Обручённые: В оковах судьбы

Maybe my journey is far from done They need a leader, and I'm the one So now it's time for them all to see The lion I was born to be!

      С той поры, неспешно перелистывая день за днём, миновал очередной лунный цикл. Лидер Львиной Гвардии, окружённый заботой семьи и хлопотливым попечительством Макини, уверенно шёл на поправку. Раны затягивались – теперь напоминанием о них служили лишь светлые матовые борозды на его теле, постепенно обрастающие золотистой шерстью. Были и другие раны – кое-где гораздо глубже и незримее, порой напоминавшие о себе щемящей тяжестью где-то в груди.       Увы, отвары Макини здесь были бессильны. Залечить их могло только время.       В Отряд Хранителей Кайон вернулся отдохнувшим и полным энергии – и тут же был вынужден признать, что кратковременное лидерство Кингоджо пошло на пользу не только Гвардии и королевству, но и ему самому. Жители Земель Прайда больше не относились к младшему сыну короля с подневольным уважением и опаской – по прошествии месяца их косые взгляды и сухие благодарности за помощь постепенно стали сменяться искренними улыбками.       Вернувшись в строй, Кайон принял решение оставить Кинга в команде, дабы иметь возможность лично понаблюдать за достижениями племянника. Молодому принцу было позволено сопровождать Гвардию на ежедневных патрулях, и на сей раз, – даже с заступлением Кайона на пост лидера, – Кинг не стал пренебрегать этой привилегией.       Так, хранителей временно стало на одного больше – и это сделало их работу более слаженной и эффективной.       Весть о том, что стадо газелей увязло в болоте в Долине реки, застала Гвардию под самый конец утреннего патрулирования – тревогу поднял Оно, завершая свой традиционный облёт Земель Прайда. Оперативно прибыв на место происшествия, команда мгновенно оценила сложность ситуации: в неприметную, граничащую с озером трясину успело угодить не менее полудюжины газелей.       Их тонкие ноги намертво утонули в торфяной почве – и, пытаясь выбраться, стадо утопало ещё сильнее, увлекаемое ко дну весом собственных тел.       – Оно, постарайся их успокоить! Чем активнее они двигаются, тем быстрее их засасывает! – на бегу крикнул Кайон летящей впереди цапле. – А мы попробуем их вытащить!       – И каким же образом? – с сомнением пробормотала Фули, когда Отряд затормозил у самого края мутной, заросшей кустами рогоза трясины.       Кингоджо, беспокойно переминаясь с лапы на лапу, полностью разделял опасение, прозвучавшее в голосе быстрейшей. Вызволить целое стадо из болота и не угодить туда самим представлялось практически непосильной задачей.       Разве что попытаться подцепить их, не сходя с твёрдого берега...       Оптимальное решение пришло почти сразу – использовать лианы в качестве универсального троса, чтобы вытянуть утопающих за рога. Но, как известно, разница между теорией и практикой куда ощутимее на практике, чем в теории.       Лианы были тотчас раздобыты в зелёной роще Укуни и привязаны к рогам травоядных проворными лапками Оно. Каждому из хранителей предстояло вытянуть по одной газели, Беште же, на правах самого сильного, досталось сразу три.       Схватив горькую, немного скользкую лиану в зубы, Кинг принялся тянуть изо всех сил, постепенно ощущая, как спина и шея под гривой начинают влажнеть от пота. Шаг за шагом он вытягивал увязшую газель, постоянно рискуя выпустить ускользающую лиану из зубов или вовсе порвать её, дёрнувшись слишком резко.       Но усилия Кинга вскоре были вознаграждены – и они с Кайоном стали первыми, кто вытянул пострадавших на берег.       – Похоже, сегодня я перевыполню дневную норму физических нагрузок, – выдохнул Кайон и поспешил на помощь к изрядно запыхавшейся Фули.       Пытаясь отдышаться, Кинг бегло оглядел болотистую местность, и взгляд его наткнулся на что-то неладное. Совсем молодая некрупная газель, – одна из тех, кого вытягивал Беште, – судорожно барахталась в вязкой трясине. Болото уже успело поглотить бедное копытное настолько, что вытащить его за рога не представлялось возможным.       – Беште, стоп! – воскликнул Кинг, наблюдая, как натужно вытягивается шея газели. – Крайний левый увяз слишком сильно!       – Он связан с другими! Остановлюсь – и пойдут ко дну все остальные! – сдавленно откликнулся бегемот.       Негромко чертыхнувшись, Кинг широким прыжком вскочил на большой валун, верхняя часть которого выступала из трясины. Так он смог подобраться ближе к тонущей газели, увязшей почти по самые плечи. Лиана, протянутая от неё к Беште, оказалась бесполезна и только причиняла ей лишнюю боль.       – Ты ему голову оторвёшь, – несчастное травоядное нужно было немедля выручать, и Кинг обернулся назад, к берегу: – Кайон, подстрахуй!       Лидер Гвардии мгновенно понял замысел своего племянника и, передав лиану обратно Фули, с готовностью запрыгнул на камень.       Почувствовав, как лапа Кайона с силой обхватила его грудь, Кинг выдохнул и резко рванулся вперёд, сокращая до минимума расстояние между ним и газелью. Кайон крепко держал его, но лапы обоих то и дело опасно скользили по влажному, покрытому мхом камню.       Кинг изо всех сил потянулся к замершему от страха копытному, ощущая себя практически висящим в воздухе, – живот касался холодной и мокрой поверхности трясины, готовой поглотить его в любое мгновение. Безмолвно взывая ко всем известным ему Королям Прошлого, лев подался вперёд, к толстой лиане, привязанной к рогам утопающего, – и одним резким движением челюстей перекусил её.       В голову совсем некстати ворвалась мысль о том, что Круг Жизни – всё-таки очень странная штука. Сегодня он самоотверженно спасает этому бедолаге жизнь, а завтра (чем чёрт не шутит?) будет с аппетитом обгладывать его косточки после удачной охоты. Иронично.       Впрочем, пожалуй, куда лучше умереть, заняв своё законное место в цепи питания, нежели задохнуться в болотной тине.       И с этими мыслями Кингоджо крепко схватил лапами перепуганную газель, тут же почувствовав, как Кайон начинает медленно вытягивать их из болота. Но усилий хранителя оказалось недостаточно, и Кинг, вцепившись в каменную породу когтями задних лап, с силой рванулся вверх, одним резким движением выдернув газель из недр смертоносной топи.       Оказавшись на твёрдом берегу, он отпустил спасённое копытное восвояси и устало растянулся на земле, вдыхая носом запах прелой травы и разминая одеревеневшие конечности. Краем глаза он наблюдал, как хранители один за другим успешно вытягивают из болота последнюю пару газелей.       – Молодец, Кинг! – прозвучал над головой одобрительный возглас Кайона, и Кинг неторопливо поднялся на лапы, приглаживая растрепавшуюся гриву.       – Мы все молодцы, – поправил он наставника. – Задача оказалась не из лёгких... Повезло, что нас было шестеро.       – Не прибедняйся, дружище, – присоединился к ним Банга, отряхивающий задние лапы от налипшей тины. – Ты и вправду отлично сработал.       – Кхм... – Оно выразительно кашлянул, приземлившись на массивную спину Беште. – Думаю, сейчас самое время сказать ему, Кайон.       Все пятеро хранителей переглянулись между собой, и растерянный Кинг заметил, как Фули с одобрительной улыбкой кивнула мужу.       – Сказать что? – в смятении уточнил темногривый, смерив взглядом всех по очереди. Но Львиная Гвардия упорно хранила молчание, пока, наконец, всеобщую тишину не нарушил Кайон, сделав шаг вперёд.       – Послушай, Кингоджо, – мягко начал он, глядя в глаза своему преемнику. – Всё то время, что ушло на моё восстановление, ты добросовестно выполнял возложенные на тебя обязанности лидера Львиной Гвардии. И если ты помнишь... когда я попросил тебя о замещении, Фули вызвалась приглядывать за тобой.       – И я приглядывала... очень внимательно, – подтвердила быстрейшая, хитро вильнув пятнистым хвостом.       – Это точно, – ухмыльнулся Кайон. – Фули каждый день докладывала мне о твоих успехах. А после, когда я окончательно оправился и снова смог возглавить Гвардию, мне и самому довелось убедиться в том, что ты прекрасно справляешься с ролью хранителя.       – Спасибо, Кайон, – поблагодарил его Кинг, учтиво склонив голову. – У меня был лучший учитель.       