Невинные глаза зверя

Окрестности города Сиэтла, штат Вашингтон. 8 июля 2019г. 21:02       Югём не упал сразу. Он даже сделал еще один шаг, медленно спустил с рук Лору, и только тогда начал медленно оседать на землю. С правой стороны на рубашке стремительно расползалось большое ярко-бордовое пятно. — Нет! — отчаянно закричал Марк. Замерший на месте преступник вздрогнул от этого крика, словно очнулся от наваждения. Его глаза бешено вспыхнули в свете все еще мигающей вывески, и он рванулся в сторону. Захрустели кусты и ветки. — Он его убил! Убил! — заплакала девочка. Её маленькая фигурка, замершая перед лежащим на земле Югёмом, подрагивала от ужаса. Из темноты вынырнул полуголый Вицлав, промчался мимо Марка и бухнулся на колени рядом с Югёмом. — Чёрт! Чёрт! Пожалуйста… Прошу тебя…- затрещала дорогая шёлковая рубашка, судмедэксперт принялся за спасение раненого. Где-то вдалеке снова раздались выстрелы и крики. Марк вскинул пистолет. Руки предательски дрожали. Он еще раз оглянулся на Югёма, но в полумраке улицы его почти не было видно. Виднелся только взволнованный Вицлав, склонившийся очень низко к самой груди макнэ. А где-то там все еще продолжалась перестрелка. Преступник был жив! Волна отчаяния захлестнула сердце, сдавила будто тисками. Марк прерывисто всхлипнул, вдохнув воздух, и решительно шагнул в заросли. Рванулся вперед насквозь через колючие кусты. Всё быстрее и быстрее. Перед глазами всё еще стояло бледное лицо младшего братишки, его виноватая улыбка… Словно Югём хотел сказать: «Хён, я не хотел, чтобы всё так вышло». Это так в стиле глупого макнэ. Вот так вот просто извиняться одними глазами, будто разбилась какая-то чашка… Трава путалась под ногами, по лицу хлестали упругие ветви. А в голове билась лишь одна мысль: «Если Югёми не выживет, я убью его!» Он бежал на звук, в темноте среди зарослей было невозможно что-либо разглядеть. Несколько раз он почти упал, больно ударив ногу о какие-то камни, но чудом удержался, устоял на ногах и помчался дальше. Выстрелы стихли, они оборвались так внезапно, что сначала ему показалось, что он оглох и поэтому перестал их слышать, и даже растерялся, не зная куда идти дальше, но впереди замаячил свет и он пошел уже в его сторону. Он не сразу понял куда попал, просто яркие вспышки фар ударили прямо в глаза и он замер зажмурившись. Патрульные. Они были здесь, на обычной тихой улочке маленького городка. Две черно-белые машины и люди в бронежилетах. — Немедленно уйдите с линии огня! — В сторону! — Прочь! Закричали на него со всех сторон. Он закрыл глаза от света, не понимая куда ему следует идти. Назад? Вперед? Напрочь потеряв направление, он глупо заметался на месте, пока кто-то не крикнул: — Сзади! — и он обернулся… И тогда сразу увидел его. Он стоял в нескольких метрах, на открытой дороге и сжимал в руках пистолет. Злые глаза вспыхивали в свете фар, а чёрное дуло неотвратимо смотрело прямо вперед. На что надеялся преступник выскочив на дорогу перед полицейским патрулём? Это произошло по ошибке? Нечаянно? — Брось оружие! — прохрипел Марк, — Тебе некуда бежать! Глаза парня дрогнули, на миг в них промелькнула безысходность, но он только крепче сжал пистолет. — Я не пойду в тюрьму! Я ни за что туда не вернусь! — У тебя нет выбора, — веско бросил Марк и навел на парня револьвер. Рука всё еще тряслась, поэтому он перехватил полированную ручку двумя руками. — Бросай оружие! — Уберите кто-нибудь этого оглашенного оттуда! — послышалось за спиной. — Кто пустил сюда этого парня? — возмущались полицейские. Марк приложил палец к чувствительному спусковому крючку и снова поднял глаза на преступника. Тот стоял ровно, держа пистолет на вытянутой руке, чернильные глаза так и вспыхивали от напряжения. — Тебя всё равно поймали…- прошептал Марк. Преступник не мог бы его услышать с такого расстояния, но всё же что-то он понял и испуганно зыркнул в сторону стоящих машин. — Сложите оружие на землю и никто не станет стрелять! — крикнул какой-то патрульный за спиной. — Ты в западне, выхода из которой нет.