ОДНА СУДЬБА НА ДВОИХ

ФИБ/ЛЕДД

Яростный, ураганный, шквалистый, ласковый, переменный. Прохладный, вольный, воющий, игривый, лёгкий, ледяной, могучий. Горячий, неугомонный, порывистый, соленый, нежный. Ветер. Он пригоняет тучи и заставляет небо проливаться дождем. Он развевает облака и позволяет солнцу озарять теплыми лучами землю. Он дарит долгожданную прохладу, разносит благоухание цветов и трав. Он замораживает бурлящие реки и разрушает целые селения. Все это о нем. И его хозяйке. Он послушен ее настроению, как котенок. Ледд обернулся. На горизонте появилась чернота. Небо быстро заволакивало синими тучами. Над головой раздался оглушительный грохот грома. Извивающийся, невероятных размеров смерч поднимался от земли за спиной Фиб. Ему стало страшно. Он никогда не видел такой разрушительной силы. Фиб поднялась с колен. Медленно, дюйм за дюймом поднимала руки вверх. Глаза ее закрыты, на лбу пульсирует тонкая венка. Ледд замер в ожидании. Сейчас. Сейчас она обрушит на него свою ярость. С неба снова грянул гром. И его подкинуло в воздух. Боль пронзила тело тысячью осколков. И так же резко он рухнул на землю. И снова взлетел в воздух. Ледд не мог пошевелиться. В груди все горело, легкие разрывались. В глазах потемнело от боли. Ветер взвыл. Звук был настолько мощным, что у него потекла из ушей горячая, густая кровь. Его армия разбежалась в разные стороны. Черный смерч гнался за ними по пятам, всасывая солдат в себя и выплевывая назад лишь искореженные доспехи. В небе грохотал гром, дождь готов был пролиться на землю. Пикты, последние защитники своего клана, были отгорожены воздушной стеной. Их принцесса защищала своих немногочисленных воинов. Но такая невиданная мощь не давалась за даром. Задействовав всю свою силу, богиня ветров разрушала себя. Ее смертное тело не могло вынести такое напряжение. Фиб слабела. Ярость выжгла все ее душевные силы. Она всегда оставляет после себя пустоту. Потеряв силы, девушка упала на колени. Смерч становился все меньше и в конце концов вовсе исчез. Небо так и осталось темным, но гром больше не разрывал воздух. Ледд обрел возможность двигаться. Боль отступила. Аккуратно, словно боясь сломать его, Фиб опустила мужчину на землю. Она сидела рядом с телом своей Второй половины. Пустыми глазами смотрела вперед, на Ледда. Он медленно приблизился к ней, наклонился, протянув руку, чтобы помочь ей встать. Она рванулась вперед, вытащила из его ножен меч и выставила его вперед. - Не смей, - прошептала она. Ледд отступил, поднимая ладони вверх. - Я не трону тебя. Обещаю, Фиб. - Ты уже тронул меня, - рукой она указала на тело Роя. - Прости. - Мне жаль тебя, Ледд Маккуарри. - Что? - Он не понял, почему она говорит это. - Ты просто маленький, недолюбленный мальчик. Одинокий, обвиняющий себя в смерти матери. Фиб смотрела на него каким-то странным, ему непонятным взглядом. - Думаешь, ты не достоин любви. Думаешь, я не способна на такую любовь, чтобы пожертвовать собой ради тебя? Или считаешь, моя любовь фальшива? - Фиб... - Это ты не способен на чувства, Ледд. Фиб отшвырнула от себя меч, и он с глухим звуком упал на траву. Девушка взмахнула рукой. Маленький смерч окружил ее маленькую фигурку, и она исчезла вместе с телом своей Второй половины. Фиб оказалась в тронном зале замка. Тут было почти темно, но сквозь витражи пробивался серебристый свет. Неужели, тучи уже разошлись и взошла луна? Или это просто ей так кажется? Принцесса огляделась. У высокого резного трона она увидела свою сестру. Кэйт - их маленькая мечтательница. Ее глаза были закрыты, а на губах была легкая полуулыбка. Белое платье залито кровью. Райн обнимал ее. Длинные, осеннего цвета волосы его растрепались. Сердце у Фиб сжалось. Но она порадовалась, что они все же успели узнать друг друга. Успели полюбить и умереть вместе. Принцесса запечатлела