Обручённые: В оковах судьбы

      Простить кого-то и переступить через обиды порой оказывается настолько же непросто, насколько и легко. В этом Кингоджо убедился, одиноко бродя по саванне и оттягивая момент, когда всё же придётся вернуться домой и встретиться с Аскари после его идиотской выходки.       Поцеловать его львицу на глазах у всех... Кинг как никогда жалел, что Великие Предки ещё не наградили его своим всеразрушающим Рыком. Едва ли Аскари был бы столь же смелым, зная, что на него в любой момент может обрушиться гнев самого грозного из хранителей.       С этими мыслями Кинг продолжал настойчиво шагать вперёд, пока обострившийся в тишине слух не уловил шуршание травы за спиной, а чьи-то мягкие шаги не заставили его обернуться.       Конечно, это была она. Лев тут же захотел демонстративно уйти прочь, едва встретившись с ней взглядом... но почему-то так и не смог.       Может, это была просто слабость, а может, это обручение уже пустило корни в их сердца.       Камили, стоящая напротив него, была серьёзна, но глаза её улыбались, и Кинг, не в силах сохранять бесстрастие, вернул ей ответную улыбку.       Наверное, Аскари и впрямь был прав.       Что бы ни происходило, обручённые уже не смогут полюбить никого другого.       И сейчас, по прошествии нескольких дней с того вечера, Кингоджо, мирно отдыхая в тени раскидистых финиковых пальм, вновь смотрел в серебристые глаза лежащей у него под боком львицы и от всей души надеялся, что хотя бы в этом Аскари не ошибся.       Одна лишь деталь омрачала безмятежность этого спокойного утра: вместе с засушливым африканским летом на Земли Прайда обрушилась его неизменная спутница – жара. Водопой опустел наполовину, копытные уходили всё дальше в поисках зелёной травы, а весь львиный прайд целыми днями проводил в спасительной тени.       Лишь один лев не мог позволить себе такой роскоши – с наступлением засухи работы у Кайона и его Гвардии заметно прибавилось. В разных частях Земель Прайда на омертвевших, покинутых травоядными пастбищах то и дело вспыхивала иссушенная солнцем растительность.       Вот и сегодня с самого утра хранители направились в Дальнеземье, чтобы устранить очередной стихийно разросшийся пожар.       – Так ты свободна сегодня вечером, – поинтересовался Кинг, возобновляя прерванный разговор, – или вы идёте на охоту?       – Нет, – Камили лениво прикрыла глаза и перевернулась на спину. – Львицы совсем устали от этой жары. К тому же, Витани должна вернуться только через пару дней.       Кинг ухмыльнулся. Все львицы уже второй день судачили о том, что главная охотница вызвалась сопроводить короля Нарити, решившего, наконец, вернуться в родной прайд. Конечно, Витани заверила Кову, что такую важную персону не следует отправлять в столь неблизкое путешествие без эскорта, но тот, хоть и отпустил сестру вместе с Нарити, вряд ли поверил хотя бы одному её слову.       После этой новости с мордашки Думани целый день не сходила довольная «я-же-вам-говорила» улыбка, и лишь одну Камили куда больше обеспокоил тот факт, что отец покинул эти земли, оставив её одну в новом прайде.       Конечно, Нарити не мог надолго оставить свою территорию без королевского надзора, а Камили нужно было привыкать к жениху и новой будущей семье. Но, вопреки здравому смыслу, её душу щемило от мысли о том, что с уходом отца никого родного для неё здесь больше не осталось.       Пытаясь отвлечься от вновь нахлынувшей тоски, Камили встрепенулась, огляделась по сторонам и вдруг задумчиво нахмурилась.       – Смотри, – сказала она Кингу, приподнявшись и глядя куда-то вдаль, поверх его головы. – Кажется, там дым!       Кинг поспешно обернулся и вскочил на лапы, вытряхнув из гривы остатки пожелтевшей травы. На горизонте и впрямь угадывалась сероватая струйка полупрозрачного дыма.       – Точно, – хмуро подтвердил он. – Трава снова начала тлеть.       – Это очень опасно? – встревоженно спросила его Камили.       Намётанным взором, выработанным за годы тренировок, принц осмотрел дымящуюся местность.       – Достаточно, – кивнул он. – Дым идёт с лугов Урембо, там очень много сухой травы. Если займётся пожар, от лугов не останется ничего, кроме лысины.       – Но хранители сейчас на дальних пастбищах! Нам нужно скорее...       – Нет, – вдруг жёстко оборвал он львицу. – Нам нужна Думани.       Эта мысль ударила в голову внезапно, но показалась Кингу столь естественной, словно всю жизнь жила где-то внутри и смиренно ожидала своего часа.       На Землях Прайда опасность, но Львиная Гвардия далеко.       Неужели настал его час?       – Думани? – глаза Камили непонимающе расширились. – Зачем нам она?       – Объясню позже, – нетерпеливо махнул он головой. – Ты знаешь, где она?       Камили бросила нервный взгляд на постепенно темнеющие клубы дыма на горизонте. Она не знала, что задумал Кинг, но перечить самцу не решилась.       – В такую жару – точно на Скале Предков, – с уверенностью ответила она.

