Обручённые: В оковах судьбы

      Наступление утра обозначилось приглушённой вознёй просыпающихся обитателей утёсов Мапанго. Их надоедливый разноголосый гомон, постепенно нарастая, доносился с верхних этажей многоярусных пещер.       Потревоженный этими звуками Аскари с трудом приоткрыл слипающиеся глаза, протяжно зевнул и лениво отвернул морду от солнечных лучей. Сонному организму понадобилось несколько долгих мгновений, чтобы вдруг осознать – он проснулся вовсе не в пещере прайда.       И тогда воспоминания о минувшей ночи обрушились на Аскари, словно горная лавина, заставив его рывком распахнуть глаза и подняться на лапы, озираясь в поисках доказательств того, что эта ночь ему не померещилась.       Вот только пещера была пуста.       Самец выглянул наружу, обшарив взором окрестности, но не обнаружил ничего, кроме простирающейся вдалеке зелёной долины. С усталым вздохом Аскари провёл лапой по заспанной морде. Он мог бы решить, что всё это было просто сном, если бы...       Если бы не её чёртов аромат, который, казалось, до сих пор хранили стены этой пещеры, и которым безнадёжно пропиталась его собственная шерсть.       Она ушла. Ожидал ли он чего-то иного?       «Ожидал», – с горечью ответил он на собственный немой вопрос. Врать самому себе было бы полной профанацией.       Интересно, о чём она подумала, проснувшись и обнаружив себя в объятиях самого ненавистного льва? Убежала ли в ужасе, проклиная себя за эту ошибку? Или тихонько выбралась из тёплого плена его лап и поспешила уйти, стыдясь взглянуть ему в глаза?       Где-то глубоко в душе Аскари рассчитывал на второе, но здравый смысл твердил – при нынешнем положении вещей куда более вероятным было первое.       Решив, что дома он во всём разберётся, Аскари сделал пару уверенных шагов к выходу из пещеры, но короткий взгляд, брошенный на каменный пол, заставил его непроизвольно застыть на месте.       На камнях, белея в лучах утреннего солнца, виднелись чёткие царапины, оставленные коготками Камили, а совсем рядом с ними – не менее глубокие следы его собственных когтей.       Как напоминание. Как клеймо.       И этого было вполне достаточно, чтобы мгновенно заставить его раствориться в мучительно-свежих воспоминаниях о том, как она прижималась к его животу напряжённой спиной. Как он, утопая в волнами разливающемся по всему телу наслаждении, кажется, простонал ей в шею что-то такое, чего никогда не сказал бы при свете дня.       Аскари не раз доводилось бывать с самками, – благо, его необычная внешность и природная харизма тому способствовали, – но он был почти уверен, что ни одна из них не покинула бы его после совместной ночи. Если бы, конечно, он позволил хоть кому-то из них ночевать вместе с ним.       А Камили почему-то позволил.       «Влюбился!», – сказала бы Думани.       «Рехнулся», – поправил бы он.       Держа путь к Скале Предков, Аскари натолкнулся на длинную вереницу львиц, идущих на утреннюю охоту. Самки изредка зевали и встряхивали головами, пытаясь прогнать остатки сна. Витани, шагавшая во главе этой процессии, первой заметила Аскари и радушно улыбнулась ему.       – Привет, полулев, – поздоровалась старшая охотница, поравнявшись с ним. – Как прошло патрулирование?       – Мокро, – не покривив душой, ответил Аскари.       – Да уж... – Витани поморщилась. – Ночью лил жуткий дождь.       – И это тоже, – кивнул он.       Но тут его внимание привлёк мелькнувший на периферии зрения перламутровый проблеск, ярко выделяющийся среди кремово-бежевых львиц.       Он почувствовал это быстрее, чем увидел, – Камили тоже была здесь. Сбежала от него, чтобы успеть на охоту, на которой её и быть-то не должно? Куда уж нелепее предлог.       