Невинные глаза зверя

Где-то в окрестностях парка «Северные каскады», штат Вашингтон. 19 июля 2019г. 20:45       Тропы сменяли одна другую, с каждым мгновением в лесу становилось всё темнее, а Марк так и не проронил ни одного слова за всю дорогу. Он лишь гнал машину настолько быстро, насколько это было возможно в здешних условиях и не отводил глаз от лобового стекла. Джинён молчал, он почему-то боялся задавать Марку хоть какие-то вопросы и лишь по инерции прижимал к себе притихшего пса. — Скоро выберемся к шоссе, — вдруг пообещал Марк. Джинён испуганно вскинулся, насторожился. Марк бросил на него мимолётный взгляд и пояснил: — Заправиться нужно, долго мы не протянем, а ехать нам ещё, наверное, долго. — Наверное? — одними губами переспросил Пак. Марк кивнул. Тогда Джинён набрался храбрости и всё-таки спросил: — Почему ты не рассказываешь что случилось? Когда ты приехал на тебе лица не было. Почему нам так срочно пришлось уехать? Марк заметно поморщился, потом как-то порывисто переключил рычаг скорости, словно специально тянул время перед ответом, но всё же хрипло произнёс: — В лесу встретил какого-то психа. С пушкой. Он во что бы то ни стало желал добраться до тебя. — Что? — севшим голосом выдохнул Пак. Его лицо вмиг побелело, и поэтому нестерпимо яркими остались только глаза, испуганные глаза, широко распахнутые. — Ничего, — проворчал Марк и свернул на какую-то очередную еле различимую тропку, которую видел лишь сам. Ветки снова застучали по крыше. — Я от него сбежал, — после минутной заминки продолжил Марк, — Там поблизости были полицейские, он отвлекся на них, а я воспользовался моментом. — Подожди, — прошептал Джинён, — Сбежал от парня с пушкой? Как? — Просто повезло…- Марк дёрнул плечом, ему совсем не хотелось об этом говорить. Он всё ещё словно наяву чувствовал затылком холод пистолетного дула. — И ты так спокойно об этом говоришь? — Не спокойно, — проворчал Марк, — Нервно, — он снова вывернул руль и за деревьями забрезжили просветы. Похоже, трасса была совсем рядом. — Почему ты уверен, что он искал меня? Может он из полиции? — Не похоже. Легавые так не выглядят. Даже отставные так себя не запускают. А этот прям зарос, одни пегие волосы и колючий взгляд. Бродяга какой-то, не иначе… Во всяком случае очень похож на бродягу. — И искал меня? — Да, — кивнул Марк, — Во всяком случае очень горел желанием вышибить мне мозги. Джинён снова испуганно вскинулся, Марк глянул на него и поспешил утешить: — Но если помнишь, я сбежал. Джинён кивнул и задумался. Он попытался представить пеговолосого незнакомца, который так его ненавидит, что готов наставить пушку на любого, кто может помешать ему в поисках… Если разобраться, Франсуа многим успел перейти дорогу и желающих отомстить накопилось немало. И многие из них уверены, что виноват в их бедах именно Джинён… Особенно все в этом уверились после окончательного вердикта в суде. Джинён помнит, как его тогда выводили после заседания, полицейским пришлось соорудить почти двойной кордон, чтобы хоть как-то оградить его от посягательств толпы. Люди кричали, кидались прямо на представителей закона и если бы могли, то наверняка растерзали бы его голыми руками прямо там. — Может это был какой-нибудь пострадавший родственник? — вдруг спросил Марк, видимо его мысли бежали в том же направлении, что и мысли Пака, — Пришёл отомстить, потому что уверен, что это ты — монстр забравший жизнь близкого человека? — Возможно, — сдавленно выдохнул Пак. В голове снова защёлкали шестерёнки. В