- Марку большого труда стоило сказать это спокойным голосом. Преступник его будто не слышал, он заметался глазами, видимо в поисках путей отступления и заметно заволновался. — Парень, не дергайся! — крикнул кто-то со стороны машин. Но это подействовало скорее как катализатор, преступник разволновался только сильнее, шипяще заругался вполголоса. И скользнул пальцем на спусковой крючок. — Я же сказал, что не пойду в тюрьму! Идите к чёрту, мрази! Катитесь в…- Марк сам нажал на курок в тот момент, когда преступник всё-таки выстрелил. Но прозвучал только один выстрел, он заглушил крик парня, и Марк зажмурившись выстрелил еще, а потом еще… Он не мог остановиться, он все жал и жал на крючок, пока револьвер не защелкал барабаном впустую. — Туан, мать твою! Какого чёрта? — прорезался словно сквозь вату голос Филча, — Уберите его отсюда немедленно! Только в этот момент Марк понял, что в этом мире еще существуют другие звуки помимо щелкающего затвора и канонады выстрелов. Его грубо схватили за плечи. Из рук вырвали револьвер. Он всё еще не мог открыть глаза, но желание увидеть поверженного противника пересилило и он всё-таки поднял веки. Столпотворение и хаос. Вокруг лежащего на земле тела уже суетились люди. Они громко переговаривались, спорили… Марк успел заметить большую лужу крови на асфальте и неестественно согнутую ногу парня, больше ничего не было видно. Толпа всё закрывала от глаз. Он попытался еще что-нибудь рассмотреть, но его грубо потащили в сторону. — В машину его! — рыкнул Филч, когда Марк и его конвоир поравнялись. — Там на другой улице Вицлав, Югём и Лора, — Марк всё же успел вцепиться в чёрный костюм агента, — Этот подонок стрелял в Югёми, он ранен, ему нужна помощь! — Мы знаем, — ворчливо отозвался Филч, — Неужели, ты думаешь мы не слышали выстрела? Там уже скорая, за своего брата можешь не волноваться. Лучше о себе подумай, ты теперь отстранён! Я еще разберусь кто тебе дал этот пистолет. И этому типу точно не поздоровится! Уверен, у тебя даже разрешения на ношение оружия нет! Но какой-то самоуверенный придурок рискнул дать тебе его! Филч всё никак не успокаивался, лишь расходился сильнее. Под его крики Марка доволокли до ближайшей патрульной машины и пихнули на заднее сидение. — Сиди здесь и больше не высовывайся.- приказным тоном распорядился накачанный полицейский, которого Марк тоже рассмотрел только сейчас. Теперь стало понятно почему схватившие его руки были такими грубыми, этот малый наверняка мог голыми руками согнуть подкову. — Ты меня слышишь? — повысил голос мужчина. Марк кивнул, но потом испуганно вскинул глаза. — Мне нужно к брату! Хочу поехать в больницу вместе с ним. — Поедешь, — рыкнул громила, — А пока сиди.- он громко хлопнул дверцей машины, отрезав Марка от внешнего мира.       Ни в патрульной машине, ни уже в скорой, в которой он судорожно сжимал ледяные пальчики младшего, осмыслить происходящее не было времени. Марк не думал о том поступил ли он верно выстрелив в преступника, его занимали лишь мысли о том справится ли Югём со своим ранением. Это было важнее. Он вглядывался в бледное лицо любимого малыша и лишь беспрерывно твердил: «Пожалуйста, пожалуйста, пожалуйста…» — он даже не мог бы ответить о чём именно он просит и кого, просто эта мысль прочно засела в голове и не оставляла даже на миг.       