***

      Думани обнаружилась чуть ниже – под Скалой, в логове Львиной Гвардии. Воспользовавшись тем, что в отсутствие хранителей пещера пустовала, измученная жарой пятнистая самка, прихватив с собой брата, решила расположиться в логове и немного отдохнуть от зноя среди прохладных камней.       – Какие львы к нам пожаловали, – протянул развалившийся на мягком папоротнике Аскари, едва завидев вошедших Камили и Кинга. – Если вы пришли сюда поразвлечься, сообщаю: здесь уже занято до вечера.       – Ты можешь хоть раз обойтись без мерзких шуточек? – с презрением отозвалась Камили. – На лугах Урембо дымится трава!       – Только этого не хватало, – Думани, лежавшая на каменистом выступе над озерцом, поднялась на лапы и одним махом перепрыгнула водоём. – Я побегу за мамой и папой.       – Нет, стой! – резко одёрнул её Кинг, подняв громогласное эхо под своды пещеры.       Думани застыла в недоумении, вопросительно посмотрев на принца.       – Послушайте, – чуть спокойнее продолжил Кингоджо, обведя взглядом всех присутствующих. – Хранители тушат возгорания на другом конце Земель Прайда. При всей твоей быстроте, Думани, мы потратим уйму времени, прежде чем доставим их сюда.       – И что ты предлагаешь? – недоверчиво нахмурился Аскари.       – Устранить пожар самим.       – Ты спятил? Мы же не Львиная Гвардия! – Думани по-прежнему переминалась с лапы на лапу возле выхода из логова, порываясь отправиться за помощью.       – Но я – её будущий лидер, – твёрдо возразил Кинг, – и я должен хоть раз защитить Земли Прайда! Это... это мой последний шанс.       – Какой ещё шанс?       – Шанс получить метку.       Его слова были встречены тишиной, нарушаемой лишь тихим монотонным плеском срывающихся со сталактитов капель воды. Чувствуя на себе пристальные взгляды трёх пар глаз, темногривый лев вздохнул и первым прервал молчание:       – Однажды, когда я был ещё львёнком, Макини рассказала мне, что Кайон стал лидером Гвардии после того, как спас Бангу от гиен, – Кинг многозначительно кивнул на рисунок рычащего золотистого львёнка на каменистой стене пещеры. – Он сделал это сам, понимаете?       – Не понимаем, – отозвался Аскари.       – После спасения Банги на плече Кайона появилась метка. Возможно, в этом всё и дело! Мне нужно совершить какой-нибудь подвиг, и тогда...       – Так тебе на самом деле плевать на пожар в саванне? – тихо произнесла Камили и сделала непроизвольный шажок назад. – Ты просто хочешь доказать Великим Предкам, что достоин носить метку?       – Не думал, что когда-нибудь скажу это, но она права, – цокнув языком, признал Аскари. – Звучит так, будто ты пытаешься воспользоваться опасной ситуацией в корыстных целях.       – Я лишь хочу выполнить свой долг перед родными землями, – Кинг с несвойственной ему полемикой стоял на своём, – и мне очень нужна ваша помощь.       Думани громко фыркнула, услышав эти слова.       – Наша? Но какие из нас..?       – Хранители? Самые настоящие! – с воодушевлением заверил её лев. – Я – самый грозный, Думани – быстрейшая, Камили – храбрейшая, Аскари...       Повисло неловкое молчание, знаменующее собой лихорадочный мыслительный процесс Кинга.       – Продолжай, я весь внимание, – флегматично отозвался Аскари.       – Можешь выбрать между самым сильным и самым зорким, – не удержалась от смеха Думани.       – Пожалуй, выберу вариант «самый умный».       – Не советую – к тебе это не имеет никакого отношения, – вставила своё слово Камили, и пятнистый лев оскалил клыки, угрожающе приблизившись к ней.       – А ты, я смотрю, быстро вжилась в роль храбрейшей? – сквозь зубы произнёс он.       – Хватит препираться! – рассердившись, прервала их Думани. – Мы и без того потеряли кучу времени! Так и быть, я согласна помочь Кингу, пока у нас остался хоть какой-то шанс сохранить луга.       Аскари и Камили неуклюже отодвинулись друг от друга, с неуверенностью взглянув на пятнистую кошку. Оба были явно не в восторге от идеи спасать Земли Прайда без ведома Кайона.       Но Кинг ликовал – убедить Думани уже означало совершить полдела. За сестрой Аскари пойдёт куда угодно, а Камили... Камили, как его львица, должна пойти за ним.       – Поймите, это моя последняя надежда, – вкрадчиво проговорил он. – Если я буду и дальше прятаться за спиной Кайона, мне точно не видать метки.       Камили с сомнением прижала уши и чуть было не переглянулась с Аскари в поисках поддержки, однако, спохватившись, сумела вовремя остановить себя.       – Хорошо, – согласилась она. – Медлить больше нельзя, и если для тебя это так важно, то...       Львица неловко замолчала. Кинг выжидающе повернулся к Аскари, уже не сомневаясь в том, что услышит в ответ.       Пятнистый лев хмыкнул и покачал головой.       – Ладно... Я тоже с вами. Но только чтобы проследить, что ты не угробишь... – он бросил взгляд на Думани, но затем ненароком на долю секунды задержал его на Камили, – мою сестру.       Кингу хотелось прыгать от радости, несмотря на угрозу, нависшую над их территорией. Будь он проклят, если сегодняшний день не станет самым знаменательным в его жизни!       – Отлично, тогда вперёд! – решительно воскликнул он.       – Если начнёшь выкрикивать девиз, я тебя придушу, – мрачно предостерёг кузена Аскари, и львы выскочили из пещеры, помчавшись навстречу своей первой спасательной миссии.

