Наследство

Медленно иду наверх, по ступенькам, в свои апартаменты, теперь уже свои, думая, опять же, о своём. Если бы кто знал, что сейчас творится у меня на душе. Как же хреново, как же паршиво, и всё так внезапно свалилось. Обиднее всего оказалось то, что отец даже не сообщил, что у него есть ещё один сын. Да и дядя молодец, ведь всё знал, старый перец, и ничего не сказал. Чего они этим добивались? Сделать мне в один прекрасный день сюрприз, типа, опаньки, это твой братишка? Ну что же, у них получилось. Я сейчас в полном шоке, от которого, наверное, еще не скоро отойду. И вообще, где они достали это чудо? Во что оно одето? Я понимаю, что может в колхозе так и ходят, кормить коров и свиней, но сюда, в этом? Ай, ладно. Сам себе махнул рукой и, толкнув дверь, вошёл в прохладное, свежее помещение. Уже был вечер, но через большие, до пола, окна лился приятный свет, делая обстановку немного интимной. Я подошёл к стеклянному, небольшому столику и взял пульт. Пару нажатий на кнопки, и одно из окон отъезжает в сторону, впуская в помещение теплый вечерний ветерок. Улыбаюсь, нажимаю еще одну кнопку, и в комнате слышатся первые аккорды «Enigma Sadeness». Обожаю эту группу и песню. Столько в этой композиции сексуальности, желания, эмоций, так и тянет на подвиги. Вдыхаю воздух полной грудью и скидываю надоедливый пиджак. Небрежно бросаю его на стоящий рядом оранжевый диван и начинаю расстегивать рубашку. И что мне теперь с этим чудом делать? Я даже, если честно не представляю. Чему его учить? Я что, учитель? Я что, подписывался под чем-то? Что за, на хер, несправедливость? Одна мысль о том, что мне придётся таскать его везде за собой, сводит меня с ума окончательно. Может, его еще с моей девушкой познакомить? Ага, ща. Облезет. Вот реально, не могу его представить в деловом костюме, с черной кожаной папкой подмышкой, деловито идущим в офис. Ну же, воображение, где ты? Я прыснул от смеха, как только представил это себе. Вот умора будет. Хотя... Почему бы и нет, хоть повеселятся все, не одному же мне лафа. И вообще, чего я постоянно думаю о нем, как будто мне заняться больше нечем? Я заваливаюсь на диван, так и не раздевшись полностью. Опа! Меня сразу осенила мысль. А осеняют они меня часто, и не скажу, что все идеи идиотские. Часто даже очень приличные. Не считая тех раз, когда вижу перед собой мини юбку и третий размер груди. В такие моменты меня тоже осеняет, только в другом месте. Так, о чем это я? Ах, да, завтра срочно надо посетить стилиста и пробежаться по магазинам. Шопинг не люблю, занудное занятие. Но, в нашем случае, это неизбежно. Может и себе чего брендового прикуплю. Но так и хочется сказать «жопинг», при том, полный. Привести парня в порядок, приодеть его, может, и станет, хоть отдаленно, похож на человека. Нет, он даже вроде бы и ничего. Вроде бы. Если честно, я его даже толком не рассмотрел. Не до того было. Я лично занимался произведением неизгладимого впечатления. Кажется, получилось. Опа! Снова осеняет. Второй раз за день, это уже прогресс. А может, его довести до белого каления, чтобы он сам собрал свое барахло и свалил отсюда к белым пингвинам? Да чёрт, почему мои мысли постоянно возвращаются к этому патлатому "недоразумению"? Я задумался, уставившись в белый потолок и взвешивая все «за» и «против» своего озарения. С одной стороны, весьма отличная идея. А вот с другой - полнейший бред. Наверное, дядя с Александром и это продумали, зная мой характер. Вот-вот. Он-то получит свою долю, а я, скорее всего, нет, если не сделаю из него человека. Чёрт! Чёрт! Ну почему именно я? За что мне все это? Разве я мало настрадался? Сначала смерть матери и отца. Я до сих пор помню, как горевал, как мне было плохо, душа рвалась на части. Потом притирание с дядей, который стал мне как второй отец, но отличался весьма тяжёлым