Хранитель ответил ему улыбкой и лёгким кивком, а Кинг неожиданно поймал себя на том, что его собственное сердце гулко забилось в пароксизме волнения. Похвала из уст Кайона не казалась ему чем-то из ряда вон выходящим, но звучала так торжественно и весомо, что...       Ему не стоило больших усилий сложить дважды два и понять: либо Кайон сейчас поблагодарит его за проделанную работу и деликатно отстранит от обязанностей, либо...       О том, что логически следовало после второго «либо», Кинг, затаив дыхание, не смел даже помыслить.       – И поэтому, посовещавшись, мы единогласно решили, что ты всецело доказал свою преданность Землям Прайда, – продолжил Кайон после небольшой паузы. – Догадываешься, что это означает?       Он догадывался. И, должно быть, трепетный восторг самца слишком явственно отразился на его морде, потому как Беште, глядя на него, с улыбкой склонился к уху своего лидера:       – Кайон, не перегибай с интригой. Мальца сейчас удар хватит.       – Кингоджо, я знаю, как долго ты стремился к этому. И потому я с гордостью передаю тебе свои полномочия, – лапа Кайона взмыла в воздух, и Кинг, совершенно некстати потерявший всякую возможность шевелиться, почувствовал: она коснулась его левого плеча. – Отныне ты – новый лидер Львиной Гвардии.       Мягкие шероховатые подушечки пальцев Кайона плотно прижались к плечу его шокированного преемника. Словно живительный импульс вдруг хлынул из-под них, мгновенно пройдя через всё тело Кинга, отозвавшись лёгким покалыванием в дельтовидной мышце. Под пальцами Кайона забрезжило слабое сияние, и лишь после этого он разорвал прикосновение.       Десятки раз Кинг переживал этот момент в своих отроческих снах – вот и теперь, повинуясь старой привычке, он едва уловимо вздрогнул, словно боясь неминуемого пробуждения. Но на сей раз происходящее оказалось явью.       Отныне и навсегда на его левом плече поселился тёмно-каштановый, почти чёрный силуэт льва с разверзнутой в грозном рычании пастью – долгожданная метка Львиной Гвардии.       – К-Кайон, я... – голос ломко дрожал, и Кинг сделал успокоительный глубокий вдох, гордо выпятив широкую грудь. – Клянусь с честью нести это звание, оберегать и поддерживать мир на Землях Прайда.       – Интересно, как долго он репетировал эту фразу? – весело шепнул Оно на ухо бегемоту, на спине которого восседал.       – Я верю в тебя, Кинг, – вкрадчиво ответил Кайон и опустил прощальный взор на собственное плечо. Его рыжая метка, равно как и метки остальных хранителей, начала неотвратимо тускнеть, пока не испарилась окончательно, навсегда растаяв в мелькнувшем на долю секунды мягком свечении.       – Ну, давай же, – подбодрила новоиспечённого хранителя Фули, видя, насколько сильно того переполняют эмоции. – Мы знаем, что тебе не терпится сделать это.       Кинг повернулся к Кайону, не в силах скрыть долю смущения в сверкающих от радости глазах.       – Можно? – зачем-то спросил он, и золотистый лев одобрительно рассмеялся.       – Дерзай, самый грозный, – ответил вместо него Банга, ласково взъерошив гриву на макушке Кингоджо.       И тогда Кинг со скоростью гепарда взбежал на ближайший холм, оставив позади бывший Отряд Хранителей. Перед ним раскинулась утопающая в зелени Долина реки. Самец уверенно вонзил когти в рыхлую землю, полной грудью вдохнул влажный тёплый воздух и запрокинул голову к небесам. Он скорее почувствовал, чем увидел, – облака за его спиной начали клубиться, собираясь в гигантские львиные силуэты.       А затем саванну потряс его громогласный, всесокрушающий Рык. И сами небеса рычали с ним в унисон, взметнув в воздух тучи опавших листьев, сгибая к земле молодые деревья, заставляя ручьи выплеснуться из берегов, отдаваясь гулким грохотом в ушах и дрожью земли под лапами.       Когда Кинг, наконец, распахнул глаза, облака уже приняли прежнюю форму, а деревья продолжали ритмично покачиваться из стороны в сторону, словно приветствуя нового лидера Львиной Гвардии.       – Мечты сбываются, – негромко вымолвил принц, но его никто не услышал – слова хранителя подхватил и унёс гуляющий по саванне свежий ветер.

