грехопадение

и кто бы мог подумать, что вместо блейка — такого, что смотрит открыто-уязвимо, всегда незримой тенью за плечом и рукой по пояснице — с которым джон даже готов был провести вечность, рядом с ним окажется слишком правильная кларк. гриффин — чертов идеал. все сознание джона вопит хриплым голосом, раздирая уши в кровь: «не трожь, не твое». мерфи — это запах сигарет, пиво на подбородке, улыбки — широкие, режущие по живому, одичавшие. мерфи и сам такой — дикий, неприрученный. джон погряз в болоте под названием «посредственность», он не видит ничего, кроме серого, в кармане всегда ментоловые сигареты, а у кларк — жвачки. джон давно потерял надежду выбраться из грязи, что топит с головой. они разные. неправильные. наверное, именно это и притягивает их друг к другу. кларк — ураган в его привычной жизни, бешеное цунами, смывающее все границы, буря, сметающая все на своем пути. все рушилось с самого начала, но джон ничего не замечал. *** кларк появляется внезапно. когда в ушах стоит шум грома, разрывает барабанные перепонки, а за окном беспрерывный дождь, чувство, что не остановится никогда но за окном лишь солнце. светит ярко и даже согревает, в глазах отражаются солнечные блики. наверное, это всего лишь метафора. кларк бросает свои ухмылки-улыбки каждому, у нее таких, как козырных карт на каждый случай — гарантированная победа. она разбрасывается такими улыбками — кривыми, режущими и фальшивыми. кларк учиться на медицинском. она знает, как держать в руках скальпель, что значит резать по живому, настоящему, дышащему. она лучше всех знает, каково это, нести на своих хрупких плечах всю вину за тех, кого так и не удалось спасти. а джон априори не чувствует вины ни за что, кроме своего жалкого существования. мерфи учится искусству, и только черт знает, почему он выбрал именно это. но беллами на периферии гложет мысль, что джон мерфи и сам искусство. с пеплом от сигарет на запястьях, со скоплением звезд в радужках глаз и слезами, что скатываются по щекам, когда никто не видит. — это я? — беллами стоит, улыбаясь своей ослепительной улыбкой наповал — так и хочется быть убитым — склоняет голову и становится удивительно похож на щенка — только погладь. а мерфи шумно сглатывает, кончики пальцев слегка подрагивают, и, вроде бы, должно быть поебать, но почему-то нет. у него за спиной холст, где черные кудри небрежно разбросаны, где глаза прикрыты умиротворенно — на портрет беллами мерфи почему-то хочется смотреть и восхищаться. — не обольщайся, мне просто нужно было потренироваться в рисовке портретов. но блейк все равно смеется заливисто и счастливо, что джон не в силах оторваться. а потом смазанные поцелуи и острое ощущение неправильности. мерфи целует его скулы и выцеловывает каждую родинку, словно проводя красной нитью нерушимые узы — он ненавидит быть нежным, но с беллами учится этому. — я скучал — джон кивает, потому что нет, но так проще. если мерфи — произведение искусства, тогда беллами — холст. у блейка во взгляде смятение и просьба, он протягивает руки к волосам и одергивает — с мерфи почему-то хочется остаться. с таким джоном — с нерасчесанными патлами, лезущими в глаза, мешками под глазами, что беллами любит сравнивать с кольцами сатурна и остротой, жгучей где-то на кончике языка. и мерфи просто не может ему отказать. — ты можешь остаться. *** джон ненавидит толпы, особенно кучу потных тел, что жмутся сильнее, ненавидит громкую музыку, что бьет набатом по ушам и еще больше ненавидит лица — счастливые, растворившиеся в неоне, умиротворенные и энергичные. но любит выпить. любит, когда хмельные струи по подбородку, ключицам, когда гортань обжигает горьковатый вкус, рассудок затуманен и уже на все поебать. — блять, блейк, нахуя ты меня сюда притащил? мерфи ненавидит клубы, людей и иногда беллами, когда он ведет его по танцполу, а волосы блейка переливаются под неоновыми вспышками. — решил, что тебе нужно развеяться. у мерфи на руках зудит и чешется «а я ничего не решал», но кидать слова-стекляшки в уходящую спину все равно — бессмысленно. джон и беллами представляли собой тандем, в котором один использовал, а другой — был использованным. и нихуя у них не любовь — беллами лишь бы потрахаться, мерфи лишь бы не развалиться на мелкие кусочки. и тогда появляется кларк. с легким прищуром, залегшими от усталости морщинками в уголках глаз. а беллами смотрит на нее так, что весь мир готов к ногам положить, только пусть попросит, так, что тугой узел внутри сдавливает все внутренности, кости, осколки, которые застревают в груди и не дают дышать, потому что мерфи тоже хочет, чтобы на него кто-то так смотрел. джон действительно хочет полюбить блейка, но не знает как. так было бы намного легче — с беллами, что просто рядом и не ждет чего-то большего, потому что мерфи все равно этого не даст. с блейком удобно, он идеальный вариант, но с ним все равно не так. у кларк в руках стакан с янтарной жидкостью, а у мерфи ухмылка появляется, потому что помнит, как от одного стакана выблевывал все внутренности. в этот вшивый, мерзкий бар беллами любит приводить джона, и тот понятия не имеет почему. [на самом деле, знает. для того, чтобы не увидел никто. им не привыкать скрываться ото всех, прятаться в темных углах] — не пей это, если