характером. Как я не пытался побольше времени уделять себе, откашивать от работы в фирме, он всё равно доставал меня из-под земли и усаживал в кабинете за долгими бизнес-лекциями. И мне приходилось пересиливать вселенскую скуку, вникать во всё это, а параллельно еще учиться в институте. Времени на личную жизнь оставалось чертовски мало. А организм у меня был растущий. Даже, я бы сказал, быстрорастущий. Очень быстро. Не успевал я за ним. Короче, приходилось часто помогать самому себе. Закрывался в ванной и часами дергал свой член, пока мозоли не натирал. Было, пару раз завалил молоденькую служанку-эмигрантку, но после этого получил от дяди внушительный пендель и лекцию о том, как это непристойно. Ну да, а дрочить часами в ванной, наверное, было бы лучше. Зато пристойно, никто ж не видит. Или видит? Иногда меня посещала паранойя, что в доме везде натыкано камер. Иначе, откуда бы дядя знал о таких подробностях моей непристойной личной жизни? Я даже специалиста нанимал, по вопросу проверки дома на предмет этих самых камер. Специалист ничего не обнаружил, а я навешал дяде лапши, объясняя его присутствие тем, что хотел заменить несколько фотоэлементов в доме. В общем, я успокоился, но на этом мой опыт со служанками закончился. Ну их к бесу. Вместо этого я стал приводить домой малознакомых девах, которых благополучно выпроваживал утром и намекал на то, что больше мы с ними не увидимся. Да, честно признаюсь, был один раз и мальчик, но больше смахивал на девушку. Чёрт, какой же он был красивый. Белые волосы до плеч, худощавое тело и утонченные черты лица. Да он бы дал фору многим девушкам. А как он стонал подо мной... О, это нужно было слышать. А как он... ладно, лесом лирику. С того момента я понял, что би, но отношений не завел и с ним. А когда? Я все время занят. Даже сейчас, когда институт позади, на меня полностью повесили фирму. Ах да, забыл, теперь ещё и эту непонятную «сущность» из колхоза. Мать их! И что мне теперь в жопу ему дуть? Может, называть «Ваше Величество»? Да он, поди, даже не понял, наследником чего стал и куда это девать. Проебёт же всё. Нет, я не дам. Хрена вам. При том, в совет директоров «Мартикора» входит и Александр. Он-то и выполняет львиную долю работы. Без него давно загнулись бы. Вот он точно не даст парню завалить фирму. Интересно, получится ли вообще из новоявленного наследничка что-то путёвое или так и загнётся в зародыше? Нет, ну почему мои мысли постоянно возвращаются к этому малолетке? Нет, чтоб подумать о чём-то приятном. Я закрыл глаза, представляя, как на днях отдеру свою новую подружку. Блондинку, с которой недавно познакомился на вечеринке у товарища. А какие у нее сиськи. Ммм… Просто конфетка. Хотя и туповата, но нахрена ей мозги? Они у нее между ног, больше и не нужно. В голове уже рисуются заманчивые картины, как я срываю с нее одежду, заваливаю на кровать, она извивается подо мной, стонет, шепча моё имя, громче, громче... - Мааакс!!! Внезапный вопль на весь дом срезонировал по моим мозгам и видениям. Упс. Уже что ли кончила, а я ещё не успел вставить? Но вопль-то в реальности, да такой, что я от неожиданности подскочил, чуть не рухнув с дивана. - Фак! Какого?! Мелкая сволочь нагло врывается в мои видения, требуя незамедлительного внимания к себе. Убил бы! Подрываюсь и несусь вниз, сжимая кулаки. - Нахрена так ора… - не договорив, я так замер, с открытым ртом. Да, именно, моя челюсть картинно отвисла, застыв в распахнутом состоянии, а глаза округлились и уставились на «это». Нет, ну я предполагал, что он придурок, но не так быстро и не в таких масштабах. Голое, мокрое и перемазанное во что-то красное, «нечто» стояло в холле и перепугано смотрело на меня, трясясь то ли от страха, то ли от холода. А я на него. А он на меня. И тишина! А он ничего даже. Тело красивое и... Мать