***

      Луга Урембо встретили новоиспечённую Львиную Гвардию жарким сухим теплом и запахом гари. Думани оказалась права – они действительно потеряли немало времени.       Серо-жёлтая истлевшая трава уже не просто дымилась – её вовсю охватывал огонь. Проворные язычки пламени стелились по земле, словно змеи, пожирая иссохшую растительность и наливаясь всё большей силой.       – Нужно перекрыть огню доступ кислорода! – на бегу инструктировал свой отряд Кингоджо. – Топчите его и засыпайте землёй!       Команда разделилась по разным концам объятой огнём низины, пытаясь затушить пожар. Но жухлая сухая трава с лёгкостью вспыхивала вновь и вновь, позволяя пламени распространяться всё дальше и набирать мощь.       – Вот же чёрт! – раздался приглушённый возглас Аскари. – Огонь перекинулся на акацию!       Не переставая взрыхлять когтями пересохшую землю, Кинг взглянул на одиноко стоящее деревце, узловатый ствол которого уже начинали облизывать языки пламени.       – Её уже не потушить, – сказал он. – Главное: не дайте огню распространиться внизу, по траве!       Аскари кивнул, отбросив со лба растрепавшуюся чёлку, и продолжил судорожно сбивать пламя. Но Думани вдруг оставила попытки потушить траву и подскочила к сгорающему дереву.       – Там гнездо! Вон там, наверху! – воскликнула она, сосредоточенно всматриваясь в тёмную крону акации.       – Думани, сейчас же вернись! – рявкнул Аскари, мигом поняв намерения сестры. – Это всего лишь птенцы.       – Но они погибнут!       – Это Круг Жизни, – ответил он. – Когда-нибудь все мы погибнем!       – Тогда засунь этот Круг себе в задницу! – рыкнула Думани и, изо всех сил оттолкнувшись от земли, вцепилась когтями в толстую ветку.       Аскари выругался, разрываясь между необходимостью тушения огня и спасения собственной сестры. Думани тем временем подтянулась и, крепко обвив хвостом нижнюю ветку, стала торопливо карабкаться вверх.       Пламя полностью охватило ствол акации, готовясь перекинуться на её плоскую крону. Пятнистая самка лихорадочно цеплялась за ветки, спасаясь от огненного жара, обжигавшего хвост и задние лапы. Треск ветвей начал смешиваться с приближающимся треском пламени, когда Думани, наконец, достигла своей цели.       – Кинг, хватай! – крикнула она, хватая зубами и скидывая вниз плотную связку сухой травы и палок, в углублении которой испуганно сжавшись в кучку, пищали три лишённых оперения птенца.       Кингоджо ловко поймал зубами сброшенное гнездо и, оставив его в безопасности на остывающем пепелище, вернулся обратно к дереву.       – Думани, огонь! – закричал Аскари, но она и сама поняла – дерево начало пылать. Голова шла кругом от жара и въедливого дыма; искры, отбрасываемые пламенем, то и дело опаляли её шерсть и обжигали кожу; а огонь лишь набирал силу, изжаривая сухую листву.       – Ей не спуститься, – надтреснуто произнесла Камили, наблюдая, как пятнистая кошка лезет всё выше, стараясь избежать неумолимо приближающегося пламени.       – Прыгай! – приказал ей Кинг. – Прыгай, мы с Аскари тебя поймаем!       Поколебавшись пару мгновений, Думани крепко зажмурилась, разжала лапы и полетела вниз, ломая ветви. Аскари и Кинг синхронно рванулись ей навстречу.       Прыжок вышел удачным – спины львов смягчили её падение, и в тот же миг крона дерева над их головами вспыхнула словно факел.       – Чтоб мне зеброй подавиться... – прохрипел Аскари, с трудом поднимаясь на лапы. – Пора отсюда сматываться и звать подмогу.       Однако эта заминка стоила им дорого – за это время пламя, охватившее траву, разгорелось ещё сильнее, и четверо львов осознали, что огонь отрезал им все пути отступления.       Его кольцо сужалось – пламя больше не шныряло по земле рыжими змейками, теперь оно возвышалось над ними со всех сторон сплошной пылающей стеной.       – Скорее, прыгайте! – прокричал Кинг, и отряд, словно отрезвлённый этим возгласом, не медля больше ни секунды, перемахнул через горячую огненную преграду.       Вырвавшись из эпицентра пожара, Аскари огляделся – рядом с ним тяжело приземлились на лапы Кинг и Думани, взметнув в воздух горсть серого пепла. Не видно было только...       – Камили! – испуганно позвал Кинг, обернувшись назад.       – Я... Огонь слишком высокий! – срывающимся голосом отозвалась она из-за огненной толщи.       