не хочешь потом час выблевывать в унитаз все содержимое твоего желудка. — что, настолько плохо? — еще хуже, чем ты можешь себе представить, принцесса. у кларк в глазах огонь и виртуозный обман, будто она ведет игру, о которой никто не знает, и выигрывает. мерфи узнает в этом себя. и что-то тянет в гортани, горький привкус оседает на языке, ему противно. — неужели блейк наконец-то обзавелся личной жизнью. гриффин оставляет ему оседающее на кончиках нервных окончаний послевкусие секретов, что таятся в глубине, до которой мерфи никак не может добраться, не выветрившийся запах горьких духов и полный стакан виски. *** у мерфи всегда припрятана полупустая пачка сигарет в кармане поношенной, грязной и старой толстовки, когда блейк морщится на запах гари. беллами не любит, когда джон курит, поэтому он скуривает еще больше сигарет. сигарета тлеет, оставляя за спиной лишь пепел и дым, с каждым вдохом яркий огонек потухает все больше. мерфи должен видеть в этом искусство, но не видит ничего. — есть еще? у джона мурашки по позвоночнику, потому что слишком близко, в его личное пространство. у кларк в глазах льдинки и, кажется, насмехательство надо всей жизнью, прикрытое пеленой правильности. — ты ведь не куришь, да? такие правильные девочки, как ты, не курят и не общаются с такими ебаными отбросами, как я. — ага, просто предлог. — под ее напором становится жарко, джон хочет сбежать, чтобы потеряться окончательно и бесповоротно. — ты похож на художника. — ты считаешь меня грустным, бедным, шаблонным геем? у гриффин звонкий, слишком похожий на искренний, смех. кларк похожа на вино — сухое терпкое, до-ро-го-е. такое, что вдумчиво, пьяняще. кларк похожа на стервятника — покажешь свою слабость, ошибешься и сожрет заживо. кларк удивительно похожа на мерфи. — если ты не художник, зачем ты здесь? — чтобы когда-нибудь захватить мир. он оставляет после себя недосказанность размером с марианскую впадину. «на самом деле, чтобы уничтожить его» но двое и так об этом знали. *** мерфи кидается словами, как ножами, точно в цель, без единого промаха, насмерть. джон умеет выигрывать любыми способами. он играет в карты так, будто был рожден для этого, беллами смотрит, как бледные, костлявые пальцы перебирают колоду и теряется-теряется-теряется — джон сделал свой первый ход широкой, режущей ухмылкой и отвлекающим маневром. джон бросает последний туз, зная, что и так выигрывает, из его рук блейк готов принять поражение. у мерфи козырных карт на каждый случай — гарантированная победа. — ты сжульничал. — победителей не судят и беллами точно знает, что джон прав. таких, как он, не судят. таких, как он, убивают сразу, без замедлений и угрызения совести. такие, как он, убивают тоже — одним взглядом, взмахом руки или шепотом поздней ночью, когда после всегда остается лишь смутное воспоминание. ни смятых простыней, ни горького запаха гари — ни-че-го. мерфи не хочет оставаться, а беллами и не просит его. и уже под утро, сидя на холодном полу, выкуривая последнюю пачку, мерфи понимает, что саморазрушение — тоже искусство. *** — что ты пытаешься заменить курением, мерфи? надежду? веру? а может, счастье? кларк смотрит прямо в глаза своим пронзительным взглядом, что все внутри сжимается, его душит крепкой удавкой, разрывает тисками, кусачками. мерфи привык выигрывать, брать то, что хочет и когда хочет. — смерть. но кларк и так знала ответ. у нее на губах вишневая помада, и джон ухмыляется. у него в углу губ целая коллекция гранатановых, огненных и рубиновых оттенков помад. с беллами не так. с ним легко, а джон не любит сложности. блейк не просит ничего, ему не нужны драмы и чувства, блейку не нужен мерфи. у джона дешевый виски, льющийся по пищеводу и конечная стадия разложения — он уже давно пропащий, поэтому блейк приходит, когда нужно расслабиться, когда все надоедает и приедается, когда перед глазами уже пестрит и блекнет. но если мерфи потонет, утянет беллами за собой. и двое это прекрасно знают. у джона пестрит в глазах от ее голубых глаз, в которых высыхает до дна целый океан, от ее золотых волос, что переливаются под светом. джон берет ее слишком сильно, вжимает-втрахивает в стену, пока с вишневых губ гриффин срываются громкие стоны. мерфи хочет сделать ее грязной, неидеальной, но, смотря, как кларк поправляет одежду, красит губы этой омерзительной помадой, понимает, что нихуя не сможет. кларк такова — она сама втопчет в грязь, кого угодно, она будет садится на колени, раскрывать свой податливый рот и шептать «ты такой горячий», а на утро сидеть учить конспекты и видеть во снах свое идеальное будущее, которое построит самостоятельно. кларк смотрит своими блядскими глазами, вырывает все внутренности поочередно, сдавливая их в кровавое месиво, и джону противно, потому что он проиграл. *** — джон, если уйдешь, можешь не возвращаться. у беллами не разрывается сердце, грудная клетка не сдавливает бьющееся сердце, и в горле не застревают так и не сказанные слова. в конце концов блейк знал, что именно таким и будет их конец. и кто бы мог подумать, что вместо блейка — такого, что смотрит открыто-уязвимо, всегда незримой тенью за плечом и рукой по пояснице — с которым джон даже готов был провести вечность, рядом с ним окажется слишком правильная кларк.