твою, Макс, о чем ты только думаешь?! Он же твой брат. - Какого хрена ты... ну, в этом дерьме? – я даже не смог подобрать слов, что бы выразить его внешний вид. Паренек как-то боязливо таращился на меня, прикрываясь ладошками, а потом ткнул пальцем в сторону своей комнаты. - Я... я нечаянно. Просто... я хотел, но не знал, как открыть, а оно... - что-то бубнило «существо» себе под нос. В груди неприятно что-то шелохнулось. Даже стало страшно туда заходить. Я быстрым шагом направляюсь в его комнату и... Вот на этом месте моя, и так с трудом возвращённая в прежнее состояние челюсть, снова отъехала вниз, а глаза выкатились из орбит. - Что за хуйня! – ору я не своим голосом, окидывая комнату взглядом. Комнату? Я сказал: "Комнату?" Бля, да разве эту катастрофу вселенского масштаба можно назвать комнатой? Эту, бля, разборку в Бронксе? Весь этот открывшийся моим глазам пиздец? На полу валяется дверь от шкафа, под ней осколки зеркала. На ковре, под сумками, огромное красное пятно. Да нет, целое пятнище с живописными разводами. По всему полу такие-же красные следы босых ног. Он что, кровавую мессу тут справлял? Меня затрясло. - Бля! Ты охренел! Ты что натворил здесь, «ископаемое»?! – хватаю парня за руку и резко притягиваю к себе. Он, наверное, не ожидал от меня такой реакции. Да я сам от себя не ожидал. Я всегда отличался спокойным и хладнокровным нравом. Но тут... У меня всегда была слабость к белоснежным напольным покрытиям. А этот ковёр был одним из самых любимых мной. Конечно же, ведь и эта, разнесенная сейчас в хлам, комната раньше принадлежала мне, пока я не перебрался в дядины покои. Это, конечно же, не самый дорогой в мире ковёр, который магараджа Барода Кханде Рао намеревался подарить для украшения гробницы пророка Мухаммеда в Медине. И который продали на аукционе за пять миллионов долларов после внезапной смерти этого магараджи. Но и это произведение искусства персидских мастеров ручной работы стоило просто сумасшедших денег. И этот ковёр был памятью о родителях, это они мне привезли его из очередной поездки, зная о моей слабости к подобным вещам. А этот, этот... изгваздал его, как... Арррррррр.... - Ты знаешь сколько стоит этот ковер?! Ты себе хотя бы представляешь, сколько?! Наверное нет, ибо не пачкал бы его нахрен! Да у тебя таких денег сроду не было, - завожусь я ещё больше, чувствуя, что от бешенства просто темнеет в глазах. Парень молчит, только отрицательно качает головой и трясётся от страха. Я снова срываюсь на вопль, заламываю ему руку за спину и, с усилием надавливая второй рукой в область лопаток, швыряю его на пол, на колени, утыкая лбом в пятно. - Ты у меня, нахуй, всё это вылижешь сейчас, - рычу я и продолжаю толкать голого парня лбом в белый, мягкий ковер. Хотя, уже не белый, совсем, млять, не белый! При этом прижимаю его к несчастному ковру за шею, чтоб не вырвался, и выворачиваю его руку ещё сильнее, так, что ему приходится изогнуться и выпятить зад. Если бы сейчас кто-нибудь зашел в комнату и увидел нас... Даже страшно подумать. От этого занятия меня отрывает дорожка из воды, которая, похоже, течёт из ванной. - Какого?.. – смотрю, как лужица увеличивается в размерах и резко подрываюсь, отпуская Диму. Как птица больших полётов, я влетаю в ванную и, взмахнув своими крыльями в последний раз, падаю с грохотом и бульканьем на пол, залитый водой. Звон в ушах, звездочки перед глазами и тупая боль в затылке. Ещё и пятую точку отбил. Задница болит невыносимо. Но на этом, как оказалось, не всё. Слух и зрение быстро ко мне возвращаются, и я осматриваю очередной армагеддец. Что творится в ванной, словами не передать, только жестами, мимикой и нецензурной лексикой. Из боковой стенки бокса льется вода и, естественно, на пол, так как дверцы душевой кабинки не закрыты. Мигает подсветка, орет музыка, шумит