В больнице всё завертелось еще быстрее. Марка оттеснили в сторону и каталку с макнэ окружили люди в белых халатах. Они о чем-то спорили, громко и взволнованно, а потом Югёма покатили по коридору куда-то прочь. Марк было рванулся за ним, но его придержали и вежливо попросили подождать в холле. Каталка исчезла за двустворчатыми белоснежными дверями и Туан остался один.       Кажется, к нему даже кто-то подходил, может быть местная медсестра или администратор, уговаривали что-нибудь выпить или съесть, даже грозились дать собственные деньги на автомат в фойе, но Марк оставался на месте. Лишь иногда поднимался с лоснящейся белой клеенки и мерил коридор нервными шагами из конца в конец. Потом уставал и снова опускался на уже остывшую скамью. Он потерял счет времени. Всё это могло длиться лишь несколько минут или уже занимало целую вечность. Когда в коридоре появился Вицлав, Марк в первый момент не поверил в его реальность. Судмедэксперт был одет в свежую рубашку, хоть и выглядел до сих пор бледным и осунувшимся. — Как он? — хрипло спросил он Марка и виновато отвел взгляд в сторону. — Всё еще оперируют, — бесцветным голосом ответил Марк. Вицлав сник, опустил плечи, но всё же заставил себя снова посмотреть на профайлера. — За пса не беспокойтесь, я отвёз его к себе, он с мамой, она о нём позаботится. А Лору отвезли в детскую больницу, она отсюда совсем недалеко, после мы сможем её навестить… Марк лишь кивнул и пошел по коридору привычным маршрутом. Вицлав зашагал следом. — Я знаю, я виноват. Если бы я не выскочил, то… Но я не мог остаться на месте! Просто сидеть и смотреть… Это не для меня! На эту отчаянную тираду Марк лишь поморщился. — Вы меня ненавидите? Правда? — Вицлав замер растерянно, его виноватые глаза испуганно поблескивали за стеклами очков. — Я не хочу сейчас об этом говорить, Виц, — прошептал Марк, — Если Югём очнется, то он сам… — Он очнется! — снова взволнованно перебил Вицлав, — Пуля не задела жизненно важных органов, она прошла вскользь, продырявила только мышечную и жировую ткань, даже ребра не задела. Вот увидите, он обязательно поправится! Марк оглянулся на закрытые двери операционной. Может так и есть, Виц прав? И его малышу ничего не угрожает? Но почему тогда он там так долго? — Потому что скорее всего они чистят рану от инфекции, он ведь лежал прямо на земле, да и крови потерял немало.- Марк с трудом осознал, что Вицлав отвечает именно на его вопрос. «Я что спросил это вслух?» — Еще мне сказали, что вы застрелили этого парня…- вдруг тихо продолжил Вицлав. — Да, — кивнул Марк. Он снова вспомнил громкие щелчки пустого барабана и содрогнулся. Он правда это сделал, наяву, в реальности… Раньше он видел такое только по телевизору. Остывшие тела убитых не в счет, другое дело - самому стать причиной чьей-то смерти. — Филч сказал, что вас лишь отстранят, так что не волнуйтесь, по судам не затаскают. — Я и не волнуюсь, — сухо откликнулся Марк. Он вспомнил горящие глаза преступника, его голос, вскинутое дуло пистолета… и отрывисто перевёл дыхание. Этот тип, он ведь правда собирался выстрелить? Продырявить его первым. Сначала Югёма, потом его… Этот человек на самом деле был опасен. И Марк поступил верно, сумел его остановить! Вот только… шесть пуль, полный барабан… не слишком ли это много? Что это было, вспышка ярости? — Они выяснили кто он? — тихо спросил Марк, — Его имя, место жительства? — Пока еще нет. Говорят он был простым бродягой. Может быть приехал из соседних штатов. Не местный вроде бы. — Понятно, — кивнул профайлер. Он медленно направился в сторону скамейки и устало на неё опустился. Вицлав, как верная собачонка, поспешил следом. — Иногда приходится кого-нибудь убить.