Кошачьи чувства

— Знаешь, почему я лип к твоему сыну на улице? — Арс ответил, вздернув подбородок в немом вопросе. — Я впервые захотел почувствовать хоть что-нибудь. Кроме холода, вечной слякоти и людей, которым нехуй делать, кроме того, как гладить или пинать очередного кота на улице. И, знаешь, получилось… — Антон гладил волосы Арса, а тот смирно лежал головой на его коленях. — И что же ты почувствовал? — Тепло, семейную любовь. Тебя… — Арс приподнялся на локтях, всем своим видом выражая вопрос «Чего, блять?» — Ну в смысле… Тебя, твои эмоции, чувства. — Ты меня не знаешь. — А ты меня? — Мне это не нужно. — Это не значит, что я не могу чувствовать тебя. К тому же ты забыл, что я наполовину кот, эти животные — экстрасенсы. И ляг уже спокойно, а то подорвался тут… — Антон легко толкнул Арсения в лоб, и тот упал затылком на его бедро.       Арс и Антон говорили обо всем. О тяжёлом прошлом Шаста и сложном периоде в воспитании Кирилла у Арса; о кольцах Антона, которые принес Сережа и о перстне Арсения, который он надел вместо обручального кольца. Оба узнавали друг друга с разных сторон. Арсению иногда хотелось пробить Антону в ребро за слишком откровенные ответы, либо за слишком откровенные вопросы. Он сам не понимал, как они за день успели довезти межличностные отношения до того, что Арс улёгся на ноги Антона. Но обоим было комфортно… Ровно до того момента, пока Арс кое-что не сказал: — Шаст, ты же в итоге уйдешь… — Так не терпится? — Нет, просто… Нахуй тебе сдалась моя семья и проблемы? Ты их не решишь, а я просто треклятый алкоголик. Так что тебя держит? Кроме моего обеспечения? — Меня держит то, что впереди у тебя месяц без сына. Ты в одиночестве банально сопьешься, Арс. Да ты и в моём присутствии уже выдул три стакана. Понимаю — сложно. Но я помогу тебе отказаться от бухла и искать настоящие решения проблем, — Антон снял одно из своих колец и надел его Арсу на средний палец левой руки. — Когда снова потянешься к бутылке, посмотри себе на руку и вспомни, что я всегда на этом невъебически-крутом диване готов выслушать. Арс с минуту рассматривал новое кольцо, а затем закрыл лицо ладонями до разноцветных пятен в глазах. — Антон, прошу, не запутайся в себе и не ошибись во мне. Это самое херовое… — Ты снова забыл кто я такой. Кошки выбирают хозяев на всю жизнь. Я выбрал тебя, Арс… — Антон не успел вовремя прикусить язык, и эта последняя фраза вырвалась без предупреждения. В ответ молчание. Антон осторожно убрал руки с его лица и тяжело вздохнул. Арсений заснул у него на коленях. Лишь бы до того, как Антон все это наговорил…

***

      На часах почти семь, а Антон решил поиграть в повара. В духовке рагу из всего овощного и мясного, что Шаст только смог найти в холодильнике, а на плите сваренные спагетти.       Антон лежит на, сложенных на столе, руках и думает о своих недо-чувствах к Попову. За эти три дня они успели пережить период «ненавижу-люблю-прости, давай останемся друзьями». Вот только Антон застрял на пункте «люблю» и не двигается с него ни на миллиметр. Арсению-то он не нужен нисколько. У Арса сын, проблемы с бывшей женой, работа, да он сам в конце концов. А Антон мало того, что навязывается ему, как бесплатный арендант дивана в гостиной (или груди Арсения), так еще если он признается Попову в том, что определенно что-то к нему чувствует… Шастун сто процентов рухнет на его плечи огромным весом вдобавок к той ноше, что Арсений уже поднял и несет по жизни. — Судя по запаху, Виктор Баринов точно тут побывал… — Антон вскакивает на месте от неожиданности, спешно оборачивается и видит хозяина дома собственной персоной. — Ты где готовить научился, малыш? — Ну, во первых пока я жил у друга, то готовить приходилось мне; а во вторых, не называй меня так. Мы слишком никто друг другу, чтобы раскидываться подобным, — Антон слишком резко обрывает разговор и, смешно фыркнув в конце, подрывается с места, чтобы накормить Попова. Весь процесс занимает от силы пять минут, и вот сейчас Арсений уже за обе щеки уплетает спагетти «По Шастуновски».       Антон сидит перед ним и увлеченно наблюдает за тем, как Арс ест, но тот будто бы этого не замечает, хотя через пару секунд все же поднимает глаза и встречается взглядом с Шастуном. С минуту оба, не отводя глаз, в открытую пялятся друг на друга. Тишину разрушает лишь чавканье Попова. Антон сдается первым: отводит взгляд в сторону и рассматривает пустой холодильник. Странно, что пустой, ведь в доме ребенок, должны же быть рисунки или хотя бы магниты. Антон очень жадный на детали, поэтому вот такая маленькая «несостыковка» его не устраивает. — М, мне звонили с работы, у них какие-то терки непонятные с поставщиками, посидишь дома один, хорошо? — Прерываясь на пережёвывание пищи, говорит Арсений и в упор смотрит на Антона, который, кажется, не в этой реальности. Попов пару раз щелкает у него перед носом, и Шастун, часто моргая, снова глядит своими огромными глазами на Арса. — Ты слышал, что я только что сказал? — Эм… Нет. Можешь повторить? — «Сам взял — сам лечи его глухоту» — про себя прошептал Арс и повторил еще раз. — Дома один сможешь посидеть? Я смотаюсь на работу и вернусь. — Конечно. Думаешь, я настолько клаустрофоб? — Шастун ведет бровью и усмехается. Арсений быстро доедает свой ужин, благодарит Антона и уходит в свою комнату одеваться.

***

      С тех пор, как Арсений уехал, прошло пять часов. Антон сидит на диване, подобрав под себя ноги, и грызет ноготь на среднем пальце. Он не думает о том, что Арс задерживается или, что он может попасть по глупости в передрягу. Он думает о том, как ему потом его искать. Ведь он уверен, без приключений Арс — не Арс. Через каждую минуту проверяет телефон, ведь Попов может его набрать если что. Хотя, почему именно его? У Арса полно знакомых, да и Сережа все время рядом. А почему он не может просто задержаться? Но ведь он сказал, что быстро разрешит все вопросы… А зачем Антон переживает? Этот человек не его, если не брать в расчет все то, что у Антона в голове. Но все-таки Антон срывается с места и идет в прихожую. Попутно с тем, как завязывает шнурки, вспоминает о том, что Арс упоминал про запасной ключ в тумбочке рядом с дверью. Шастун поворачивает голову влево, где стоит та самая тумбочка. Несуразное сооружение, наверное единственное в доме Арса, что не подходит общему интерьеру. Та самая мебель из прошлого, наверное из девятнадцатого века… Порывшись в ящиках, Шастун достает связку ключей, и это, наверное, самая простая победа в его жизни. Он выходит на лестничную клетку, надеясь, что на улице не пойдет дождь. Наспех вызывает такси, пока спускается вниз и впервые за пять часов ожидания набирает номер Арсения. Вдруг ответит? Медленно тянутся гудки, и вдруг телефон вибрирует, оповещая о новом сообщении. Антон хмурится, но все же проверяет. И останавливается… На дисплее мессенджера четким чёрным высветилось «Вы кто?»…