вентилятор. На полу тонкий слой воды, на котором дрейфуют осколки чашки и банные принадлежности. Вон белый тапочек поплыл. Попутного ветра тебе. - Очешуеть. Бля, мать твою. Встаю, пошатываясь и потирая задницу и голову. Но тут же спохватываюсь и подлетаю к кабинке. Протягиваю руку, чтобы выключить воду, но струи кипятка с бешеной силой летят в мою оголенную грудь, и я начинаю орать благим матом. Кожа горит, жопа болит, голова раскалывается. Звиздец. Трендец. Конец света. Кое-как дотягиваюсь до большой синей кнопки и вырубаю воду, а следом и всё остальное. Под огромным впечатлением от всего, в полном ахуе, я прислоняюсь животом к холодной кафельной стене и пытаюсь придти в себя. Двадцать минут, каких-то сраных двадцать минут, а он уже разнес всю комнату в хлам. И этому хотят доверить управление фирмой? Нервно хохотнув и отлипнув от стены, я вошел в комнату. «Чудо» сидело на полу, поникшее и всё так же, голое, и своим свитером, в котором приехало, тёрло пятно на ковре, размазывая его в полнейшую и окончательную жуть. - Ну что ты блин делаешь?! Мать вашу и нашу! - Я реально сейчас хотел кого-нибудь убить. В первую очередь его. - Я позову прислугу, она все уберёт. Хватит с меня уже сюрпризов от тебя. Не мог позвать меня, спросить, как все работает? Я старался держать себя в руках, но мой голос то и дело срывался на рык. - Пульт от шкафа на тумбочке, в боксе все кнопки с рисунками. Короче, потом покажу. Всё, вставай. Пошли. Подцепляю его руками подмышки, поднимаю на ноги и выталкиваю из комнаты в коридор. - Идём наверх, помоешься у меня, - показываю жестом вверх, и парень молча идёт. Я за ним. М-м-м... Какая попка, изгиб поясницы... Чёрт, Макс, одёргиваю сам себя, но глаза от его зада отвести не могу, это сильнее меня. За мной тянется мокрый след, с одежды и волос на ступеньки капает вода. - Фак, ты мне одежду испортил. Просто слов нет, - снова бурчу, пропуская парня в свои хоромы. Отвожу его сразу в ванную и вталкиваю в кабинку. - Ни черта здесь не трогай, понял? Я сам все включу. Мыло вот, шампунь рядом. Когда помоешься, нажмёшь вот эту кнопку, - ткнул я пальцем в панель. Из большого верхнего душа полилась вода. Пара нажатий на кнопки и вода нагревается до умеренной температуры. - Всё, дверцы открываются и закрываются вот так, - я задвинул тяжёлые стеклянные двери, послышался хлопающий звук. Это они, с помощью магнитов, плотно сошлись вместе. Бросив на силуэт парня последний взгляд, я повесил на крючок чистое полотенце и вышел. Так, теперь самое главное. Скидываю с себя на пол мокрую одежду вместе с бельём и, голый, иду к столику, где беру в руки телефон. - Алло, Мария? Возьми с собой Ольгу и идите в комнату нашего нового гостя. Там нужно слегка прибраться. Девушка бодро отвечает, что сейчас всё будет сделано, а я кладу трубку и ржу. Да она ещё не видела, что там творится. Вот, наверное, испытает огромный, будоражащий душу экстаз. С удовольствием бы посмотрел на реакцию служанки. Но нет, оставлять моё персональное несчастье одного? Ни в коем случае. Моё? Хм... Внезапно я вспоминаю, что голый, а с минуты на минуту может выйти Дима, поэтому спешу одеться. Спортивные штаны, черная майка, так-то лучше. Так как все вещи парня остались внизу, а мне лень было туда спускаться, я начинаю подыскивать парню временную одежду. Достаю из стопки вещей новую, длинную футболку синего цвета, и как раз в этот момент Дима выходит из ванной, закутавшись в белое банное полотенце. Мокрые волосы зачёсаны назад, и теперь я могу рассмотреть его лицо, скрытое до этого лохматым безобразием. Подхожу вплотную, беру его пальцами за подбородок и начинаю внаглую разглядывать парня. Голубые глазищи, длинные, будто накрашенные, ресницы, аккуратный носик и слегка припухшие губы. - Ты на девочку похож, - слегка прищуриваясь и криво улыбаясь, говорю