Их взгляды пересеклись, и Аскари замер, наблюдая, как из глубины серых глаз Камили вдруг проступил беспокойный испуг. Но, не позволив ему увидеть большего, она мгновенно отвела взгляд и поспешила пройти мимо.       Аскари невольно обернулся и проследил за ней. Хвост Камили был прижат к бёдрам, а голова опущена так, словно всё, о чём она мечтала в эту минуту – провалиться сквозь землю. Пятнистый лев усилием воли удержался от горького оскала. Её поведение говорило само за себя. Она жалела о том, что случилось прошедшей ночью.       Так что же это было – всего лишь безрассудный импульс, вызванный тоской по другому самцу? Попытка забыться?..       – Та-а-ак, вот ты где! – вдруг раздался за спиной голос Думани, заставивший Аскари оторвать взгляд от удаляющейся фигуры Камили.       Только её сейчас не хватало! Встреча с не в меру любознательной сестрой не входила в его утренние планы, поэтому, едва завидев Думани среди охотниц, Аскари поспешил скрыться от неё, вклинившись в колонну проходящих мимо львиц.       – Прошу прощения, дамы, – улыбнулся он в ответ на удивлённые взгляды самок, протискиваясь между ними и готовясь незаметно улизнуть, но Думани, растолкав львиц, вовремя подскочила к брату и крепко схватила его зубами за ухо.       – Ай, полегче! – возмутился Аскари, но та бесцеремонно оттащила его в сторону под всеобщее хихиканье.       – Решил смыться от меня? – недовольно произнесла пятнистая кошка как только они удалились от прайда на почтительное расстояние.       – Вот ещё, – буркнул Аскари, потирая лапой саднящее ухо. – Просто не хотел, чтобы ты завалила меня вопросами о вчерашнем патруле.       – Значит, есть, что скрывать? – она прищурилась.       Думани была явно не в настроении – её по-львиному закруглённые ушки были плотно прижаты к голове, а пятнистый хвост подёргивался в разные стороны.       – Эй, это я должен злиться на тебя! – рассердился Аскари. – Какого чёрта ты всё это подстроила?       – Я хотела как лучше! Я думала, что вы сможете получше узнать друг друга, если дать вам возможность провести время вместе. Но ты опять всё испортил!       – Я не... что?!       Аскари непонимающе уставился на сестру. «Испортил»? О чём она вообще толкует?       – Вот только не придуривайся, – с раздражением протянула Думани. – Камили с самого утра ходит, как в воду опущенная. Ты опять её обидел?       От ироничности этого вопроса появилось желание рассмеяться, но Аскари не ощутил ни единого сокращения диафрагмы. Было не смешно. Было... пусто. Пожалуй, не менее пусто, чем в той пещере, где он сегодня проснулся.       Он не понимал, на кого зол больше – на Камили или на самого себя, преисполнившегося бредовыми надеждами на то, что эта ночь сблизит его с принцессой. Возомнившего, что у него появится шанс когда-нибудь назвать её своей.       «– Глупая... Я не тот, кто...       – Ты – тот...»       Вздор. Всё вздор. Как он мог в это поверить? Она всегда принадлежала Кингу.       – Что ж... Пусть будет так, – хмуро отрезал он, то ли сказав это самому себе, то ли отвечая на вопрос сестры.       – Ну, ты и... гр-р-р! Врезать бы тебе хорошенько, – выпалила та, но Аскари в ответ лишь пожал плечами.       – Придётся встать в очередь. Об этом мечтает пол-саванны.       Думани гневно нахохлилась, желая сказать ещё что-то, но Аскари моментально пресёк её возмущения.       – Тебя ждут на охоте, – напомнил он ей, давая понять, что разговор окончен. – И передай Камили мои извинения за то, что я её обидел. Этого больше не повторится. Никогда.       С этими словами Аскари двинулся в сторону Скалы Предков, оставив позади застывшую в недоумении Думани.       – Да что между вами произошло? – озадаченно бросила она в спину брату, но тот промолчал, сделав вид, что не расслышал её вопрос.