***

      День обещал быть жарким. Об этом красноречиво свидетельствовали набирающие силу яркие лучи солнца, неспешно ползущего к точке зенита. Невесомый тёплый ветерок почти не колыхал растительность и деревья – казалось, всё вокруг замерло и затихло, а безмолвие природы нарушалось лишь монотонным жужжанием насекомых в траве.       Думани неторопливо брела вдоль подножия громадной Скалы Предков, обходя её кругом, чтобы немного отдохнуть с её тенистой стороны.       Нынче утром она, вместе с остальными львицами прайда, стала свидетельницей мощного Рыка Предков – звук явно донёсся откуда-то со стороны речной поймы. Похоже, на утреннем обходе хранители столкнулись с очередной угрозой. Думани давно не слышала столь громогласного Рыка от своего отца, и поэтому с нетерпением ожидала его возвращения, чтобы разузнать все подробности из первых уст.       Однако шанс удовлетворить природное любопытство представился даже раньше, чем она рассчитывала, – уловив за спиной чьи-то шаги, Думани обернулась и увидела, как её торопливо догоняет принц Кингоджо собственной персоной.       – Привет, Думани, – поздоровался он, поравнявшись с сестрой.       – Привет! Как прошёл утренний патруль?       – Довольно... неожиданно, – честно признался Кинг и потупил взгляд, но мимолётного зрительного контакта оказалось вполне достаточно, чтобы Думани успела уловить загадочный блеск где-то в глубине его карих глаз.       В его походке тоже было что-то странное – лев упорно поворачивался к своей спутнице только правым боком, так, словно зачем-то пытался скрыть от её взора левый.       – Эй, а что ты там прячешь? – Думани хитро прищурилась, довольная своим индуктивным умозаключением. Кинг явно темнил, но на просторах Земель Прайда не нашлось бы такого секрета, который бойкая пятнистая самка не ухитрилась бы выведать.       – Где? – наигранно удивился Кинг, лукаво улыбаясь, пока она буравила его настойчивым взглядом. – Ах, вон там?       – Да-да, там, – Думани демонстративно застыла на месте в ожидании его ответа. – Давай, колись.       Улыбка принца стала шире – именно этого он и добивался, прекрасно зная пытливый, полный любопытства характер двоюродной сестры.       – Не всё сразу, – отозвался он, вальяжно ероша хвостом жёсткую осоку, растущую вокруг. – Узнаешь, если догонишь меня.       – «Если»? – с неподдельным удивлением переспросила Думани, но Кинг не стал дожидаться её согласия – и тут же порывисто кинулся прочь, взметнув за собой тучу песка и сухой травы. Самка пару раз озадаченно моргнула, провожая его взглядом.       – Что ж, он сам напросился, – она пожала плечами и со скучающим видом потянулась, разминая покрытую пятнами спинку. Бросаться в погоню она не спешила, великодушно решив дать брату небольшую фору. – Три-и-и... два-а-а... один!       Завершив обратный отсчёт, Думани пятнистым вихрем сорвалась с места. Прохладные волны встречного ветра со свистом заструились вдоль её гибкого тела, пока она стремительно догоняла огибающего Скалу Предков льва.       Это была её стихия. Чувство врезающихся в землю острых когтей – она всегда выпускала их во время бега; разноцветная фантасмагория оттенков, в которую на огромной скорости неизменно сливались мелькающие вокруг луга и деревья; и, конечно же, привычное ощущение полёта, от которого, несмотря на обыденность, раз за разом продолжало замирать сердце.       Наверное, так чувствуют себя птицы, взмывая над землёй.       Как и предполагалось, погоня длилась недолго – Думани в два счёта настигла Кинга и одним мощным прыжком припечатала его к земле.       – Ты правда решил, что сможешь обогнать наполовину гепарда? – она победно обнажила белоснежные клыки, шумно дыша и упираясь лапами в грудь Кингоджо. – Ну же, показывай, что там у те... – она опрокинула лежащего под ней брата на правый бок и растерянно осеклась, едва её взору во всей красе предстало его левое плечо. – Небо саванны! Это же...       – Метка? Как видишь, – с непринуждённой ухмылкой отозвался Кинг, взирая на самку снизу вверх. – В это трудно поверить, но... сегодня твой отец сообщил мне, что я готов занять его место.       Обескураженно сверля большими серо-зелёными глазами метку Львиной Гвардии, Думани спрыгнула с груди Кингоджо, позволив ему подняться. Так вот, чей Рык она услышала сегодня утром!       – Он... он сам поставил тебе метку?       – Своей собственной лапой! – будучи не в силах больше держаться степенно, Кинг с восторгом улыбнулся во все свои тридцать львиных зубов. – После стольких лет, Думани! Я наконец-то достоин. Теперь я – лидер Львиной Гвардии.       Пятнистая кошка растроганно прижала уши к голове и бережно прикоснулась к его плечу. Помимо недавно проступившего знака Львиной Гвардии, на плече Кинга виднелись и другие отметины – ещё не зажившие окончательно глубокие царапины, оставленные когтями её отца. Но сильнее всего пострадало порванное насквозь ухо молодого льва – сквозь раны в его плоти пробивались редкие лучики солнца. Думани так до конца и не привыкла видеть его таким.       Но, похоже, Кайон вновь сумел полностью довериться своему племяннику. А значит, сможет и она.       – Я бы сказала «не может быть», но я всегда верила в тебя. Поздравляю, Кинг! – Думани заключила кузена в радостные тёплые объятия, и тот, чуть замешкавшись, в ответном жесте обвил лапами её спину – он вдруг осознал, что никто не обнимал его, пожалуй, целую вечность.       – Спасибо, сестрёнка. И ты тоже прими мои поздравления, – сказал Кинг и, встретив в ответ недоумение на мордочке сестры, торжественно пояснил: – Только что ты успешно сдала мой небольшой экзамен на скорость.       – Я – что?       Она отодвинулась от него, непонимающе хлопая тёмными ресницами, и Кинг с усмешкой закатил глаза, состроив столь любимое их братом Аскари выражение морды, означавшее «не-делай-вид-что-ты-не-поняла».       – Послушай, Думани, – он застенчиво потёр шею, – мы оба с детства знали, что ты станешь быстрейшей в моей Гвардии. И если ты надеялась, что спустя годы я мог передумать – у меня для тебя плохие новости.       Думани затаила дыхание и, силясь подобрать слова, с благодарностью потёрлась миниатюрным носиком о его щёку.       Он не забыл.       Любовь к стремительному бегу с рождения жила внутри неё, и именно это, – а вовсе не её пятна, – разительно отличало её от всех остальных львиц. И пусть, в отличие от Кинга, никто не готовил Думани к вступлению в Львиную Гвардию, она долгие годы держала себя в форме, веря, что однажды её время придёт.       – И не надеялась, дурачок! – её ласковый смешок заставил нового лидера улыбнуться. – Я всегда этого ждала.       – И на этой мажорной ноте я нарекаю тебя... – Кинг с шутливой патетикой вскинул в воздух переднюю лапу, – быстрейшей на Землях Прайда!       С этими словами он прижал свою лапу к левому плечу Думани, вновь наблюдая, как место их соприкосновения озаряется слабым свечением. Когда оно померкло, лидер Гвардии отступил на шаг, восхищённо любуясь своей первой оставленной меткой.       – А тебе идёт, – заметил он, и самка не могла не признать его правоту: ярко-рыжая метка идеально легла поверх узора из тёмных гепардьих пятен, покрывающих её тело.       – С ума сойти! Я – в Отряде Хранителей! – Думани, наконец, оторвалась от созерцания своего знака отличия и с воодушевлением поинтересовалась у брата: – Ну-ка рассказывай, кому, кроме меня, посчастливилось быть принятым в Гвардию?       – Скажем так... Оставшиеся должности пока что вакантны.       – Вот как? Что ж, буду рада помочь в поисках, – очевидно, Думани очень вдохновила открывшаяся перед ними перспектива. – Полагаю, нам придётся перевернуть Земли Прайда с лап на голову, чтобы отобрать потенциальных хранителей.       Новоявленная быстрейшая притихла и сосредоточенно нахмурила брови, выстукивая закруглённым кончиком хвоста по земле. Кинг догадался, что она перебирает в уме всех ближайших знакомых.       – Знаешь, я не раз думал об этом, – хохотнул он, тактично прерывая её мыслительный процесс, – и у меня родилась идея куда интереснее...