ему прямо в лицо и только потом отпускаю, – только тебя, крошка, я завтра приведу в порядок. Будешь куколкой. Определенно, нужен стилист. У Димы красивое лицо. Что-то даже кольнуло внутри от его глазищ. Затягивали, как в омут. - Вот, одень, - кидаю в него футболку, которая, скорее всего, будет ему по колено. Ростом и то не вышел, – завтра купим тебе нормальную одежду. Возражения не принимаются. Чтобы пресечь все намеки на возмущение, которое явно прорывалось, я посмотрел на парня стальным, холодным взглядом и отвернулся, чтобы он оделся. - Пойдём, покажу дом, пока убирают твою комнату. Повернувшись, я не смог удержаться от смеха, когда увидел это чудо в синей футболке. Она была ему как ночная сорочка. И смотрелся он в ней уж слишком потешно. - Всё-всё, не смеюсь, - я поднял лицо к потолку и шумно выдохнул пару раз, успокаиваясь. Парень, кажется, готов был прожечь во мне взглядом дыру, так на меня смотрел. Ей богу, как волчонок. Дальше была небольшая экскурсия по стратегически важным помещениям. - Это кухня, - обширным жестом руки обвожу я помещение, – руки оторву, если что-то поломаешь. Тут везде встроенная кухонная техника. Плита включается вот так. Я стал демонстрировать, как она включается легкими нажатиями пальцев по ровной, зеркальной поверхности. - Вот эта кнопка отвечает за температуру нагрева. Так больше, так меньше. Вот эта большая кнопка - включить либо выключить. Когда загорится вот этот индикатор красным, можно ставить посуду и готовить, понял? Хотя, тебе и не нужно ничего понимать, еду готовит прислуга. Это на дядю иногда снисходило вдохновение и он самостоятельно что-нибудь готовил. Поэтому и кухню оборудовал по своему вкусу. Я тебе показываю просто, чтоб ты здесь хоть ничего не разнёс. Парнишка усиленно кивал, всё время внимательно меня слушая. Но я уже запарился ему всё объяснять. Я видел, как его лицо постоянно меняется от крайнего удивления, до вселенской скорби и печали. Может, мне стоит молить богов, что бы этот «лось» не оказался «оленем» и ничего не перепутал? - Это холодильник, - смотрю с удовольствием, как глаза Димки стали по пять копеек. Естественно, двухметровая громила золотого цвета, в тон кухне, встроенная в стену и без единой ручки. – А теперь смотри сюда. Ломать ничего не нужно. Нажимаешь ладонью на край двери, и она открывается. Я снова демонстрирую, как это делается. - Так же открываются все кухонные шкафчики. Повторяю, открываются от легкого нажатия на панель. Ясно? Ни хрена ломать не надо и пальцы корявые не нужно совать в щели. Все легко и просто. Поехали дальше. Алё, говорю, пошли дальше. Раздраженно окликаю парня, который слишком увлекся открыванием шкафчиков и холодильника и не может оторвать взгляда от разложенных на столе овощей для салата. Чего так пялится, голодный, что ли? - Может, ты есть хочешь? - спрашиваю у новоявленного родственника, прослеживая его взгляд. - Нет, - тихий ответ, но глаз от огурцов не отводит. Голодовку объявил, или что? - Тогда пойдём дальше. Вот здесь спортзал, там бассейн. Чур, в него не ссать. Для этого есть туалет, как на первом, так и на втором этаже. Вывожу его в холл первого этажа и останавливаюсь. Просторное помещение, мощные колонны держат два этажа выше. Цветы в вазах, картины на стенах, пол блестит. Шик и блеск. - Здесь мы, в основном, устраиваем приёмы гостей. Вон та дверь, - показываю я на закрытую, широкую, бежевую дверь, - ведет в банкетный зал на пятьдесят человек. Так, что еще не показал? Ах да, остальные комнаты либо комнаты прислуги, либо для гостей, вроде тебя. На последних словах я сделал значимое ударение, тем самым намекая, что парень здесь всего лишь гость, и при любом удобном случае, я его отсюда сплавлю. - За домом есть сад, твои окна и балкон как раз выходят на него. Если будут вопросы - спрашивай, а не твори беспредел. - Максим