прощальный поцелуй на лбу сестры. Расправила спутанные волосы Райна. Провела пальцами по его плечу. Отвернулась. Как же они допустили это все? Почему Судьба так поступила с ними? Да какая теперь разница? Взгляд Фиб обратился на бледное лицо Роя. Она так и не успела ничего сказать ему. Перед внутренним взором принцессы возникли его зеленые глаза, удивленные и любящие. Девушка обняла себя за плечи, ей было холодно и тяжело дышать из-за ноющей боли в груди. Она стояла в центре большого зала с бесконечными рядами мраморных колонн и огромными окнами-витражами. Фиб оглядывается по сторонам, будто в поисках кого-то. Но вокруг нее больше ничего и никого нет, кроме пустоты и холода мраморных колонн. Она опустила взгляд на свое платье и увидела, что оно изорвано и все в грязи, лишь кое-где сохранилась вышивка и несколько бусин. Еще недавно, это было красивое платье. Ее отвлек звук распахнувшихся дверей. Принцесса подняла взгляд и увидела в другом конце зала темный силуэт. Ледд стоял в высоком дверном проходе, но расстояние было слишком большим и Фиб не могла разглядеть его лица. Но девушка точно знала, что это он. Она медленно направилась к нему, постепенно ускоряя шаг, но резко остановилась на расстоянии вытянутой руки. В какой-то момент ей показалось, что в нем ее спасение. Ледд сможет все исправить. Излечить ее душевные раны, ее боль. Но ведь это он все разрушил. Мужчина протянул к Фиб руку. Он ждал, что она пойдет с ним? Фиб смотрела на него, пытаясь запомнить этот миг. Его протянутую ладонь, гордую выправку широких плеч, серебристые волосы, рассыпанные по плечам. Весь его облик был окутан неярким светом, что освещал его из раскрытых дверей. Этот свет, словно утренний туман, не давал Фиб рассмотреть любимое лицо. Чувство утраченного усилилось, а боль в ее груди стала почти невыносимой. Фиб поднесла ладонь к губам, чтобы скрыть их дрожь от его внимательных серых глаз. Но по бледным щекам все равно потекли слезы. Внезапно все вокруг начинает трястись, как при землетрясении. Стекла с оглушительным звоном вылетают из окон, разбиваясь на миллионы крошечных осколков. Фиб в ужасе закрыла уши руками. Она пригибается под градом стекла, падает на колени. Но тут же все прекращается, словно бы ничего подобного и не происходило. Кто-то схватил ее под руки. Движения были грубыми и сильными. - Еще одна сестричка жива? - Фиб услышала каркающий голос Фортейн. Она взяла ее лицо за подбородок, и блондинка поморщилась. - Какая неожиданность! Запястья Фиб обожгло огнем, и она вскрикнула. - Это чтобы ты ничего не выкинула, - пояснила сестра. - Отдашь мне свою силу, дорогуша? И я оставлю тебя в покое с твоим драгоценным женишком. - Иди к черту! - прошипела сквозь зубы Фиб, обжигая взглядом сестру. - На площадь ее. Грубые руки потащили принцессу прочь из тронного зала. - Королева! - Ледд бросился к Фортейн. - Прошу! Вы обещали мне, помните? Освободите Фиб. Вы обещали мне ее свободу. - Ты же сам слышал, она не согласилась на сделку, - пожала плечами королева Скоттов. - Заберите мою силу! - Ледд рванул было амулет с шеи, но Фортейн лишь рассмеялась. - Разве мне она нужна? Ледд сжал кулаки. В голове заметались мысли. Что же ему делать? Как спасти жизнь любимой женщине? Сделать что-либо против Королевы он не в состоянии. Вокруг нее воздух буквально дрожит от силы. Она разрушила тронный зал, лишь щелкнув пальцами. Отчаяние овладело мужчиной. Он проклинал себя за слабость, за верность своему другу и королю, за глупость. Он бы отдал все на свете, лишь бы повернуть время вспять. Он нагнал двух солдат, что вели Фиб. Ледд взял Фиб под руку, и она вздрогнула от его прикосновения. - Прости, любимая. Я обязательно все исправлю. Клянусь. Она не ответила. Принцесса вскинула подбородок. Это последнее, что она могла сделать. Умереть с гордостью принцессы пиктов.