безумном вихре перед глазами пронеслись лица людей, с которыми они с Франсуа так или иначе сталкивались во время своих бесконечных переездов. Заросшего забулдыги среди них вроде бы не было, но кто может знать, как способен измениться человек за несколько лет? Ведь опуститься от горя может кто угодно. — Небритое лицо, отросшие бурые волосы, взгляд такой, словно хочет живьём тебя разделать, — тем временем продолжил Марк. Джинён только виновато покачал головой. — Нет, такого не помню… Впереди из-за деревьев показалась трасса. Замелькала серыми отблесками асфальта в тусклом свете придорожных фонарей. Марк снова вывернул руль и машина плавно выехала из сумрака леса прямо к дорожному указателю. «Оз. Диабло — 5 миль» — значилось на потёртой табличке. — Остановимся здесь, — Марк глянул на Джинёна, словно ему на самом деле требовалось какое-либо согласие. — Ты посидишь в машине, а я дойду до заправки пешком. Светиться там вместе с тобой не стоит, да и пикап мой скорее всего уже запомнили. Он заглушил мотор и вытащил из бардачка потёртый кошелёк. Наскоро пересчитал наличные, заглянул в кармашек с пластиковыми картами. — Это надолго? — Джинён всё-таки осторожно тронул за рукав. Почему-то оставаться прямо здесь, на обочине трассы, было куда страшнее, чем дожидаться Марка в лесном домике. — Постараюсь уложиться минут за двадцать, — Марк словно понял, что Джинён напуган, потеплел глазами и тоже легонько дотронулся за паковского запястья пальцами, — Не волнуйся, на этой трассе почти не бывает движения. — А полиция? — Думаю, они пока слишком заняты тем типом. Всё будет в порядке. Джинён взволнованно уставился Марку прямо в глаза. «Точно? Обещаешь?» На самом деле он не боялся полиции… точнее, нет, боялся, конечно, но снова остаться в одиночестве, ждать, быть в неведении, было страшнее. Пёс тоже заволновался, завозился в руках, уставился на Марка своими немигающими рыжими зрачками. — Но вы же не можете пойти со мной, — попытался убедить их Марк. Он смотрел в чёрные глаза Пака и никак не мог заставить себя покинуть машину. Запоздалый страх ворвался в сердце и оно снова болезненно затрепыхалось, словно Марк всё ещё убегал по лесу от зловещего незнакомца, направившего на него пистолет. — А если ты снова с кем-нибудь столкнешься? — прошептал Пак. В его глазах словно отразился затаённый страх Марка. — Этого не будет, — как можно более убедительно откликнулся Туан. — А как я узнаю, если что-то пойдёт не так? — Если я не вернусь через полчаса, уезжай в лес. — А дальше? — не унимался Пак, — Я всё равно там не ориентируюсь. — Я вернусь. — Пообещай. — Глупая просьба, как я могу такое пообещать? — возмутился Марк. Но глаза Джинёна смотрели с ожиданием, горящие в их глубине огни то и дело вспыхивали напряжёнными искрами. — Я вернусь, — с нажимом повторил Марк. — Точно? — снова пошёл по кругу Пак. — Да. Костьми лягу, но не оставлю тебя одного в лесу. Это сойдёт вместо клятвы? Джинён прерывисто выдохнул и опустил веки. — Пожалуй…- тихий голос прозвучал покорно и покладисто. Марк не ушёл, засмотрелся, и на подрагивающие ресницы, и нежное лицо… Сам собой подался вперёд и легонько клюнул Пака в кончик носа. — Позаботься о псине. Я быстро. — Перестань так делать! Я ведь просил больше не лезть ко мне с поцелуями! — запоздало возмутился Пак, но Марк уже выскочил наружу, хлопнул торопливо дверцей машины. Джинён только приглушённо выругался. Пёс вопросительно завозился подмышкой. — Твой хозяин — идиот, — пояснил ему на всякий случай Джинён.