Леонидович, мы убрали. Ковёр пришлось заменить. А дверь поменяют завтра, - тихий голос Марии, хорошенькой тёмненькой домработницы, отвлекает меня от экскурсии. За ней стоит Ольга, вторая прислуга, которая с интересом и улыбкой разглядывает чудо в футболке, топчущееся за моей спиной. - Спасибо. Можете быть свободны, - я одарил обеих лучезарной улыбкой и заметил румянец на их щечках. Милашки, так бы и... Стоп. Снова, блин. Тем временем девчонки побежали по своим делам, но уже возле кухни Мария обернулась и сообщила: - Ах да, сумки нашего гостя я разобрала. Одежду положила в шкаф, а продукты, что уцелело, в холодильник. Я благодарно кивнул и пошёл на второй этаж. Дима шел по пятам за мной, почти не разговаривая. С того самого момента, когда на его голову опустилось цунами моего гнева, он не проронил толком ни одного полноценного слова, кроме «ах» или «угу». Что за деревня-село? Заглядываю в комнату парня. Девчонки постарались на славу. Следов недавнего разгрома почти не видно, не считая шкафа без дверцы. - Всё, иди отдыхай и чтобы тихо мне. Будут вопросы - я у себя. Нет меня, ты можешь попросить помощи у девчонок. Они тут живут, работают и всегда помогут. Вон на столе телефон, по которому ты можешь с ними связаться. Все номера в блокнотике, там же. Наконец я развернулся и с попутным ветром слинял из комнаты к себе. Достало с ним возиться, сил моих нет. Да и жутко устал, тело требовало душа и кровати. Слишком много стресса за один день. Приняв душ, я лег в постель и вырубился, надеясь напоследок, что мой сон никто не потревожит. Как я не люблю утро. Кто бы знал. Хотя, а кто его любит? Найдите мне хоть одного человека. Подымаюсь с трудом. Затылок болит, задница тоже, и я вспоминаю почему. Чёртов Дима. И утро начинаю с того, что жутко его ненавижу, сам даже не знаю почему. Хотя, нет, знаю. Припёрся в мою жизнь, нарушил все планы и ещё доставляет кучу хлопот. Вот вставай, вези его туда, сюда, как будто заняться мне сегодня было нечем. Но когда я вспоминаю, что завтра вечером у меня состоится небольшой прием в честь удачной сделки, в моих глазах загорается радостный огонек. На приёме будут как раз и те самые важные люди, а ещё я пригласил, в качестве пары на вечер, ту самую блондинку Юлю, которую и намеревался после приёма отыметь во все... Ну, вы поняли, что я имел в виду. Главное, что бы «село и люди» мне не испортил этот вечер своими дурацкими выходками. Хотя... У меня появилась коварная мысль, но её я обдумаю попозже. Встаю, плетусь в ванную, где принимаю контрастный душ, привожу себя в порядок и иду одеваться. Сегодня в офис не нужно, поэтому я одеваю чёрные, немного обтягивающие, джинсы, белую рубашку с коротким рукавом, а на верх, в тон к джинсам, жилет. Отлично. Как с обложки журнала. Пару взмахов расческой, и волосы аккуратно зачёсаны назад. Мачо, блин. Спускаюсь на этаж ниже и без стука распахиваю дверь комнаты Димы. Парень спит, свернувшись калачиком и почти с головой накрывшись одеялом. Милаха, ничего не скажешь. Лицо закрывают его густые волосы, поэтому не могу его детально рассмотреть. - Подъем, пожарная тревога, горим, бля, - ору я, как резаный и наблюдаю как вскакивает парень, с испугом оглядываясь по сторонам. Ржака накрывает меня бурным потоком, я даже сгибаюсь пополам. Да, веду я себя как подросток-идиот, но иногда же можно. - Придурок, - тихое, под нос, бурчание парня, но я слышу отчетливо каждую букву. - Чего-чего? Тебя давно не таскали мордой по обляпанному ковру? Подъем! Нагло хватаю его за ногу и стаскиваю с кровати на пол. Парень сопротивляется, пытается зацепиться за что-нибудь, но я одерживаю победу. Приглушенный стук, и Дима лежит на полу, потирая ушибленный бок. - Прости, я нечаянно, - делаю виноватую морду, но уже через минуту становлюсь серьезным, – короче, вставай, одевайся и