КИРКЕНН/КУХУЛИН

Она ничего не понимала, ничего не видела и не желала слышать. Черная жгучая нить все еще больно впивалась в кожу на запястьях, красная кровь капала маленькими каплями на некогда белую юбку подвенечного платья. Амулет приятно согревал кожу, значит никто еще не забрал ее силу. Отец. Внезапная мысль озарила мутное сознание. Она еще ни разу не подумала о том, жив ли он. Жива ли мама и Фиб, где Фида и правда ли то, что Фортейн стала женой короля скоттов? Нет. Киркенн еще крепче зажмурилась, желая выкинуть все мысли из головы. Забытье лучше, от него боль в груди становится немного тупее. Кухулин. Безжалостное сознание вновь ударило по вискам. Волна ужаса опять окатила ее с головы до ног. Где же он!? Жив ли он? Хотя, если бы с ним что-то произошло, она бы почувствовала. Она бы умерла. Правда? Перед глазами вновь возникло искаженное в жуткой усмешке лицо, холодные, покрытые серой пеленой глаза и безжизненный, пустой звук его голоса. Кто-то больно ткнул ее в спину, и принцесса очнулась. Девушка открыла глаза и огляделась. Потрепанная, но все же большая толпа вражеских солдат столпилась полукругом вокруг огромного кострища, возведенного в самом центре внутреннего двора замка. "Неужели они открыли врата и выпустили демонов из потустороннего мира?" - Вдруг подумала Киркенн, удивляясь, как эта мысль не пришла ей в голову раньше. Неспроста ведь у солдат Скоттов и ее любимого глаза отливали красным светом. "Кухулин, как же ты мог это допустить? Это же твои владения. Во имя Бездны, как такое могло случиться?" Среди столпившихся врагов девушка не увидела ни одного знакомого лица. Неужели они перебили всех пиктов, уничтожили целое племя, целый народ? Как... Хотя, если они выпустили демонов, это вполне возможно, стереть с лица земли самую сильную нацию. Киркенн не могла поверить в то, что ее народа больше нет. Есть только целая рать демонов и порабощенных ими скоттов. Кто-то снова толкнул ее в спину. Девушка обернулась и увидела перед собой Кухулина. С такой же гримасой ненависти и злобы на лице, с теми же жуткими, пустыми глазами. - Смотри, принцесса. Киркенн взглянула туда, куда ей показывал Кухулин, и сердце ее кувыркнулось, а потом снова замерло на месте. Толпу расталкивал Ледд. Она видела его беловолосую голову, возвышавшуюся над остальными. Солдаты быстро расступалась перед ним, освобождая дорогу. Он вел перед собой ее сестру, Фиб, закованную в точно такие же черные нити, как и Киркенн. Фиб шла с гордо поднятой головой, с посиневшими губами и бледными как мел щеками. Золотистые волосы растрепанны, подвенечное платье, некогда украшенное красивой вышивкой из бисера и драгоценных камней, изорвано и все в пыли. Ледд вывел ее в центр, выставив спиной к Киркенн и лицом к огромному кострищу. Киркенн похолодела, хотя казалось бы, она уже и так вся заледенела, куда уж больше. - Твоя сестра отказалась сдаться, и Ледд не смог уговорить королеву сохранить ей жизнь, - процедил сквозь зубы Кухулин, трепеща от неконтролируемой ненависти. - Она умрет за моих братьев, слышишь? Она расплатиться за смерть моих младших братьев, которых убили твои сестры. Новая волна ужаса окатила Киркенн с головы до ног, и она рванула вперед к сестре. Кухулин схватил ее за волосы, швырнул на землю, поставив сапог девушке на грудь. - Будь моя воля, и я сам тебя прикончил бы! Острый клинок снова уперся ей в шею, как тогда, на стене. - Давай! Покончи с этим, - бросила ему в лицо Киркенн, выплевывая каждое слово, - ты так жаждешь пролить мою кровь, так сделай это! Его лицо опять перекосилось от боли, а тело отчаянно тряхнуло. Глаза, ярко-бирюзовые, были полные боли и ужаса. Кухулин рухнул перед ней на колени, приподнимая за голову с земли, придерживая ее ладонью. - Дэхев! - раздался властный голос, назвавшей его истинное, первое имя. В нем Киркенн с трудом узнала голос старшей сестры. Мужчина поднялся с колен и, не поднимая глаз, отвесил низкий поклон. Киркенн оглянулась назад и увидела Фортейн, восседающую на высоком деревянном троне ее отца. Так это правда? Неужели и ее тоже подвергли этому заклятию? Невозможно, не может быть такого, чтобы она по собственной воле отдавала такие приказы! Но глаза старшей сестры были ясными, такими же, как и всегда, лишь только жестокости в них