотворно бледной, бледные щеки были покрыты засохшими слезами.
- Хенджун! - закричал он настолько громко, насколько мог, и кричал снова и снова до тех пор, пока в комнату не ворвались мать с отцом.
- Бог мой! - восклинула женщина, зажимая рот, пытаясь не дать вырваться душераздирающим рыданиям. Отец, Дамек, быстро перерезал веревку, обернутую вокруг горла Хенджуна и опустил тело. Под задравшейся кофтой сразу же бросилась в глаза темно-зеленая отметина.
- Цена лекаря, - слова слетели с языка Хенджина быстрее, чем тот сам осознал.
Он медленно приходил в себя. Осознание того, что ему следует делать пришло быстро. Подорвавшись, он начал быстро рыться в вещах своего брата.
- Хенджин, дорогой, что ты делаешь? - чуть слышно окликнула его мать, но он ничего не ответил. Он остановился только тогда, когда нашел небольшую книгу в кожаном переплете. Дрожащей рукой он провел по нарисованному дереву на обложке, прежде чем открыть книгу и пролистать последние страницы.
2045, 21 января
Обычно, я не делаю никаких дневниковых записей, но вот я здесь. В библиотеке нашел книгу о темной магии. Знаю, знаю. Множество раз мне говорили не прикасаться к вещам, в которых хоть мельком упоминается темная магия, но ничего не мог с собой поделать. Я просто любопытный шестнадцатилетка. Начал читать ее сегодня и, честно сказать, не мог не записать, не знаю, плохо это или хорошо.
2045, 23 января
Думаю, эта книга что-то делает со мной. Я слышу голос, от которого не скрыться, неважно, сколько я пытаюсь, он всегда здесь. Хочу рассказать родителям; печально, но полагаю, они подумают, что я просто сошел с ума. Но голоса есть, они настоящие! Они говорят, что им нужна помощь и только я могу им помочь. Они никак не умолкнут. Я не могу заставить их молчать.
2045, 27 января
Единственный способ избавиться от голосов - сделать то, что им нужно, так ведь? Они говорят, что мне нужно провернуть несколько заклинаний. Не знаю, смогу ли. Я никогда не был силен в заклинаниях. Но это должно сработать. Если не поможет, боюсь предположить, что будет тогда.
2045, 29 января
Я не смог, не осилил эти проклятые заклинания. Теперь голоса кричат громче, чем когда-либо. Не могу осознать. Они кричат. Громко. Громко. Как громко! Они никак не замолчат! Есть только один способ покончить с этим. Как знал, что мне понадобится запасной план. Хорошо, что на нашей маленькой миленькой ферме всегда есть веревка.
Полагаю, это та часть, где я пишу прощальное письмо? Мам, пап, мне очень жаль. Это все, что могу сказать вам обоим. Кроме того, что должен был вас послушаться или по крайней мере рассказать о случившимся до того, как на такое решился. Теперь, маленький Хенджини. Мой маленький Джини. Я люблю тебя сильнее, чем слова могут выразить. Ты сильнее и могущественнее, чем вся наша семья на протяжении долгих времен, но, знаешь, это не имеет значения. Живи своей жизнью, а не чьей-то другой. Еще одно: они вернутся за тобой. Джинни. Прошу, будь осторожнее. Люблю всех вас...
Воспоминания ворвались в его голову, как бы он ни пытался от них заблокироваться.
- Ты знал, что может случиться. Зачем ты это сделал? - спросил Минхо.
Хенджин уставился в землю, подтянув колени к груди.
- Они сказали, что я могу стать сильнее, что я смогу что-нибудь изменить.
Минхо и Уджин переглянулись, думая об одно и том же.
Голос.
Хенджин нахмурился:
- Тогда я не смог избавиться от них.
- Знаешь, ты мог бы нам рассказать, - тяжело вздохнул Уджин. На что Хенджин устало махнул головой:
- Я думал, что смогу справиться с этим сам.
Минхо крепко сжал кулаки.
- Тогда, по-твоему, зачем мы здесь? Разве не помогать друг другу?
Глаза Хенджина вспыхнули тошнотворным зеленым огнем.
- ...Выжить, - ответил он, резко вставая.
Уджин и Минхо вздрогнули от резкого движения.
- Я хочу... Нет, я
должен сделать это, - начал закипать он. - Это единственный способ.
- Черт возьми, - выругался Минхо. - Хенджин, вернись к нам!
Мужчина, стоявший перед ними, выглядел как Хенджин, но никак не был им.
Хенджин мрачно улыбнулся:
- Джини сейчас не совсем доступен.