спускайся вниз завтракать. Поедем по делам. Слышу недовольное ворчание парня, но он встает и плетётся в ванную. К удивлению отмечаю, что спал он в той самой синей футболке. Хм. Завтрак проходит быстро и в тишине. Я пью кофе и жую круассан. Дима дует и громко прихлёбывает чай, заедая взявшимися откуда-то булочками с яблоками. Может, с собой привез? Мы деликатно молчим, только бросаем друг на друга мимолетные взгляды. Наконец завтрак окончен, я подымаюсь из-за стола и зову за собой Диму. Только сейчас я замечаю, что одет он в синие широкие джинсы и клетчатую рубашку. Срань господняя. Что за стиль техасского рейнджера? Ну вот куда я с ним поеду в таком виде? Да меня мои знакомые засмеют. Смотрю на него в упор, а потом, махнув рукой, иду к своей машинке-мечте. Ну его, в городе переодену, да как можно быстрее. Парень садится на этот раз на переднее сидение, рядом со мной, пристегивает ремень и сразу же отворачивается от меня, уставившись в окно. Неужто обиделся? Ты смотри, какая принцесса. Было бы чего. Ну и ладно. Через полчаса мы уже сидим у стилиста Лёхи. Я всегда обращаюсь к нему за советом и полностью доверяю. - Сделай с этим что-нибудь. Только адекватное. А то без слез на него не могу смотреть. Леха удивленно поднял брови, повертел в стороны мордашку Димы и улыбнулся. - Всё, придумал. Ща всё сделаем. Подстригу как надо. - Эй, а меня не спросили? Я не буду стричься. Мне нравится и так, - это подал голос Дима, чему я несказанно удивился. Заговорил, блин. - Слушай меня сюда. Ты будешь делать так, как я сказал. Или тебя подстрижёт этот добрый дядя, или, когда ты будешь спать, я приду к тебе с ножницами и сам обкромсаю твои патлы. Димка уставился на меня взглядом со смесью ненависти и отчаяния, но промолчал. Значит, согласился. - Приступай, - кивнул я Лёхе и уселся ждать на диван. Пока я ожидал, то успел поговорить по телефону о делах, не терпящих отлагательств, выпить кофе и впасть в состояние анабиоза. Потом позвонил Александр и стал расспрашивать о Диме. Я, почему-то опустил все подробности вчерашнего вечера, только сказал, что мы замечательно провели время, а сейчас парнем занимается стилист. Александр меня даже похвалил и сказал, что очень рад тому, что мы подружились. Как же-как же, подружились, сейчас. Бегу-спотыкаюсь. Если бы не условия, ноги бы моей рядом с ним не было. - Готово, принимай работу, - протяжно произносит Алексей и поворачивает ко мне лицом Дмитрия. Я даже присвистнул от увиденного. Леша придал его прическе объем, обрезав дурацкую челку и укоротив волосы со всех сторон. Косая челка на бок, рваные края и чуть удлиненный затылок. Даже очень неплохо. - Отлично. Мне нравится, - улыбнувшись Лёхе, я расплачиваюсь и веду Диму дальше. На этот раз по магазинам. Если бы продавцы не знали меня, то давно бы вытолкали из бутиков. Их удивленные взгляды на моего спутника явно говорили о том, что они немного в шоке от его вида. Если с прической мы разделались за полчаса, то одевал я его не менее трёх. Парень вредничал, сопротивлялся, не хотел мерить то, что я ему предлагал и довёл меня до белого каления. Вконец злой и вымотанный, я прижал его в примерочной и зашипел на ухо: - Слушай сюда, если ты сейчас не померишь всё это барахло, я тебя прямо тут уделаю. Моя рука сжалась на его шее, перекрывая ему доступ к воздуху, а лицо приблизилось к его лицу. Меня всего трясло от переполнявших меня эмоций, просто придушить его тут, и всё закончится. - Отпусти, - сдавленный писк, и я нехотя разжимаю руки. Парень хватает ртом воздух, трет шею, а в глазах его читается печаль и обида. Чёрт, обидел ребенка, применил силу. Как-то даже самому становится стыдно. Но, тем не менее, своего я добился. Дима всё-таки все померил, мы расплатились и с кучей пакетов пошли к машине. Домой мы снова ехали молча, не проронив ни слова. Но я