***

      Как правило, миниатюрной и подвижной Камили на охоте неизменно выпадала роль нападающей. Вместе с парой-тройкой сильных львиц она пряталась в укрытии, терпеливо выжидая, пока другие охотницы загонят испуганную жертву прямо в их засаду.       Как только добыча оказывалась окружена, затаившиеся львицы набрасывались на неё, намертво впиваясь в горло и бока смертоносными клыками. Стальная хватка ослаблялась лишь после того, как умирающая жертва испускала последний тяжёлый вздох.       Будничная рутина.       Но этим утром Камили была слишком рассеяна, чтобы соблюдать осторожность и тишину в засаде. Пару раз она выдавала своё присутствие шорохом травы и треском ветвей под лапами, отчего стадо пасущихся неподалёку зебр немедленно вскидывало головы и тут же спешило покинуть беспокойное место в поисках другого пастбища.       – Ты сегодня явно не в форме, – понизив голос, обратилась к принцессе Витани после очередного фиаско, наблюдая, как остальные охотницы нехотя выбираются из укрытия, чтобы последовать за стадом. – Тебе стоило выспаться после патруля.       – Всё в порядке, – заверила её Камили. – Я не люблю спать, пока весь прайд на охоте.       Она искоса взглянула на Витани, гадая, насколько правдоподобно прозвучал её ответ, но та лишь ухмыльнулась:       – Благородно, но неразумно. Без обид, подруга, но сегодня тебе лучше побыть в загонщиках. Не хочется остаться без обеда.       Пожав плечами, Камили покорно согласилась.       В иной раз слова старшей охотницы могли бы слегка задеть сероглазую львицу, но сейчас её беспокойные мысли были далеки от этих тривиальностей. Все её думы занимал лишь тот, кто этой ночью не давал ей спать до самого рассвета.       Камили решила пойти на охоту, чтобы хоть немного отвлечься от назойливых мыслей, терзавших её голову чуть ли не до мигрени, но это ей ничуть не помогло.       Потому что за прошедшую ночь весь её маленький мир вдруг перевернулся.       Аскари не ненавидит её.       Пожалуй, более шокирующим открытием для неё стало лишь осознание того, что и она вовсе не ненавидит его.       Не ненавидит настолько, что от периодически вспыхивающих в голове воспоминаний о нём, живот сводит жаркой судорогой.       Она точно сошла с ума. Даже Кингу она не позволяла ничего подобного.       Посему этим утром, едва открыв глаза с первыми лучами солнца и ощутив лапу Аскари на своём бедре, Камили поняла, что решительно не знает, как ей быть дальше.       Она сумела, наконец, пробить этот прочный барьер, который Аскари так старательно воздвигал между ними. Предчувствие всегда шептало ей, что за ним сын Кайона прячет доброе сердце, но Камили и помыслить не могла, что перед ней вдруг обнажится нечто ещё более прекрасное – его чувства к ней.       Но, едва успела эта жаркая, дождливая ночь смениться днём – и счастливая эйфория принцессы сменилась испугом. Терзаемая сомнениями, она ушла до того, как он успел проснуться.       – Камили! – вполголоса окликнула её Думани на обратном пути к Скале Предков. – Можно тебя на пару слов?       – Угу, – львица сбавила шаг, и пятнистая кошка догнала её, попутно оглядевшись по сторонам. Похоже, ей хотелось избежать лишних ушей.       Лишь убедившись, что никто не проявляет интереса к их разговору, Думани начала:       – Мы тут... пересеклись с Аскари перед охотой...       О да, Камили тоже с ним пересеклась. Правда, одним лишь взглядом, но и этого хватило с лихвой.       – И что он сказал? – она попыталась изгнать любой намёк на волнение из своего голоса.       – Он просил меня... передать тебе свои извинения.       Камили округлила глаза.       – Извинения? За что?..       – Без понятия. Он только сказал, что этого больше не повторится, – Думани с любопытством наблюдала за реакцией подруги на свои слова, а затем, не выдержав, спросила: – Может, расскажешь, что он натворил?       Похоже, Думани решила, что у них случился очередной конфликт, и Камили, боясь поверить в такую удачу, поспешно солгала:       – Да так... Ничего такого, что отличалось бы от его обычных выходок.       