***

      Ждать и в самом деле не пришлось долго. То ли заправка была совсем поблизости, то ли Марк передвигался слишком быстро, но он действительно уложился в обещанное время. Джинён выдохнул с облегчением, когда издали заметил его тонкую, сутулую фигурку, без страха движущуюся прямо посередине трассы. В одной руке профайлер тащил огромную канистру, а в другой сжимал небольшой свёрток. Неизменная клетчатая рубаха развивалась на ветру и со стороны напоминала какой-то диковинный плащ. — Я же говорил, что всё будет хорошо, — Марк распахнул дверцу и первым делом сунул Джинёну в руки маленький пакетик с холодным хот-догом, — На вот, перекуси, нам еще долго добираться, а твои утробные трели ещё по дороге сюда приобрели нешуточный размах. — Куда мы отправимся? — тихо уточнил Пак, торопливо разворачивая целлофановую обвёртку, и уворачиваясь от заинтересовавшегося сосиской пса. — Доберемся до озера, — Марк занялся канистрой: отвинтил крышку, зачем-то понюхал содержимое, — Ночью вертолёты не летают и у нас будет преимущество. — Ты уверен, что сам что-то увидишь впотьмах? — Джинён резким движением отпихнул от себя разошедшегося пса и поскорее запихал еду в рот. Целиком. Поэтому вопрос прозвучал как-то скомкано и отрывисто. — Там одна дорога, — отмахнулся Марк, — Найдём как-нибудь. — А что потом? — с набитым ртом прошамкал Джинён. Но Марк только плечами пожал и поскорее вернулся к заправке машины. Засуетился у бензобака. Похоже, он и сам ещё не до конца продумал свой план. «Значит действуем по наитию…» — решил про себя Пак. Он старался не поддаваться растущей внутри панике. Но она того и гляди грозила поглотить целиком. Марк управился с бензобаком быстро, слил канистру, завинтил клапан и торопливо вернулся за руль. Мимоходом глянул на притихшего Джинёна, у которого забавно топорщились раздувшиеся от непрожёванной до конца еды щеки и завёл машину. — Пристегнись, — отрывисто приказал он Паку, — И пса на руки возьми, а то его сейчас по всему салону катать будет. Машина вновь направилась в заросли. Джинён прижал обделённого сосиской Коджо к себе и уставился сквозь лобовое стекло вперёд. В лесу совсем стемнело…

***

      Через час с небольшим они наконец добрались до места. Эта была небольшая площадка, поросшая редкой травой. Она пряталась среди крутых скал, которые окружали озеро Дьявола со всех сторон. Их седые макушки выступали из тьмы словно диковинные неподвижные облака. Джинён засмотрелся… Этот вид показался ему и величественным, и жутким одновременно. Под ложечкой засосало. — Переночуем здесь, — решительно заявил Марк. Он, похоже, ничего подобного не почувствовал. Просто вырубил мотор и распахнул дверцу машины. Оглянулся на завороженного Пака, — Пойдём? Джинён откликнулся не сразу, Марку пришлось легонько тронуть его за плечо, чтобы отвлечь внимание на себя. — На что ты там засмотрелся? Джинён заторможенно дрогнул ресницами и перевёл на Туана взгляд. В чёрных глазах читались неприкрытый восторг и замешательство. Марк перевёл взгляд туда, куда только что смотрел Пак, но увидел только привычные горы, которые тут и там встречались в Северных каскадах. Но привычными они казались только Марку… Что же видел смотрящий на них Джинён? Джинён, который провёл последние шесть лет взаперти, в четырёх стенах. Который всё это время даже не видел простого неба и солнца… «Наверное этот вид кажется ему поистине нереальным», — Марк снова глянул на притихшего Пака и легонько погладил его по плечу. — Ладно. Если хочешь немного посидеть здесь и полюбоваться на горы, я не против. Марк увидел, как на губах Джинёна заиграла искренняя, почти детская улыбка и невольно улыбнулся сам. — Пойду пока разберу продукты, — решил он. Сжал напоследок мускулистое плечо и распахнул дверцу. Ловко спрыгнул наружу. Джинён сразу же очнулся, проводил его взглядом, а потом подорвался следом. — Подожди меня, я помогу!       