***

      Небеса на востоке постепенно окрашивались в нежный пурпурный оттенок, знаменуя собой наступление нового дня. Луна померкла, готовясь вот-вот уступить свои лазуревые владения другому небесному светилу, отблески которого уже угадывались у самого края горизонта. И только лёгкий предрассветный туман ещё висел над саванной, заставляя поёживаться от холода тех немногих, кто уже бодрствовал в столь ранний час.       Сегодня королевская семья пробудилась до восхода солнца, собравшись вместе, чтобы проститься с Аскари и принцессой Камили, чьим решением стало покинуть Земли Прайда.       – Мы будем скучать по вам, мои милые, – Фули лизнула сына в золотистую щёку, заботливо приглаживая лапой алый хохолок его гривы.       – Ох, мам... Мы же не уходим навсегда, – слегка смутился в ответ Аскари, выныривая из-под лапы матери. – Я всего лишь познакомлюсь с прайдом Камили.       – Передавай привет отцу, – сказал Кайон возлюбленной своего сына, а затем, немного замявшись, добавил: – И да... Витани просила напомнить, что ждёт его в гости.       – Обязательно передам, – подавив смешок, заверила его Камили.        Пока принцесса тепло прощалась с Кову и Киарой, увлечённо выражая им свою благодарность за гостеприимство и радушный приём, к пятнистому льву подошёл Салиму.       – Удачи, Аскари, – чинно пожелал он. – Если этот прайд в будущем станет твоими владениями, рекомендую задуматься о политической интеграции.       Аскари усмехнулся уголком рта – будущий правитель Земель Прайда по-прежнему оставался верен себе, продолжая заботиться в первую очередь о благе королевства.       – Спасибо, Салиму. Приму к сведению, – пообещал он, дружески хлопнув кронпринца по рыжему мускулистому плечу. – А ты, будь добр, проследи, чтобы твой братишка не отлынивал от сбора Львиной Гвардии.       – Я всё слышал, – вмешавшись в разговор, проворчал Кинг. – И, между прочим, мы с Думани планируем серьёзно подойти к поиску претендентов.       – Только не говорите, что ваша Львиная Гвардия действительно будет состоять из львов, – сыронизировала Камили, вызвав у всех присутствующих дружный смех.       – А я всегда подозревала, что сарказм Аскари заразен, – добродушно фыркнула Думани, а Кингоджо, в свою очередь, лишь задумчиво пожал плечами:       – Из кого будет состоять наша Гвардия, покажет время. Но одно мы знаем точно – нам нужны лучшие из лучших.       – И поэтому мы решили отправиться в небольшое путешествие, – подхватила Думани. – Саванна огромна, и мы уверены, что сможем отыскать на её просторах тех, кто больше всех достоин стать частью нашего Отряда.       Её слова были встречены всеобщим молчанием. Аскари нервно облизнул пересохшие губы – он догадывался, что его брат уже давно продумал всё до мелочей. Кинг всегда мечтал, чтобы его собственная Гвардия снискала не меньшую славу, чем Гвардия Кайона, и принятое им решение столь скрупулёзного отбора кандидатов стало весьма предсказуемым.       Но решающее слово оставалось за королевской четой, которая, однако, не спешила давать ответ. Проницательный, едва заметно похолодевший за годы правления взгляд Киары скользнул по её младшему сыну, внимательно задержавшись на его полных решимости глазах.       В иное время на подобное заявление из уст Кингоджо она незамедлительно ответила бы отказом, не удосуживаясь подкрепить своё несогласие хоть одним аргументом. Так или иначе, молодой своенравный самец не воспримет всерьёз её болтовню о каком-то там материнском сердце, которое боится отпускать родных сына и племянницу навстречу неизвестности.       