уже с интересом поглядывал на преображённого парня, явно наслаждаясь проделанной работой. Выглядел он сногсшибательно с новой прической, в новых джинсах, рубашке и туфлях. Ну, совсем же другое дело. Его клетчатую рубашку я специально забыл в магазине. Не дай бог, снова её наденет. После нашей прогулки больше я Диму не видел, он закрылся у себя в комнате и даже не вышел к ужину. Меня посещали разные мысли о том, что, может, стоило бы сходить к нему, извиниться или поговорить, но потом я махнул на всё рукой и пошёл спать. А что он думал, в сказку попал? Мне, между прочим, тоже досталось. Кому сейчас легко? Хоть бы спасибо сказал, что я его в нормальный человеческий вид привёл, чудовище неблагодарное. Обижается ещё. Утро было суетливым. Прислуга и я сам готовились к вечернему приёму. Мария и Ольга с семи часов были на ногах, натирая всё до блеска, накрывая столы, срезая свежие цветы и составляя из них букеты. Кухарка Катя готовила всевозможные вкусности, распространяя ароматы далеко за пределы кухни. Короче, жизнь кипела. Я обзванивал приглашённых, подтверждая время и место встречи. Позвонил и Юле, выслушивая ее радостный треп и обещание, что она будет вовремя. Ну конечно, как же не вовремя, когда сам наследник «Мартикора» зовет. Тут уж все бабы стелятся передо мной. Жених-то завидный. Вот только Димки нет. Спит, что ли? Смотрю на часы, два часа дня. Странный он. Неужели решил не выходить совсем? Но как оказалось, я ошибся. Вскоре появился заспанный лохматый парень, снова в той же синей футболке и шортах, и принялся копаться в холодильнике. - Вообще-то, доброго дня. - Угу, - ответ меня убил. А сам парень вытаскивает свою еду, садится за стол и, не спеша, ест. Он что, объявил бойкот? Или это так принято себя вести у них, в глуши? Ни капли уважения к старшим. - Не угу, а в нашем кругу принято здороваться. Неуч. Взгляд голубых глаз явно дал мне понять, чтобы я к нему не цеплялся. Ты смотри, хорохорится ещё. Больно надо, сдался ты мне. У меня еще дел по горло. - Кстати, у меня сегодня приём, не вздумай его мне испортить. Лучше сиди в комнате и не вылезай. Понял? Твое время еще придёт. Я встал из-за стола и быстрым шагом направился по своим делам. Как-то даже неуютно стало на кухне от взгляда Димы. Странный он какой-то, вот точно, странный. Так смотрел. Хм... Приятный, тёплый, летний вечер, располагающая атмосфера, тихая музыка. Парочка официантов таскают подносы с едой, разливают вино и шампанское. Гости всё прибывают, а я как на иголках. Скоро придёт Юля, потом важные персоны, их всех нужно развлекать, а у меня в голове только одна мысль: "Как бы этот конь ничего не испортил очередной выходкой". Со мной он разговаривал мало, за весь день я больше его не видел, ну, может, только мимолетно, а за помощью, к моему удивлению, он тоже пока не обращался. Неужто разобрался во всем? Или специально игнорирует? Хотя, на кухне был небольшой инцидент, когда он чуть не сломал кран, дёргая его во все стороны. А всего-то нужно было подставить под датчик руки. Ну, да ладно. Я уже как-то привык к его выходкам и, думаю, хуже того, что я пережил, уже не будет. Но всё равно, навязчивое чувство тревоги не покидало меня ни на минуту, поэтому я принял для себя самое верное решение. Я взял ключ, пошёл на второй этаж и закрыл парня у себя в комнате. Пусть посидит, зато ничего не выкинет. А моё сердце будет спокойно. - Максик, - оборачиваюсь и вижу, как по ступенькам поднимается Юля. Белокурые волосы подняты в высокую прическу, в ушах серьги кольцами, точёную фигурку обтягивает шикарное чёрное платье, которое слегка расширяется книзу. Не девочка, а конфетка, – мне сказали, что ты где-то здесь. - Привет, Юльчик. Шикарно выглядишь. Ну что, пошли встречать гостей? Девушка кивнула, одарив меня лучезарной улыбкой и, подхватив под руку, потащила вниз.