Ужинать пришлось наскоро сооружёнными сэндвичами, благо ингредиентов для них оказалось много. Коджо тоже благодушествовал, ему пожертвовали большой шматок мяса и теперь он интеллигентно его поедал, зажав между передними лапами. — Костёр разводить нельзя, — виновато пояснил Марк Джинёну, — А мясо испортится. Так что, пусть уж так… Но Джинён и не собирался спорить, он и так неплохо поел. Он сидел на бумажном пакете из-под продуктов и тихонько покачивался из стороны в сторону. Глаза сами собой закрывались от сытости и подступающего сна. Рёбра снова ныли, напоминая о своём плачевном состоянии. Джинён старательно игнорировал эту боль, но видимо что-то всё-таки проступило на его лице, потому что Марк вдруг оставил свой недоеденный бутерброд и поднялся на ноги. Поспешно отправился к машине, загремел и зашуршал чем-то в кузове. — Пойдём, — Джинён вынырнул из тревожной дрёмы, когда Марк снова вернулся к нему. — Тебе нужно отдохнуть, — Марк помог полусонному Паку подняться и приобняв за талию повёл к машине. — Давай, залезай, — подтолкнул он Джинёна к кузову. А в кузове Джинёна ждало гнездо. Самое настоящее, сооружённое из походного тёплого пледа и марковской брезентовой куртки. — Не бог весть что, — смущенно оправдался за своё сооружение Туан, — Но хоть что-то. — Да ничего, — устало улыбнулся Джинён, — Вполне удобно, — на самом деле он слишком устал, чтобы выбирать где лечь, хотелось поскорее прикрыть глаза и расслабиться. Марк понял, помог устроиться и даже подоткнул улёгшегося Пака с боков пледом. — Ты спи, а мне ещё кое-что нужно сделать. — Не уходи, — Джинён поспешно вцепился в кисть профайлера, — Посиди здесь. Тебе ведь тоже нужно отдохнуть. — Да, но сейчас…- попытался отмазаться профайлер, но стушевался под взглядом глубоких тёмных глаз, — Если только ненадолго. Джинён с готовностью посторонился, давая Марку лечь, смущенно засиял искорками зрачков из-под челки. А Марк почувствовал, как где-то глубоко внутри что-то ёкнуло, неистово откликнулось на эти блуждающие огоньки. — Как думаешь, нас не найдут? — Джинён незаметно придвинулся поближе к Марку, прижался головой к голове и уставился в распростертое над ними небо. — Здесь нет, — тихо ответил Марк, — Но мы не сможем здесь долго оставаться. — Значит мы обречены? — Я постараюсь найти выход, — голос Марка звучал по-особенному тепло в окружающей тишине. Джинён прикрыл глаза и прислушался. Хрипловатый, нервный тембр сладко будоражил все нервные окончания. С каких пор такие голоса стали ему нравиться? — Не бери всё на себя, — всё-таки нарушил затянувшуюся паузу Джинён, — В конце-концов это я виноват, что мы оказались здесь. Виноват в том, что на тебя напал какой-то хмырь, и в том что ты вынужден как и я скрываться от полиции… Если бы я рассказал всё раньше, поделился с тобой, когда ты только пришёл в первый раз с Джойлом… — У тебя были свои причины молчать… — Сберечь собственную шкуру, — грустно усмехнулся Пак, — Вот они причины. — В этом нет ничего плохого, — Марк осторожно повернулся на бок и уставился на лежащего рядом Джинёна, — В том чтобы пытаться защитить себя. — Ты меня оправдываешь? — Джинён повернул голову и поймал взгляд карих серьезных глаз. — Кто-то же должен, — одними губами произнёс Марк. Его глаза наполнились отчётливой нежностью, которую он даже не пытался скрыть. Джинён затаил дыхание, вглядываясь. — Почему ты мне помогаешь? Только улыбка в ответ, немного грустная и даже горькая, но такая… любящая? «Это нечестно!» — нечестно, когда сам теряешься в своих чувствах, не честно, когда приходится прикладывать