- попытался он утешить профайлера, но эти слова только болезненно отдались где-то глубоко в груди. Хлопнули двери операционной. Высокий мужчина в голубой униформе размашистым шагом направился прямо к ним. Парни поспешно вскочили со скамьи ему навстречу. Хирург остановился и устало стянул с лица маску. — Ждёте? — Да.- нервно выпалил Марк. Мужчина задумчиво его оглядел, потом перевёл взгляд на замершего на месте Вицлава. — Операция прошла успешно.- тихо произнес он. И Марк наконец вспомнил как дышать.       С первого взгляда комната выглядела пугающе: попискивающие аппараты, гофрированные трубки, стерильный белый пластик кругом… и большая кровать, где в белых же подушках утопал Ким Югём. Марк приблизился. Его предупредили что младший еще долго будет без сознания, но он не мог ждать, хотелось как можно скорее убедиться в том, что его братик всё еще с ним. — Малыш, — очень тихо прошептал Марк. Он осторожно коснулся тонких пальцев макнэ, покоившихся на простыне, и перевел дыхание. Вот он, здесь. Живой. Дышит полной грудью — покрывало заметно приподнимается. Да и лицо спокойно, словно Югём безмятежно спит, а не отходит после тяжелой операции. Даже еле заметный румянец проступил на щеках. Марк пододвинул стул вплотную к кровати и аккуратно уселся. Погладил мягкую югёмову щеку, а потом судорожно нащупал его прохладные пальцы, сжал, но тут же спохватился, ослабил хватку. — Ты еще не знаешь, но я убил этого подонка. Его больше нет, и он никому не сможет навредить. Он это заслужил. Он убивал невиновных и чуть не отобрал тебя у меня. Я поступил правильно, избавил мир от монстра. И пусть меня отстранили, это ничтожная плата за то, что я сделал то что желал. Или то что должен был сделать…- Марк торопливо вытер мокрую щеку и потом удивленно посмотрел на свои пальцы. «Я плачу?» Но слёзы действительно стекали по щекам, туманили глаза. Марк судорожно выдохнул сквозь зубы. Глупые слёзы! Не время для них! А Югём лежал всё так же безмятежно, длинные ресницы покоились на щеках, а по-детски пухлые губы были плотно сжаты, словно макнэ всё еще страдал от боли. Марку показалось, что так и есть. Что где-то там, по ту сторону своего безмолвия Югём всё еще боролся. Сражался, стараясь остаться на поверхности и не утонуть в пучине смерти. — Ты справишься, — убежденно прошептал Марк, — Ты у меня очень сильный.- он легонько поцеловал пальцы макнэ и прижался к ним носом. Замер надолго, прислушиваясь к тихому дыханию. Размеренному и чёткому. И постепенно успокоился, убедившись в том, что Югём действительно прочно держится за жизнь.       Возможно, он умудрился всё-таки задремать, несмотря на неудобную позу и жесткий стул, потому что закутанный в белые простыни Югём внезапно стал очень походить на Пака. Сначала это сходство было зыбким, еле уловимым. Точеный подбородок и жесткие скулы, трепещущие черные ресницы. Постепенно образ проступил ярче, словно обрел вес и глубину. Марк не верил своим глазам и лишь пристально вглядывался в замершую на постели фигуру. Его не могло здесь быть, но Марк воочию его видел и это никак не укладывалось в голове. Он глянул на красивые пальцы в своих руках и испугался, отдернул руку. Он никогда к нему не прикасался! Не чувствовал наощупь эту теплоту. Разве что во сне… Значит и