Пожалуй, так было бы раньше. Но теперь, когда плечо её сына украшала метка Львиной Гвардии, королеве пришлось напомнить самой себе – он давно повзрослел. И поэтому, прервав затяжное молчание, она негромко произнесла:       – Это... довольно мудрое решение. Ты согласен, Кову? – Киара обратилась за поддержкой к супругу, который, между тем, по-прежнему колебался.       – А как же Львиная Гвардия? – спросил он у Кинга. – С вашим уходом земли останутся без защиты.       – Не волнуйся, пап, – покачал головой тот. – У вас уже есть первоклассная Гвардия. Даже без меток и Рыка Предков они прекрасно знают своё дело.       Кинг улыбнулся, кивком головы указав на Кайона и Фули.       – Мам, пап! Вы согласны охранять Земли Прайда, пока нас не будет? – Думани просияла своей самой обезоруживающей улыбкой, глядя на родителей.       Фули вопросительно повернулась к Кайону, уже догадываясь, какой ответ прочитает в любимых янтарных глазах. Они и вправду знали королевство лучше, чем свои собственные хвосты, и, пожалуй, действительно не раз доказали самим себе, что хранителями их команду делает вовсе не наличие Рыка Предков.       – Только если вы пообещаете вернуться целыми и невредимыми, – огласила своё условие Фули.       – Клянусь гривой Аскари!       – Эй! – возмутился пятнистый лев, и Кайон рассмеялся.       – Так и быть, уговорили, – согласился он и ласково прижал к себе Фули. – Думаю, Оно, Банга и Беште будут не против вновь заступить на службу.       Аскари улыбнулся, разделяя всеобщее воодушевление. Что ни говори, всё складывалось как нельзя более удачно. Думани и Кинг, наконец, обрели своё призвание, а он – любимую львицу, о которой прежде запрещал себе даже мечтать.       Но любые перемены – будь они к лучшему или же наоборот, – неизбежно означают, что прежняя жизнь навсегда остаётся в прошлом.       – Так значит... мы все разбегаемся, – Аскари попытался сохранить браваду в голосе, но тот, как назло, предательски сник. – Кто знает, когда увидимся вновь.       – Не вешай нос, Аскари, – подбодрил его Кингоджо, присев рядом. – В конце концов, все дороги приведут нас обратно сюда. Где бы мы ни были – Земли Прайда навсегда останутся нашим домом.       – Кстати, заглядывайте и в наш прайд, – пригласила новоиспечённых хранителей Камили. – Думаю, у нас вы найдёте немало достойных... и симпатичных львиц, – последние слова она произнесла с нажимом, многозначительно подмигнув слегка смутившемуся Кингу.       – А что насчёт львов? – как бы невзначай поинтересовалась у неё Думани.       – Львы у нас в дефиците... – Камили слегка нахмурилась, но спустя мгновение вновь расплылась в улыбке, окинув взглядом свою пятнистую подругу. – Зато гепардов хоть отбавляй!       Откуда-то сверху послышался нарастающий шум рассекающих воздух крыльев, и на влажную от утренней росы землю плавно спикировал Оно, немногим ранее отправленный на разведку.       – Погода лётная! – бодро отрапортовал он. – Осадков на горизонте не намечается. Можно отправляться в путь.       И не успел Аскари опомниться, как они с Камили вновь оказались в крепких прощальных объятиях королевской семьи. Прижимаясь к отцу и матери, словно львёнок, он ощутил, как накатывающие волны умиротворения бесследно смывают всю лишнюю тревогу и грусть.       Пожалуй, Кинг был прав.       Куда бы ни забросила их судьба – любовь к родным краям навсегда останется в их сердцах. Забыть Земли Прайда невозможно, а если вдруг придётся скучать... Что ж, достаточно погожей ночью устремить свой взор в бескрайнее тёмное небо – и ты непременно увидишь, как оттуда, озаряя землю холодным тусклым сиянием, на тебя безмолвно взирают сотни тысяч Великих Королей Прошлого.

Конец.