огромные усилия, чтобы не поддаться, не пасть в чужие объятия… Или всё же… Может быть это лучший исход? Вот так просто… в омут головой. Тем более если этого так нестерпимо хочется. Хочется уже принять всю эту нежность из чужих рук. Утонуть в ней… — Джинён, — кажется, Марк что-то прошептал, во всяком случае поначалу, когда Джинён только придвинулся совсем близко, и поймал чужой взгляд так откровенно и бесстрашно. — Джинён, — пальцы запутались в пушистых волосах намертво… Ещё немного ближе… К чёрту запреты! Пусть эта шелковая паутина окутает с головой. Джинён припал к обветренным губам так неистово, что почти задохнулся сам и чуть не задушил Марка. Поцелуй вышел отчаянным и жгучим, словно он решил показать всю силу своих невысказанных чувств. Чувств, которые родились в тот миг, когда в его одинокую белую комнату впервые пришёл этот профайлер. Будь он неладен! Будь он проклят! Будь он благословен… Рёбра ныли, но Джинён никак не мог оторваться, он всё целовал и целовал… горячие губы, колючие от щетины щеки, прикрытые дрожащие веки… — Не торопись так сильно, — тихонько прошептал Марк. Он мягко поймал пышущие жаром губы Джинёна, и подарил долгий и нежный поцелуй, поцелуй от которого Джинён практически задохнулся, потому что вообще забыл как дышать. Кажется, потом он настолько осмелел, что сам, первый, полез под линялую футболку, заскользил ладонями по шелковистой коже. Марк поощряюще застонал, притянул к себе, обхватив за шею, прижался так тесно, что Джинён впервые так отчётливо услышал чужое быстрое сердцебиение. Захотелось стать причастным ещё сильнее… Вжаться плотно, врасти своим телом в чужое… чужое ли? Оно трепещет точно так же, желает того же… — Пожалуйста, — прошептал Джинён, — Пожалуйста…- он никак не мог сформулировать точнее, но Марк понял, сладко прикусил нижнюю губу, пробрался сразу двумя руками под одежду… Джинён благодарно застонал, послушно поддался под нежными руками, прильнул к ним, требуя ещё больше ласки. — Тихо, — нежно попросил Марк и осторожно потянул футболку Джинёна наверх, обнажил нервно подрагивающий подтянутый живот и мощную грудь. Замер на несколько мгновений, чтобы уже полноправно полюбоваться, а потом припал губами к упругим мускулам. В голове невольно всплыл образ из сна, только теперь то самое, такое желанное тело на самом деле оказалось в его объятиях. Под его пальцами… под его губами. — Иди ко мне, — Марк устроил Джинёна удобнее, уложил лохматую голову себе на плечо, с упоением втянул носом будоражащий аромат волос… Джинён снова полез дрожащими пальцами под футболку, потянул с треском. — Сейчас, подожди, — нежно зашептал Марк. Он приподнялся и поскорее стянул через голову рубашку вместе с майкой. Прохладные, нежные пальцы сразу заскользили по коже, влекомые своей неутолённой жаждой. Марк затаил дыхание, прислушиваясь к этим тонким ощущениям. В этих прикосновениях словно читалась вся истинная чистота джинёновой души, глубоко спрятанная, незаметная, но такая ощутимая прямо сейчас… «Мой Зверь…» — нежный и совсем ручной. Трогательно беззащитный. Испуганно вскинувший затуманенные глаза, когда Марк решительно потянул резинку спортивных штанов вниз. — Всё хорошо, — и снова нежные поцелуи, чтобы убедить в своей надёжности, — Я просто хочу сделать тебе приятно. Протяжные, гортанные стоны и сводящая с ума доверчивость… Шелк кожи и зашкаливающий пульс под пальцами… Джинён крепко сжал кисть Туана коленями и застонал уже в голос. Зрачки задрожали и исчезли за тоненькой полоской век. Марк засмотрелся. Сейчас Джинён был настолько прекрасен, что внутри всё оборвалось, ухнуло куда-то в пустоту. И пришло оно… осознание… Марк готов был поспорить, что никогда и ни с кем ничего подобного не испытывал, и не ощущал.