сейчас его окружал лишь сон. — Тебя здесь нет…- убежденно прошептал он. И Зверь вздрогнул уголками губ. Словно усмехнулся. — Какая разница? — этот бархатный голос обволакивал, заставлял трепетать и без того натянувшиеся нервы, — Наваждение я или правда? Ты всё равно всё время думаешь обо мне. — Неправда! — Правда. Даже сейчас, пока ты рядом с самым близким человеком на свете, я всё равно тебе снюсь. Ты грезишь мной. Зверь медленно приподнялся на кровати, теперь его усмехающееся лицо оказалось совсем близко, Марк испуганно заметался глазами. — Это всё твой образ и только, — прошептал Марк и сглотнул, — Настоящего тебя я не знаю. Ты как скрытая тайна за семью печатями. — Может быть, — согласился Зверь, его глубокие воронки глаз были уже совсем рядом, пробуравливали насквозь, затягивали в зияющую бездну, — Но кое-что ты знаешь обо мне уже сейчас. — Что? — Что я не то, чем кажусь. Пухлые губы медленно разъехались в открытой и ласковой улыбке, обнажив ряд ровных жемчужно-белых зубов. Марк почти ослеп от их сияния, на какой-то миг ему захотелось даже зажмуриться. — Ты никого не убивал. Ты хороший человек.- произнёс Марк, чтобы немного рассеять наваждение. Глаза Пака загадочно вспыхнули. — А вот здесь ты спешишь, ведь одно может исключать другое. Я хороший человек только потому что никого не убивал? Но ты сам сегодня убил одного. Ты ведь не перестал от этого быть хорошим человеком. А значит ты не можешь наверняка знать хороший я или плохой. — Я никогда не говорил, что я хороший человек. — Мне виднее. Поверь, я знаю какой ты. Вот только ты не знаешь какой я. — Я узнаю, — Марк тонет в этих глазах, они так неуловимо меняются, то вспыхивают целой россыпью звезд, то потухают и делаются почти бесцветными, — Я сделаю всё, чтобы узнать. — Тогда узнай, — Зверь благосклонно кивнул, — Разберись на чьей я стороне. Быть может истинный ответ тебя удивит.       Его разбудил хлопок двери. Резко выдернул из странного наваждения, где он вел с Паком какую-то важную беседу, о которой сразу забыл, стоило только разлепить глаза. Он не сразу понял где находится. Шею ломило и всю левую часть тела словно покалывало невидимыми иголками. Сидеть согнувшись в три погибели была не лучшая идея. — Марк? — знакомый властный голос ударил по барабанным перепонкам. Вот и отец пожаловал. Значит Филч сообщил обо всем родителям? Хотя не мог не сообщить. Марк кинул взгляд на всё еще безмятежно спящего Югёма. А потом медленно, словно через силу, обернулся, и тут же столкнулся взглядом с суровыми очами отца. Туан старший ничуть не изменился за прошедшие годы, всё та же прямая осанка, и чуть вьющаяся грива волос. Вот только, пожалуй, седых волос в этой гриве прибавилось, да сетка морщинок легла на загорелое лицо. Но карие глаза ничуть не потеряли своей строгости. — Привет, пап. — Привет? — возмущенно рыкнул Туан старший, — Это всё что ты можешь мне сказать? В твоего брата стреляли, а ты просто говоришь «привет»? Какого хрена, он вообще за тобой увязался? — Прости, это я виноват…- приглушенно прошептал Марк, смотреть отцу в глаза он больше не мог. Оправдания здесь бы тоже не помогли, он действительно втянул Югёма в опасную историю и вот… чем всё окончилось… Хотелось лишь поскорее провалиться сквозь землю или раствориться в воздухе. — Конечно, ты, — хмыкнул отец и приблизился к кровати, замер растерянно, — Боже… Но просить прощения будешь у него и у Линдси. — Она уже знает? — вопрос вышел хриплым и каким-то отрывистым. Отец неловко убрал пушистые пряди со лба Кима и ответил уже тише: — Я не мог ей не сказать, ведь это её ребёнок.