Аскари вздрогнул, услышав этот наполненный отчаянием крик.       Конечно, ей трудно перепрыгнуть огненную завесу. Она ведь, пожалуй, самая миниатюрная из всех львиц в прайде...       То, что произошло в следующее мгновение, он осознал далеко не сразу. Телу вмиг стало невыносимо жарко, а всё кругом почему-то неожиданно заполыхало ярким красно-рыжим сиянием. Но Аскари решительно не замечал ничего вокруг себя.       Ничего, кроме её глаз.       В их холодной серебристой глубине теперь плясали отблески красного пламени, а зрачки были расширены от страха настолько, что Аскари на миг заметил в их тёмных омутах своё собственное отражение.       И тогда он запоздало задумался – почему эти глаза вдруг возникли перед ним?       Он что, прыгнул за ней обратно в огонь?       Дышать стало нечем, в горле засаднило, и Аскари понял, что не ошибся. Одним быстрым движением он взвалил Камили к себе на спину.       – А ещё храбрейшая называется... – нашёл в себе силы буркнуть он, а затем сделал отчаянный рывок, на мгновение опаливший их обоих нестерпимым жаром, и оказался по ту сторону огненного плена.       – Молодец, Аскари! – с облегчением выдохнула Думани.       – Опу... кха...сти меня, – потребовала спасённая принцесса, закашлявшись от попавшего в лёгкие дыма. Она явно не желала касаться Аскари ни секундой дольше.       Лев послушно пригнулся к земле, позволяя Камили слезть с его спины.       Кажется, это был третий раз, когда они соприкоснулись.       Интересно, давно он начал считать их прикосновения?..       – Думани, ты цела? – спросил Аскари сестру, желая отвлечься от глупых непрошенных мыслей.       – Ерунда, немного ушиблась, – нетерпеливо отмахнулась Думани. – Нет времени, нужно бежать за хранителями! А вы оповестите Кову и Киару, нам явно понадобится помощь!       С этими словами самка молнией умчалась в сторону дальних пастбищ, не забыв по пути схватить в зубы спасённое ею гнездо. А оставшаяся на догорающем пепелище троица тотчас поспешила в сторону Скалы Предков.       Некоторое время они шли в молчании, восстанавливая дыхание и слушая, как их торопливые шаги отзываются хрустом в сгоревшей траве. Но вскоре Аскари, не выдержав, прибавил шаг и поравнялся с Кингом.       – А «спасибо» не хочешь сказать? – спросил он нарочито громко, чтобы его услышала Камили, идущая позади. – Я, вообще-то, спас из огня твою драгоценную невесту.       – Я и сам сделал бы это, если бы ты меня не опередил! – Кинг наоборот понизил голос. – Какого... Зачем ты вообще рванул её спасать?       – Да потому что ей грозила опасность!       – О, правда? – саркастически удивился Кинг. – А может, потому что тебе снова захотелось выпендриться перед ней?       Аскари почувствовал, как сердцебиение, едва успокоившись после схватки с огнём, вновь предательски участилось.       – Что?! Что значит «снова»? – он попытался выдать усмешку, но его актёрского мастерства хватило лишь на нервный оскал.       – Не воображай, будто я слепой! – огрызнулся принц. – Ты делаешь вид, что ненавидишь её, а сам только и ищешь повод, чтобы...       – «Ненавижу»? Лишку хватаешь, братец. Мне на неё настолько плевать, что...       – ...что ты делаешь всё, только бы заполучить её внимание.       Что ж... вот и всё.       Спектакль под названием «Аскари равнодушен к этой львице» подошёл к своему логическому завершению. Только вот пятнистый лев, ощущая, как вспыхивают щёки, отчаянно не желал признавать своё фиаско.       – Да пошёл ты! – только и смог выдавить он.       – Заткнитесь, вы оба! – властно прервала их Камили, и самцы остановились, обернувшись к львице. – Я не твоя собственность, Кинг! А ты, – она обратилась к Аскари, – если так плевал на меня, мог бы вообще меня не спасать.       – Камили, я не это имел в... – Кинг примирительно шагнул ей навстречу, но принцесса не стала его слушать.       – Хватит разговоров, – пройдя мимо львов, равнодушно бросила она. – Нам нужно спешить к королю.       Кинг наградил Аскари полным презрения взглядом и молча последовал за Камили, несмотря на то, что появляться на Скале Предков именно сейчас ему хотелось меньше всего. Принц подозревал, какой выговор получит за то, что не сообщил Кайону о пожаре и стал виновником гибели столь обширной луговой территории.       Но он ещё не догадывался, какие перемены повлечёт за собой эта оплошность.