поприбавилось. Фортейн гордо подняла ярко-рыжую голову и окинула презрительным взглядом Киркенн, сидевшую на земле, в сером от грязи и пыли подвенечном платье. - Заставь ее смотреть на костер, - властно сказала она Кухулину, и отвернулась, обратив все свое внимание на Фиб. Ее сестра уже стояла на кострище, привязанная к высокому столбу. Скотты тыкали в нее пальцем, а некоторые даже кровожадно облизывали свои рты в предвкушении убийства. - Во имя бездны, Фортейн, что ты творишь! - не своим голом завопила Киркенн. Кухулин крепко схватил ее за талию, не давая сдвинуться места. Ее выкрик остался без ответа. Ледд решительными шагами направился к Фортейн и впился пальцами в подлокотники резного трона. Они тут же покрылись тонкой коркой льда. - Королева, я прошу, - приблизив свое лицо в лицу Фортейн, прорычал мужчина, - нет, я требую! Немедленно освободите свою сестру от наказания. Я ручаюсь своей головой, что смогу… - В обмен на твою силу? - прервала его Фортейн, прямо встретив жесткий взгляд хранителя севера. - Ты служишь мне до конца своих дней, Ледд МакКуарри. Или твоя клятва верности твоему королю ничего не стоит? Кровь отхлынула от смуглого лица Ледда, и оно стало землисто-серым. - Фортейн! - снова завопила Киркенн, вырываясь из стальной хватки своего суженого. - Прекрати это безумие! Но было уже поздно. Киркенн обдало жаром от огня, стремительно разгоравшегося на кострище, где стояла ее сестра. - Я проклинаю тебя, Фортейн, - раздался звонкий голос Фиб из-за поднимавшихся вверх языков пламени, - больше никогда ты не сможешь обрести счастье. Отныне и навсегда ты будешь слышать голоса тех, кого лишила жизни. Отныне и навсегда ты будешь помнить то, что совершила. Узкие глаза Фортейн на секунду расширились от страха, но она быстро справилась с собой. Она жестом откинула красно-рыжие волосы со лба и, растянув губы в ядовитой улыбке, уставилась на костер. - Фиб! - раздался дикий крик Хранителя севера, который рванулся к костру, выставляя руку вперед, и толстая ледяная дорожка от него устремилась к огню. Все происходило так быстро, что Киркенн не успевала даже понять, что именно происходит. Вот Ледда опутывают черные нити, повалив его на землю. Вот Фиб опять что-то говорит своим высоким голосом, но Киркенн ее не слышит. Кухулин ослабил хватку черной нити на ее запястьях, и она резким движением смахнула ее с рук. Тут же его лицо снова перекосилось от боли, и оно вновь почернело от ненависти и злобы. Но Киркенн больше не думала ни мгновения, она повиновалась своему инстинкту, и испепеляющая ярость заполнила ее глаза. Они стали густо-черными, словно большие темные дыры на бледном, искаженном болью лице. Кухулин схватил ее за горло, другой рукой занося меч, в котором отражалось пламя костра. - Очистительный огонь, призываю тебя, - широко раскинув руки в стороны, прокричала богиня Ужаса. Ярко-красное, с фиолетовыми отблесками, пламя, поднялось от ее ног к распахнутым рукам. Она обхватила ими лицо Кухулина, и увидела, как вновь искажается от боли его лицо. Глаза вновь обретают ее любимую синеву. Он опускает длинные золотистые ресницы, меч со звоном падает на землю, его сильные руки крепко обхватывают ее за талию, прижимая к себе на столько близко, что стало невозможно дышать. В ее глазах отражается неистовое красное пламя, она улыбается, слыша за своей спиной веселый треск огня и дикие вопли боли демонов, завладевших телами скоттов. Плевать, что ее огонь уничтожит еще один народ. Они возродятся снова, они снова будут жить свободными от чужой воли. А Фортейн, если возродится однажды, вечно будет помнить свои деяния. Но тут что-то больно кольнуло сердце. Предчувствие того, что все еще не кончилось, ведь очистительный огонь сжигает все проклятия. - Не важно, - горячий шепот Кухулина прервал ее мысли, - мы справимся с этим. - Мы? - она обратила свой затуманенный яростью огня взор на лицо любимого. - Ты освободила меня, Немайн.  - Мы? - Вновь спросила она, глядя в синее бархатное небо его глаз. - Мы. Клянусь, что найду тебя снова. Яркое, неистовое, горячее пламя охватило их, закрывая собой от криков и воплей горящих в очистительном огне скоттов. Через мгновения вся земля пиктов была охвачена им. И не было от него спасения, было оно всюду, где только мог увидеть взор.