Поняв, что принцесса не планирует делиться с ней подробностями, Думани принялась рассуждать сама:       – Значит, он чем-то расстроил тебя вчера. За это и извинился... – предположила она. – Но эй, это ведь прогресс, правда? Раньше он ни за что не попросил бы у тебя прощения.       Камили промолчала, подумав о том, что прошлая ночь – пожалуй, единственное, за что она не хотела бы услышать извинений от Аскари.       «Этого больше не повторится».       «Не повторится».       Она должна испытать облегчение, разве нет? Не эти ли самые слова забились в её голове, словно пойманные бабочки, стоило ей открыть глаза сегодня утром?       Они оба должны забыть то, что случилось. Так будет правильно. Но почему же от этих слов что-то болезненно сжалось в груди?..       – Думани, скажи, – произнесла она, задумчиво глядя вперёд, на приближающуюся громаду Скалы Предков, – Аскари, он... склонен к необдуманным поступкам, о которых потом будет жалеть?       Боковым зрением Камили перехватила взгляд подруги – её явно насторожил этот вопрос, ведь прежде принцесса почти никогда не интересовалась у неё ничем, что касалось Аскари.       – Хм... Не припомню ни раза, чтобы этот жук не просчитал все риски, прежде чем куда-то соваться, – помедлив, ответила Думани. – Если он на что-то решился, значит это серьёзно.       Камили кивнула, чувствуя, как тугой узел в груди немного ослабевает. Некоторое время они шли молча, слушая, как другие львицы обсуждают удачную охоту.       – Мне жаль, что он так упорно демонстрирует тебе только свои худшие стороны, – вдруг тихо сказала Думани. – Хотела бы я, чтобы ты узнала, каким он может быть на самом деле.       Камили взглянула на пятнистую кошку – та хмуро глядела прямо перед собой.       – Я знаю... – ляпнула она прежде, чем успела подумать, но тут же поправила себя: – з-знаю, что он неплохой лев. Пусть мы и... не очень ладим.       Ответом ей послужил тяжёлый вздох.       Заповеди, установленные в львином прайде, гласили, что в первую очередь добычей неизменно лакомится король и его семейство. Камили всегда следовала этим незыблемым правилам, но сейчас, помогая львицам тащить тело убитой зебры к Скале Предков, принцесса мысленно проклинала законы львиного семейства.       Она знала, кого ей придётся там встретить.       Однако, к её удивлению, на Скале Аскари не оказалось. Во время еды Камили то и дело нервно озиралась по сторонам, боясь (или надеясь?), что среди трапезничающих львов и львиц вот-вот промелькнут знакомые зелёные глаза и алый зачёс короткой гривы.       Но Аскари как в воду канул.       Наскоро закончив завтрак, Камили поспешила отлучиться, покинув территорию Скалы и отправившись к водопою. Теперь, когда она осталась одна, можно было не бояться, что...       – Привет, принцесса, – вдруг прозвучало сзади. – Вижу, ты сегодня не в духе.       Камили обернулась так резко, что её напряжённый хвост со свистом рассёк воздух.       Конечно, это был он, – кто ещё мог называть её «принцессой» так...       Так нежно и так пренебрежительно. Словно пощёчина и признание в любви.       – Я в полном... в полном порядке, – запнувшись, чуть слышно ответила она.       – Неужели? – Аскари подошёл ближе, и Камили, решившая было отодвинуться от него, застыла на месте, невольно втянув носом воздух.       Он что, даже не потрудился смыть с себя её запах?!       Осознание этого факта заставило её смутиться ещё больше и опустить глаза, уткнувшись взглядом себе под лапы.       – Почему же ты всё утро обходишь меня стороной? – продолжил Аскари, неспешно обходя львицу кругом. – Прошлой ночью ты была со мной куда любезнее.       Пятнистый самец скрылся за её спиной, но Камили не смела повернуть голову, практически наяву ощущая, как его взгляд обжигает спину и заставляет волну мурашек взметнуться вверх по позвоночнику.       – Это не... Я просто... потеряла голову.       – О, да, помню, – Аскари напряжённо сдвинул брови, сделав вид, что глубоко задумался. – Два раза подряд. А потом и третий – после небольшого отдыха.       – Послушай, – она зажмурилась, так было легче. – Ты ведь знаешь, что у меня уже есть самец, с которым мы... отмечены Великими Предками. То, что случилось прошлой ночью, противоречит...       Не дослушав этот поток оправданий, Аскари, заметно превосходящий Камили по росту, наклонился к её уху так, что его тёплое дыхание коснулось перламутровой шерсти.       – Так почему же ты до сих пор не с ним? – голос звучал издевательски спокойно, но обострившийся слух львицы уловил в нём вибрации едва сдерживаемого рычания. – Ах, да, он же оставил тебя здесь одну. Решила поразвлечься со мной, чтобы заглушить боль утраты?       – А ты?! «Извини, этого больше не повторится», – гневно передразнила она. – Как будто на лапу мне наступил!       – Думаю, это именно то, что ты хотела услышать. Не зря же ты сбежала утром, после того, что... после всего!       – Я принцесса, Аскари! – терпение Камили лопнуло, и она отпрянула от него. – И я обязана чтить законы. Меня доставили в этот прайд, чтобы я стала женой Кингоджо, и...       – Так валяй, – жёстко оборвал её Аскари. – Становись ею быстрее, обещаю – я спляшу на вашей свадьбе.       Камили закусила губу, вновь подняв на него взгляд. Надеясь встретить привычную издевательскую ухмылку.       Но Аскари был серьёзен как никогда.       – Думаешь, ты одна здесь королевских кровей? – он скривил рот в невесёлой ухмылке. – За связь с чужой самкой я буду опозорен не меньше твоего. Только я был готов к этому, а ты... похоже, просто решила скоротать ночь.       – По-твоему, я не была искренней?! – вскинулась она.       – По-моему, ты просто не можешь сделать выбор. Но позволь мне облегчить тебе задачу...       Он вновь наклонился к ней, и сердце Камили подскочило в испуганном волнении – сейчас он поцелует её. К своему собственному удивлению она неосознанно подалась вперёд, но вместо тепла его тела встретила лишь внезапный холод его голоса:       – Я жуткий собственник, принцесса... и никогда не буду вторым вариантом, – тихо отчеканил он каждое слово. – И если ты выбираешь между мной и Кингом – я не позволю тебе выбрать меня.       Метко. Очень метко.       Аскари никогда не умел задевать за живое. Он сразу давил так, чтобы ничего живого не осталось.       Камили почувствовала, как в носу начало покалывать, а глазам вдруг стало очень жарко.       Только не это. Не хватало ещё расплакаться.       – А если я и вправду выберу его? – с вызовом спросила она, слыша, как надтреснуто вздрагивает собственный голос.       – В таком случае, что же ты стоишь? – фыркнул в ответ Аскари и сделал шаг в сторону, освободив перед львицей узкую тропу. – Держу пари, он уже заждался.       Лучше бы он просто сказал: «Проваливай».       Камили шумно втянула носом воздух, закрыв глаза и позволяя слезам заструиться из-под сомкнутых век.       Было уже всё равно.       Не говоря больше ни слова, она сорвалась с места и помчалась прочь, толкнув плечом Аскари. Застлавшие глаза слёзы размывали обзор, но она упрямо мчалась наугад в сторону границ.       Львицу преследовал лишь свист ветра в ушах, шорох травы под лапами и неровный стук собственного сердца.       Ни оклика сзади, ни звука чужих шагов за спиной. Ничего.       Он даже не попытался её остановить.       Аскари же, глядя вслед убегающей львице, сжал зубы так, что скулы свело секундной болью.       Не звать. Не кричать ей вслед. Это её выбор.       Он знал, что так будет. Он предупреждал её, что они совершают ошибку. Её место рядом с Кингом. А он, Аскари, лишь вырвал у судьбы несколько мгновений счастья, от которых теперь останутся только воспоминания.       Силуэт Камили уже давно исчез за горизонтом, а пятнистый лев всё продолжал смотреть вдаль, чувствуя такую боль, какой никогда не знал до этого. Он не знал, сколько времени простоял в этом оцепенении, пока его не вернул в реальность чей-то удивлённый голос, донёсшийся сверху:       – Ну, и дела-а!       Аскари растерянно огляделся по сторонам и заметил Макини, восседающую на толстой ветви ближайшего дерева.       – Только что мимо моего баобаба как ошпаренная промчалась Камили, – сообщила та, задумчиво облокотившись на шероховатый древесный ствол. – За ней что, кто-то гонится?       – Скорее, она решила погнаться за своим ненаглядным женихом, – процедил он и отвернулся, собираясь уходить.       Как и все жители Земель Прайда, Аскари уважал королевскую маджузи, но вступать в беседу с шумной и любопытной Макини ему хотелось в последнюю очередь.       – Камили отправилась к Кингу? И ты позволишь ей? – незатейливый вопрос шаманки заставил его остановиться.       – А какое мне до этого дело? – с напускным безразличием оглянулся он через плечо.       – Ты же не просто так стоял здесь и смотрел ей вслед, – проницательно улыбнулась она, теребя в лапах узловатый посох.       – Расслабься, Макини, – ответил Аскари, пытаясь успокоить скорее себя самого. – Никуда она не денется, к вечеру вернётся назад. Если уж весь наш прайд и Гвардия за столько дней не сумели напасть на его след, то куда уж ей...       – Она найдёт его, – вздохнула Макини. – В этом нет никаких сомнений.       – И как же? – скептично закатил глаза Аскари.       Он приготовился слушать долгий и занудный монолог о силе любви, стремлении и вере в лучшее, однако, ответ шаманки оказался куда прозаичнее:       – Так же, как Нала однажды отыскала Симбу в далёких джунглях. Так же, как Фули нашла Кайона, когда он упал в реку, – изрекла она, глядя куда-то вдаль сквозь изумрудную крону дерева. – Случайно или нарочно – обручённые всегда находят дорогу друг к другу.       Аскари замер, переваривая слова Макини. Вот как всё просто. А он совсем не подумал об этом.       Всё это время он отказывался признавать, что Кинга и Камили связывает нечто большее, чем необходимость однажды вступить в брак.       И эта помолвка была вовсе не прихотью их отцов-королей, – так сошлись звёзды, обручив принца и принцессу разных прайдов, пожалуй, ещё до их рождения.       Наверное, про таких, как они, говорят «созданы друг для друга».       Только вот Кинг теперь представлял нешуточную опасность. И даже не столько он сам, сколько те твари, которых он выбрал себе в союзники.       – Погоди, но ведь... там гиены! Там может быть опасно! – с ужасом воскликнул Аскари, словно встрепенувшись ото сна.       – А какое тебе до этого дело? – насмешливо повторила шаманка его же слова и ловко спрыгнула с дерева на землю.       – Макини, это моя вина... – Аскари беспомощно шагнул к ней навстречу. – Из-за меня она отправилась в этот... гиений гадюшник. Я не могу допустить, чтобы с ней что-то случилось!       – Но ведь там её истинная пара. И гиены, которых ты терпеть не можешь, – Макини задумчиво почесала лишённый шерсти подбородок.       – Плевать. Главное для меня – убедиться, что с ней всё хорошо. А потом я уйду, – вздохнул пятнистый лев, а затем, насупившись, добавил: – И нечего пытаться заставить меня передумать!       – Я и не пытаюсь, – с улыбкой покачала она головой. – Я знаю, что ты не отступишься.       Аскари смягчился и улыбнулся Макини в ответ, прижав её к себе одной лапой. Шаманка встала на цыпочки и крепко обняла его за шею.       – Передай моим родителям и Думани, что я обниму их, когда вернусь, – попросил он её. – Мы с Камили, конечно, не обручены, но я найду её по запаху. Главное – успеть, пока с ней ничего не случилось.       – Ты наполовину гепард, Аскари, – отозвалась Макини, выпуская его из объятий. – Просто беги.       И он побежал, оставляя позади пастбища, рощи и долины.       Аскари не знал, что ждёт его в Чужеземье, но лишь одна мысль гнала его вперёд – если там его ждёт Камили, значит, он должен попытаться всё исправить.       Ведь, кажется, он обещал, что больше никогда не сделает ей больно.